Three Steps Above Heaven

Кларк видела, как Лекса с нетерпением бежала назад за своими вещами, когда она ,наконец, села внутрь своей машины. Она посмотрела в окно, убедившись, что никого нет на парковке. Она знала, что не должна была соглашаться на просьбу студента, но она не могла отказать, ведь Лекса — двоюродная сестра Аньи. "Анья будет благодарна", — она успокаивала себя. Брюнетка, улыбаясь, садится внутрь джипа. Как только девушка удобно устроилась в кресле, Кларк плавно выехала с парковки. — Спасибо, — сказала Лекса. — Я хочу тебя оповес.. — О да, я знаю Кларк, — на её лице в момент появилась ухмылка. Кларк усмехнулась и закатила глаза, тщательно выбрав следующие слова: — Этого больше не повторится, и я делаю это не ради тебя, — она кивает и добавляет: — Анья никогда бы не простила меня, если бы я оставила тебя там. "Да-да. Конечно, Кларк. Ты сама-то веришь в это?" — говорит Лекса про себя. — Спасибо, Кларк! Какой ты хороший друг, — говорит она и не скрывает саркастичной улыбки. Кларк игнорирует ее. Настало неловкое молчание. Никто не смеет говорить. После 5 минут молчания Кларк заметила, как Лекса достала свой iPhone, и начала что-то искать в нём. Послышались первые нотки мелодии Coxcomb Red-Ohia. I wanted that heat so bad, I could taste the fire on your breath. And I wanted in your storm so bad... Она взглянула на Лексу, которая тяжело вздохнула, и облокотилась на пассажирское сиденье, плечи расслабленно опустились. "Она такая драматичная", — думает Кларк. I watched you hold the son in your arms while he bled to death. He grew so pale next to you. The world is so pale next to you... Очевидно, с девушкой что-то не так. Она сомневается, что это связано с её машиной, любопытство одолевает её, поэтому она протягивает руку, чтобы выключить музыку, но брюнетка резко поворачивает голову, недоверчиво смотря на неё. — Что? — спросила Кларк. — Это была лучшая часть песни, — Лекса вновь вздыхает и снова ложится на пассажирское сиденье. — Не говори мне, что это потому, что ты скучаешь по Gumby, — говорит она, улыбаясь. — Что...Разве ты никогда не скучала по "Snoopy"? — дразнилась Лекса, улыбнувшись и ссылаясь на её белый джип. — "Snoopy"?! — Кларк медленно поворачивает голову и смотрит на брюнетку. — Ты серьёзно?? Это Trailhawk! — восклицает она, продолжая улыбаться. — Буря, Кинжал, Белый тигр....? — Отлично, принцесса Лея! — ответила Лекса, отворачиваясь. — Отлично! — "Что за дебилизм?!" — но она всё ещё улыбается. Кларк пытается сосредоточиться на дороге, но краем глаза видит, что брюнетка повернулась, ласково глядя на неё. Милая улыбка застыла на её идеальных пухлых губах..."Какого черта, Кларк? Это просто становится смешным!" — говорит она сама себе. Больше минуты они сидели молча, пока Кларк не заговорила, не имея возможность сдерживаться. — Все в порядке? — тихо спросила она. "Прекрати, Кларк!" Глубоко вздохнув, Лекса отвечает, прикусив губу: — Это не важно. "Это важно", — подумала Кларк. Это было не похоже на Лексу. Но если девушка не хочет говорить с ней об этом, лучше оставить её в покое, что она и сделала. Вместо этого она вновь включила музыку, заиграла ещё одна печальная песня. "Должно быть, у неё весь плейлист такой..