Бегущая вода

Отец У отца — синяя стрела на лбу и на тыльных сторонах ладоней, и в их времена это сродни клейму: вот он, последний маг воздуха, великий аватар Аанг, что завершил войну, победив Лорда Огня Озая. Он герой, его любят и почитают, но… Кае бы хотелось обычного отца, что проводил бы с детьми время в играх и прогулках, ей не нравится делить его с целым миром, которому опять, раз за разом, нужна помощь всесильного аватара, который, приходя домой, без сил падает на кровать, не разговаривая ни с дочерью, ни со старшим сыном, лишь изредка уделяет немного внимания младшему, как наследнику всего, что он знает. Мир знает аватара гораздо лучше, чем его собственные дети. У отца знаки силы и мудрости, синими чернилами оставленные столетие назад на коже. Но сил и мудрости на своих детей Аангу хватает слишком редко. Тензин Тензин — извечный любимчик отца, тот, с кем Аанг проводит свое свободное время, забывая об остальных. Каю с Буми это невероятно бесит. Аанг и Тензин постоянно путешествуют туда, где двое старших никогда не были, и знают о тамошних красотах только со слов родителей и братца, что возвращается всегда не в меру восторженным и счастливым, так что хочется избить его вечером. Особенно Буми, что магии вообще лишен. Кае легче, ведь Катара учит ее всему, что знает сама, и в семействе аватара один старший сын кажется лишним. Ей жалко старшего брата, и она пытается помочь ему — ведь Тензин слишком увлечен тем, что рассказывает ему отец, чтобы помнить о существовании кого-то еще. Они с сестрой объединяются, чтобы облить наглого младшенького ледяной водой рано утром, пока он еще нежится в кровати. Потому что его отношения с отцом — то, о чем мечтают Кая с Буми, завистливо глядя на фотографии. Вода Вода — прозрачная и многоцветная, злая и успокаивающая, бесформенная, но гибкая, готовая принять любую форму в умелых руках, что достаточно мягки и жестки одновременно, чтобы овладеть стихией. Кае все это известно, и над ее ладонями, будто в театре, разыгрывается прекрасный балет блестящих капель, выписывающих петли и пируэты по воле целительницы. Вода течет, унося с собой время, и любые печали притупляются и забываются, теряют свою форму, точно камни, обтачиваемые рекой. Кая понимает; понимает и чувствует, и поэтому вода в ее руках исцеляет, забирает с собой боль от ран, будто река времени — тоску. Кая слушает, как поет вода свои мягкие журчащие песни, и ей слышны в этих пустых для большинства мелодиях заветные слова, что знает каждый маг воды, но каких нет в человеческом языке. И Кая позволяет воде нести себя туда, куда направляется течение.