Выбор

      — Опять эта пакость, — проворчала капитан, возясь в тарелке с перловой кашей. Честно говоря, та была действительно отвратительна: без соли и масла, сваренная в походных условиях (то есть всегда либо недоваренная, либо пригоревшая), без мяса и больше похожая на уже съеденную однажды кем-то, она вызывала лишь отвращение, нежели желание хотя бы попробовать. Но иначе в армейской кухне на границе Тёмной Империи не готовили. Закон суров: либо ты ешь, либо остаешься голодным. И приходилось давиться.       Пожалуй, это больше всего злило Тангирру, нежели даже необходимость еще в дороге коротко отрезать свои длинные, цвета воронова крыла, волосы, за которыми без магии ухаживать Танги попросту не умела. И за неделю, прошедшую в лагере, к отвратительной и простой пище она так и не привыкла. Не мудрено, за всю жизнь с замечательным поваром, который готовил любое блюдо и, скорее всего, обладал кулинарной магией, девушка стала гурманом.       — Жри и не рыпайся, Тьерина, — рыкнул какой-то бравый капитан. А девушка вновь вздрогнула от осознания того, как её назвали.       Она еще по пути в приграничную крепость осознала, что называть свое имя будет глупо. И после недолгих размышлений пришла к выводу, что проще придумать совершенно новое, никому незнакомое, чтобы не было потом проблем. «Новая жизнь — новое имя», — мелькнуло тогда в голове.       Извозчик выполнил свою часть сделки, довезя её до самой дальней крепости Тёмной империи. На улицах уже начинала царствовать осень, и здесь, в Приграничье, ветра дули сильными и холодными. Но было во всем этом что-то такое, что заставило будущую Первую леди задохнуться от восторга, растеряв все слова, которые хотелось сказать. Красота местности так поразила её, что извозчику пришлось дернуть её за рукав, лишь бы напомнить о себе и об условиях завершения сделки.       А после последовали долгие споры со стражей на воротах, не желающих пускать «бабу» в крепость, подкуп, бесконечные повороты крепости и кабинет коменданта гарнизона, вербующего волонтеров на службу: неприятный мужчина, самый обычный человек, уже лысеющий и имеющий большой живот и потные ладошки.       — Ваше имя?       Танги на секунду замялась, но все же ответила так, чтобы имя, сорвавшееся с губ, показалось естественным.       — Тьерина Нагарат.       Тьерина. Пожалуй, ей даже льстило, что фамилия возлюбленного послужит ей именем хотя бы то недолгое время, что она находится в крепости. Долго это продолжаться не может, несомненно. И мечты о том, что Рдаэн однажды бросит вызов Императору и его сыночку, предавшего её, окажутся разбитыми. Но почему бы ей не использовать род Тьеров, как утешение в этой нелегкое для леди Анаргат время?       Комендант кивнул, что-то записал, а после протянул руку Тангирре:       — Ну что же, капитан Нагарат. Поздравляю вас со вступлением на службу. Желаю удачи. Она вам действительно понадобится.       Танги тогда лишь кивнула, не воспринимая слова опытного вояки всерьез. А надо было бы.       В первую же ночь на крепость напали какие-то создания. Девушка не бралась определить, что это: умертвия или выходцы из Хаоса, но сражаться с ними пришлось врукопашную. Держать меч в руках Тангирра не умела. Тварь нападала…       И лежать бы ей мёртвой, если бы не Еван Ньютер, закрывший тёмную леди собой.       — Дура! Ты, вроде бы, тёмная, а магией не воспользовалась. Почему? А впрочем не важно. Бездна тебя сожри. Ты капитан! Если не научишься фехтовать, убьешь и себя, и свой отряд.       От смысла слов хотелось реветь, но Танги понимала: он прав. И с тех пор старательно фехтовала в одном из тренировочных помещений. Конечно, мало что получалось, но держать меч так, чтобы он не выпадал из рук, девушка научилась.       В этом, кстати, опять помог Ньютер. Попав однажды на её тренировку, он просто вручил ей вместо деревянного (то есть облегченного) оружия железный и показал, как правильно его держать. А после показал, как правильно атаковать и защищаться. Но это все было в начальной стадии и требовало огромной шлифовки. Ничего. У нее еще есть время, чтобы научиться.       Но если поначалу леди Анаргат рассчитывала, что нападение в первую ночь её службы будет единичным, то совсем скоро, а именно на третьи сутки, она осознала, как сильно заблуждалась. Твари напирали, не желая сдаваться. Выспаться получалось только после рассвета, но на сон оставался всего час. Полноценно отдохнуть не получалось. От недосыпа через две ночи появились мешки под некогда прекрасными глазами, а лицо осунулось. Впрочем, от местного питания она сама похудела. Кожа полностью обтянула кости, превращая некогда красивую округлую девушку в угловатого подростка…       Но вскоре она привыкнет, это точно.       — Закрой рот и не мешай мне возмущаться, Ньютер, — отозвалась девушка беззлобно. Могла бы и зло, но ввязываться в очередную ссору не хотелось. Ей хватило того, что произошло почти семь недель назад. А от грубости этому капитану можно и получить лишний синяк на мягком месте, чего сильно не хотелось племяннице Императора.       «Интересно, а что бы сказал дядюшка, если бы увидел меня в таком виде?», — мелькнула мысль.       Ей действительно на долю минуты стало интересно посмотреть на реакцию царственного родственника. А все потому, что именно благодаря его требованиям у Тангирры волосы всегда были длинными. Их не отрезали даже на несколько дюймов.       — Коса леди — это её украшение! — учил племянницу Император. — А короткие стрижки делают только доступные и распутные. Блудницы, коих легко найти в любой грязной таверне.       Впрочем, не время медитировать и представлять, что было и что уже прошло. Первоочередная задача Тангирры перед тренировкой — обед. И поход к сотнику, который вчера давал отряду капитана Нагарат задание «прошерстить» все близлежащие леса на присутствие «неучтенных» умертвий. И по возможности отыскать логово.

