"Полёт Вингилотэ" или "Путешествие к Краю Мира"

      В голове у Элронда все перемешалось, смялось в какую-то вязкую кашу, из которой сознание не находило выхода. Он чувствовал, что лежит, закрыв глаза, на довольно узкой койке в собственной каюте, а в сгибе левого локтя у него установленная Нолондилом игла, через которую в его тело поступает питательный раствор, рекомендованный Алькаром. Лежа в этом положении, Элронд потерял ощущение хода времени и не знал, сколько его прошло с того момента, как он был оставлен здесь помощником Капитана. Одно ему было очевидно — то, что происходило с ним сейчас, уже не было сном, но и бодрствованием такое состояние никак нельзя было назвать. Элронд был без сил. Тошнота, которая появилась как раз в тот момент, когда на корабле внезапно погас свет, никуда не исчезла. Головная боль также была тут как тут. Мысли скакали, словно взбесившиеся дикие кони: то он думал о Келебриан и матери, оставшихся на секретной базе, то о словах Алькара относительно предстоящей совсем скоро новой высадки, то вновь воскрешал в памяти подробности общения с неизвестной сущностью, способной проникать в его мысли. Все это вместе и по отдельности не давало Элронду покоя, изводя его и не позволяя разуму отдыхать. Отчаявшись отделаться от назойливых мыслей, Элронд осознал, что пора действовать. Это был единственный еще не испробованный им способ отвлечься. Начинать приходилось с малого — пошевелить рукой и вырвать из вены иглу с раствором. Затем открыть глаза, повернуть голову и осмотреться. Наконец он собрался с силами и попробовал сесть на кровати. Это далось нелегко, но получилось с первого раза. Слабость в теле ощущалась особенно отчетливо, как будто из него выкачали всю жизненную силу. И все же Элронд понимал — необходимо встать, дойти до главной залы управления и дать знать отцу о том, что с ним случилось. Подумав об этом, вспомнил он и о взятых у него пробах крови и тканей. Результаты этих проб, Элронд чувствовал это каким-то внутренним необъяснимым чутьем, были крайне важны. Тревога, вдруг всколыхнувшаяся в его сознании, казалось, придала свежих сил. Сделав над собой очередное усилие, Элронд поднялся на ноги и медленно, держась за стены, направился к выходу из каюты. Едва он оказался в коридоре, ведущем в главную залу управления, из одного из боковых ответвлений центрального коридора показался майа Лумбар. — Лорд Эллерондэ! — всплеснул руками слуга Варды. — Но как это возможно?! — О чем ты? — прохрипел чуть живой от недостатка сил Элронд. — Я только что видел вас в главной зале управления! — воскликнул, испуганно таращась на него, майа. Сбитый с толку, Элронд покачал головой. — Мне нужно поговорить с отцом, — из последних сил проговорил он, цепляясь за титановый корпус округлой стены коридора. Лумбар внимательно осмотрел его и, выдержав некоторую паузу, сказал, наклоняясь, чтобы поддержать: — Вас нужно спрятать до поры. Я чувствую — что-то тут нечисто… Сейчас снимем с вас датчики и побудете пару дней в моей каюте, заодно и сил наберетесь. Элронд попытался возразить, отрицательно мотая головой. — Спокойно, тише! С очередной высадкой разберутся и без вас! А нам надо разобраться с чужаком на борту! — урезонил его майа. Как они очутились в каюте Лумбара, Элронд помнил плохо. Однако он сразу почувствовал, когда его осторожно опустили в мягкое широкое кресло в обивке из казавшейся в полумраке серой, а на самом деле белоснежной, зернистой кожи. Этот холодный сумрак, царивший в небольшом помещении каюты, создавал ощущение покинутости, одиночества. Должно быть, Лумбар частенько отсутствовал здесь, проводя свободные часы в каюте кого-то другого. Словно полная луна, под потолком над кроватью неярко горела оранжевым лапочка индивидуального освещения. — Я, кажется, знаю, как привести вас