Supergirl In Training

      Кара с гордостью наблюдает, как Лори набирает координаты на пульте в зале, где они обычно составляют планы операций.       — КАДМУС также имел один из филиалов к юго-западу от тепловых электростанций. Если я не ошибаюсь, это их главный филиал.       Она движется к стенду, чтобы выделить раздел карты, совершенно спокойная во время своего рассказа, который слушают Алекс и Джон. Она ни разу не вздрогнула и не запнулась в явном напряжении, царящем в комнате. Девочка уверена в себе, ловка и сосредоточена, и Кара вновь чувствует себя абсурдно гордой.       — А это — все базы и хранилища КАДМУСА, которые я помню, — заканчивает она, расправляя плечи и сцепляя руки в замок за спиной.       Алекс нахмуривает лоб и наклоняется вперед, просматривая точки, разбросанные по карте.       — Их много, — подмечает она. — У тебя отличная память.       Лори сияет при похвале, прежде чем взять себя в руки и уменьшить улыбку.       — На самом деле, фотографическая. У меня был бы полный список, но поскольку я технически не являюсь частью операций ДЭО, есть данные только из нескольких файлов, которые я видела на столе мамы.       Алекс приподнимает бровь.       — Лена работает в ДЭО?       Она говорит это с таким удивлением и настороженностью, что Кара снова ощущает гнев, обхватывающий горло цепкими лапами, потому что, почему люди просто не могут доверять Лене? Лори стоит прямо здесь, доказательство родом из двадцати двух лет в будущем, что Лена играет на правильной стороне.       Затем девочка спокойно кивает в ответ.       — Ее официальное звание — гражданский технический консультант.       Алекс скрещивает руки на груди.       — Даа…       — В любом случае, — вмешивается Джон, — нам все еще нужно найти и поймать Лилиан Лютор, — он увеличивает карту в месте, где есть больше всего точек, которые расположены совсем недалеко от Нэшинал Сити.       — Я сейчас соберу команду для разведки, — говорит Алекс.       Лори качает головой.       — Это слишком опасно. Мы не знаем, какое оборудование для наблюдения у них есть.       — Мне даже не стоит предполагать, что ты знаешь их спецификацию настолько глубоко, да? — наклоняет голову Кара.       — К сожалению, нет, — Лори горбится, скрещивая руки на груди, и на мгновение они с Алекс, словно бы зеркальное отражение друг друга.       Бок о бок, в одинаковой позиции и с одной и той же задумчивой гримасой.       Лори наполняет воздух страстным профессионализмом, который до сих пор Кара считала уникальной способностью Алекс.       Она снова ощущает боль в груди. Это не просто ее биологическая дочь. Эта девочка — действительно ее семья.       Алекс поджимает губы, слегка покачивая головой, и опускает руки на бедра.       — Она права. Мы не смогли идентифицировать и половины устройств, которые были на Хэнке Хэншоу. Слишком опасно отправляться на их объекты без дополнительных сведений.       — Я могла бы их изучить, — говорит Лори. — Может быть, тогда я смогу лучше понять, что они задумали.       Алекс качает головой.       — Прости, но мы вынуждены внести это все в ограниченный доступ…       — Агент Дэнверс может сопровождать вас снизу.       Кара и Алекс переглядываются, в очередной раз ошеломленные, когда Лори и Джон сходятся в молчаливом моменте, после которого мужчина с усмешкой сжимает плечо девочки, из-за чего глаза почти всех агентов вылезают из орбит. Джон дал Лори свое беспристрастное доверие, и Кара удивляется, нет ли у ее дочери каких-нибудь телепатических способностей.       — Директор, — равнодушно отвечает Алекс, — вы уверены?       Мужчина кивает.       — Уверен.       Сестры Дэнверс разделяют еще один удивленный, слегка встревоженный взгляд. Они слишком привыкли, что Джон является не большим фанатом их сомнительных планов и, в большинстве случаев, тем, кто наиболее часто осторожничает среди них всех.       — Вооруженное ограбление банка на пятой, — говорит Уинн, наклоняясь над своим стулом и с раздраженным любопытством глядя на них всех.       А все потому, что они держат его в неведении со всей это штукой в стиле «дочь из будущего», подробности о которой пока лучше донести в виде основ по необходимости. Кара пытается успокоить его улыбкой.       — Я разберусь.       — Можно мне с тобой? — Лори буквально прыгает вслед за Карой, начиная готовиться ко взлету, когда ее мать поворачивается со свистом плаща и хмурым суровым взглядом.       — Нет. Это слишком опасно, — говорит она, чувствуя всплеск защитной реакции. — Оставайся здесь, пока я не закончу, хорошо?       — Но я такая же пуленепробиваемая, как и ты! — возражает девочка, надуваясь.       Кара скрещивает руки.       — Ты слышала меня, Лорелай. Оставайся здесь и помоги своей тете, — говорит она на криптонском.       И буквально сразу же жалеет о своем тоне, видя, как Лори сдувается, принимая нейтральную, но жесткую позу, и склоняет голову.       — Да, Учитель.       Кара вздрагивает на официальное, почетное обращение, предназначенное для обращения учеников к своим наставникам в парных гильдиях. Она инстинктивно смотрит на Алекс в панике, не зная, что делать, и получает лишь хмурый взгляд от сестры.       