***

      — Нагар-рат, такого отвратительного выполнения задания во всей истории нашей крепости еще не было! — рычал сотник, ударяя кулаком по столу. Тангирра стояла перед ним, держа голову прямо. Она не должна показывать, что все случившееся её сильно стыдит. Да, она не совсем справилась с заданием. Но и наказание тогда должна принять с честью. Так, как полагается не только офицеру, но и первой леди Империи.       А сотник между тем распалялся все сильнее, уже не просто ругая — брызжа слюной. Да так, что некоторые капли долетали до лица девушки.       — Как можно было отправляться на инспекцию и похоронить двух людей из своего отряда?! Я вас спрашиваю, капитан! Вы отвечаете за них головой, что было вам известно с самого начала вашей службы! Я предупреждал, Тьерина!       Она молчала. Да и что сказать? Вина действительно её, она позволила своим людям оторваться от отряда и попасть прямиком в логово умертвий. И те сожрали беззащитных, безоружных стражей, отошедших по зову природы в близлежащие кусты.       — Как я могу доверять вам людей, капитан, если вы не в силах управлять своим отрядом?       — Я повторяю вам еще раз, рядовые Гродус и Красс ушли из отряда самовольно. Я, как шедшая впереди, не заметила отсутствие двоих, плетущихся в замыкающих. Но вы не правы: задание мы все же выполнили и логово нашли. — Пусть и такой кровавой жертвой.       Сотник вздохнул и устало опустился в кресло. До этого он стоял и бил кулаком по столу, не в силах поверить в безучастность Тьерины, сейчас же просто устал кричать. Ничего, он уже покажет этой девчонке, что командование людьми — не просто блажь и игра в солдатики, которые легко можно как смахнуть в коробку, так и достать из нее.       — Завтра отправляетесь со своим отрядом за дровами. Повара сказали мне, что у них заканчивается топливо для печи. По возможности поохотитесь и пристрелите немного мяса на ужин. От патрулирования улиц я вас освобождаю. С такими стражами, как вы, Тьерина, наша Империя только скатится в Бездну. Молитесь, чтобы…       — Вы не правы, господин сотник, — прервал его разъяренный голос, а дверь, ведущая в коридор, захлопнулась, отрезая кабинет сотника от всего мира. Тангирра даже удивилась: раньше она всегда скрипела, сейчас же не издала ни одного лишнего звука.       Впрочем, удивление длилось какую-то долю секунды, пока не был узнан голос, посмевший перебить командира.       — Капитан действительно выполнила свое задание. Пусть и с потерями, но факт собой остается. — Рдаэн прошел вглубь комнаты и присел в кресло. — Тёмных дней. Уж простите, что вмешался в ваш разговор и подслушал его.       Мужчина внимательно посмотрел на Тангирру, оценивая её, отмечая малейшие несоответствия во внешности: от неровно отрезанных волос до обтянувшей кости коже. Когда карие глаза остановились на груди, практически высохшей, а потому ничем не перевязываемой, Танги вспыхнула. Да как он смеет?! Она все же не крестьянская деревенская девчонка! Но после успокоилась и принялась глядеть в ответ. Здесь и сейчас перед ним стоит не леди Тангирра Анаргат, а простой капитан Тьерина Нагарат.       Девушка ожидала всего: и едкого комментария, и приказа именем Императора немедленно вернуться домой, однако замешкалась, когда услышала абсолютно другой вопрос:       — Могу я узнать ваше имя, капитан? — Спокойный вопрос, пробирающий своей холодностью до костей. Но было в нем нечто еще, что заставляло её сердце сжиматься от боли: злость и усталость Рдаэна. Она чувствовала их сейчас, после того как успокоилась, как свои собственные. Но на что он злился? На её выходку? На то, что искать её отправили именно его? Странно, что не Анаргара.       Хотя… он бы всё равно её не нашел. Увы, он силен во многом, но никак не в поиске сбежавшей нареченной.       Но неужели Рдаэн действительно её не узнал? Это было так на него не похоже. Всё же короткая стрижка и худоба не изменили её лица, как бы сильно тёмной этого не хотелось.       «Я Тангирра Анаргат. Я блистательная Тангирра Анаргат. Я капитан, я военный…»       — Тьерина Нагарат, лорд, — выдавила она некоторое время спустя. Голос не дрогнул, но видит Бездна, её пугала его возможная реакция. Рассмеётся или нет? Всё же имя она выбрала довольно специфичное. Очень созвучное с его фамилией. Тьма, да оно и было его фамилией!       Мужчина кивнул, вновь оценивающе посмотрел. А затем перевел взгляд на сотника:       — Деверн, мне было приказано принять командование гарнизоном на себя. Отныне вы отстранены от своей должности. За два дня вы должны передать мне всю документацию и представить личному составу. Указ будет подготовлен в течение трех часов.       Деверн посерел и сжал кулаки. На секунду Танги испугалась того, что её возлюбленного здесь и сейчас убьют…       Но полуорк кивнул, поднялся с места и достал с нагрудного кармана ключ.       — Надеюсь, сейф с бумагами вы найдете сами, лорд Тьер. Капитан Нагарат, — попрощался он с Танги, кивнув. А после вышел.       Некоторое время тёмный лорд сидел в задумчивости, не реагируя на то, что Тангирра всё еще стоит. Да и ему, кажется, было плевать, что она присутствовала при таком важном разговоре.       — Капитан, вы можете идти. И да, — окликнул он её, после того как Танги уже подошла к двери и взялась за ручку. — Не рассказывайте никому о сегодняшнем разговоре. Все всё узнают сами, когда потребуется время.       — Да, лорд… командующий.

***

      На следующий день отряд Тангирры, подчиняясь приказу господина Деверна, вышел в близлежащий лес. Капитан чётко разделила задачу каждого: трое охотятся, трое покрупнее рубят дрова, оставшиеся четыре их транспортируют в замок.       К вечеру отряд выполнил задание, а потому мог смело вернуться в замок, что с удовольствием сделал. И, можно сказать, попал на представление века.       — Общий сбор через три минуты! Всем собраться в большом зале!       Некоторые из отряда капитана Нагарат переглянулись и, скинув с плеч тушки добытых гевейков (благо жили рядом с Хаосом), остановились. Танги на секунду даже загордилась своими людьми: они ждали её разрешения. Вот только девушка медлила и никак не могла заставить себя дать добро на помещение зала. Что там объявят? Представят Рдаэна? Или он, напротив, сдаст её и отправит к родителям?       — Капитан? — позвал её полуорк Бурдус, дернув девушку за рукав. — Опаздываем же, капитан.       Опустив взор, Тангирра кивнула и жестом предложила своим людям следовать вперед. А сама пристроилась замыкающей, желая оказаться как можно ближе к выходу, если верным окажется второе предположение.       Народ уже собирался. Большое помещение, предназначенное для общего сбора, оказалось заполнено полностью, так что леди Анаргат осталась возле самых дверей, не в силах пробиться дальше. Впрочем, у нее и желания сделать этого не было.       Где-то в первых рядах девушка заметила слишком высокого даже для всех других рас Евана Ньютера, являвшегося эльфом-полукровкой. Тот, видимо, тоже её заметил, когда оборачивался, поскольку кому-то махнул рукой. Решив поздороваться позже, когда собрание закончится, Тангирра не отреагировала, да и мужчина уже отвернулся.       — Тишина! — приказал усиленный магией голос сотника, а после на помосте у трибуны появился и он сам. Рядом же Тангирра увидела выпрямившегося, словно стальной меч проглотившего, Рдаэна Тьера. Накал её ожиданий вновь возрос. Что принесет ей это собрание: нового командира или старого жениха? — С сегодняшнего дня я складываю свои полномочия. Комендантом крепости и сотником по совместительству назначается лорд Рдаэн Тьер. Кошмарной службы.       И Деверн гордо спустился с помоста.       Ни приветствия, ни прощания. Тангирра за неделю своего пребывания здесь успела уяснить, что этот мужчина никогда не говорит ничего лишнего. Он никогда не здоровался, сразу приступая к делу. А еще говорил все напрямую, без утайки и тех придворных кружев, что так любимы всеми политиками. И, пожалуй, именно поэтому Танги его уважала больше, чем кого-либо еще. В столице такой прямолинейности никогда не найдешь. Здесь она отдыхала душой.       — Император нашей страны направил меня сюда для принятия командования крепостью, поскольку обстоятельства в стране сильно изменились, — начал Рдаэн напрямую, невольно (или специально?) перенимая манеру общения своего предшественника. — Солдатский состав это никак не потревожит, однако офицерский будет претерпевать изменения. Я не потерплю в своих рядах взяточников и предателей. Я прошу завтра всех капитанов десяток в десять утра подняться ко мне в кабинет для проведения совещания. Отряды же в это время будут заниматься уборкой территории и приготовлением пищи. У вас тут просто отвратительно кормят, — отметил мужчина, улыбаясь, и одним этим поступком вызвал гвалт одобрения. По крайней мере, солдаты благодарно засвистели, а капитаны важно закивали. — Благодарю всех за внимание. Вы можете отправляться на ужин.       Стоит ли говорить, что и это предложение возвысило лорда Тьера в глазах служивых?

