Ненужный

      Над землей парили огромные космолайнеры — Морти, даже не имея возможности рассмотреть их, как все нормальные люди, пялился в небо с приоткрытым ртом. Народу прибывало все больше и больше — кого тут только не было! Со всех уголков Вселенной на местный праздник прилетали туристы, торгаши из палаток активно зазывали прохожих купить еду и сувениры — но это все было неважно. На первом месте у Рика стояло дело. Опасливо озираясь, он пробирался через толпу, прижимая к груди небольшой чемоданчик и таща за руку обалдевающего от количества народа Морти. — Я изобрел одно лекарство, теперь хочу его продать, — объяснил он пацану чуть раньше, а теперь они искали заказчика. Найти его было очень просто. Больше всего клиент напоминал кучу говна, в середине которой торчал огромный глаз, но, само собой, при нем озвучивать этот эпитет было опасно для жизни. Когда Санчез отдал ему чемодан, инопланетянин втянул кейс внутрь себя и выплюнул на свет божий пакет с деньгами. А далее — дурацкие обычаи требовали выслушивать слова благодарности на трех разных языках, и все бы ничего, если бы это были космические диалекты… Как назло, заказчик с гордостью объявил, что приобрел себе голосовой модуль, позволяющий перевести его речь на английский! — Спасибо за прекрасное средство для всеобщего уничтожения… — Чего? — нахмурился Крот, пытаясь расслышать хоть что-то в шуме фестиваля, и Рик, натянуто засмеявшись, подтолкнул его в спину, стремясь увести как можно скорее. — Средство от растяжения, — инопланетянин что-то недоумевающе спрашивал вслед, но это уже было неважно. — От растяжения мышц, конечно же! Пойдем, приятель, пойдем…       В толпе подобные сделки проводить было удобнее всего. Рик иногда занимался подпольной торговлей — не ради денег, хотя они тоже играли свою роль. Просто это хоть немного разогревало его старую кровь, заставляя вспомнить бурную молодость… Перед ними лежали бесконечные круги трибун, которые все сильнее заполнялись народом. Как кольца у дерева, они сужались с каждым рядом, и в центре стоял он — купол. Одно из лучших охранных сооружений в Галактике. Ни пересечь, ни сделать подкоп, ни телепортироваться — купол был неприступен, как пизда монашки. Никто не мог повлиять на то, что творилось внутри него. Мусор, которым слишком эмоциональные зрители кидали на арену, сгорал без следа уже на подлете к электромагнитному полю. Увидев то, что происходило на ринге, Морти изменился в лице. — Боже, ч-что это?! — зажав рот рукой, как будто его могло вырвать, он показал туда, где победитель этого раунда, бодро повизгивая, сношал безголовый труп своего поверженного врага. — Праздник, — пожал плечами Рик, занимая свободное место и дергая пацана за руку, чтобы сел рядом. — Раз уж мы все равно здесь… — Ты издеваешься? Мы всерьез будем на это смотреть?! Да как ты… как ты можешь!.. Санчез уже был не рад, что не ушел сразу после продажи "средства от растяжения", ведь теперь ему предстояло выслушивать очередную истерику — но, с другой стороны, он не мог себе позволить уйти уже принципиально. — Именно! — ответил он, демонстративно устраиваясь поудобнее. — Мы остаемся, и, и… простите, а можно мне большой попкорн и колу? А тем временем объявили технический перерыв. Купол опустился, и на арену вылетели уборочные машины, чтобы зачистить кровь и избавиться от трупа. И между делом объявили, что совсем скоро любой желающий сможет выйти на ринг, и если этот смельчак выживет три раунда — получит кубок чемпиона. Рик, услышав это объявление, скептически фыркнул — какой идиот захочет рисковать собой ради драного кубка?       Перерыв закончился, и бои возобновились. Он был в ударе. Кричал, подпрыгивал на месте, кидался попкорном, махал кулаками, и, само собой, не забывал, периодически пихая Морти локтем, ехидно спрашивать, нравится ли ему, как кишки проигравшего красиво раскинулись по арене, или как эффектно отлетела чья-то голова… Мелкий сидел сам не свой, что заставляло только позлорадствовать — пускай знает, что Рику плевать на его чувства! — Не понимаю, почему тебе это нравится… — Почему? Шумно отхлебнув колу, Санчез с видом превосходства откинулся на спинку скамьи. — Потому что мы все — животные! — газы ударили в нос, и он невольно рыгнул. — Пардон… Так вот, Морти, во всех нас заложена жажда насилия, мы хотим крови, хотим убивать, но кто-то способен в этом признаться, в отличие от идиотов вроде тебя, которые строят из себя святых, в глубине души будучи точно такими же тварями, как и все! После этих слов Крот совсем скис. Но кому было не пофиг? Забыв про пацана, Рик переключился на новый бой. При виде того, как сразу трое противников корчатся в муках, облитые кислотным грудным молоком самки какого-то недочужого, он заливался от хохота, хлопая себя по коленям. — Нет, ну ты видел, Морти? Ты видел? Крот ничего не ответил — да и хрен с ним. Самка была так рада, что одержала верх, что напала на двух уборщиков, пытающихся убрать следы ее победы. В нее выстрелили из какого-то оружия, накинули на огромное обездвиженное тело сеть и спешно увезли. — А теперь — время для бойца из нашего зрительного зала!!! — объявили по громкоговорителю, и толпа радостно взревела. — Пффф, нашелся же дебил-суицидник, — Рик повернулся, — правда, Морти?.. Но Морти не было. Его место оказалось пустым. — Морти!!! Внезапно грянули аплодисменты, и на большие экраны вывели изображение дебила-суицидника, которым оказался… — Вот же ж блядь.

