Коносубарский кантай

      Саша посмотрела на трясущиеся руки, зябко поёжилась и, с трудом расковыряв обёртку с пачки сигарет, кое-как попала огоньком в никотиновую палочку.       — Белянка, ты так больше не пугай, а?       Ответом ей было обиженное сопение.       Канмусу вздрогнула и в один затяг уполовинила тонкую сигарету. Мало ей несколько психически нестабильной Харизмы, теперь ещё и Вердии возмещать ущерб за развороченную купальню придётся... Нет, предупреди её Глубинная заранее, что ни рвать на куски, ни насиловать при помощи новообретённого скилла не собирается, всё бы обошлось. Наверно...       Но когда в тебя летит пучок щупалец, времени на оценку и манёвр не так уж и много. Снасть она призвать никак не успевала, и потому оставалось рассчитывать лишь на свои силы. Пару тентаклей Саша отбила плавучим подносом и, отправив в полёт кувшин вина, попыталась разорвать дистанцию. Керамическая бутылка приложила Дочь Бездны аккурат в центр лба, на короткое время сбив той прицел, но вот выскочить из купальни Александра не успела. Самое длинное и тонкое щупальце обвилось вокруг лодыжки и потащило Деву Флота к Глубинной. Саша отпинывалась ногами и цеплялась руками за всё, что под них попадалось, в результате чего пористый камень кладки обзавёлся впечатляющей траншеей, а бортик и вовсе оказался вырван с корнем...       Кто ж знал, что всё, что нужно голой Глубинной со взглядом маньячным, это простые человеческие обнимашки, а вовсе не практическая реализация того, что Черри успела понахвататься из хентайной манги?       Теперь у Харизмы, стоящей у окна, набухает шишка на лбу, а об едва ли не сияющую красным в полумраке комнаты попу можно обжечься — на пике эмоций Саша плохо контролировала себя, и, применяя старый дедовский способ вразумления, за неимением ремня использовала руку. А у Александры нервный тик на оба глаза, синяк в половину предплечья и стресс, который можно было бы залить лишь канистрой хорошего авиационного спирта. Только вот спирта не завезли... Приходится по старинке, сигаретами, нервы успокаивать.       С силой вдавив окурок в каменную чашу, найденную в прикроватной тумбочке, Дева Флота, разогнав рукой последние облачка табачного дыма, медленно подошла к Черри. Глубинная основательно обиделась — даже спина её выражала немой укор и громкий протест рукоприкладству к нижним детекторам приключений.       — Ну не дуйся ты, — вкрадчиво прошептала на ушко Саша. — Я ж не со зла...       — Я поняла. Я всё поняла. Тральщики не страшные, — пробурчала Харизма, выдержав мучительно долгую даже для терпеливой канмусу паузу. — Кронштадт — страшная.       — Дались тебе эти тральщ... Что?!       — Страшная, — уверенным тоном повторила Черри. — Тральщики мороженкой кормили, по голове гладили, тряпочку давали, чтобы солёную воду, бегущую из глаз, убрать. Хочу к тральщикам!.. Хочу морож..!       Саша, отвесив себе мысленный подзатыльник, решила не позволять Глубинной скатываться в обычную бабскую истерику. Если уж обычная человечка в моменты такого помутнения рассудка способна наворотить дел и перебить посуду и мебель, то что уж говорить о Деве Бездны? Повезёт ещё, если хотя бы стены уцелеют...       Так что, быстро развернув беловолосую девушку лицом к себе, Саша просто и без затей прижала её к себе, обняла, и, лопоча что-то бессвязно-глупое нежным шёпотом, принялась гладить спинку Черри.       Кронштадт на миг усомнилась, насколько это адекватно выглядит со стороны, когда две девушки, совершенно не обременённые одеждой, стоят так близко друг к другу, да ещё одна из них с заботой и лаской гладит вторую... Усомнилась, и тут же выбросила из головы.       Почти год назад ситуация была схожей: сводное соединение канмусу, состоящее из Дев Флота Японии, России и США, вылавливало совсем отмороженную дикую Химэ, решившую распотрошить японскую АЭС. Глубинную в тот раз умудрились загнать далеко в океан, но, из-за шторма и большого количества раненых, добить не смогли... Зато это сделать смогли операторы боевых платформ орбитальной завесы. Десятимегатонный батон вычеркнул Химэ из реальности вместе со всей её кусачей стаей... А потом... Потом был Храм Возвращения где-то неподалёку от Токио, и тихоня Аиша, аватара Невады, поймавшая приступ спиральной памяти.       К счастью, в тот раз обошлось без трупов, хотя от самого Храма не осталось ровным счётом ничего, кроме фундамента. Персонал долго не рисковал приблизиться к месту ЧП, мешали и пыльные облака, и многочисленные локальные пожары...       