Поэтому она протягивает руку, чтобы осторожно сжать пальцы дочери.       — Я скоро вернусь, ишках.       Лори смотрит на нее с обнадеженным, но надувшимся выражением лица, и Кара почти сдается, когда к ним подходит Алекс, чтобы помочь, и слегка сжимает плечо девочки.       — Пойдем, — говорит она все еще твердым, но гораздо более мягким тоном, нежели Кара, — давай работать, — добавляет девушка, уводя племянницу к лестнице.       Кара улыбается им, вздыхая и пробегая рукой по волосам, глядя, как они заходят за угол и исчезают из поля зрения.       — Упс, — бормочет она себе под нос, когда Джон крепко хлопает ее по плечу.       — Не волнуйся, — говорит мужчина, читая ее мысли.       — Я реально не могу иначе? — гримасничает Кара. — Она просто… сдалась, — вина скручивает органы в ее животе в тугой узел. — Просто моментально.       — Она уважает тебя как своего наставника.       — Я не ее наставник, я ее мать, — бормочет Дэнверс, потирая лоб.       — Будущая мать, — напоминает ей Джон. — На данный момент ты младшая версия женщины, которая успела эмоционально подготовиться к ответственности за ребенка. Незначительные ошибки неизбежны.       Кара вяло смеется.       — Наверное, ты прав, — она с любопытством ему улыбается. — Знаешь, ты слишком быстро растаял. Не то, чтобы я не была рада, что ты ей доверяешь.       Мужчина улыбается и опирается на стол для заседаний, прежде чем скрестить руки на груди.       — Она показала мне свои воспоминания о будущем. Трудно думать, что после такого у нее есть скрытые мотивы.       — Она… — прошипела Кара. — Она показала тебе… Как?       Джон улыбается одной их своих редких, широких улыбок.       — Она училась реагировать на мою телепатию буквально с пеленок. Это самое приближенное к Марсианскому Сближению действие, которое у меня было с кем-то, даже отдаленно не относящимся к нашей общине.       — Вау, — выдыхает Дэнверс, снова ощущая гордость и счастье: гордость — за свою дочь, счастье — за то, что у Джона теперь есть еще один человек, с которым он может поделиться своими мыслями. — Вы близки в будущем?       Он кивает.       — Мы с Мганн ее крестные родители.       Кара во второй раз удивленно шипит.       — Мганн? — спрашивает она. — Она вернулась? Она в порядке?       Джон кивает и вновь улыбается.       — Эмоционально уставшая, но невредимая.       Девушка вспоминает, каким печальным был Марсианин после ее ухода, ощущая утрату и печаль, которыми был пропитан воздух в здании ДЭО в течение нескольких недель после случившегося, и ее сердце начинает биться быстрее.       — Джон, это… Это потрясающе. Я…       Она обнимает его, не зная, что еще можно сказать, сжимает без осторожности, и мужчина немного хрипит от силы, похлопывая ее по спине, пока Кара не услышит тихий смех, сотрясающий грудь Джона.       — Э, ребята? — говорит Уинн. — Ограбление банка?       — Верно! — Дэнверс отскакивает назад. — Преступники. С оружием. Погнала.       Она покидает здание, застенчиво бросая легкую усмешку Марсианину. Мысль о будущем, которое она собирается получить, не приносит ничего, кроме радости, и Кара взлетает над горизонтом в порыве бодрости.

***

      — Это, по-моему, что-то наподобие Марсианской телепатической связи, — говорит Лори, исследуя устройство. — Не знаю, как им удалось создать это. Отметь его, как безобидное, оно просто притягивает энергию от электромагнитного поля, которое биологически способны генерировать только Марсиане.       Алекс послушно каталогизирует устройства, сохраняя их в архиве, пока девочка перебирает каждый из них, подолгу вертя в руках. Атмосфера в воздухе несколько жесткая, в основном ориентированная на работу, но Алекс, к сожалению, слишком демонстративно выстраивает стены вокруг себя.       Что ж. Она не может ничего с этим поделать. Не то, чтобы ей не нравилась эта девочка, просто сложно доверять. Не тогда, когда Кара смотрит на нее таким щенячьим взглядом. Не тогда, когда Кара слишком уязвима по отношению к этому ребенку. Алекс была с сестрой в момент появления и предательства Астры, она видела, как сильно это изувечило душу Кары…       Она не слишком рада новому таинственному члену семьи криптонских кровей, который буквально выскочил, словно черт из табакерки.       Ей тяжело с этим смириться, но она признает, что у Лори внешность Лены, а улыбка Кары.       — О, отлично, — восклицает Лори, поднимая что-то похожее на обойму пистолета, в котором вместо пуль какие-то кристаллы. — Ты должна забрать это.       Алекс осторожно переводит взгляд с девочки на оружие.       — Что это?       Лори толкает устройство через стол к тете.       — Магазин класса Алютей. Для твоего пистолета. Они должны быть совместимы.       Алекс снова внимательно посматривает на Лори, прежде чем поднять обойму и осмотреть, вынув свою инопланетную пушку и вытащив оригинальный магазин.       — Это должно дать тебе возможность стрелять в десять раз больше, прежде чем пистолет перегреется.       — Да, — агент вставляет обойму, чувствуя изменение баланса веса.       Было бы очень здорово не брать перерывы между выстрелами для ходьбы или ударов кулаками.       — Прекрасно.       