Shine of dead lights

      Шарик, цвета закатного солнца, также умиротворенно проплывал по комнате Элизабет, придавая своим присутствием хоть какой-то оптимистический настрой. Про мальчика в реке, Элизабет уже начинала забывать с таким же успехом, как и свои домашние обязанности. Парящий воздушный шарик напоминал ей о том клоуне, который с такой доброжелательностью всучил девочке шарик. Когда она снова встретится с Танцующим клоуном? Девочка лежала пластом на своей кровати в думах о таинственном незнакомце. Да, он был странный и даже, в некотором роде, жуткий… Но это не отменяло тот факт, что девочку буквально манило к нему, в хорошем смысле этого слова.       Золотые пряди Элизабет разметались на мягкой подушке, а разноцветные глаза то открывались, то закрывались. Девочке казалось, что она вот-вот уснет. Сон надвигался с каждым движением глаз все ближе и ближе. Родители девочки ушли в город, оставив дочь одну дома строго под замком.        — Никому двери не открывай, а если кто спросит — говори, что ты не одна дома, а лучше — не отвечай никому! — дал строгую нотацию Филипп своей дочери, а после уже ушёл, плотно закрыв за собой и женой дверь.       Элизабет повиновались воле отца, ведь что ей ещё оставалось?       День тянулся долго, девочка уже не знала, чем себя занять. Она уже успела порисовать, почитать и даже изучить дом, каждый его уголок. Зевая от скуки, Элизабет лежала на кровати и ждала какого-то чуда. Ведь чудо на свете существует! Она верила в магию, в волшебство, в удивительные вещи, которые не объяснить словами.       Часы пробили ровно 17:00.       К тишине девочка привыкла, но оставаться одной — нет. Хотелось какого-то общения, великого приключения, от которого захватывает дух!  — «Сколько я ещё пролежу здесь, в ожидании отца с матерью? Чем бы себя занять ещё?» — размышляла Элизабет, устало потянувшись на кровати.       Тик-так. Тик-так.       Настенные часы, которые на днях прикупил глава семьи, заполняли тишину в доме своим звонким тиканием.       Тик-так.       — Лиззи, ты слышишь меня?       Тик-так.       Элизабет мгновенно замерла: ей показалось или она слышала чей-то голос? Часы перебили слова.       Ну-ка, послушаем ещё раз…       — Лиззи… Ты нужна мне. Иди ко мне, девочка.       Золотоволосая вскочила с кровати, ошарашенно высматривая источник голоса, который был полон боли. Неизвестный голос дрожал, словно вот-вот разрыдается. Ему правда нужна помощь! Но, стоп — это был уже другой голос, детский голос! В дом пробрался ребёнок, а Элизабет это проворонила? Ситуация похожая на странный сон, но ведь…девочка не спит, так ведь? Или же…       Так или иначе, человеку нужна её помощь, а Элизабет никогда не отказывала в помощи!       — Лиззи, Элизабет, мне нужна твоя помощь!       Девочка снова услышала тот же голос, но на этот раз он был слышен отчетливей и громче. Элизабет попыталась понять, откуда он доносится. Сделав пару шагов к выходу из комнаты, она снова услышала те же слова:       — Лиззи, Элизабет, мне нужна твоя помощь!       Девочка собралась силами и вышла из комнаты, взирая по сторонам. Вот оно — приключение! Кто же говорит с ней? Столько много вопросов и так мало ответов! Девочка прислушивалась к голосу и шла туда, где ей казалось, и был говорящий. Она шла по коридору и завернула в гостиную, где было меньше всего мебели, ибо семья ещё не успела полностью обжить все и закупаться новой гарнитурой. Элизабет остановилась, чтобы рассмотреть гостиную: старый потрепанный диван, большой стол, за которым каждый день работает её отец, табуретки, стулья и деревянный платяной шкаф.       — Ты почти нашла меня, Лиззи! Давай, ещё немного! Я здесь!.. Я здесь… Ты так близка ко мне…       Элизабет резко перевела взгляд на огромный шкаф, из которого, чисто по логике, и доносится голос. Ну, правильно — ребёнок спрятался в шкафу и теперь решил поиграть с Элизабет в прятки! Конечно же! А зачем этот спектакль? А потому, что ребёнку так же скучно, как и ей самой!       — Я нашла тебя, мелкий озорник! — весело проговорила Элизабет и подбежала к дверцам шкафа, чтобы открыть их и найти того, кого она и ожидала увидеть.       Она его нашла, Элизабет выиграла эту игру!       Но её ждал сюрприз: дверцы шкафа с неприятным скрипом отворились, но внутри никого не было. Все, что там было: лишь мамины платья, висящие на крючке и круглое большое зеркало, которое было прибито к дверце с другой стороны. Зеркало тянулось во всю длину самой дверцы, словно хозяин, что жил здесь до них, специально предусмотрел такой расклад.       — Это фокус такой? Я же точно уверена, что ты здесь… Где ты? — с негодованием воскликнула девочка, судорожно разглядывая внутренности шкафа.       — Я здесь, ты нашла меня, Лиззи! — четкий голос мальчика доносится прямо из пыльного зеркала.       Элизабет, ещё ничего не понимая, взглянула на зеркало, но увидела только своё отражение. Ничего более. Так продолжалось несколько секунд, а после вместо отражения самой девочки возник образ мальчика, который лукаво улыбался своей собеседнице. Элизабет немного отпрянула от зеркала, не веря своим глазам. Вот это наваждение, какой чудесный фокус!       — Кто ты? Как ты там оказался? Как вообще это происходит?       — Меня зовут Бобби, помнишь меня? Ты должна меня помнить!       Мальчик сверкнул золотистыми глазами, ещё пуще разводя уголки маленьких губ в разные стороны. Улыбка была явно не добрая, маниакальная.       — Нет, я тебя не помню… Мы где-то уже виделись?       — Да, на реке. Я произвёл на тебя очень хорошее впечатление.       Элизабет округлила глаза от нахлынувших воспоминаний. Да, она видела мальчика, но это был мёртвый мальчик, и видела она его в реке, плывущего по течению. Но Бобби нельзя было опознать, ведь он был в ужасном состоянии.       — Ты, ты… — девочка словно поглотила язык.       — Это сделал клоун. Из-за него я умер. Тебе жалко меня?       Элизабет подошла к зеркалу вплотную и приложила ладонь на хладную зеркальную поверхность. Это сон, такого не бывает. Все это лишь сон.       — Мне жаль, Бобби… Ты очень хочешь домой? Чем я могу помочь тебе?       — Приходи ко мне, тебе будет весело. Клоун привёл меня сюда, где я теперь летаю. Мы все тут летаем. Я вижу, что тебе он подарил шарик! Красивый шарик, нравится тебе?       — Да…       — Тебе он подарил шарик, а мне — вечную жизнь в «Мёртвых огнях».       — Что за «Мёртвые огни»? — еще пуще пришла в недоумение девочка.       — Он придёт за тобой, и ты все увидишь!       После этих слов мальчик раскатисто засмеялся, обнажая свои уродливые жёлтые зубы. Облик Бобби в одно мгновение менялся: глаза стали желтыми, кожа принимала грязно-зеленый цвет, а глаза вытекали из глазниц. Из ушей лениво вылезали могильные черви. Единственная рука, которая была у мальчика, потянулась к девочке, выходя за рамки зеркала.       — Будешь летать! Будешь летать! — истерично кричал голос, который менялся от звонкого детского до мужского низкого.       Черная ручища вытянулась огромных размеров и схватила девочку за воротник сарафана, грубо и крепко сжимая ткань в руке.       — Попалась, которая кусалась! — из зеркала, вслед за рукой, вылезла клоунская белая рожа, искажённая в зловещей акульей ухмылке. Нет, это уже был не тот клоун, с которым она впервые встретилась — в этом она была уверена на все сто — это было чудовище, самое настоящее. Оно хотело новых жертв, и теперь настала очередь Элизабет.       — П-Пеннивайз! — в панике выкрикнула имя клоуна Элизабет, пытаясь отбиться от его рук, но тщетно, ибо монстр был сильнее и гораздо настойчивее.       Клоун рывком потянул девочку на себя, и та моментально потеряла равновесие и просто полетела вперёд, вслед за длинной когтистой рукой. Девочку затянуло в зеркало, словно в другой портал. От неё не осталось и следа, теперь она с ним. С Оно.       Когда родители вернутся, они с ужасом заметят, что девочки нет в доме. А все, что могло пролить свет на это таинственное исчезновение — это шкаф, который так и стоял с открытой скрипучей дверцей, показывая всем окружающим огромное древнее зеркало.       Отныне только Оно знает, что с девочкой будет дальше.