***

      Потянулись дни. Тангирра служила, Рдаэн работал. Он все еще не подавал виду, что узнал её. Факт знакомства тоже ничем не подтверждался, и Танги немного успокоилась, поверив, что так действительно могло случиться. Кроме этого её нисколько не выделяли из других капитанов, позволяя оставаться всё той же Тьериной Нагарат, добровольцем, начавшим свою службу при сотнике Деверне; девушкой, пробивающей себе путь без протектората лорда-командующего. Она оставалась собой, служила и командовала. Спокойно жила.       Как и обещал, Рдаэн провел чистку кадров. К счастью офицерский состав практически не изменился: было отправлено в отставку всего три человека. Впрочем, и этого много для граничной крепости.       Шли недели.       За четыре месяца службы леди Анаргат условия жизни в крепости значительно улучшились. Конечно, замок все еще продувался всеми ветрами, но, по крайней мере, здесь появился распорядок дня, дежурящие ночью отряды, способные отразить атаку, и приличная еда в столовой. И уже за одно это нового лорда-командующего можно было боготворить.

***

      — Отряд капитана Гростона сегодня отсыпается, ночью будет дежурить. Капитан Ньютер со своими сегодня на помощи в столовой, ваша очередь. Капитан Нагарат патрулирует северную часть леса, сектор тридцать семь, несколько дней назад отряд капитана Сверта обнаружил там непонятную активность, которую, однако, зафиксировать и опознать не успел. Всё ясно? — поинтересовался лорд Тьер, выпрямляясь над картой, которой до этого указывал на участок леса Тангирре. Получасовое собрание, которое проводилось ежедневно, подходило к концу. А потому, услышав стройный хор уверенного «так точно», Рдаэн отпустил своих десятников и сел за рабочий стол. Леди Анаргат же, большую часть собрания любовавшаяся командиром, отправилась в гарнизон, собираться на выход.       Свой отряд она обнаружила на тренировке во дворе. Проливной дождь нисколько не мешал мужчинам, а девушка зябко поежилась. Пусть у нее и есть природный огонь, пусть она и тёмная, но так много воды ей было не по душе. Не грело её ничего.       — Строиться! — приказала она твёрдым голосом, твёрдости, однако, не ощущая. Хотелось отдохнуть, хотелось горячего кофе и полежать немного в мягкой постели, без перспективы ходить под дождем по лесу. — Патрулирование сектора тридцать семь в северной части леса. Готовность — три минуты. Время пошло.       Ежедневная практика: заставлять солдат собираться за много меньшее время, чем требуется всем людям. Тангирра этого не понимала, но всё же быстро действовать научилась, осознавая, что без этого в крепости не выжить.       Нападающие глубокой ночью монстры из Бездны не будут ждать, пока одна из немногих леди замка соизволит одеться, чтобы отбить атаку. Хочешь жить — умей действовать стремительно и решительно. Хочешь оставаться капитаном — научись командовать своими людьми; будь за них горой; действуй так, чтобы они пошли за тобой и в огонь и в воду.       …Три минуты пролетели довольно быстро. За это время леди Тьер успела подобрать себе кнут по руке, чтобы не тащить слишком тяжелую шпагу. Но вот она вышла из оружейной и столкнулась с собранным и уже построенным отрядом.       — Молодцы. Кругом. На выход.       Порой Тангирра удивлялась тому, что десять взрослых мужчин подчиняются ей, маленькой девчонке. Восемнадцать ей исполнится только через месяц, в самое начало зимы. В среднем же мужчинам из её отряда давно перевалило за двадцать пять. В сравнении с ними она действительно маленькая девочка, только что вступившая в ряды служак, в то время как они уже давно жили армейской жизнью.       Но они подчинялись. Более того, капитан получала всяческую помощь. Полуорк Бурдус, к примеру, приберегал для нее сладости, выдаваемые мужчинам в столовой, а Гренн, имеющий примесь тролльего народа, давал ценные советы по выполнению задания, которое ей давал сначала Деверн, а после и Тьер. В свою очередь она старалась быть им не просто капитаном — другом, который поймет и постарается помочь, даже если после этого получит очередной нагоняй от своего начальства.       Итак, маленький отряд отправился на патрулирование сектора тридцать семь. Что именно там можно обнаружить, Тангирра не знала, даже не представляла этого, но задание получено, его необходимо выполнить. И, как часто говорил лорд-командующий Тьер, любой ценой.