печальный". Кларк протягивает руку, чтобы выключить, но случайно включает музыку из своей коллекции. — Do I wanna know? Arctic Monkeys? "Круто! Но почему, почему эта песня? Почему?" Кларк видит, что Лекса смотрит на неё с нескрываемым интересом. Они обе сидят в тишине, слушая музыку, до того момента, когда брюнетка не начинает тихо петь. "Она поёт намного лучше по сравнению с прошлым разом". ...I dreamt about you near me every night this week. How many secrets can you keep. Cause there's this tune I found that makes me think of you somehow When I play it on repeat... Сердце Кларк пропускает удар, во-первых, потому что она не может поверить, что девушка знает эту песню. Это старая песня напоминает ей о колледже, о первом курсе. Во-вторых, Лекса не только поет лучшую часть песни, но и смотрит на неё. Красный свет. Кларк останавливается. Это неизбежно. Она поворачивает голову, чтобы посмотреть на девушку. Они одарили друг друга улыбками, и Кларк также начала петь. Блондинка посмотрела в зелёные глаза: — Do I wanna know? Лекса очень хитро улыбнулась, чуть приподняв бровь: — If this feeling flows both ways. Кларк всё ещё улыбается: — Sad to see you go.., — и вот так, без усилий брюнетки, она снова возвращается в эту игру. Просто в этот раз она точно знает, что она обязательно сгорит. Они начинают петь в унисон, глядя друг на друга с широкими улыбками. Was sorta hoping that you'd stay. Baby we both know. That the nights were mainly made for saying Things that you can't say tomorrows day..crawling back t.. Их момент был прерван телефонным звонком. Позвонил Беллами. "Кларк не может не благодарить небеса. Она не знала, как бы она смогла выбраться из этих чар". Она видит, как Лекса смотрит на фотографию друга, появившуюся на экране. — Привет, Бел. Что случилось? — она чувствует, что Лекса всё ещё смотрит на неё. — Да, 7, — она посмотрела на часы. — Сейчас 16:25, — она смеётся. — Да, мам. Не волнуйся, я не опоздаю. Лекса видит, как блондинка внимательно слушает собеседника с улыбкой на лице. Она не хотела подслушивать разговор, но деваться некуда. Они в машине вместе, поэтому, она вынуждена слушать. — Нет, я ни разу не была там...Доеду с помощью GPS. "Кларк сказала "Бел " или "Baby"? Кларк идет на свидание?" — начинает гадать Лекса. Она видит, что блондинка по-прежнему улыбается и хихикает, продолжая слушать Беллами. "Что за имя, Беллами!?" — она уже не любит его имя. В очередной раз они останавливаются на красном свете светофора, сидя в тишине, нарушаемую слабым звуком музыки на фоне. Внезапно блондинка откидывает голову назад из-за истерического смеха, ее глаза расширяются, рука прижата к груди: — Чтоооо....? — это всё, что ей удалось сказать. "Ее смех. Боже". Ее смех — это то, что заставляет Лексу чувствовать себя действительно хорошо. Это афродизиак. — Это было давно...Блейк. "Блейк!? Реально? Это прозвище Беллами?" — Не беспокойся на это счет, нет необходимости, чтобы ты забрал меня......Я сама доберусь......Я знаю, о, я тоже скучаю по тебе, — Кларк вздыхает. "О, я тоже скучаю по тебе, бла-бла-бла", — она мысленно издевается над блондинкой. Глупый Беллами с его глупыми шелковистыми волосами и нежной улыбкой заставляет её Кларк смеяться. "Почему это беспокоит меня? С каких это пор я такой ребёнок?" — она удивляется своим же действиям. — Не могу дождаться нашей встречи... Всё в порядке. Увидимся позже, Блейк, — Кларк повесила трубку с улыбкой на лице. Затем она посмотрела на Лексу, которая устремила взор в окно, и Кларк замечает идеальные скулы, которые сильно напряжены. "Боже, эти скулы, как хочется до них дотронуться, провести большим пальцем по линии гу..." — ДВИГАЙСЯ УЖЕ!!! — противный мужской голос и сигнал машины послышались откуда-то сзади. По-видимому, светофор показывал зеленый, и