Лори бросает ей небольшую улыбку, прежде чем перейти к следующему пункту в списке. Алекс наблюдает за тем, как девочка методично исследует следующее устройство, бормоча вслух что-то о том, что оно человеческое по происхождению.       — Итак, — говорит Дэнверс, откладывая пистолет. — Откуда ты знаешь так много об оружии?       Лори смотрит на нее почему-то слишком нерешительно.       — От тебя, если честно.       Алекс приподнимает брови, опираясь на стол.       — От меня?       Подросток слегка улыбается, а затем кивает.       — Ею и дядя Кларк приветствуют «ручную работу» без летального исхода, если ты понимаешь, о чем я, — улыбка девочки становится шире, когда Алекс кивает и фыркает. — Но ты сказала, что у меня не всегда будут мои силы, поэтому я должна узнать немного больше об оружии, просто чтобы быть в безопасности.       Алекс пытается избавиться от ужасающего ощущения, которое ее охватывает, когда эта незнакомка описывает именно тот способ, которым она бы поступила.       — Инопланетное оружие?       Девочка пожимает плечами.       — В будущем начнется целый бум путешествий между планетами.       — Тогда, — ухмыляется Алекс, — предполагаю, у ДЭО прибавится работенки.       Лори тоже смеется, громче и свободнее, чем могла позволить себе с момента входа в этот кабинет.       — Да. Думаю, да, — она свободно улыбается Алекс, прежде чем, кажется, вспомнить себя и опустить взгляд на устройство в руке.       Агент поджимает губы.       — Итак, на что я похожа в будущем?       Лори моргает.       — Ох. Что ж. Ты… Ты? — девочка тихо смеется. — Лейтенант-директор ДЭО, специалист по оружию и генетике, счастливая жена, классная тетя…       Девушка немного ежится на словах о замужестве, но решает пока опустить этот момент.       — Классная тетя, да? — ухмыляется она.       Подросток смеется.       — Да. Ты… Ты научила меня всему, что я знаю о боевой тактике и оружии. И том, как хорошенько надирать задницы.       — Значит, всем самым важным вещам, — вновь усмехается Алекс, в очередной раз заставляя девочку рассмеяться.       — Да, — подтверждает она, прекращая смеяться.       — Тогда отлично, — говорит агент. — А то я беспокоилась немного, что ты меня избегаешь.       Лори гримасничает.       — Прости. Я просто… Я, правда, переживала, что маму беспокоит то, что я все время рядом, поэтому я пыталась никого не угнетать.       Она бросает Алекс тяжелую улыбку, тихую, грустную, такую, какую демонстрирует ее сестра, когда что-то скрывает. Даже с той же морщинкой между бровей. Эта девочка так сильно напоминает агенту маленькую Кару, пытающуюся держаться подальше и притворяться, что все в порядке, после того, как кто-то случайно что-то сломал или причинил кому-то боль.       Алекс вздыхает.       Черт возьми.       — Знаешь, я никогда не встречала подростка, который был бы так счастлив общаться с матерью, как ты, — поддразнивает она.       Лори застенчиво переминается с ноги на ногу.       — Ну, не у каждого подростка такая крутая мама, как у меня, — с защитной реакцией говорит она. — Кроме того, мы не могли в последнее время видеться так же часто, как раньше, поэтому я была взволнована.       Улыбка Лори вновь превращается в щенячий надув, а Дэнверс кидает на нее сочувствующий взгляд.       — Ты не можешь проводить с ней время?       Девочка качает головой.       — Я учусь в колледже, который находится далеко от дома. И даже когда я возвращаюсь домой на выходные, она всегда так сильно занята, понимаешь? Она всегда заботится о благополучии компании, или о прототипе того или иного устройства для ДЭО, и так далее…       Подросток грызет нижнюю губу, ворочая предмет в руках.       Алекс вздыхает.       — Да. Я понимаю, что ты чувствуешь.       Лори смотрит на нее, нахмурившись.       — Понимаешь?       Агент кивает.       — После того, как папа… исчез, мама ушла в работу. Она всегда находилась на лекциях, или конференциях, или еще где-то. Обычно мы с Карой оставались одни дома.       Она вспоминает несколько лет, когда поздней ночью укладывала Кару в постель, а затем спокойно ждала, когда ее мать вернется домой, всегда оставляя в холодильнике еду на случай, если она возвращалась слишком поздно.       — Ты не винишь ее, — продолжает она, — но когда смотришь на нее, хочешь видеть чаще.        Лори бросает на девушку пронзительно задумчивый взгляд, снова моргнув, прежде чем кивнуть.       — Да, именно, — бормочет она.       — Тогда вернемся к работе, чтобы ты могла вернуться к ней раньше, да?       Девочка усмехается.       — Да, — говорит она, по-видимому, слишком восторженно, потому что случайно нажимает что-то на устройстве, и оно загорается, от чего ребенок начинает кричать, бросая вещь на пол.       — Дерьмо. Прости. Оно не опасное, я просто… — тараторит она на такой скорости, будто пытается произнести сотню слов за секунду. — Это просто счетчик Гейгера, калиброванный для инопланетных радиоактивных элементов… Это же не Тамаранский меч, верно? — внимание Лори моментально переключается на другой объект.        Алекс не знает, то ли смеяться, то ли переживать, то ли и вовсе закатывать глаза, когда девочка взмывает в воздух с мечом в руке и маниакальным видом ликования на лице.       — Осторожно, — предупреждает девушка, поскольку все это приобретает экстремальную окраску. — Он может тебя ранить…       — Потому что он сделан из сплавов созвездия Рыб, я знаю, — говорит Лори, почти благоговейно касаясь плоской стороны серебряного лезвия. — Черт, он выглядит винтажным… Может, тридцать шестого или тридцать седьмого века?       Агент смеется.       — Я начинаю думать, что ты так много знаешь об оружии, потому что оно тебе нравится, а не из-за меня.       Лори надувается, все еще держа меч.       — Мечи классные, окей…       Дверь распахивается, и внутрь вваливается запыхавшийся Мон-Эл, который переводит взгляд с Алекс на Лори, прежде чем приблизиться к первой.       — Что, черт подери, ты здесь делаешь? — начинает Дэнверс, расправляя плечи. — Сюда доступ ограничен. Тебе запрещено.       — Это неважно сейчас, — умоляет он, отражая на лице болезненную гримасу. — Где Кара?       — Зачем она тебе нужна? — Лори впивается в него острым взглядом, словно лезвием бритвы, стоя возле Алекс с мечом в руках.       Мон-Эл хмурится.       — Что она здесь делает? — спрашивает он агента.       — В отличие от тебя, она была уполномочена помогать кое с чем здесь, — отвечает девушка, скрещивая руки на груди. — А теперь уходи, прежде чем я тебя выкину отсюда, окей? О чем бы ты ни хотел поговорить, это может подождать…       — Это не может ждать, — снова просит парень. — Мне нужно увидеть ее…       — У тебя нет права, — огрызается Лори, и Алекс протягивает к ней руку, чтобы девочка не сделала чего-нибудь необдуманного.       — Прошу прощения, но если ты не знала, — начинает Мон-Эл, почти умиротворяюще, — но мы с Карой встречаемся, поэтому я имею все права…       — Лжец! — подросток делает шаг вперед, и агенту приходится сильнее сжать ее руку в испуге. — Она рассталась с тобой прошлой ночью!       — Что? — Алекс переводит взгляд на Мон-Эла. — Она рассталась с тобой?       Парень на мгновение выглядит потерянным, прежде чем возобновить свое негодование.       — Мы поссорились. И она немного вспылила.       — Это преуменьшение, — насмехается Лори. — Она порвала с тобой.       Мон-Эл кривится и машет в ее сторону.       — Неужели ты действительно собираешься поверить племяннице Лены Лютор, вместо меня?       И, Боги, Алекс ненавидит его лицо.       — Речь не о том, кому я верю, Мон-Эл, — отвечает она, перекладывая вес с одной ноги на другую и складывая руки на бедрах. — Речь о моей сестре. Которая, кажется, рассталась с тобой?       И, честно говоря, Алекс немного подозрительна и немного обижена, потому что Кара не сказала ей о кое-чем действительно очень важном. Но опять же, она не удивлена. Между тем, как Мон-Эл доставал ее сестру, и всей сложной ситуацией с Лори, Алекс наконец-то слышит положительные новости.       Парень смотрит на них двоих — на лице полное смятение вперемешку с возмущением, руки сжаты в кулаки, а затем он вздыхает.       — Как бы там ни было, — удрученно бормочет он, — я просто хотел поговорить с ней. Сам найду ее, — добавляет Мон-Эл, прежде чем развернуться и выйти.       Агент вздыхает и потирает переносицу, поворачиваясь к Лори.       — Неужели они действительно разошлись?       Девочка с энтузиазмом кивает головой.       — Он ворвался в ее дом прошлой ночью, и ею порвала с ним…       — Он что? — Алекс убирает руку от лица, ощущая, как в ее груди все кипит, а из горла прорывается рычание. — Ах ты ж ничтожество… Я его унич…       — Погоди, — Лори хватает ее за локоть, прежде чем девушка выйдет из себя и прихлопнет проклятого Даксамита. — Вероятно, он попытается закатить истерику и выставить ее плохой, а после этого станет еще хуже…       Алекс кривится.       — Я не позволю ему приблизиться к моей сестре после всего дерьма, которое он ей устроил.       — Послушай, у меня идея, ладно? — вздыхает подросток. — Тебе либо понравится, либо нет.

***

      Первое, что видит Кара, когда возвращается в ДЭО — Мон-Эла, который приближается к ней с хмурым взглядом. Органы в ее животе завязываются в тугой узел. Она не готова говорить с ним. Еще нет. Пока нет. Рао, он выглядит так грустно, и злые голоса в голове девушки начинают кричать о том, что это ее вина. Снова и снова…       — Мон-Эл Даксамский! — раздается голос через всю комнату, прежде чем он успевает добраться до Кары.       Девушка с тревогой поднимает взгляд вверх, чтобы увидеть, как Лори подходит к нему с властным взглядом, а Алекс следует за ней с двумя тамаранскими мечами, которые они нашли на разбитом пиратском корабле несколько лет назад.       Кара чувствует, что ее сердце останавливается, когда девочка бросает перчатку на пол ДЭО прямо перед лицом Мон-Эла, едва давая ему шанс поймать ее.       — Я официально вызываю тебя на поединок за честь быть Учеником Кары Зор-Эл.       Она заявляет об этом на даксамитском диалекте с криптонским акцентом, стоящая и сияющая, словно бутылка дорогого шампанского всего в нескольких шагах от парня. В помещении повисает тишина, пока эти двое смотрят друг на друга. Кара не может видеть выражение лица Мон-Эла, она примерно на полпути к осознанию, собираясь вмешаться, когда он бросает перчатку обратно Лори.       — Я согласен.       Сердце Кары пропускает удар.

