Счастье со вкусом боли.

      Дима сидит около кровати Савины, которая уже давно спала крепким сном. Раздаётся звонок телефона где-то в дальней комнате, так что его звон очень тихий и разбудить маленькую принцессу не мог. Позов поднимается со стула, последний раз вглядывается в лицо своей дочки, и уходит на зов телефона. Вызов не обозначен именем, поэтому мужчина может только догадываться кто ему звонит. — Слушаю, — подносит он к уху телефон, стуча подушечками пальцев по подлокотнику дивана. — Димочка, мне нужна твоя помощь, — мелодично переливается девичий голос, однако звучит он грустно. — Я хочу, чтобы ты сообщал мне, как чувствует себя Тоша. — Софья? — удивляется Дмитрий, смотря в зелёные стены, не веря, что такое возможно,  — Ты же разбилась в аварии… — Я наврала, Дим. Не могу назвать причину, — её голос срывается. — Пожалуйста, Дим, это важно для меня. — Да, конечно. Я понимаю.

***

      Серёжа идёт по аллее, недалеко от детской площадки, на которую Дима обычно приводит свою маленькую дочку. Замечая девочку, парень улыбается сам себе, вспоминая, как они проводили время вместе. Матвиенко садится на свободную скамейку, продолжая смотреть на Савину: она перебирает ножками, забираясь на самую высокую горку, смело скатываясь вниз. Серёжа в толпе родителей ищет глазами папу девочки, но находит только её маму, которая тоже его заметила и, схватив малютку за руку, направилась к нему. — Здравствуй, Серёжа, — хмурится женщина, — Не могу сказать, что рада тебя видеть. — Привет, принцесса, — обращается к Савине парень, игнорируя грубое приветствие женщины, на что получает искреннюю детскую улыбку и грозный взгляд Кати. — А где твой папа? — Сеёжа, папочка дома. Ему плохо. Он заболел. Из-за тебя, Сеёжа! — сжимает кулачки девочка, надувая губки, сводя светлые брови к насупившемуся носику, — Почему ты не приходишь к нам? Мы с папой ждали тебя! — Доченька, пойди погуляй с твоей подружкой, взрослым надо поговорить, — Савина переводит взгляд на маму, шумно вздыхая, желая получить ответ, но послушно выполняет мамин указ и выкрикивает имя какой-то девочки. — Я слышала ваш разговор с Димой.       Дыхание Матвиенко на миг останавливается, а сердце прекращает качать кровь, тело замирает, глаза бегают из стороны в сторону, не имея возможности сосредоточиться на чём-то конкретном. В уголках глаз скапливается влага, которую ни в коем случае показывать нельзя. — Я уже принял решение, покончил с этим, — отзывается Серёжа, приходя в себя. — Больше я ничего не могу сделать. — Я знаю, но прошу тебя: не возвращайся, — грубо цедит Катерина, — Он не перенесёт ещё один раз, — продолжает тем же тоном она. — Да и ты тоже. — Да, — соглашается парень, нервно крутя в руке безделушку в виде голубого кролика, что подарила ему Савина. — Разрешишь иногда играть с принцессой? Она стала мне хорошим другом, — с мольбой в глазах просит Серёжа, пока женщина принимает решение, — Можно? — Очень редко, — услышав это, Матвиенко грустно улыбнулся, боль в груди стала чуть меньше. Он поспешил на детскую площадку к принцессе, тратить драгоценное время ему не хотелось, ведь он по-настоящему любит эту девочку.

***

      Голоса отдаются далеко в клетке сознания, в висках пульсирует, громкая музыка отбивает частые басы. Серёжа входит в ночной клуб. Даже не спросив документов, его легко пропустили и не понятно, то ли он так часто здесь бывал, то ли так плохо выглядит, что взглянув на него, охранник не осмелился сказать и слова.       Его окружают многочисленные люди, сосчитать которых невозможно, но от скуки парень занимается именно этим, тщательно осматривая каждого. Тяжёлый алкоголь бьёт в голову, окутывая мысли белым туманом. Ему нравится такое состояние, когда ничего лишнего в его голове нет, а мысли не перевариваются и на душе становится относительно спокойно.       Начинается какая-то новая громкая музыка. В груди отдаётся пульсация от частых битов. Парень допивает очередной стакан виски, и кажется, сейчас он начнёт рассказывать свою историю о несчастной любви бармену, которому абсолютно наплевать на него и это просто побочные эффекты его работы, но вместо этого Серёжа углубляется в толпу. Вероятность найти себе кого-нибудь для одноразового перепиха почти стопроцентная, однако что-то его останавливает и вместо этого просто выходит на террасу покурить.       Дым медленно рассеивается в воздухе, парень не сделал ни одной затяжки. Он просто смотрит на белое облако, исходящее от сигареты. Матвиенко любуется, на то как красненький огонёк постепенно приближается к его пальцам, не больно обжигает его, тем более когда в тебе больше пяти стаканов виски, то боль совсем незаметна и её не чувствуешь вовсе. — Серёж? Ты один тут? — слышится голос со стороны зала, и Матвиенко дёргается, разворачиваясь на голос. — Да, — закрывает глаза парень, — Что тебе надо? — искренне не понимая, что этому человеку понадобилось от него сейчас. — Хотел сказать спасибо, — отвечает мужчина, — Но, наверное, ты не хочешь слышать меня, — усмехается он, подходя ближе к парню, — Особенно после того, что произошло с Арсом. — Какой ты догадливый?! — саркастично произносит хвостатый, отворачиваясь и устремляя взгляд на звёздное небо.       Мужчина подходит к Серёже, который только выкинул истлевшую сигарету и достал новую, прикуривая и затягиваясь первый раз. Но второго раза не происходит, шатен, взлезший в личное пространство Матвиенко, расставляет руки по обе стороны от курящего: — Выкинь эту дрянь, — смеётся тот, выхватывая из рук никотиновую палочку, — Это вредно. — говорит мужчина, затягиваясь сам, пока его лицо источает противную ухмылку. — Что ты…       Брюнет не успевает договорить, как в его губы силой впиваются, скользя языком по верхнему ряду зубов, выдыхая дым прямо в приоткрытый рот. — Ты глупый! — улыбается шатен, — И слишком податливый. — скользит по прогнувшейся спине рука мужчины, забираясь под темную футболку, — Почему бы нам не поиграть взрослые игры?!       Серёжа глубоко выдыхает, не сдерживая тихий стон, начинает дрожать. Мужчина продолжает целовать напористей, Серёжа не в силах даже пошевелиться от сильных перепадов эмоций. Шатен, воспринимая это как разрешение к действиям, резко хватает его за руку, выводя из клуба.

***

      Темные простыни, застеленные в спальне, напоминающие о человеке, который пускай давно, но лежал на них, помнят свежий запах перечной мяты. Матвиенко утыкается в них носом, когда чужие руки свободно хозяйничают на его теле. Губы шатена сильно кусают в районе ключицы, опускаясь ниже, его же руки расстегивают тугой ремень, рывком снимая штаны, сразу же залезая под резинку боксеров. — Стой! — сдавленно пищит брюнет, когда возбуждение с головой окутывает его тело, — Я сверху! — Ну уж нет, — смеется мужчина, поглаживая орган, требующий внимания,  — Только если в позе наездника… — ухмыляется тот в губы Серёжи, сползая чуть ниже и оставляя ярко-красное пятно на шее.