***

      Они бродили по сектору уже довольно давно; уставшие и голодные, мужчины молчали, не произнеся ни слова после третьего часа патрулирования. Дождь уже давно не просто капал, а лил, словно из ведра; припасы, взятые на несколько часов, подходили к концу, как и питьевая вода. И если с последним можно было бороться, благо в отряде находился маг, очистивший дождевую воду, то от первых двух напастей спасения не предвиделось до самого возвращения в крепость.       Тангирра шагала во главе отряда, старательно глядя по сторонам, а потому часто спотыкаясь. Как капитан она имела право не разглядывать творящееся справа и слева, но обязана ознакомиться с наблюдениями её людей, дабы после составить отчет. Но кто же знал, что именно с правого бока на отряд нападут?       — Чудище! — заорал гном Гроуд, раненый чем-то непонятным в плечо. К счастью, его боевой топор находился в левой руке, а потому мужчина вполне способен был дать сражение.       Танги стремительно повернулась, разглядывая нападавшего. Отвратительное существо из бездны, с белесыми глазами, оно пользовалось тем, что в северной части леса крона деревьев особенно густа и не пропускала свет. Серая кожа твари оказалась покрыта чем-то склизким, а голова являлась такой маленькой, что создавалось ощущение отсутствия её родства с огромным телом.       — Из Бездны! — определила Танги, вытаскивая свой кнут. Уводить своих людей бесполезно, своими щупальцами этот монстр обязательно будет хватать бегущих позади. Давать бой тоже бессмысленно: он сильнее одиннадцати солдат, один из которых ранен, а еще один — девчонка, не имеющая право использовать магию. Они обречены, но показывать слабость и нерешительность нельзя. Даже если их сожрут, перед своими людьми она должна казаться сильной…       Да поможет им Бездна, из которой явилось это создание.       — КАПИТАН НАГАРАТ, ОТСТУПАЙТЕ! НЕМЕДЛЕННО! — услышала она рев позади себя. Но не обернулась, вполне логично опасаясь, что в таком случае окажется беззащитна перед монстром из Бездны. Самый обычный кнут из вареной кожи встретился с одной из четырех щупалец противника, не причиняя, впрочем, сильный ущерб. А вот монстр, похоже, разъярился, поскольку разорвал оружие Тангирры и еще одной щупальцей постарался достать нападавшего. Капитан оказалась вынуждена упасть на грязную землю и перекатиться вбок.       Именно в этот момент в монстра полетело боевое заклинание. Леди Анаргат приподняла голову и посмотрела на то, как своей грудью тварь встречает одно… два… семь заклинаний. На минуту она даже поразилась: кто из её отряда мог выпустить столько, если её отрядный маг Бродс обладал довольно слабой силой, способной в минуту выпустить не более трех? Девушка оглянулась, всё еще лежа на земле. Широко распахнула глаза и… увидела.       Лорд-командующий Тьер собственной персоной выпустил три заклинания, еще одно полетело от её отрядного мага, оставшиеся от магов основного гарнизона, пришедших под командованием Тьера. Но откуда они, Бездна их пожри, появились?! Неужели капитан Сойер, патрулирующий соседний сектор, успел выследить создание и послать весточку в крепость?       Да, вероятно, так всё и было. Не мог же Рдаэн следить за ней? Он ведь ничем не выделяет Танги из числа других капитанов. Всё хорошо. Это и вправду весточка от Сойера.       Тангирра вновь перекатилась с основной линии атаки заклинаниями и поднялась рядом со своими солдатами, ушедшими с траектории заклинаний. Понаблюдала за схваткой. В основном монстр уворачивался, но некоторые заклинания делали его все уязвимее и уязвимее. «Почему они не используют световые?» — подумала Танги, внимательно вглядываясь в слепые глаза выходца из Мрака. — «Он ведь станет так намного уязвимее! И почему в ход не идут мечи? У него есть незащищенные едкой слизью места». Решив проверить свою догадку, она выхватила у Бурдуса его боевой топор, прицелилась. Метнула оружие, но промахнулась: чудище не стояло на одном месте. Бурдус же посмотрел на неё с недовольством: еще бы, этот топор он лично заказывал еще дома, в Ардаме. Сейчас же своей неаккуратностью она его лишила своего памятного оружия.       — Вы неправильно целитесь, капитан, — сообщил ей Гроуд, раненый гном с боевым топором. Залихватски вынув его из-за пояса так, что едва не отрубил стоящему рядом Бурдусу ухо, он с минуту целился, что-то там подсчитал, глухо крякнул и, размахнувшись, кинул свой топор немного в бок. Топор, совершив кувырок в воздухе, вонзился острием в висок чудовища, заставив того взвыть и повалиться мёртвой тушей: пять одновременно пущенных заклинаний и топора хватило, чтобы лишить его жизни.       Солдаты неверующе уставились на тушу. Перевели взгляд на Гроуда, сумевшего убить монстра. Не без помощи магии, конечно, но никто ничего более не делал.       — А это не я, — смущенно пробасил гном, опуская взгляд. — Это всё капитан Нагарат придумала. Она первая метнула топор Бурдуса, хотя и промахнулась.       — Капитан, значит? — злобно поинтересовался Рдаэн, вытирая со лба выступившую испарину. — Нагарат! Немедленно ко мне. — Девушка не хотела подходить! Всем своим нутром она чувствовала, что сейчас её ожидает что-то неприятное. — Троллий ург вам в глотку! — зарычал Тьер, подходя к ней сам и, схватив за плечи, встряхивая. — Я кому велел отступать?! — Никогда ранее Танги не видела его таким эмоциональным, как сейчас. Похоже, выдержка самому сдержанному лорду на этот раз отказала.       — Простите, лорд-командующий. Я не расслышала.       В лесу повисла тишина. Трибунал — вот что ожидает не исполнившего команду солдата. С капитанами всё также. И её отправят домой, это как пить дать…       Но Тьер глубоко вздохнул, устало провел рукой по волосам. — Семь ночей будете патрулировать крепость, Нагарат. Отряд ваш будет отдыхать, а вы — нет. Вам ясно наказание и за что оно поступило?       — Более чем, — выдавила Танги. — Есть патрулировать крепость семь ночей. Когда прикажете начинать?       — Сегодня. — Лорд-командующий вновь тяжело вздохнул. — Возвращаемся в крепость. Думаю, это и была та самая «непонятная активность».       Солдаты не могли не согласиться с сотником.

***

      Следующую неделю Танги, подчиняясь приказу, патрулировала стены крепости, не смея смыкать глаз даже на секунду. Порой ей казалось, что если она моргнет, то непременно уснет. Но холодная вода, лившаяся с небес, неплохо бодрила и мешала спать. И такими ночами, когда все спали, девушка радовалась, что днем у нее будет несколько часов отдыха, прежде чем не протрубит рог и не объявит очередной ежедневный совет.       Спустя семь дней на одном из таких собраний она получила другое задание:       — Тролль Горук нападает на приграничные поселения, — сообщил ей Рдаэн. Карие очи сотника взирали на нее холодно, словно мужчина до сих пор не простил ей выходку двухнедельной давности. — Нагарат, разберитесь.       Танги кивнула и первая покинула собрание.       Дождливая осень подходила к концу. ***       — Тьерина, а ты наела щеки! — сообщил ей за сборами Еван Ньютер. За многие месяцы знакомства они уже давно решили, что будут обращаться друг к другу только по имени. Конечно, Танги, как тёмная леди, имела некоторые предубеждения относительно этого решения, но, вспомнив, что имя вымышленное, согласилась. Ничего не произойдет, если она позволит полуэльфу, помогающего ей, а однажды и спасшего жизнь, звать её этим именем.       — В столовой неплохо кормят, Еван. И если бы ты иногда отрывался от своих шлюх, то непременно бы это заметил, — хихикнула она.       Отряд уже ждал её: леди предупредила до того, как пошла за своим оружием, о новом задании. Глаза капитана резануло отсутствие Гроуда, который так и не вылечил свое раненое плечо. Конечно, он вполне мог сражаться, но целители крепости строго настрого запретили ему хоть как-то беспокоить правую руку и, соответственно, ранение. Как ей ежедневно докладывали, Гроуд появлялся на построениях и учебных лекциях, иногда его можно было застать на утренних тренировках, приседающего или грустно глядящего за другими занимающимися. За несчастным гномом неотрывно следовал молодой целитель, только недавно начавший обучение и проходящий здесь практику: главный целитель, не зная, что с ним делать, приставил мальчишку к раненому, плечо которого до сих пор не могло зажить из-за ядовитости слизи монстра из Бездны.       — Выступаем, — коротко сказала она, становясь во главе отряда, разбившегося по трое в три ряда: солдата на замену Гроуду никто к леди Анаргат не прислал.       Так отряд и двинулся урезанным составом. Впрочем, отсутствие товарища не мешало другим солдатам отряда шутить и заигрывать с Тангиррой, к которой, впрочем, взрослые относились как к младшей сестренке. И даже то, что она едва не обрекла их друга на смерть, ввязавшись в схватку с тем монстром, не испортило доверительных отношений. А хорошая погода и вовсе поднимала настроение.       Часы, прошедшие в дороге, пролетели даже незаметно. И всё же Танги не могла не обрадоваться, увидев деревню, обозначающую конец их маршрута на сегодня. Солнце уже опускалось за горизонт, хотя до полного наступления темноты оставалось часа три, не меньше; паек, выданный столовой ровно на сутки, вновь подходил к концу.       — Разбираемся с троллем, ночуем в деревне, а с рассветом выдвигаемся обратно в крепость, — распорядилась капитан Тьерина Нагарат. — Короткий инструктаж: просимся в дома вежливо, домашних не обижаем, к девушкам не пристаем, даже если они сами этого требуют. По возможности просим провиант в дорогу. Я повторю: просим, а не отбираем. Ты понял меня, Гренн? — «чистокровный орк с самой маленькой примесью тролльей крови», любящий вкусно покушать, покраснел, но кивнул.       Девушка достала карту и, предварительно подстелив непромокаемую скатерть на сырое поваленное дерево, села и расправила бумагу на коленях. Увы, за неимением стола приходилось изменять своей выправке и кривить спину для удобства.       Найдя взглядом точку, которая обозначала жилье тролля, Танги поднялась, сложила карту и, зайдя в ближайший двор, попросила хозяина разрешение сгрузить на хранение ненужные в данный момент рюкзаки.       Теперь они готовы к возможному сражению, хотя капитан и рассчитывала уладить всё мирным путем.