в чувство! — объявил всматривавшийся в него Лумбар. Он достал из потайного нагрудного кармана небольшой стеклянный фиал, наполненный темной жидкостью. — Выпейте! Это нечто наподобие лимпэ, но в несколько дюжин раз эффективнее, — сказал майа, протягивая откупоренный фиал Элронду. — Такой напиток необходимо применять с осторожностью и только в действительно экстренных случаях. Мне дала его сама Владычица Звезд! Видимо, он решил, что случай как раз выдался подходящий, если не пожалел подарка Варды. С усилием Элронд открыл рот и опрокинул в него содержимое фиала, не успев толком почувствовать вкус принимаемой жидкости. Он сглотнул, соображая, выпил ли он действительно что-то, или же ему показалось. Проглоченная им жидкость не имела ни отчетливого вкуса, ни какого-либо ощутимого запаха. — Теперь отдыхайте, — мягко сказал Лумбар. — Нужно подождать немного, пока подействует, но смею уверить, эффект превзойдет все ожидания! И он заговорщически улыбнулся, блистая в полутьме светлыми глазами. В этот момент их обоих оглушил тревожный вой сработавшей автоматики. Под потолком замерцал огненно-красным сигнал, означавший опасность. — Не волнуйтесь! Лежите! А я сбегаю в главную залу, узнаю, что там стряслось, — успокоил Лумбар, вдавив плечи Элронда в высокую и мягкую спинку просторного кресла. Сказав это, он вихрем вылетел из каюты. В следующее мгновение над ним закрылась, появившись из стены, поблескивающая в полумраке стальным блеском автоматическая дверь. Элронд вновь остался совершенно один.

***

      Она дала ему все, о чем он мечтал. Если быть честным с самим собой, Мелькор даже в самых смелых мечтах не мог представить себе, что в одночасье окажется воплощенным в своем изначальном роа, ровно таком, каким оно было дано ему Единым на заре времен. Только осмотрев и ощупав всего себя, Мелькор смог осмотреться по сторонам и понять, что находится на крошечном пустынном планетоиде у самого Края Мира, в котором сущность пробила своей невообразимой мощью достаточно большую Брешь. Но на этом чудеса не кончились. Помимо трона, одежд из черного шелка и так любимых им когда-то доспехов из черненой стали, он ощутил на своей голове давно забытую, но показавшуюся такой болезненно-знакомой тяжесть. Не сразу Мелькор решился поднести руки к челу, чтобы кончиками пальцев почувствовать ее — его черная корона была на нем, освещая безжизненное пространство вокруг него ярким холодным светом. «Эру Единый!» — помянул своего Отца восхищенный Мелькор. Она создала их заново! Сильмарилы, он не решался поверить в это, были при нем! Они переливались собственным внутренним светом, отливая холодно-голубым и ярко-белым. Это казалось невероятным! Мелькор вдруг почувствовал внутри себя неисчерпаемый источник силы, наполнявший и переполнявший энергией его новую фана. В нем постепенно пробуждались все его прежние, давным-давно утраченные способности и рождались способности совершенно новые, какими он не обладал даже в расцвете сил, будучи первым и любим сыном Илуватара. С каждым новым наполнявшим грудь вздохом Мелькор ощущал прилив новых сил и, опьяненный этим ощущением, воображал себя владыкой не только всей Эа, но и всей Арды. Казалось, теперь у него достанет сил состязаться с самим Единым. Ведь Сущность говорила, что Эру создал лишь Арду, но не другие миры. И Мелькора переполняло любопытство к этим иным мирам вперемешку с воодушевлением от ощущения полнейшего всемогущества, которое нестерпимо хотелось испробовать. Он обнаружил, что может передвигать силой мысли целые планеты, срывая их с орбит и сталкивая между собой, словно те были не тяжелее снежных шариков. Как же завораживающе красиво они взрывались, разлетаясь на миллионы осколков-астероидов, повинуясь мановению его длани! Опьяненный внезапно свалившимся на него небывалым