***

      Собственно, других слов у Рика и не нашлось. Будто окаменев изнутри, он смотрел, как его временный внук, его маленький слепой Морти, входит в одно из опаснейших мест в Галактике… Под купол. Под тот самый, что переживет даже ядерную бомбардировку, как утверждают организаторы праздника. Он был бы не прочь проверить это на практике, но, к сожалению, уже было поздно — Крот вышел на ринг. Как объявили по громкой связи, люди слишком слабы, чтобы выдерживать бои с голыми руками, поэтому парню выдали копье. Рику хотелось сказать спасибо, что хотя бы не зубочистку. Под свист и овации на арену вышел монстр, похожий на птицу, только без крыльев и с четырьмя ножками, когти на которых легко сошли бы за сабли. Даже не дожидаясь начала раунда, оно со злобным клёкотом кинулось на Морти, в воздухе свистнула лапа — и на песок пролилась первая кровь… Крот, взвыв от боли, изо всех сил стукнул птицу древком копья по шее, она отпрыгнула в сторону и замерла, прищелкивая клювом. Морти побледнел, как мел. Из трех длинных царапин на его животе сочилась кровь. Но следующий его шаг был на удивление твердым. Птица, увидев, что на нее идут в лоб, прыгнула на Морти сверху — и, неожиданно выставив вперед копье, он пронзил врага насквозь. А потом, уперевшись ногой в грудь еще живой птицы, с явным трудом выдернул из нее окровавленное оружие. Поднял с земли упавшее желто-оранжевое перо — и воткнул себе в волосы. Этот жест вызвал у толпы невероятный восторг, сколько Рик ни бывал на подобных представлениях, в жизни такого не слышал, но какое ему было дело до сомнительного триумфа малолетнего кретина, которому он надерет жопу сразу же, как только до него доберется? Возможность сделать это ждать себя не заставила.       Увидев, что купол опустился, Рик кинулся на арену, расталкивая всех вокруг. Вслед ему доносились проклятья и ругань, но мужчина этого не слышал — он видел перед собой только цель. — Мооортиии!!! Один шаг за контур, отделяющий ринг от всего остального мира — и тут же раздался вой сирены. — Посторонний. Посторонний. Посторонний… — Да пошли вы нахер! — стряхнув с себя железные клешни охранных роботов, Рик попытался добежать до Морти, но электролассо, обвившееся вокруг ног, нарушило все планы. — Морти! — его потащило лицом по песку. — Уходи оттуда, блядь! Если не сдохнешь, я сам тебя прикончу, ты слышишь?! Его внук даже не обернулся. Купол снова включили, и начался второй раунд, который Рику увидеть уже не удалось, ведь его повязали. — У. Тебя. Большие. Неприятности. Парень, — хором повторяли два робота раз за разом, хотя Санчез и так прекрасно знал, что самая большая его неприятность сейчас машет копьем на арене. На его руках застегнули наручники и куда-то тащили. — Незаконное. Пересечение. Арены. Вмешательство. В поединок. Вы. Арестованы. Вы. Арестованы. Вы. Арестованы… — Да понял я, понял, блядь! Его завели в помещение какого-то занюханного полицейского участка, заставили встать лицом к стене и обыскали. — Деньги. Оружие. Прибор для перемещения между мирами. Оружие… Показалось ли Рику, что в электронных голосах с каждым новым отобранным у него предметом слышалось все больше ехидства? — Необходимо произвести ректальный осмотр. А вот этого он уж совсем не ожидал. Откуда ни возьмись, на клешне одного из роботов появилась латексная перчатка. Повторяя фразу о необходимости осмотра, они положили Рика животом на стол, игнорируя слабое сопротивление, и начали расстегивать на нем штаны. — Эй, сперва купи мне выпить! — съязвил он, послушно раздвигая ноги, почувствовал неприятное ледяное прикосновение, и… И пернул. Сказав напоследок что-то невнятное, роботы взорвались. Резко запахло жжеными микросхемами. Последняя, третья мини-ракета, влетев в наручники, сломала и их. — Ректальная пушка, детка! — выпрямившись, Рик натянул брюки обратно. — А теперь пора обратно на стадион…       Вернулся он ровно в тот момент, когда Морти, стоя на голове у какого-то зубастого мамонта, остервенело тыкал ему в глаз копьем. Противник был уже еле жив, но кого и когда это останавливало? Мальчик был в крови от макушки до самых пяток, и яркое перо, торчащее у него в прическе, казалось на фоне всего прочего неуместно веселым, будто розовый бантик, повязанный на рог бешеного быка. На него сыпали конфетти, раздавалась бравурная музыка. Купол опустили, и к ногам Крота бросали букеты цветов. Организаторы турнира заявили, что Морти стал первым человеком, который в принципе выжил на арене, не говоря уж о победе, и руки, измазанные кровью, оставили следы ладоней на блестящем новеньком кубке... Так и закончилось первое приключение Рика и Морти.