***

      Алекс может ощутить, как краснеет ее шея от взгляда сестры, когда она затягивает перчатки Лори перед дуэлью. Девушка уже слышит лекцию, которую придется выслушать:       Как ты могла позволить ей сделать это? Я верила, что ты будешь защищать ее. Просто не могу поверить, что ты…       На мгновение она бросает взгляд через плечо Лори. И да, создается ощущение, что Супергерл метает в нее ножи со всех сторон помещения, сдерживаясь от скандала только из-за присутствия Джона. Они в зале на нижнем этаже, чтобы никто не видел этого поединка. Алекс слышит, как Кара спорит с Джоном на одном дыхании. Вероятно, рассказывает ему, что он умалишенный, раз позволил этому произойти.       По правде говоря, агент тоже удивилась. Но, по всей видимости, Джонн уязвим по отношению к Лорелай Л. Дэнверс больше, чем сама Кара или Алекс.       Ну, или он надеется, что эта ситуация заставит Мон-Эла оставить Кару в покое.       — Надеюсь, ты понимаешь, чего мне это стоит, — бормочет Дэнверс старшая девочке с полуулыбкой. — У меня большие проблемы с Карой теперь.       Лори усмехается.       — Ты предпочла бы, чтобы он продолжал и дальше портить ей жизнь? — спрашивает она, разминая руки.       Алекс фыркает и качает головой, отходя.       — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.       Подросток ловко вертит меч в руке.       — Не волнуйся. Это не первая моя дуэль.       Алекс приподнимает брови.       — Серьезно?       Лори усмехается.       — Моя лучшая подруга — Тамаранка, — попала в какую-то дрянь с устроенным браком, и мне пришлось заставить ее двоюродного брата дать мне и моему мечу возможность спасти ее.       — И ты вышла из дуэли целой и невредимой? — спрашивает Алекс, приподнимая брови.       Она начинает думать, что у этой девчонки странная привычка прыгать с головой в ситуации, в которых она имеет одну восьмую готового плана, а остальные семь частей — чистой воды молитвы за удачу.       — Более-менее, — говорит подросток совсем не убедительно, прежде чем покачать головой. — Просто… Не волнуйся, ладно? Ты сказала дяде Уинну настроить камеры?       — Да. И я буду здесь, чтобы собрать тебя по кусочкам, когда тебя выпотрошат.       Лори вздрагивает.       — Ты это не серьезно.       Алекс просто смеется и взъерошивает ее волосы.       — Ладно. Ничтожество выглядит нетерпеливым. Покромсай его задницу.       Лори закатывает глаза.       — Помни, не позволяй ей вмешиваться, пока кто-нибудь из нас не сдастся, ладно?       Алекс кивает, и на лице девочки вспыхивает ухмылка, прежде чем сменяется выражением царственной насмешки.       — Готова? — насмехается Мон-Эл на весь зал.       Агент слышит, как Лори фыркает.       — С рождения готова, — отвечает она, гордо выпрямляя спину, пока они идут вперед, чтобы встретиться в центре и обменяться условиями.       Алекс подходит к Каре и Джону, когда их взгляды с сестрой встречаются. Кара смотрит злобно и раздраженно, прежде чем вернуться в свою привычную стойку и посмотреть на дуэлянтов.       — Каковы твои условия? — спрашивает парень.       — Ты держишься подальше от Кары Зор-Эл. Что насчет твоих?       — То же самое касательно тебя, — рычит он.       — Внимание, — говорит Джон глубоким стальным голосом. — Начали!       Они оба мимолетно смотрят в глаза Алекс, а затем серебро сталкивается с серебром с такой силой, что искры летят в разные стороны. И, несмотря на свой тон минутой ранее, агент ощущает, как ее желудок сводит от тревоги.       Она немного успокаивается, когда Лори наносит ему удар за ударом. С легкостью, держа одну руку за спиной, с ухмылкой на лице, которую Алекс несколько раз видела у Лены.       — Держись, даксамит, — самодовольно шипит она. — У тебя нет здесь твоих драгоценных рабов, которые могли бы сделать все за тебя.       И на этих словах нервозность Алекс вновь возвращается. Она знает, что нельзя издеваться над врагом во время поединка. Это слишком азартная игра, которая заставит врага еще больше рассердиться и стать либо неуклюжим, либо сильнее из-за ярости. Лори слишком самодовольная, слишком высокомерная, Алекс начинает видеть множество вариантов, которыми все может завершиться.       Лори наносит еще один удар, оставляя разрез на руке Мон-Эла, когда тот едва уклоняется. Она мгновенно разворачивает лезвие, и парень вовремя отскакивает в сторону.       Агент пытается успокоить себя, переминаясь с ноги на ногу. Все будет хорошо.       — Ты жалкий, — смеется девочка, подлавливая его на ошибке и сбивая с ног. — Рядом с тобой был член Дома Эль, величайший воин на Земле, который мог научить тебя всему, и это лучшее, на что ты способен? — она вновь смеется, нанося удар за ударом, едва ли не выворачивая собственное запястье. — Ты тратишь ее время.       Мон-Эл рычит и бросается на подростка, чтобы через мгновение упасть на пол, когда она проделывает маневр. Это поворотный момент: Лори становится на меч парня, прижимая его к полу, а своим упирается в его горло.       — Сдавайся, — приказывает она, глядя на него исподлобья.       Алекс позволяет себе расслабиться, испустив тревожный вздох, который задерживала в легких. Краем глаза она замечает, что Кара делает то же самое и улыбается.       Мон-Эл смотрит на нее, скрипя зубами, а Алекс ждет, когда можно будет смаковать момент его проигрыша, однако глаза парня сверкают злобой, и он быстро ударяет девочку в колено.       — Нет! — кричит Кара, устремляясь вперед, сдерживаемая Джоном. — Это жульничество…       — Кара, вернись, — предупреждает Алекс, начиная паниковать.       Мон-Эл пользуется кратким замешательством Лори, чтобы вновь вскочить на ноги и использовать свое преимущество, отталкивая ее назад и пытаясь вернуть баланс.       — Позволь мне вмешаться, — умоляет Кара.       Джон крепко держит ее на месте, хмурясь.       