***

      — Уходите! — заревел Горук, оскорбленный, что его лишают вполне законной, как он считал, добычи. Тролль злобно замахнулся на стоящую рядом с ним Тангиррой; огромная его рука, больше похожая на лапу, ударила её по лицу так, что капитан не удержалась на ногах и отлетела. И хотя сил, чтобы подняться, не находилось, ясность ума оставалась на своем месте. Глядя на это, солдаты её отряда выхватили свое оружие и набросились на Горука; тот, впрочем, раскидывал их, словно игрушки. Мужчины не сдавались, поднимаясь. И продолжалось бы это до тех пор, пока тролль не вытащил свой нож…       — Я пролью кровь вашего капитана! — заорал он, алчно глядя на Тангирру, всё еще лежащую у стены, о которую ударилась. Девушка попыталась отползти, но он уже размахнулся и бросил нож вперед, злобно хохоча и ожидая, когда лезвие войдет в девичье тело…       Но этого не произошло. Нож завис в воздухе, перехваченный мужской рукой, появившейся из алого пламени. А после оно исчезло, являя собой коренастую фигуру мужчины.       Очень знакомого мужчины, которого быть здесь никак не должно.       — Тролль Горук, именем Императора вы обвиняетесь в несоблюдении статуса неприкосновенности всех рас на территории Тёмной Империи и нападении на офицера императорской приграничной стражи. Оружие вы уже сдали, так добро пожаловать в темницы. — Вокруг тролля взметнулось адово пламя, переместившее его неизвестно куда. Быть может, в столицу.       — Капитан Нагарат, вы целы? — поинтересовался Рдаэн, повернув голову. Тангирра со стоном приподнялась и встала на четвереньки, заставила себя подняться. — В крепость. О вашем задании мы поговорим там. Старший отряда, ко мне.       Безошибочно определив старшего в отсутствие Тангирры, то бишь заместителя, тёмный лорд отвел Гренна в сторону и сказал пару слов. В это время Бурдус и Свенч, подхватив капитана под руки, подняли её, строгим тоном заявили, что с этого момента она под их опекой.       — И даже не думайте перечить, — заявили они, практически относя её в сторону деревни. Леди Анаргат же не оставалось иного выхода, как согласиться.

***

      За схватку с троллем капитан Тьерина Нагарат получила выволочку и три дня больничного отпуска. Лорд-командующий, страдальчески закатив глаза в потолок, отметил, что если она такая бедовая, что не может справиться с заданием без ранения своего или людей, а также смертельных потерь, то безвылазно будет сидеть в крепости. Леди не возражала, хотя отсутствие выездов в то время, как Ньютер окончательно перестал появляться в замке, посылаемый по различным заданиям в дальние окрестности, и угнетало её.       Шло время. Наступила зима, самая суровая, по словам старых капитанов. Тангирра же в первый день зимы отпраздновала свое восемнадцатилетие. Вопреки всем её дням рождения, в этом году не было ни гостей, ни подарков. Даже праздничный торт, который всегда заказывали в честь её рождения, пришлось добывать самой: работники столовой отказывались печь его, но узнав причину такой странной, по их мнению, просьбы, сжалились и выдали кекс.       Одиночество угнетало ту, что привыкла жить насыщенной жизнью, полной внимания. А отсутствие подарков и вовсе печалило.       Впрочем, один она всё же нашла ранним утром под своей дверью. Прекрасный кинжал лежал в обычной коробочке, и Танги приходилось только догадываться, кто мог преподнести его: записки в коробке не обнаружилось. Ньютер? Исключено, он ничего не знал про нее, кроме статуса леди. Впрочем, даже это сказали за неё выправка и изящные манеры. Рдаэн тоже не мог знать о её дате. Родители же не могли обнаружить свою дочь — за полгода она ни разу не воспользовалась магией.       Через месяц же девушка окончательно привыкла к своему положению.       Долгими зимними вечерами Тангирра думала, что же на самом деле происходит? Её жизнь наполнилась странностями. По утрам вода в бочке для умывания, стоящей на улице и замерзающей каждую ночь так, что приходилось прорубать сверху «окошко», становилась тёплой, стоило к ней подойти Тангирре. Мужчины же умывались ледяной, а та горстка женщин, что служила в крепости, предпочитала не умываться вовсе.       На тех редких выездах, которые совершала вся крепость, мужчины заковыристо ругались, замерзая от холодных зимних ветров. И лишь палатку капитана Нагарат, неизменно стоящую с самого края лагеря, они обходили, отчего вскоре к ней захаживали по самым разным поводам с иногда абсолютно бредовыми вопросами.       А однажды Тангирра заболела. Температура поднялась настолько высокой, что её сильно знобило даже под тёплым мундиром, неизвестно откуда добытым одним из солдат её отряда — полуорком Бурдусом. С огромным трудом девушка дошла до столовой, чтобы выпить горячего чаю, о еде речи и быть не могло. Но стоило ей вступить в обеденный зал, как по венам её заструилась целительная магия. Чужая магия!       Стоит ли вспоминать о чудесном появлении Рдаэна Тьера в секторе семьдесят три с основным гарнизоном и у тролля?       Необходимо с ним поговорить, решила Тангирра. И вскоре ей действительно выпал такой шанс.

