Далеко не ангел, но хранитель

***

Где это я? Выплыв из удручающей темноты, я оказалась в небольшом помещении с тусклым освещением, серо-желтыми обоями и бордовым длинным ковром на паркете из темного дерева. Да уж, полное отсутствие вкуса. За мной была темнота, передо мной — красная дорога к невзрачной двери. Сворачивать некуда, значит, с направлением разобрались. Я постучала в дверь и, услышав негромкое «входите», зашла внутрь. Те же, как будто грязные, обои, тот же тусклый свет. Разнообразие вносил только большой письменный стол со стопками аккуратно сложенных бумаг и бланков. За столом сидел немолодой мужчина с высокими залысинами и серебром волос. Лицо его было таким скучным и незапоминающимся, что я еле удержала зевок. — Присаживайтесь, мисс Мур, — произнес мужчина, не отрывая головы от бумаги, которую он заполнял пером. Я села на свободный стул и посмотрела на мужчину. По ходу, он забыл о моем существовании. Пользуясь случаем, я начала рассматривать его одежду, точнее ту ее часть, которая была видна из-за стола. Это было нечто бесформенное, серое. Почему-то на ум моментально пришло сравнение с инквизиторами. Ну да, вон и капюшон имеется. Наконец, мужчина поднял на меня глаза. Водянисто-серые, такие же непримечательные как и весь его облик. — Мисс Мур, добро пожаловать. — Куда? Кстати, как я здесь оказалась, и что, собственно, произошло? Эти вопросы я и не преминула задать инквизитору (раз он не представился, буду звать его так). — Вы попали в Канцелярию Небытия. Господи, да что здесь творится. Какая канцелярия? Причем тут небытие? — Вы меня разыгрываете? У этого дядьки явно проблемы с юмором. — Вы умерли, мисс Мур. — Чего? Как я там сказала? Проблемы? Нееет, у него катастрофа с чувством юмора. — Вы имели неосторожность… Как бы это сказать помягче? Взорваться. Или меня грамотно надувают, или я чего-то очень не понимаю. Будучи не в состоянии подобрать вежливые слова для выражения своих мыслей, я вложила их во взгляд и в упор посмотрела на инквизитора. Кажется, он меня понял. — Мисс Мур, вы наступили на мину. Вы умудрились наступить на одну из четырех противопехотных мин с детонаторами, которые ещё оставались на поле, и погибли. А теперь Вы находитесь здесь. Я ему сейчас наваляю за такие шутки. Я уже сжала кулак, когда перед глазами пронеслись картинки — заглохшая машина, поле, пламя. — Нет, нет, нет! Этого не может быть! Кажется, это называется состоянием шока. Тело отказалось двигаться, в мозгу что-то щелкнуло и отключилось. Мужчина в сером одеянии смотрел на меня с сочувствием. Хотя это выражение равно можно было оценить и как вежливое равнодушие. — Я понимаю, что Вы чувствуете, мисс Мур, — а на лице все то же бесстрастное выражение, — однако, сейчас решается Ваша судьба. Отнеситесь к этому серьезно. — Решается что? Я себе напоминала очень, ОЧЕНЬ тупого и глухого ребенка. Ощущение нереальности происходящего отказывалось покидать меня. — Ваша судьба, мисс Мур, — терпеливо повторил человек в серой робе. — Ваш жизненный путь подошёл к концу, и теперь нам предстоит решить, что делать с вами дальше. — Что делать? Кому решить? Нет, ну честное слово, я уже сама себя раздражаю этими тупыми переспрашиваниями. И как только этот дяденька держится? Хотя к нему наверное каждый день толпами такие недалёкие, как я, приходят. — Я попаду в Ад? Почему-то в этом я ничуть не сомневалась. Спросила для проформы, так сказать, испытать мазохистское удовольствие. Недаром моим любимым ответом на фразу: «Ты будешь гореть в аду» было «Я буду им заправлять, а гореть будете вы». Дошутилась, блин. Впервые за время нашей беседы на лице инквизитора возникло удивление. — Почему же сразу в Ад? — Ну не в Рай же. — Не в Рай, — кажется, он ухмыльнулся — Вас выбрали хранителем для одного человека. — Меня? Хранителем? Браво. Я сегодня бью рекорды по количеству тупых вопросов в диалоге. — Именно, вашей задачей будет присматривать за одним ребенком. В зависимости от того, как Вы справитесь со своими обязанностями, будет решено, куда Вы отправитесь после Сначала у меня задёргался глаз, потом бровь, затем задрожали губы. И тут меня прорвало. — Аххазахаахаах! Ой, не могу, — провыла я, пытаясь вытереть выступившие слёзы и сделать нормальный вдох, — Меня поставили смотреть за ребенком! Аххазахаахаах! МЕНЯ! ЗА РЕБЁНКОМ! А-а-ах… Похоже с чувством юмора у дядьки всё в порядке. Фух, давно я так не смеялась. Аж щёки с животом болят. — Позвольте узнать, что Вас так рассмешило. Я посмотрела на инквизитора. Водянистые глазки прищурены, белёсые брови сведены к переносице, губы сжаты в тонкую линию. — Думаю, Вы должны знать, что у меня крайне напряжённые отношения с детьми. Я не переношу их, а они — меня. У нас с ними полная и безоговорочная непереносимость. — ответила я. — Поэтому худшего хранителя для ребёнка, чем я, Вы не сможете найти. — И тем не менее, вы будете присматривать за этим ребёнком — он намеренно выделил слово «будете». Класс. А вот фигушки. — А если я откажусь? Вот совсем мне не улыбается нянчиться с каким-нибудь сопляком. То, что я не любила детей при жизни, никак не гарантирует того, что я полюблю их после смерти. Эти маленькие недомерки просто выводят меня из себя. Только воспитание и уголовный кодекс не позволяли мне заниматься рукоприкладством и убийством этих существ, по недоразумению названных «цветами жизни». Брр. Ни за что. — Вы не можете отказаться, мисс Мур. Не выполнив этого задания, вы не сможете ни переродиться, ни отправиться на вечный покой. Не хотите, вас заставят. Вот же ж мелкие засранцы, даже умереть не дают спокойно. — А говорили, что в Ад я не попаду. Нет, ну это надо, а? Где же я так согрешила в жизни? — Вы готовы слушать, мисс Мур? — Угу. — Ваша обязанность заключается в том, чтобы помочь одному ребёнку преодолеть некоторые трудности и направить его по верному пути, чтобы история пошла своим ходом. — Кого Я могу направить по верному пути? И что значит, чтобы история пошла своим ходом? — Всему своё время, мисс Мур. Вам предоставят некоторую информацию о мире, в который Вы отправитесь. Помните, Вы не можете действовать во вред этому ребенку. «А так хотелось» — мысленно огрызнулась я. Из-за этого засранца я умереть не могу, а тут ещё и вредить нельзя. Ууух, я уже заочно ненавижу этого парня. Ну или девчонку, моего отношения это не меняет. Инквизитор встал из-за стола и подошёл ко мне. — Сейчас я отправлю Вас к этому ребёнку. Постарайтесь, мисс Мур. — Обязательно, — я изобразила свой самый дружелюбный оскал. — А, и ещё, мисс Мур, — заговорил инквизитор, делая надо мной пассы руками, — Вы не сможете отдалиться от него больше, чем на 100 ярдов*. — Что?! Это все, что я успела произнести дурным голосом прежде, чем исчезнуть в потоке ослепительного света.