Алекс вздрагивает, когда Мон-Эл жестко замахивается и ударяет Лори в лицо. Удар сильный, затем еще один. Действия девочки становятся все более и более размытыми, поскольку парень движется быстрее, замахивается гораздо сильнее, злобнее.       Алекс сопротивляется желанию бежать к Лори. Азартные игры ни к чему хорошему не приводят. Даксамит в ярости и сосредоточен, она проиграет.       Девочка смотрит на нее и качает головой. Настойчиво.       Агент сглатывает.       Мон-Эл наносит еще один удар, оставляя на руке подростка длинный порез. И когда она корчится от боли, он замахивается своим мечом достаточно сильно, чтобы сбить ее с ног и уложить на пол.       Лори стонет от боли, когда он прижимает острие к ее горлу. Она бросает на него взгляд, рыча.       — Я сдаюсь, — бормочет она сквозь стиснутые зубы.       Сердце Алекс обрывается. План не сработал. И Кара будет так злиться на нее. Ну, по крайней мере, это закончилось до того, как Лори покромсали. Алекс считает это большой победой.       Однако Мон-Эл не отступает и не довольствуется победой, как они того ожидают. Он наклоняется и хватает Лори за горло.       — Я сдаюсь! — повторяет подросток, задыхаясь и царапая его руки, когда парень поднимает ее с пола.       Алекс бросается вперед, когда он замахивается мечом, собираясь пронзить девочку насквозь. Она должна двигаться, но знает, что человеческой скорости не достаточно…       Лори сползает на пол. Меч Мон-Эла падает рядом с ней, когда он сам теперь оказывается с зажатым, словно в тиски горлом. Кара поднимает его, прежде чем бросить в дальнюю часть комнаты и ринуться следом, чтобы обрушить сверху множество ударов, несмотря на то, что он хорошо впечатался в стену силой ее броска.       Агент подходит к Лори, хватая ее за плечи и с беспокойством осматривая, когда Супергерл вновь хватает парня за воротник, поднимая на ноги.       — Чтобы ты больше никогда не смел приближаться к моей семье, понял?       — Кара, подожди…       — Если я когда-нибудь увижу, что ты снова поднимаешь на нее руку, — громогласно рычит она, тряся его, словно тряпичную куклу, — я заставлю тебя пожалеть о своем рождении.       — Кара, ты не понимаешь, детка…       — Не называй меня так, — она ударяет парня о стену. — Мы расстались. Никогда больше не смей говорить со мной или с моей семьей. Ты меня понял?       Она чувствует зуд и слышит гул, который бывает только в моменты, когда она собирается использовать свое тепловое зрение.       — Кара, пожалуйста, я не хотел… Я был так зол. Ты слышала то, что она говорила…       Супергерл рычит, откидывая кулак назад и собираясь ударить.       — Кара! — кричит Алекс.       Это останавливает девушку всего на мгновение, но возгласа не достаточно.       — Отпусти его. Он этого не стоит.       Повисает длинная пауза, во время которой никто не движется, а затем девушка, наконец, отпускает его, все еще рыча. Алекс позволяет Джону взять Лори на руки, прежде чем бежать к Каре, чтобы положить руку на ее плечо.       — Спокойно.       Мон-Эл вздыхает и открывает рот.       — Нет, — отрезает Алекс, прежде чем он может начать говорить. — Заткнись. Не испытывай свою удачу. Убирайся отсюда, пока один из нас не разорвал тебя на куски.       Парень смотрит то на одну, то на вторую, и Алекс буквально чувствует, что Джон психологически воздействует на него. Мон-Эл не спешит, замирая секунд на десять, а затем отправляется к двери. Кара, наконец, расслабляется и прижимает кулак к груди.       — Спасибо, — бормочет она Алекс.       И это звучит как: «Спасибо, что не позволила мне убить его». Агент хлопает ее по спине.       — Обращайся.       Кара безмолвно кивает, прежде чем броситься к Лори, притягивая дочь в свои защищающие объятия.       — Дошай (1), — бормочет девочка со слабой улыбкой, и Кара лишь пристально смотрит на нее, направляясь в медицинский отсек.       — Жао, рриву гед. Таанахурт-одх, ех ишках? (2)       Лори кивает.       — Жи, ех ею. (3)       Алекс следует за ними по лестнице, только чтобы найти агентов, впившихся в Мон-Эла ненавистными взглядами, когда он проходит мимо. Она бросает Уинну легкий, сдержанный толчок в плечо, проходя мимо его стола и ощущая, как в груди распространяется самодовольная гордость.

***

      Кара проводит лекцию длиною в двадцать минут, когда Алекс, наконец, заканчивает обрабатывать раны Лори.       — О чем ты думала? Еще и Уинн транслировал поединок всему зданию. Чего ты пыталась добиться?       Кара размахивает окровавленными марлевыми салфетками, покрывающими стол сестры. Лори бросает на тетю взгляд, ища помощи, но та просто пожимает плечами, начиная накладывать повязку на руку девочки. Она предупреждала ее, что эта часть испытания полностью на ней.       — Я хотела унизить его. Чтобы доказать всем, кто он такой.       Кара замирает и потирает переносицу, глубоко вздыхая.       — Ты даже не знала, выиграешь ли ты. Лори, ты должна была подумать.       — Мне не нужно было знать, выиграю я или нет, — объясняет подросток, морщась.       Кара пристально смотрит на нее.       Лори вздыхает.       — Ладно, ею, смотри, когда я посетила Тамаранский флот и научилась искусству дуэли, я также узнала, почему они используют их как юридическую форму разрешения спора. Они не примитивные люди и должны были пройти этот этап.       Кара скрещивает руки на груди, перемещая вес с одной ноги на другую, и внимательно слушает.       — И почему же?       — Потому что истинная цель дуэли — не увидеть, кто лучший боец, а показать настоящий характер участников.       Лори кладет ладони на колени, когда Алекс заканчивает с повязкой.       — Они считают, что во время битвы нет возможности солгать. Движения твоего тела предают тебя. Тот, кто действует бесчестно, является настоящим неудачником.       