она задерживала движение. Кларк и не дернулась, чтобы нажать на газ. Мужчина снова закричал и загудел, визжа покрышками, он двинулся направо и уехал. Они обе повернулись, смотря друг на друга и звонко засмеялись. Светофор снова показывал красный. Лекса спросила: — Намечается свидание? — Что-то типа того, — ответила Кларк. — Клёво, — сказала она тихо, вернув свой взгляд к окну. Чувство, очень странное чувство появилось где-то в животе. Светофор меняется на зеленый и Кларк жмёт на газ. Всю дорогу они сидели в комфортной тишине. Каждая из них размышляла о своём. Когда они подъехали к двухэтажному дому, Лекса быстро вышла из машины и начала доставать все свои вещи. Оставив дверь машины открытой, чтобы учитель никуда не уехал, она постепенно складывала вещи на крыльце. Когда она вернулась за последними вещами, она сказала: — Я бы пригласила тебя зайти, но.... — Не могу. Намечается свидание, — сказала Кларк. — Верно, — Лекса улыбнулась. Лекса наблюдала за Кларк, она заметила, как уголки губ блондинки опустились, когда она произносила предыдущие слова. Они смотрели друг другу в глаза менее 4 секунд. — Спасибо, мисс Гриффин. Анья будет очень благодарна вам за то, что вы вернули меня домой, — тихо сказала, когда закрыв дверь машины, а затем развернулась, направляясь к крыльцу. Лекса все еще чувствовала, как блондинка глазами пробивает в ней дыру, когда она поднималась по ступенькам, а когда она повернулась, чтобы закрыть входную дверь, учитель помахал на прощание. "И снова возникло едкое чувство в глубине живота".

***

Лекса была измотана когда пришла домой, и всё, что ей хотелось — пойти и лечь. Она не может поверить, что она потеряла всё, к чему она шла. У нее был идеальный план. Она потеряла стажировку. Теперь, когда и "Gumby" ушел, у неё нет другого выбора, кроме как использовать часть своих сбережений, чтобы купить автомобиль, чтобы двигаться. Когда она поднялась наверх, она услышала приглушенный голос из кухни. Она тут же узнала Анью, любопытство взяло верх, так что она прошла на кухню... — Ты не можешь заставлять её быть тем, кем она не хочет быть. Манипуляция не сработает и... Она встречается с Аньей глазами, её двоюродная сестра замолкает, и все присутствующие обращают на неё внимание. Затем она встаёт с барного стула и идет прямо к ней. Лекса была взволнована, увидев, с кем говорит Анья, и почему-то, она вдруг увидела волнение и в глазах сестры. Её сердце остановилось, её челюсть и кулаки сжались когда она увидела его. Её отец. Выпрямившись, он высоко поднял голову и подбородок. Он кивнул и сказал: — Александрия. — Густус, — она сказала и тоже быстро кивнула, затем быстро завернулась на пятках. Но прежде, чем она успела сделать шаг, она снова услышала его. — Вернись и сядь! — он скомандовал ей громким голосом так, что слышал весь дом. Её сердце билось очень быстро, и с каждым ударом она пыталась тщательно подбирать свои слова и держать себя под контролем. Она не видела отца почти 4 года, почти 2 не слышала его голос. — Я буду наверху. Зовите, если буду нужна, — извинилась Анья, похлопав её по плечу. Она глубоко вдохнула, восстановила хладнокровие и села: — Сэр? — тихо спросила, но сидела прямо. Её отец подошёл ближе и заговорил: — Ужин в 18:30, будь готова к 18, я заберу тебя. Нам о многом надо поговорить. — У меня есть планы, — быстро ответила она. Он поправил галстук, заговорил тихо и твердо: — Мне. Всё. Равно. Будь готова в 18, — он застегнул пуговицу на пиджаке и вышел из кухни, закрыв за собой дверь.