***

      Снег валил хлопьями. Сугробы уже лежали по колено, но здесь, в степи, он достигал и более высокой отметки: даже высоким мужчинам он доходил до шеи, что говорить о низких гнома и девушках?       Вообще-то никто не планировал, что лорд-командующий Тьер прикажет всей крепости собираться и уезжать в степь. Что именно он желал там найти, никто не осознавал, но приказ был получен и выполнен. Через несколько долгих часов, прошедших в пути, уставший гарнизон разбил лагерь прямо на снегу, не заморачиваясь его растопкой или расчисткой. «Будет холодно», — говорили смеющиеся мужчины, шутливо выкрикивая имена тех служащих девиц, которые будут «согревать их постель». Некто умный даже назвал имя Тангирры (вымышленное, конечно), но на него так рыкнуло десять солдат её отряда, что больше такого не повторялось.       Печки действительно не спасали и, если бы не та самая странная чужая магия, лежать бы Тангирре с насморком. Вот только даже целебные заклинания не давали ей заработать свой заслуженный больничный.       Ночь сгущалась над лагерем. Десять костров внутри круга палаток поддерживались, но стражником хотелось спать, а ветер не смолкал ни на минуту. Долго это продолжаться не могло.       К такому же выводу пришла и леди Анаргат, крутясь с боку на бок на жесткой постели из ельника. Отбой уже давно объявили, но ей не спалось, слишком тяжелые мысли одолевали. В конце концов девушка поднялась с ельника, потеплее оделась. И, стараясь быть наиболее незаметной, выскользнула из своей палатки, неуверенная, однако, что за ней не следят.       Палатка лорда Тьера стояла на самом отшибе, что, по мнению Тангирры, не являлось правильным: если на лагерь нападут, именно палатка лорда-командующего окажется первой под ударом. Рдаэн, конечно, сильный противник, это он доказал еще когда второй раз пришел в одиночку за троллем Горуком, перехватив нож без магии просто двумя пальцами за лезвие, но сможет ли он защититься, если нападёт большой отряд? Не такой как у них, в десять человек, а в двадцать? Пятьдесят?       Ночь уже властвовала, но люди не спали. Держась ближе к палаткам, Тангирра осторожно обходила все кострища, оставаясь в тени. Под ногами тихо поскрипывал снег…       Стоит ли предупреждать о своем визите? Нет. И девушка, не долго думая, отодвинула полог и ворвалась в палатку лорда-командующего.       В палатку своего любимого, который сейчас, сидя ближе к свече за походным столиком, под неверным желтым огнем писал письмо. И приглядевшись, Тангирра с ужасом увидела узорный бланк с гербом страны, на котором Императору выводили донесения.       — Предатель! — закричала Тангирра. От ужаса происходящего она, сама того не желая, сорвалась на визг, хотя всегда славилась своей выдержкой. — Грязный лживый шпион! Как вы смеете! — Рдаэн поднял на нее свои карие глаза, но смолчал. — Хотя нет, что вы, лорд Тьер. Как я могла забыть, что вы являетесь преданным псом его высочества кронпринца?! Почему же тогда доносите на меня не ему, а Императору? О, как я могла так сильно в вас ошибаться! Ублюдок! Шпион! Предатель! Я… я поставлю вопрос о трибунале на совете, можете быть в этом уверенном! Я…       Она собиралась сказать ему еще много чего, стараясь не срываться на отборную брань, но Рдаэн встал и также молча протянул ей свое донесение. Леди Анаргат замолчала, но бумагу приняла и, подойдя ближе к дрожащему на ветру огню свечи, принялась читать, краем сознания отметив, что у Тьера приятный, даже, можно сказать, красивый почерк.       «Всё чаще сталкиваемся с выходцами из Бездны», — писал он. — «Демоны и прочие из Ада бегут, не объясняя весомой причины, но смею отметить, что в глазах перебежцев сияет страх, заставляя тех срываться с родных мест и проситься к нам, в Империю. Ежедневно в схватках с монстрами страдает около тридцати людей, у нас мало солдат. Крепость давно не ремонтировали, питание на момент моего приезда было отвратительное, но даже угроза увольнения не испугала поваров — они лишь немного стали лучше готовить. Кроме того в крепости плохо обстоят дела с отоплением, люди болеют, а целители не справляются с тем объемом работы, который падает на их плечи уже сейчас, до наступления особенно сильных морозов, которые я ожидаю. Обмундирования из-за схваток с монстрами тоже не хватает».       Девушка ничего не понимала. Где же тогда донесения на нее? Неужели её родное имя ни разу не мелькнет в письме?       Впрочем, нет. Мелькнуло. В самом конце, над подписью Рдаэна Тьера, коротко и ясно было выведено: «Поиски леди Тангирры Анаргат продолжаются и пока не увенчались успехом».       На глаза навернулись слезы. Неужели он её не предал? Неужели он действительно не узнавал её до тех пор, пока она сама сегодня всё не разрушила?! Осознание своего поступка накрыло с головой, и одна из капелек солёной воды едва не упала на пергамент с донесением.       Стараясь успокоиться, Тангирра подняла голову и посмотрела на невозмутимого Рдаэна. Протянула лист.       — Я отправлялся на поиски взбалмошной и безголовой девчонки, и я ее не нашел, — произнес мужчина спокойным, уверенным голосом. — Передо мной умная, уверенная в себе, заботящаяся о личном составе и достойная доверия леди. И я уважаю ее решение и ее выбор.       Девушка молчала, застыв, словно громом пораженная. От похвалы стало не по себе, ведь о нем она думала совершенно иначе. Недостойное леди поведение, несомненно, ляжет позором на её плечи, если хоть кто-то об этом узнает. И ей хотелось сказать многое, но почему-то с языка сорвалось очень нелогичное:       — Так вы сразу узнали меня?       Глупая. Хотела ведь задать другой вопрос!       — Тангирра, неужели вы действительно думаете, что я мог не узнать девушку, о которой мечтал столько лет? — ответил он, а у леди Анаргат едва не подкосились ноги. Она ожидала любой ответ, но точно не признание того, что о ней мечтали много лет. — Идите, ваши сослуживцы уже тропинку проложили «невзначай» прогуливаясь мимо палатки, особенно усердствует полуорк Бурдус, и что приятно — он искренне за вас переживает. Идите, капитан, завтра предстоит сложный день. А по поводу моего происхождения мы поговорим с вами позже, — пообещал он, напоминая её недавние слова.       Хотелось остаться, но Танги напомнила себе, что здесь и сейчас она — капитан Тьерина Нагарат, а он — лорд-командующий Рдаэн Тьер, которому она должна подчиняться. И нехотя девушка поклонилась, как было положено уставом, а после повернулась и ушла к себе, обдумывать, что сейчас произошло.       Рдаэн оказался прав, Бурдус действительно нарезал круги вокруг палатки лорда Тьера, зачем-то достав свой боевой топор. Но он успокоился, как только увидел её, а Тангирра не могла не улыбнуться. Кивнув своему подчиненному, девушка вошла в палатку, разделась и легла.       Все же Тьер — невероятный мужчина!