могуществом, Мелькор вдруг осознал, что не желает возврата к прежнему существованию на Арде. Теперь перед ним открывались совсем иные горизонты. Он видел себя по меньшей мере властителем созданной Единым Вселенной, каждый уголок которой ему хотелось скорее исследовать и постичь. — Тебе нравится твоя новая оболочка? — насмешливо спросила возникшая словно из ниоткуда перед ним Сущность. Это был даже не вопрос — утверждение. То, каким Мелькор теперь был, не могло не нравиться. — Очень, — довольно промурлыкал он. — Ты могущественней, чем я мог представить… — Я не явила тебе и сотой доли моей силы, — улыбнулась она, представшая перед ним в овеянном золотым блеском облике совершенной девы. — Когда же ты сделаешь это? — удивился Мелькор. Он уже хотел сказать ей, что сам собирался бросить вызов Отцу, но внутреннее чутье удержало его. — Скоро… — многообещающе и чувственно, как умела лишь она одна, прошептала Сущность. — Есть одно существо, которое вызвало мое любопытство. Я хотела бы разгадать свойства и состав его материи. Это не займет много времени. Как только я вернуть, начнем… И она торжествующе улыбнулась. — Ну хорошо, ступай, — не стал перечить Мелькор. Он желал поупражняться на близлежащих звездах и планетах, пробуя свои казавшиеся неисчерпаемыми силы. А кроме того, Мелькор понадеялся на то, что Сущности скоро надоест возиться с ничтожными существами, населявшими Арду, и она вернется, как уже не раз случалось, к нему — сильнейшему и мудрейшему из Валар.

***

      Светящийся тревожным красным светом сигнал опасности одновременно озарил все внутренние помещения «Вингилотэ», переливаясь на усилителях осанве всего командного состава и завывая из расположенных по углам потолков главной залы управления громкоговорителей. — Капитан, тревога! — кричал Финдил, лихорадочно просматривая показания датчиков и осматривая приборную панель, в надежде выявить возможную причину сработавшей автоматически системы предупреждения. — Что на сей раз?! Голос Ардамира выдавал раздражение. — Все системы корабля работают нормально… За исключением реактора! Кажется, иссяк источник энергии… — хмуро глядя на приборы отвечал Финдил. — Без него корабль не сможет функционировать! — вторил ему ворвавшийся в залу Лумбар. — Где Эльо?! — вопрошал среди грозившей захлестнуть экипаж паники Капитан, вскочив со своего кресла. — Он в безопасности! Я хотел доложить вам обо всем один на один! — ответил ему Лумбар. — Нам необходимо связаться с Нинквеноссэ! — перекрикивая вой сирены, обращался к Капитану Финдил. — Прикажете послать за главным бортинженером и его дочерью? — спокойным тоном осведомился вовремя появившийся в дверях Алькаринквэ. — Ведь это они контролируют работу реактора… — Феанаро! — уже кричал Эарендил в усилитель осанве. — Что у вас произошло?! Поднимайся сюда и доложи подробно! Это приказ! Финдил, заглушить двигатели! Все системы в режим энергосбережения! Стабилизируй «Вингилотэ» и поддерживай положение в пространстве! Капитан здраво рассудил, что прежде, чем беспокоить очередной бедой центр управления в Белой Башне, нужно детально разобраться в том, что же случилось с реактором. — Реактор скоро остановится! — раздался из динамика под потолком голос Илли. Сирена тревоги умолкла. Воцарилась пугающая тишина. — Как же тебе удалось остановить его?! — выкрикнул, обращаясь к ней, Эарендил. — Ни я, ни отец, не причастны к остановке реактора, — ответила Илли. — Просто сильмарил, который давал энергию для его работы, внезапно исчез. — Изчез!!! — хором переспросили Алькар и Лумбар. — Сильмарил не мог исчезнуть! — возразил Ардамир. — Ты чего-то недоговариваешь! — Моя дочь рассказала тебе правду! — сверкнув на него горящими глазами, ответил за Илли вошедший в главную залу Мастер Феанаро. — Мы следили за показателями приборов. Все