Алекс пытается скрыть усмешку, распространяющуюся на лице, и произносит:       — Все видели, как он пытался убить тебя после того, как ты сдалась.       Кара снова задыхается от ненависти.       — Я до сих пор не вижу смысла, чтобы рисковать собой, дабы унизить его.       Лори хмурится, зеркально отражая мать.       — Это было не просто унижение. Это должно было показать тебе, какой он на самом деле.       Кара колеблется, и ее твердая осанка ослабевает.       — Почему мне?       — Потому что я… — девочка вздыхает, пытаясь подобрать нужные слова. — Я видела, как он себя вел. Как будто он страдает, как будто он вечная жертва. И я знаю, что ты не можешь обижать людей. Я хотела… — Лори чертыхнулась, морщась, когда пошевелила рукой и получила болезненный импульс. — Я хотела показать тебе, кто он на самом деле. Чтобы ты могла злиться на него, а не обвинять себя, — пожимает плечами она. — Все, что проявилось помимо этого, было просто бонусом, после которого никто не сумеет убедить тебя снова дать ему шанс.       Наступает долгое молчание, во время которого Кара просто смотрит на нее с дрожащими губами. Она разворачивается и проводит рукой по лицу, прежде чем рассмеяться. И Алекс видит, как она держится, пытаясь не расплакаться.       Лори, однако, не так повезло. Слезы моментально выступают на ее глазах, и девочка начинает дрожать.       — Ею, прости, пожалуйста. Не расстраивайся.       Кара перебивает ее, поворачиваясь и притягивая в крепкие объятия, утыкаясь лицом в темные волосы.       — Никогда не пугай меня так, — шепчет она.       Лори кивает, всхлипывая в ее плечо, а затем фыркает. Супергерл отодвигается и наполняет грудь воздухом, тихо посмеиваясь и вытирая одну из слезинок дочери.       — Ишках кир, — бормочет она. — Есть ли у меня шанс убедить тебя провести несколько часов под солнечными лампами?       Лори смеется, прежде чем покачать головой.       — Тамаранцы считают, что поединок — это большая честь. Мне бы хотелось показать ранения своей подруге, когда я вернусь.       Кара вздыхает, прежде чем провести рукой по темным волосам.       — Хорошо, отдыхай. Я должна появиться сегодня в КэтКо, — она смотрит на Алекс. — И ты больше не позволишь моей дочери подобных глупостей, ясно?       Агент невинно поднимает руки.       — Конечно. Никогда, — она приподнимает брови и тыкает пальцем в Лори. — Это было очень плохо, юная леди.       Кара сощуривается, а девочка начинает смеяться.       — Мы еще поговорим, — говорит Супергерл сестре, прежде чем поцеловать дочь в макушку и направиться к двери. — Увидимся позже.       — Пока.       Они машут ей рукой и ждут, пока девушка исчезнет из поля зрения, а потом тихо хихикают.       — Лори Дэнверс, — начинает Алекс, стаскивая с рук хирургические перчатки, — это было очень-очень плохо.       — Я это слышала! — кричит Кара с другого конца здания.       Лори прикрывает рот ладонью, чтобы сдержать рвущийся наружу смех.       — Да, тетя Алекс, не позволяй плошать глупой молодежи.       — О, заткнись, — смеется агент, слегка толкая племянницу в плечо. — Ботанка.

***

      — Я не могу поверить, что ты думаешь, будто это смешно, — с тревогой говорит Кара, поправляя свои очки.       Лена подавляет еще один приступ смеха, прислонившись к спинке своего офисного дивана.       — О, давай, Кара, ты должна признать, что это было потрясающе, — добродушно говорит она. — Он бы только унизил себя больше, если бы посмел сделать что-то плохое. А так, это смахивает на греческую трагедию.       Кара морщится, впихивая в рот еще один пончик.       — Ну, чтобы я так радовалась, что наш ребенок размахивал мечом, — ворчит она с набитым ртом.       Лена закатывает глаза.       — Конечно, я не счастлива, что она ринулась в бой, Кара. Просто я считаю, что это был умный поступок. Невероятно безрассудный, — признается она, — но умный.       Ее улыбка становится мягкой.       — Зато она искоренила его возможность винить тебя. Публично. Очень публично.       Кара вздыхает. Лена выглядит красиво, как и всегда, в красном сиянии заката. Она думает, что они в последнее время разделяют очень важные разговоры, когда перегруженная Кара замечает красные оттенки в темных волосах Лены или, как глаза этой удивительной девушки приобретают янтарно-зеленый оттенок.       — Полагаю, что так. Я так горжусь ею, знаешь? — Дэнверс возбужденно ерзает на месте. — Ты должна была видеть ее сегодня. Ей всего семнадцать, и она знает, как вести себя на военном объекте.       Она так увлечена, разглядывая город в окнах Л-Корп, что ей нужно целое мгновение, чтобы понять, что Лена притихла.       — Лена? — спрашивает она. — Что не так?       Лена улыбается, но не встречается с взглядом подруги, царапая ноготком свои наручные часы.       — Я… — качает она головой. — Ничего.       Кара хмурится.       — Очевидно, что нет.       Лена смеется, наконец встречая глаза девушки и предлагая ей грустную улыбку.       — Прости, я просто… Я волнуюсь.       Кара вновь ерзает на диване, нахмурившись в беспокойстве.       — Волнуешься из-за чего?       — Ладно, — Лена проводит рукой по волосам, прежде чем вспомнить, что сегодня они собраны в аккуратную булочку, и останавливается, чтобы потереть шею. — Полагаю, это просто… Как ты сказала. Ей всего семнадцать, а она уже на одном уровне со специальными оперативниками, — девушка вздыхает. — Я… беспокоюсь о том, что у нее не было детства.       Кара хмурится, не совсем понимая.       — Что ты имеешь в виду?       — Мне было интересно, было ли у нее время для того, чтобы жить в свое удовольствие, понимаешь? Я, честно говоря, была обеспокоена, когда она сказала мне, что учится в колледже. Звучит, конечно, гламурно, быть вундеркиндом, но, позволь заметить, — усмехается Лютор, — это очень одиноко. Я тратила почти все свое время на учебу, нежели на вечеринки с друзьями, если они у меня вообще имелись в то время.       