Они тогда стояли посреди руин в том виде, в каком выбрались из Машин Возвращения, — Мутцу, Акаги, Миссури, Аляска, Лексингтон, Айова, стайка эсминцев, чьи имена Саша просто не успела запомнить, и сама она, Кронштадт, — и всей толпой обнимали и успокаивали слетевшую с нарезки Неваду. А той всё казалось, что вновь в небе разгорается злое рукотворное солнце, и тело её обгорает не только от страшной температуры, но и от более жутких и незримых излучений...       Но — справились. И никого из них не уколола ни совесть, ни стеснение.       Значит, справится и здесь.       — Товарищ Вердия, я, конечно, дико извиняюсь за тупой вопрос посреди ночи... Но... У вас льда здесь раздобыть можно? Хотя бы горсточку, а в идеале — тазик.       Даллахан в столь поздний час не спал. Саша нашла его в обеденном зале — сидящим у камина и читающим толстую потёртую книгу. Книга была поставлена на попа на столике, с другого его краю располагался шлем рыцаря. Круглые очки на затянутом шнурке смотрелись весьма органично.       — Лёд? — переспросила голова пенсионера. — В кухне есть спуск в подвал, там неплохой ледник. Тебя проводить, красавица?       — Спасибо, дедушка, я как-нибудь сама, не хочу отвлекать от чтения.       — Пусть и давно минули те времена, когда я был бла-а-ародным рыцарем, но понятие чести для меня сегодняшнего не стало совершенно чуждым. Решено, — даллахан завозился в кресле, поднимаясь. — Я тебя провожу.       Ну, проводит и проводит, — мысленно пожала плечами Саша.       Некоторое время спустя девушка, закусив в азарте губу, уже орудовала ножиком для колки льда, собирая прозрачно-голубые, почти светящиеся изнутри в свете факелов, обломки огромной глыбы. Вердия активно помогал, без каких-либо проблем удерживая на весу одной рукой внушительный медный таз. Второй рукой пенсионер, естественно, держал свою голову.       — Любопытство, конечно, не делает чести рыцарю... — издалека начал даллахан. — Но, с другой стороны, я ж не рыцарь уже. Так что позволь поинтересоваться — для чего тебе необходимо столько льда?       Вопрос, честно говоря, застал Сашу врасплох. Легенду она сразу не подготовила, а умение изгаляться, на ходу сооружая отмазки с нуля, никогда не было её коньком.       — Ну... э-э-э... — многозначительно начала Александра, продолжая фанатично колоть льдину. — Мы с Черри немножко побесились на сон грядущий...       — О-о-о! Не продолжай, — каким-то даже мечтательным голосом пробасил Вердия. — Бой на подушках, перья во все стороны, словно тёплый снегопад, страстное сбивающееся дыхание, раскрасневшиеся лица так близко друг к другу, что можно дотянуться губами... Лямка ночнушки сползает с плеча, обнажая безупречные перси... — даллахан внезапно закашлялся. — Кхм, прости, увлёкся. Но дело молодое, интересное — понимаю. Мои супруги в своё время так коротали долгие вечера в ожидании, пока я вернусь с очередного задания...       Хорошо, что в свете факела сложно заметить, как наливаются красным уши и щёки.       «А дедушка-то тот ещё затейник!» — подумала Саша, но, вместо того, чтобы озвучить данную сентенцию, просто спросила:       — А где они сейчас, товарищ Вердия?       — Да Тьма их знает, — меланхолично ответил пенсионер. — Когда я вернулся домой, немного убитый и без головы на плечах, в доме было пусто, все их вещи пропали, а оставленная записка гласила, чтобы их не искал, им со странствующим архимагом-лекарем будет гораздо комфортнее, чем с обычным рыцарем, который каждый раз рискует не вернуться с задания.       — Дела-а-а, — протянула Саша.       Не сказать, что она была опытной в любовных и семейных делах, скорее, совсем наоборот, но как-то оправдать или объяснить самой себе столь легкомысленное поведение супружниц пенсионера не могла.       — Да не жалею, честно говоря, — продолжал изливать душу Вердия. — Что им мог дать я, будучи рыцарем? Только защиту, кров над головой, пропитание и одежду. А став даллаханом... И того меньше. Ну а в компании лекаря, да ещё и архимага, они точно не пропадут. Опытный маг Жизни и старение замедлит, и молодость продлит, и от болезней избавит. Не удивлюсь, если они до сих пор выглядят на свои двадцать лет и даже сединой не обзавелись, не говоря уж о сохранившихся формах...       Рыцарь, видимо, попытался было изобразить руками те самые упомянутые формы, но, вспомнив, что верхние конечности у него заняты, только мечтательно вздохнул.       — Так что вы не стесняйтесь, если что, я всё понимаю.       — Да мы не того... Не этого...       — Эх-хе-хех, — словно не услышав слов канмусу, продолжил Вердия. — Где ж мои семнадцать лет... Ну, пусть даже тридцать... Да Тьма с ними, хотя бы пятьдесят... Я б с вами тоже поотжигал, тряхнул бы стариной!..       