было в полном порядке, как вдруг подача энергии в реактор прервалась. Сейчас необходимо остановить двигатели и перейти на резервные запасы энергии. Нам хватит их на двое суток. — Нужно сообщить на Имбар… — прошептал Капитан, погружаясь в сосредоточенную забумчивость. — Постой, отец! — раздался снова голос Илли. — Я чувствую его… — Что именно ты чувствуешь? — заинтересованно спросил Алькар. — Сильмарил! Илли уверенной, грациозной походкой вошла в залу. — Благодаря тому, что частицы вещества, из которого состоит сильмарил, в свое время послужили толчком к началу реакции, в результате которой отцу оказалось под силу отделить меня от стандартной системы управления реактором, я могу чувствовать эти уникальные частицы даже на сравнительно большом расстоянии, — объяснила она. — То есть, ты знаешь, где сейчас находится сильмарил?! — переспросил рыжеволосый майа. — Мне нужно настроиться на частоту излучения частиц вещества, из которого он состоит, — ответила Илли, на глазах трансформируясь в подобие уловителя частиц. Остальные присутствующие майар и эльдар обступили ее, ставшую похожей на блестящий металлический цилиндр, заканчивающийся навершием в виде антенны-паруса вроде тех, что располагались снаружи и обеспечивали движущую силу всего корабля. — Отец! Это невероятно! — раздался вскоре ошеломленный голос Илли. — Я обнаружила сильнейшее излучение! Но источников целых три, а не один! — Хочешь сказать, что там не один сильмарил?! — разволновался ее отец. — Да! — тут же радостно подтвердила дева. — Их три! Я чувствую три сильмарила! Феанаро в великом волнении схватился за голову и принялся мерить широкими шагами просторную залу. — Где?! — догадался, наконец, задать самый главный вопрос Эарендил. — Ты можешь указать их координаты?! — Планетоид Ладвэн Дайдэлот*. Он сравнительно недалеко от нас. Тут же на белом экране под потолком высветились точные координаты. — И совсем рядом с краем мира, — заметил главный штурман Лумбар, вглядываясь в цифры. — Но как же мы доберемся до этого планетоида? — вытаращился на него Алькар. — У нас еще остаются резервы! — объявил Капитан. — Если это необходимо, мы задействуем мощности запасного реактивного двигателя! Но прежде всего мы сообщим обо всем на базу Белой Башни! Финдил, установи связь! — Устанавливаю связь! — рапортовал, казалось, только и ждавший этого приказа Финдил. — Лумбар! Как только переговорим с базой, я готов буду тебя выслушать! — произнеся это, Ардамир обвел сверкающим взором всех собравшихся.

***

      Вот уже несколько дней прошло с того момента, как Леди Лориэна воцарилась в одной из лабораторий Южного Крыла Нинквеноссэ. Галадриэль постигала всю передаваемую ей Эльвинг и ее помощниками информацию с огромной быстротой, усваивала и анализировала данные исследований, всматривалась, вникая, в карты и схемы, читала графики, сосредоточенно изучала образцы проб с помощью многократно увеличивающих частицы материи приспособлений и была готова посвящать этим занятиям все свое время. Ее интересовало решительно все, от глубин Ильмена, до самых потаенных, еще не исследованных глубин Гаэр*. Леди Эльвинг оставалось только удивляться, в очередной раз убеждаясь в несомненной одаренности новой подопечной. Кроме того, она радовалась, что история с неопознанным воплощенным на территории базы разрешилась столь благополучным образом. Оставался, правда, неразрешенным вопрос относительно того существа, которое посетило Келли в момент появления на базе ее сына, но Леди Эльвинг была склонна списывать это на чрезмерное волнение невестки, обусловленное ожиданием встречи с Элрондом. Что же до Галадриэль, она была умна, бесстрашна, амбициозна и невероятно жадна до новых знаний. Подчас казалось, что эта неординарная Леди вознамерилась перещеголять в глубине познаний и