Кара делает паузу, обдумывая эти слова. Честно говоря, она не особо задумывалась над этим. Она просто так… Так гордится Лори. Счастлива, что эта девочка имеет шанс исследовать весь спектр своих возможностей. Получает все, чего достойна, в том числе и учебу, о которой можно только мечтать. Это роскошь, которой никогда не было у Кары. Она всегда была так занята попытками спрятаться, попытками отбросить свои чувства каждый раз, когда слышала крики о помощи и не могла прийти. Она никогда не хотела нормального земного детства. Ее отправили на другую планету, чтобы она взяла на себя ответственность, слишком тяжелую для ребенка.       — Кара? — окликает Лена, нерешительно кладя руку на колени подруги. — С тобой все в порядке?       Кара моргает, затем еще раз, чувствуя себя странно измотанной.       — Я… Я в порядке. Прости.       Лена хмурится.       — Что случилось?       — Я… — Кара вновь моргает, чтобы сосредоточить свой взгляд. — Я не уверена, просто… Я просто задумалась о кое-каких вещах. О тех временах, когда я была младше. Я всегда была так расстроена тем, что мне нужно следовать по стопам Кларка. Тем, что я никогда… Не позволяла себе быть ребенком, наверное, — она поправляет очки. — В смысле, я была счастлива проводить время с Алекс, но в конце концов она уходила на вечеринки со своими друзьями, и…       Девушка делает глубокий вдох, чувствуя, что дыхания все еще не хватает, хотя она просто сидит на одном месте.       — Эй, не торопись, — тихо говорит Лена, кладя свою руку поверх руки подруги. — Иногда такое случается. Особенно в моменты, когда ты осознаешь, что многое не позволяла себе ощутить. Дыши.       Кара нервно смеется.       — Прости, это смущает…       — Нечего смущаться, ладно? — Лена ждет, пока Кара поднимет на нее свой взгляд. — Очень важно принять все медленно. С тобой все будет в порядке.       Кара улыбается и сжимает ее руку.       — Как ты… Как ты можешь так хорошо разбираться в этом всем?       Лена улыбается и приподнимает брови.       — Разбираться в чем?       — В этом, — смутно объясняет Кара, нервно хихикая, когда Лена хмурит лоб. — В сортировке чувств и обстоятельств, и всего прочего.       Лена улыбается.       — Годы практики, — говорит она, хихикая. — Я признаю, что какое-то время я пренебрегала этими навыками, но после того, как появилась Лори, я… Я пытаюсь анализировать происходящее намного чаще.       Кара смеется и сжимает пальцы.       — Может быть, мне стоит назначить сеанс, — шутит она. — Я чувствую, что… Будто есть намного больше того, в чем мне нужно признаться себе, и это… Страшно, — выдыхает она.       Лена вновь сжимает ее руку.       — Знакомство с собой — длительный процесс и очень непростой, — говорит девушка. — Тебе разрешено это делать медленно. Просто сосредоточься на том, чтобы быть только Карой Дэнверс хотя бы какое-то время.       Кара изучает вкрапинки золота в глазах подруги, прежде чем выдохнуть.       — Зор-Эл.       Лена моргает.       — Что?       — Меня зовут, — Кара медленно растирает большим пальцем ладонь девушки, — Кара Зор-Эл. На Криптоне дочери брали себе за фамилию имена отцов.       Лена пристально смотрит на нее, размеренно дыша, словно ощущая вес этой исповеди и принимая ее благоговейно и почтительно.       — Кара Зор-Эл, — говорит она, и Кара закрывает глаза, ощущая, как вихрь тепла закручивается вокруг ее сердца, когда до ушей долетает собственное имя, обернутое интонацией Лены. — Ты заслуживаешь быть счастливой.       Супергерл вновь открывает глаза.       — Я счастлива, когда нахожусь рядом с тобой.       Лена грустно улыбается ей.       — Я тоже счастлива, когда ты рядом. Но ты должна сосредоточиться на себе.       — Я даже не знаю, с чего начать, — вздыхает девушка, стараясь отбросить подавленность.       — Начни с того, с чем можешь справиться, — все так же мягко и обнадеживающе говорит Лютор. — Когда я встретила тебя, ты не была так уверена в том, что хочешь быть репортером. Возможно, тебе нужно начать с того, чего ты действительно хочешь от своей карьеры.       — Может быть…       — И ты рассказывала мне, как боролась с тем, чтобы открыться Алекс в первый раз. Ты можешь попробовать разобраться с чувствами по этому поводу.       Кара покусывает нижнюю губу, взглянув на подругу.       — Наверное, в конце концов с чего-то, да и нужно начать, правда?       Лена смеется, прежде чем распутать их руки и встать.       — Не торопись, Кара. С этим всем нельзя спешить, — говорит она с улыбкой, разглаживая юбку. — Я ненавижу с тобой прощаться, но у меня встреча через десять минут, а тебе, если я не ошибаюсь, нужно через три часа сдать статью.       Кара театрально стонет, вставая со своего места, и улыбается, привлекая подругу в объятия.       — Спасибо, Лена.       Лютор на мгновение таит дыхание, прежде чем расслабиться.       — Я всегда рядом.       И у Кары не находятся слова, чтобы описать, насколько она благодарна.       — Я приведу Лори к тебе, когда закончу работать?       Лена кивает.       — Если хочешь, можешь снова остаться на ужин.       Кара опускает руки и качает головой.       — Не могу. У меня ночь сестер с Алекс. У нас есть куча всего, что нужно обсудить, — смеется она. — Ну, ночь сестер, где будет Мэгги. Так что, технически я могу пригласить тебя, если хочешь?       Лена улыбается.       — Иди, проведи время со своей сестрой. Мы можем поужинать в любое время.       Они снова обнимаются. На этот раз объятия короче, а затем Кара уходит, купаясь в солнечном свете и ощущая счастье в груди.       Пояснения:       (1) Дошай — что-то, вроде «прости», но с более эмоциональным, грустным оттенком.       (2) Жао, рриву гед. Таанахурт-одх, ех ишках? — Не делай так больше. Понимаешь, малышка?       (3) Жи, ех ею. — Да, мама.