Прежде, чем ошарашенная Саша успела сказать хоть слово, даллахан печально закончил:       — А теперь вот, сколько не тряси, только песком и разживёшься...       Харизма не спала, всё так же смотрела в окно, обхватив себя за плечи.       — Вот, — аккуратно поставив таз на тумбочку, сообщила Саша. — Ложись на живот, будем тебя лечить.       Белянка, вздохнув, нехотя оторвалась от ночного пейзажа и, сбросив тапочки, вытянулась на кровати.       — Больно будет?       Саша насупилась:       — Заканчивай считать меня законченной садисткой, Черри. Виновата, погорячилась, но и ты меня пойми — после твоей осведомлённости о физиологии людей, почёрпнутой из комиксов для озабоченных, летящие в лицо щупальца отнюдь не внушают доверия.       — Попа болит, — жалостливо сообщила в ответ Харизма и уткнулась лицом в подушку.       — Скоро перестанет, — заверила Глубинную Дева Флота. — Держи вот вкусняшку, Вердия поделился.       — Уи-и-и! — едва ли не пропищала Черри, разом забыв и про полыхающие красным ягодицы, несущие на себе легкочитаемые отпечатки девичьих ладошек, и про все обиды и неважное настроение, и сходу вгрызлась в край щита.       Даллахан вряд ли предполагал, что выцыганенный девушкой стальной щит будет использован столь неестественным образом, но — отдавал он его без особого сожаления, сказав, что возвращать не надо,у него такого хлама ещё половина склада от прошлых хозяев осталась.       Ну а пока Дочь Бездны с аппетитом угощалась долгожданным металлом, Саша приступила к лечебно-полевой практике. Сначала охладить сами руки в оттаявшей воде и, едва касаясь раздражённой кожи, окропить влагой как можно большую поверхность. Дело неторопливое, конечно, но самозабвенно жующая щит Глубинная, кажется, вообще мыслями и чувствами покинула сей грешный мир, полностью отдавшись наслаждению металлом.       Даже когда на пылающие красным ягодицы плюхнулся изрядный осколок льда, выскользнувший из рук Саши, Черри даже не вздрогнула.       Наутро Харизма вновь лучилась избыточным позитивом и приподнятым настроением, что, в принципе, людям незнающим не сложно было спутать с лёгкой стадией дебилизма. Саша открыла было рот, чтобы поведать бодрому пенсионеру о том, что купальню они готовы реставрировать за свой счёт, как в воздухе заструились тёмные ниточки чего-то, похожего на призрачный дым.       — О не-е-ет! — схватился за голову даллахан, одновременно накрывая всех сидящих за столом полупрозрачным куполом фиолетового оттенка. — Мои прекрасные леди, настоятельно рекомендую вам сейчас заткнуть уши и открыть рты.       — Что случилось, дедушка Вердия? — поинтересовалась вынырнувшая из волн неубиваемого позитива Черри.       — Архимагичке снова заняться неч...       Договорить безголовый пенсионер не успел.       Дым заструился ещё быстрее, начал утекать куда-то сквозь стены, наливаясь темнотой и нестермимо-красным...       А в следующий миг замок содрогнулся от чудовищного взрыва. Сорвалась с цепей и разбилась огромная люстра, освещавшая обеденный зал, из камина посыпалась сажа, стены опасно качнулись, но — не упали. И всё затихло.       — Высшая магия взрыва: Дорога в Ад, — устало прокомментировал Вердия. — Сегодня она что-то схалтурила, обычно кастует на замок Пульсар Сотоны или Ядрёный бабах, а после них одними люстрами убытки не ограничиваются.       Едва даллахан успел это договорить, как по замку прошла волна дрожи, а потом что-то со скрежетом и грохотом обвалилось. В ноги ударила ощутимая сейсмическая волна...       Поднявшись наверх в компании давно и надёжно обезглавленного рыцаря, девушки оказались на открытой террасе, лишённой каких-либо намёков на поручни и иные ограждения. Слева открывался чудесный вид на холмы, плавно перерастающие в горы у самого горизонта, справа высился ряд дверей, изрядно прибитых пылью. Впереди, там, где сейчас открывался вид на Аксель, несколькими минутами ранее располагалась купальня.       — $%#^%@! — тоскливо поведал Вердия безбрежным, чистым и равнодушным небесам. — Всё, эта мелочь меня окончательно достала! Леди, прошу меня простить, но я в город.       Сказав это, даллахан окутался тёмно-фиолетовым маревом телепорта и беззвучно исчез, оставив девушек одних посреди свежеиспечённой террасы.       — Ну, хоть за ремонт теперь отдуваться не надо, — грустно улыбнулась Саша. — Как думаешь, может, стоит сходить в город, присмотреть за ним? А то мало ли что, мужик он хоть и крепкий, но уже пожилой... Реакция не та, кости слабее, а если ещё и радикулит прихватит...       — В город! — махнув в сторону стен Акселя, Глубинная первой скрылась на лестнице.       Миг спустя уже откуда-то снизу донёсся боевой крик Черри:       — По коням!