учености не только собственную дочь, но даже майар из свиты Манвэ, не говоря об остальном составе научных работников Белой Башни. Такой расклад не мог не радовать. Эльвинг всегда ценила рвение и усердие, проявляемые молодыми исследователями. В один из дней, когда она с некоторой помощью Леди Лориэна занималась составлением отчета, основанного на своем недавнем исследовании популяции речных дельфинов, обитавших в водах единственной протекавшей через земли Амана крупной реки, их уединение потревожила неожиданным звонком Келебриан. — Госпожа Эльвинг, Келли желает говорить с вами немедля! — рапортовала Ильва. — Она просила передать — дело срочное и крайне важное! — Что может быть важнее спасения моих обожаемых иний?! — недоверчиво покосилась на встроенный в столешницу динамик Эльвинг. — Я чувствую, что речь пойдет о спасении целого мира… — таинственно-мрачным голосом изрекла сидевшая за столом напротив нее Галадриэль. — Вы серьезно?! — скептически уставилась на нее Леди Эльвинг. — Дочь не стала бы беспокоить вас по пустякам, — уже обычным голосом заговорила Леди Лориэна. После секундного раздумья Эльвинг кивнула Ильве, чтобы та пригласила Келли. — Леди Эльвинг, мама! Я обнаружила нечто очень подозрительное! — воскликнула почти мгновенно оказавшаяся на пороге кабинета Келли. — Наш сверхмощный палантир буквально полчаса назад показал аномальную активность на одном из удаленных от центра Вселенной участков!.. — Активность? — переспросила Эльвинг. — Да, именно так. Мы перепроверили несколько раз, прежде, чем сообщить вам. И Келебриан рассказала о зафиксированных огромным сверх-палантиром, установленном на крыше Белой Башни, самопроизвольных столкновениях и взрывах планет, которые первоначально были отмечены в районе бедствия. Когда она и ее помощники вновь направили палантир на этот отдаленный участок Ильмена, выяснилось, что в непосредственной близости от взрывов разверзлась Брешь, по неизвестным причинам образовавшаяся в пространственно временной субстанции. — Мы провели лишь ее первичное исследование, — продолжала Келли. — И нам пока не ясно, откуда она взялась. Но ясно, что Брешь проделало нечто, обладающее сверх-силой и не подчиняющееся законам Арды. Эльвинг и Галадриэль внимательно слушали, не прерывая ее рассказа. Келебриан показала на голографическом изображении карты Ильмена точку, в которой палантиром была зафиксирована аномальная активность. — Главное сейчас — понять, как можно в кратчайшие сроки ликвидировать эту Брешь. Потому что если этого не сделать, она может спровоцировать начало необратимых изменений в материи и пространстве Арды, что, в свою очередь, станет концом существующего на сегодня мира… — подытожила Келебриан. — А вы оказались правы, — обратилась Эльвинг к Галадриэли, когда ее дочь умолкла. — Речь действительно о спасении мира. — Что предпримем? — невозмутимо спросила та, словно само собой подразумевалось, что она и остальные обязаны что-либо предпринимать в связи с ситуацией. — Преже всего, предупредим экипаж «Вингилотэ», — отвечала ей с такой же невозмутимостью Эльвинг. — По моим данным, корабль должен находиться в относительной близости к району чрезвычайной ситуации. Глава центра управления полетами уже хотела отдать Ильве приказ связаться с кораблем мужа, как на ее запястье и запястье Келли заискрились зеленым сигналы, означающие запрос сеанса связи с ними, поступающий как раз оттуда. «Вингилотэ» просил связи во внеурочное время. Это обстоятельство насторожило Эльвинг, однако она не хотела выдать своего беспокойства ни одной из лориэнских леди. — Вас экстренно вызывает «Вингилотэ», моя госпожа, — добавила напряжения своим ледяным звенящим голосом Ильва. — Установить связь! — скомандовала Эльвинг, стараясь, несмотря на крайне тревожные вести, выглядеть спокойной.