***

— Блядь! Сука, как тебе это вообще в голову-то пришло?! Идиот! О чем ты только думал?! От того Морти, что лихо расправлялся с противниками на арене, не осталось и следа. Перед ним снова был его Крот, к какому он успел привыкнуть — и от этого было еще паршивее. Рик еще никогда в жизни так ни на кого не орал. А впрочем, ничего страшного — пиздюк это заслужил! — Я… Кубок выпал из ослабевших рук, и Морти зашмыгал носом. — Я думал, что… что тебе это нравится… — Мне?! От подобных заявлений Рик даже дышать перестал. — Ты что, с головой не дружишь?! Кому понравится смотреть на такое? Когда все так… когда там ты?! Это явно было не то, что Санчез хотел бы сказать. Потирая пальцами виски, он устало сказал: — Так-то мне плевать, если ты помрешь… Хочешь сдохнуть — вперед и с песней, ебать тебя в рот! — Но… но я в-ведь… просто пытался принять свои животные инстинкты, как ты и говорил… Тяжело вздохнув, Рик протянул руку, вынимая перо из волос Морти, чтобы потом выпустить его на землю и придавить сверху подошвой. — Нет, пёс, лучше держи-ка ты свои инстинкты пока при себе…       В полном молчании они телепортировались домой. Рик задержался лишь для того, чтобы залечить раны Морти — а потом, брезгливо заметив, что от него несет, как от свиньи на убой, ушел из дома. Чем хороша была Цитадель — так это тем, что кабак здесь было найти проще, чем мандавошек на проститутке. Увидев выражение его лица, Рик-бармен, даже не задавая вопросов, поставил перед ним целую бутылку. Блаженный нектар полился в рот, и Санчез ненадолго почувствовал себя лучше. Вот и весь его ответ на любые проблемы — пьянство! Но даже оно теперь было бессильно, ведь у Рика до сих пор тряслись руки при мысли о том, что могло произойти с Морти в бою. Его до сих пор обуревал холодный, липкий ужас, стоило только вспомнить когти той птицы, и то, как Крот даже не посмотрел на него, когда он прибежал на ринг, и... И почему его, черт возьми, это так волновало?!