Кукла Пеннивайза

      Я появилась 18 октября 1742 года. По началу я не могла понять причину своего появления, ее же не мог мне поведать и Пеннивайз. Не думаю, что это было одиночество. Монстры, не испытывающие человеческих эмоций, не могут быть одинокими, они просто не знают, как это. Но видимо от достаточно долгого нахождения в мире людей и огромного поглощение детских страхов, которые были самыми разнообразными, Пеннивайз стал их проецировать на себя. Неосознанно.       Поэтому сидя у него на коленках, чувствуя, как он гладит меня по голове, я чувствовала некую радость. Радость быть нужной. Нужной это конечно громко сказано, изначально я была лишь куклой, у которой не было никакого предназначения. Я просто была. Но позже, Пеннивайз стал использовать меня как приманку.       - Давай, Шабби. Тебе нужно всего позвать этих детей поиграть у колодца. – загадочно говорил он, указывая на группу из беззаботно играющих детишек.       И я звала их, потом под предлогом исследовательского духа завлекала в колодец, а дальше, дальше все делал Пеннивайз. Так продолжалось 2-3 его кормежки, после чего, он вдруг перестал меня использовать. Вместо этого, он часто играл со мной и даже сделал для меня башню из детских игрушек и карусель из парящих детей. Карусель мне нравилась особенно. От нее веяло жизненной энергией, которой питалась я.       Иногда к нам приходили дети, что, прознав про клоуна и разгадав загадку где он живет, шли убить его. И пополняли карусель.       - Пеннивайз, почему ты позволяешь им ударить себя?       - Потому что они идут сюда бесстрашно с непоколебимой решительностью, но они вкусней, когда бояться. Именно поэтому важно дать им надежду, чтобы разбить ее.       - Чтобы они начали бояться?       - Верно, Шабби. Ты очень умная девочка. – после этих слов он всегда гладил меня по голове и улыбался, не как обычно, как-то по-доброму.       Конечно сложно представить такое, добрую улыбку Пеннивайза, но она была. У Пенни, были чувства. Я бы даже назвала их человеческими, но они были столь глубоко в нем, что можно сказать, что их вовсе не было. Но он определенно был не простым монстром, думаю он даже смог бы полюбить.       Каждый раз, когда Пеннивайз засыпал, я была предоставлена сама себе, из-за того, что я была рождена не самым обычным путем и жила не совсем как люди, я не росла и всегда была пятилетней блондинкой с короткими волосами.       Однажды я спросила Пении, почему из множества тел он выбрал именно мое.       - Дело было в глазах. Огромных изумрудных глазах. Которые в момент страха, наполненные ужасом, показались мне настолько прекрасными, что я решил, что ты станешь замечательной куклой. – рассказывал Пеннивайз смотря куда-то вдаль.       В свою очередь я видела нечто восхитительное в нем, казалось бы, что именно. Он жуткий, злобный и жестокий. Но тем не менее я видела скрытую красоту и великолепие Танцующего Клоуна. Был в нем так же некий задор, пускай и веяло от него опасностью.       Я могла часами наблюдать за ним, когда он спал, а может и не часами, у меня не было потребности в сне, а потому я, наверное, могла днями неотрывно на него смотреть.       Засыпал он, всегда обнимая меня, уже потом я выползала из его объятий и гуляла по трубам, а иногда вылезала наружу и смотрела как изменился мир. С годами это делать было все сложней. Взрослые все чаще, обращали внимание на одинокого ребенка, бледного как скатерть у богачей на приемах. К тому же Дерри был небольшим городком, где большинство знают друг друга, а потому мое появление из раза в раз становилось все более заметно.       Когда он засыпал, карусель детей плавно опускалась вниз, но зато, когда они поднимались я сразу понимала, он проснулся, а значит меня ждет год веселья. Достаточно, своеобразного веселья. Если убийство детей можно было назвать весельем.       Это случилось в 1904 году. Он проснулся в апреле, я бы назвала число, но у меня не было календаря, да и это было не особо важно. Я увидела, как дети снова поднимаются в воздух и радостно побежала к месту спячки Пении.       - Пеннивайз, ты проснулся? – аккуратно спросила я, он не любил, когда ему мешали.       - Шабби, дорогая, подойди. – сипло прохрипело Оно в темноте.       Я бесстрашно двинулась на голос, мне же бояться нечего, да страха то я особо не испытывала. Подойдя к клоуну, я села возле него.       - В чем дело, Пенни? Обычно ты уже выходишь, а сейчас до сих лежишь.       - Прошлая кормежка была не особо питательна, я немного слаб.       Слышать о слабости Пеннивайза было конечно не в новинку, за столетие с ним я уже многое видела, даже как то, что дети были близки к уничтожению его телесной оболочки, но каждый раз я волновалась.       - В чем дело, куколка? Почему ты погрустнела? Возьми шарик.       Шарики, их любили дети. И я любила, тогда, в своей прошлой жизни. Именно им он заманил меня.       Пеннивайз поднялся.       - Ты изменилась, Шабби.       «- Что?»       - Выросла что ли.       «- Я не могу расти.»       - Вот платье уже коротковато стало.       Я оглядела себя по сторонам, платье и вправду стало коротким, раньше оно было ниже коленок, теперь выше. Да и волосы стали длинней.       - Пенни?       - Как интересно. - Оно вышло на свет и приблизилось ко мне. – Ты растешь, Шабби.