***

Через неделю гарнизон вернулся в крепость, что примечательно, неплохо отремонтированную. По крайней мере в окна уже не задувало сильным ветром снег, а дымоходы прочистили, что позволило вновь пользоваться каминами. Видимо, почта достигла Императора в рекордные сроки.       Все семь дней Танги ходила задумчивая. Она практически не разговаривала и, что удивляло всех её сослуживцев, странно улыбалась. Косых взглядов девушка не замечала, а понять причины такого поведения не помогла даже Ньютеру, тому, кого считала другом.       На самом же деле Танги всё больше и больше влюблялась в Рдаэна. Она следила за ним: на собраниях и ужинах, в тренировках и сражениях. И с каждой минутой осознавала, что этот спокойный, сдержанный во всем, словно льдом окованный лорд, всегда неприступный, как самая сильная крепость в горах, во всём выигрывает у бурного, такого же взбалмошного, как и она, кронпринца. Она сравнивала, и явно не в пользу бывшего жениха. «И будущего» — шептало сердце, напоминая, что ни отец, ни царственный не позволят ей выйти ни за кого кроме Анарга.       «Девушку, о которой мечтал столько лет», — сказал ей лорд-командующий, и фраза эта всё чаще и чаще всплывала в памяти. Грело сердце и другое воспоминание. Казалось, с бала, данного в честь помолвки Тангирры и Анаргата, прошло много лет, а не несколько месяцев, но всё равно перед глазами стояли и взгляд Тьера, и её победа над ним, а стоило ей вспомнить о его прикосновениях, как по телу пробегала толпа мурашек, воспаляя, заставляя проснуться желание обладать этим мужчиной. Пробудиться хищницу и охотницу.       Однажды ночью леди Анаргат не выдержала. Достала лучшее нижнее белье, платье, в котором бежала из дома, переоделась. И, босая, поскольку не хотела быть застигнутой кем-то из-за стука каблуков по каменному полу, вышла из комнаты.       Коридоры крепости оказались пусты, впрочем, даже если бы кто-то и был, девушка всё равно бы не заметила его. Перед глазами стояла лишь цель, к которой Танги стремилась, и находилась она через четыре поворота. Первый, второй… словно ведомая она шла, не замечая ничего вокруг, пока не подошла к заветной двери лорда Рдаэна Тьера.       Ей хотелось забыть обо всём в его объятиях, хотелось быть с ним. Нет никаких сомнений: она его любит. Нет никаких сожалений: он тот, кого она желает. Девушка надеялась, что он хотя бы прикоснется к ней, позволит обнять его и рассказать, что же на самом деле произошло, объяснить причину своего взбалмошного поступка. И если получится, отдаться ему, прямо там, в менее звукопроницаемых каменных стенах крепости, чего не скажешь о палатке, в которой он, помнится, сидел с обнаженным торсом… а Анарг однажды поймёт, как поняла его измену и беременность девушки она. Не отпустит, конечно, но имеет Танги право на свои минуты счастья или императорская семья не позволит ей и этого?       Тихий стук Рдаэн, скорее всего не услышал, а потому Тангирре на свой страх и риск пришлось стучать громче. И вновь он, вероятно, не услышал, иначе почему еще дверь оставалась закрытой?       Девушка стояла еще полчаса, стучась каждую минуту. Надежда на то, что он сам откроет дверь, таяла ежесекундно, но упрямство и желание хотя бы просто поговорить не позволяли отступить и вернуться к себе. Ноги, что примечательно, не мёрзли, а это приводило девушку в ярость. Он знает, что она рядом, иначе не грел бы для нее каменную плиту, но не открывает! Да как он смеет?!       — Тангирра, вам лучше уйти, — услышала она глухой ответ, но проигнорировала его.       «Я блистательная Тангирра Анаргат», — сказала девушка себе, — «Я не привыкла отступать, несмотря на трудности. Я вытащила лорда Тьера на танец спустя тысячу попыток, неужели я отступлюсь перед закрытой дверью?! Нет».       Нет. Она останется здесь, даже если ей придется встретить под этой дверью рассвет. И вернется сюда следующей ночью и еще одной, и так до тех пор, пока он не отворит эти чертовы двери!       Девушка продолжала стоять. Вероятно, прошел не один час, прежде чем она решилась заговорить с ним и поставить требование:       — Вы заверили, что уважаете мои решения. Это мое решение, имейте смелость хотя бы открыть двери!       Сердце Тангирры замерло. Сама же девушка в ожидании стояла, отсчитывая секунды… на тридцатой дверь отворилась, являя собой хмурого лорда Тьера. И лишь слепой не заметил бы злость в его глазах. Он остался стоять в дверях, не желая её пропускать, но Тангирра шагнула вперед, вынуждая его отступить, прошла в комнату, маленькую и строгую. Казалось, в ней совершенно нет вещей лорда Тьера, настолько пустой была комната лорда-командующего.       Завершив осмотр, девушка глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. За время ожидания она совершенно растеряла все слова, позабыла то, что хотела сказать. Подождав так еще минуту, Танги сжала кулаки и повернулась к лорду, всё еще стоящему возле открытых дверей. Во всё том же неверном свете свечи она заметила его взгляд, полный надежды на то, что она уйдет. «Какой же у него красивый взгляд…»       Желание, тягучее и страстное, накрывало, накатывало волнами. До боли в кончиках пальцев захотелось прикоснуться к нему, ощутить под своей ладонью его щетину или, как тогда, самой погладиться своей щекой о его руку, как ласковая домашняя кошечка. А после той нежности, что ощущалась минутой ранее, не стало, и Тангирра почувствовала, как в груди горит огонь, сжигающий её дотла, так сильно ей хотелось быть с ним… и она верила, что лорд Тьер чувствует тоже самое, с поправкой на свой легендарный самоконтроль.       — Тебе действительно лучше сейчас уйти, — разделяя каждое слово, чётко произнес он, глядя в её глаза. Он старался скрыть свои чувства, она видела это, но не мог, и в глазах его Тангирра отчетливо различала желание, плескающийся огонь страстных тёмных лордов. Дверь он так и не запер.       — Это мое решение, Рдаэн. Мой выбор. Я не уйду, — услышала она свой собственный голос, из-за страсти звучащий так, словно говорила вовсе не она. Но уверенности, сквозившей в трех коротких предложениях, можно было только позавидовать. Никогда ранее она не испытывала такой, никогда более в её приказах не звучали эти ноты власти.       Они продолжали стоять, глядя друг на друга. Он ожидал, что она уйдет сама, что разум всё же возьмет верх над чувствами, как она полагала, а Тангирра ждала, когда он закроет дверь и позволит ей вновь властвовать над ним, как в ваере.       — Хорошо, это твое решение, и я приму его. Но если ты проведешь ночь со мной, тебе придется принять мое решение, Тангирра, — произнес он, осознав-таки, что она не отступит. На секунду она снова стала победительницей. Сдался! Иначе как объяснить, что он пытается выдвинуть ей условие?       Повисла тишина, которую разрезало лишь одно слово, один вопрос, сорвавшийся с уст Тангирры:       — Какое?       — Ты станешь моей, — всё так же чеканя каждое слово, не менее уверенно и почти ультимативно постановил он. А Тангирра задумалась.       «Ты станешь моей»… слова эти всё еще звучали в её ушах, заставляя сердце болезненно сжиматься.       Ты станешь моей.       Глупый, глупый верный пес! Неужели он не осознает, что она никогда не сможет этого сделать? Что навеки она повязана с его лучшим другом Анаргаром Анаргатом? Неужели не помнит, что камень её родового кольца почернел, являя миру истинную пару кронпринца? Ей не позволят стать его девушкой, о женитьбе даже заикаться не стоит. Отец не допустит, чтобы у него появился другой зять, как и царственный дядя не позволит ей сбежать от его сына.       Она сбежала из дома полгода назад. За это время беременная девушка Анаргара, несомненно, уже пополнела, расцвела. Она живёт привольно, как любовница кронпринца, Тангирра же ежедневно возится в грязи, кидаемая в нее очередным партнером по спаррингу. И дни свободы её уже сочтены, не стоит даже мечтать о другом…       Нет, она никогда не сможет стать его полностью и навсегда. Истинная пара леди Анаргат — кронпринц. Её друг, её нареченный, её бывший и будущий жених одновременно. Другого ей просто не дано. Время свободы Танги на исходе, вскоре её вернут во дворец, где волей-неволей придется стать будущей императрицей и Первой леди.       Но как же хочется хоть на денек стать его, побыть с тем, кого она действительно любит, почувствовать свою принадлежность самому любимому, самому желанному мужчине…       И, глядя в глаза возлюбленному, Тангирра солгала:       — Я принимаю это условие.       Ей не было стыдно. Ни капли. Она лжет ради счастья. Ради Анарга, который будет прощен после её поступка и станет, наконец, её супругом. Ради Рдаэна, который исполнит свою мечту обладания ею, о чем не смел воображать раньше. И ради самой Тангирры, которой в супружеской жизни с кронпринцем останутся приятные воспоминания об уже давно прошедшем и недостижимом.       Но Рдаэн будет глуп, если поверит ей. И всё же, Бездна, пусть он поверит!       Тьер запер дверь, отрезая их от всего мира. Подошел вплотную, тыльной стороной ладони провел по её щеке. И снова Танги почувствовала себя семнадцатилетней девчонкой на балу в честь помолвки, танцующей ваер с этим удивительным во всех смысла мужчиной. Снова потёрлась щекой о его ладонь, как домашняя кошечка. Мысли материальны, мечты воплощаются.       Он приподнял её подбородок, внимательно поглядел в глаза, словно надеясь, что она передумает. Этим промедлением он будто бы давал ей последний шанс, чтобы остановить его. «Пути назад не будет», — говорили его глаза, на что Тангирра прошептала, повторив:       — Я принимаю твое условие, Рдаэн.       Нежные, шершавые ладони, привыкшие держать только оружие, сжали девичий стан, а губы, не менее нежные и мягкие, накрыли её в поцелуе. И больше не существовало преград между этими двоими, а счастье накрывало волнами всю ночь, заставляя Тангирру кричать от удовольствия.

***

      — Нагарат, а у тебя мешки под глазами, — отметил Ньютер, когда она в очередной раз поднималась с мягкого тренировочного зала. Они сражались уже час, она безумно устала, а еще хотелось вернуться в объятия Рдаэна, с таким огромным нежеланием покинутые.       — Ньютер, а ты сегодня треплешься, не замолкая, — ответила она колкостью на колкость. Но Евана понесло, и, опираясь на тренировочный шест, он продолжил:       — А еще уже два месяца держится глупая улыбка на лице и заторможенность мыслей отмечается. С кем ты спишь, Нагарат? С лордом Тьером?       — Это не твое дело, Ньютер, — резко ответила Тангирра. А после, прямо глядя на Ньютера, добавила:       — Никогда не смей трогать мою личную жизнь, Еван Ньютер. Потому что на первый раз я прощу, а на второй уже буду наказывать. Тёмных дней.       Девушка повернулась на каблуках и вышла из зала.       Что нашло на Ньютера? Зачем он лезет туда, куда его не просят лезть? Зачем он так поступает?       Конечно, мужчина немного прав. За два месяца и Тангирра, и Рдаэн перестали спать. Днем им мешала служба, а ночью… ночью было не до сна. Они нежились, лакомились друг другом, не желая отпускать ни на секунду. И даже засыпали вдвоем, крепко держась за руки и обнимаясь. На рассвете он её, уставшую и не выспавшуюся, будил, долго целовал, а после открывал переход в её комнату, где и оставлял. Изредка её задерживали после совещания, где долго и упоительно целовали, и неизменно из кабинета лорда-командующего Тангирра выходила в слезах, старательно пряча улыбку. Отряд думал, что Тьер придирается к ней, оскорбляет и ругает, а на деле эти слезы были счастливыми.       Её отряд вновь покидал пределы гарнизона, иногда ввязываясь в схватки. Девушка знала, Тьер всегда прибудет вовремя с основными силами, спасая её, выручая из беды.       Ощущение безграничного счастья заставляло леди Анаргат парить на крыльях любви. И она была уверена, Рдаэн чувствует то же самое.       Жизнь прекрасна!

***

      — Капитан Нагарат и капитан Ньютер отправляются патрулировать границу. Проведете там четыре дня, после чего капитан Сверт сменит Нагарат. В общем проведете у границы полторы недели, Сверт, Ньютер — все две. Свободны. Тьерина, задержитесь.       Капитаны поклонились, после чего вышли. Тангирра же осталась, предчувствуя и нетерпеливо ерзая на стуле.       Когда они остались одни, Рдаэн вздохнул и посмотрел на нее.       — Я не хочу тебя отпускать, Танги, — вздохнул он. — У меня очень плохое предчувствие. Словно ты ко мне больше не вернешься.       — Что может со мной случиться, Рдаэн? — шепнула она, обнимая его за шею. Это оказалось не трудно, он всё еще сидел спиной к ней, когда оно поднялась и обошла его. — Ты ведь навесил на меня свой маячок. И если что-то пойдет не так, примчишься через свое адово пламя.       Они помолчали, каждый думал о своем.       — А если я просто не успею? — прошептал он в ответ. Тангирра ощущала, как сильно он напряжен. — Ты утратила и осторожность и сосредоточенность. Или ты думаешь, что в темноте я не вижу твоих синяков, оставленных Ньютером? Раньше ты подобного не допускала, сейчас же не обращаешь на удары ни малейшего внимания.       — Всё будет хорошо, Эн. Я обещаю тебе.       Она поцеловала его в щеку, отпустила и выпрямилась.       — Разрешите идти, лорд-командующий? — спросила она, возвращаясь на свое место.       — Идите, Тьерина. Идите.       Девушка поклонилась, улыбнулась напоследок и, повернувшись на каблуках, пошла к выходу.       — Кстати, Нагарат, а я говорил вам, как сильно мне нравится ваше имя? Нет, не говорил. Так знайте, мне очень нравится та часть, которая напоминает мне мою фамилию. И я бы хотел, чтобы и вам оно нравилось и носилось долгие годы.       Тангирра вышла, не ответив.

***

      Прозвучал сигнал, обозначающий нападение на лагерь. Двадцать два человека уже были готовы к этому, выхватив свое оружие. Плюс к этому составу присоединился лорд-командующий Тьер, прибывший на границу «с проверкой». Итого их было двадцать три.       Тангирра ожидала. Она уже хорошо владела кнутом, её тренировал либо сам Рдаэн, либо Ньютер, так что вполне могла защитить себя в случае опасности. Кроме того, она знала, что если её тёмный лорд здесь, ей ничего не угрожает, он всегда прикроет и защитит.       Создание возникло как-то неожиданно, словно вышло из перехода. Или, быть может, племянница Императора так крепко задумалась, что ничего не замечала вокруг?       — Нагарат, осторожно! — заорал Ньютер, а леди обернулась, готовая атаковать.       Монстр из Бездны находился рядом, и от страха девушка едва не заорала. Она крепко зажмурилась, сжимая в руке кнут. Но даже с закрытыми глазами Тангирра продолжала видеть восемь белесых глаз и клешни. А еще твердый панцирь, который ни за что не пробьет ни один кнут. Рдаэн далеко, он отделен от нее этим монстром. Если она срочно чего-то не сделает, то погибнет…       Огромный огненный шар вырвался из рук совершенно случайно, Танги даже не осознала, как сложила пальцы в нужном жесте, создавая его. А еще через секунду накрыло осознание.       Она воспользовалась магией.       — Тангирра! — крикнул с отчаянием Рдаэн, когда вокруг нее вспыхнуло золотое пламя рода Анаргат.       Её возвращают домой.