Three Steps Above Heaven

Стук в дверь возвращает её из сладких снов с Кларк. Блять. Она провела рукой по лицу и застонала. — Лекса! Она открыла глаза, затем снова закрыла, притворившись, что не слышит. Стук стал громче и настойчивее. — Лекса! Я знаю, что ты здесь! Похоже на голос Оливии. Но почему она пришла к Лексе домой, и почему звук был так близко к её комнате? — Тут чертовски холодно, Лекс, открой! Убрав волосы с лица, она несколько раз моргнула и приняла сидячее положение. Дерьмо. Она понимает, что снова уснула на диване. Блять. Она не должна пить так много, но очень больно, когда тебе разбивают сердце, а алкоголь хоть немного, но помогает. Она взглянула в сторону двери, затем, подняв себя с дивана, она доползла до неё. — Я звонила все утро, — говорит Оливия, входя в дом Лексы. — Иисус, Лекс, ты все еще пьешь? Ты пахнешь как чертова пивоварня, серьезно! Она вздыхает: — Я немного выпила. — Немного? — её подруга пнула пустые бутылки, лежащие на полу возле дивана. — Ты выглядишь дерьмово. Это твой день рождения и ты выглядишь как дерьмо, Лекс. — Я чувствую себя дерьмово, — отвечает Лекса и плюхается обратно на диван, кладя одну из подушек на голову. Черт возьми, уже суббота. Это означало то, что она должна собрать себя и своё дерьмо в кучу менее чем за 24 часа до приезда Ани. — Ну и что? Ты собираешься пить всю свою жизнь, потому что та сучка бросила тебя? — Кларк не сучка, Оливия. — устало вздыхает Лекса. Оливия сделала небольшую паузу: — Это была причина, почему ты не хотела, чтобы кто-нибудь знал? — Что? — она повернулась, посмотрев на свою подругу. Спустя мгновение её осенило: она сказала имя Кларк. Оливия улыбается: — Ты не лесбиянка? — О чём ,блять, ты говоришь? — Лекса встает и идет к лестнице, пытаясь избежать допроса. — Ты би! — кричит Оливия с первого этажа, заставляя ее остановиться. — Кларк? Фу, Лекса. Он второкурсник! Лекса закатывает глаза и усмехается. Даже, если бы Оливия знала правду, ничего бы не случилось, она доверяет своей подруге. — Мы ещё не всё на сегодня, Лекси! Я уже всем позвонила. — Нет, я не в настроении, Лив! — кричит она. — О, нет. Ты ,определенно, в нужном настроении для вечеринки, Лекса. Тебе это нужно!

***

♪ ♫ Girl, you know I want your love. ♪ ♫Your love was handmade for somebody like me ♪ ♫ Come on now, follow my lead. ♪ ♫ I may be crazy, don't mind me......♪ ♫ — Шестьдесят с тебя, — Джаспер говорит Оливии, потом поворачивается к Лексе, — с тебя тридцать. — Что!? — Лекса посмотрела на тощего парня. — Твоя трава с ебаным одобрением FDA? — Я всего лишь курьер, Мисс Вудс. Берешь? Да или нет? — Держи. Пятьдесят, — она подмигивает. — За неудобства, мистер Джордан, — добавляет она, забирая сумку у Джаспера. Звонок. Она бросает сумку на кофейный столик, подходя к двери. Гая, Эхо, Онтари и Костия, у которой в руках цветы. — С Днем Рождения!!!! — вместе кричат они. Лекса приглашает их в дом. Позади них была пара других парней, которых она не узнала, но впустила. Почему бы и нет? Это её вечеринка, она хоть заплакать может, если захочет. — Прекрасной имениннице, — говорит Костия, вручая ей цветы. — Спасибо, — она с радостью принимает цветы, — тебе не стоило... — Но я это сделала, — хитрая улыбка появляется на лице Костии. Лекса улыбается в ответ: — Что ж, спасибо тебе, — благодарит она, немного покраснев, ведь ей в первый раз подарили цветы. Может, Оливия была права. Присутствие друзей поможет ей. Она пошла на кухню, взяв вазу. Костия последовала за ней. Лекса наполнила вазу водой и аккуратно поставила туда цветы, затем, она вернулась в гостиную, где её друзья уже начали курить. Дерьмо. Аня убьет её. — Черт побери, ребят! Какого хрена!!? — кричит она, — курим снаружи, придурки!!! — Черт возьми, Лекса. Какую вечеринку ты тут устраиваешь? — Костия смеется. — Пробовала один раз в жизни. Это не для меня, — говорит Лекса, ухмыляясь. — Выпьем? — Что у тебя? — Всего понемногу. Пойдем, — она идёт к бару. — Твоя кузина? — В Калифорнии. — Клёво. — Водка или текила? — спросила Лекса, взяв в руки две бутылки. Костия выбирает текилу, и Лекса быстро наливает два шота. — Итак, у тебя есть возможность остаться в кампусе? — спрашивает Костия, наклонившись к ней, казалось бы, слишком близко, но это необходимо из-за шума. — Вообще-то, нет. Я была... Довольно занята, но я подумала, может быть, во время праздников. Костия смотрит на Лексу, когда та выпивает свой шот. Жидкость обжигает, как огонь, вплоть до ее пустого желудка. Она не пьяна, но уже не совсем трезвая. Костия подняла свой шот: — За тебя! Лекса одобрительно кивает, и Костия улыбается, опрокинув в себя стопку текилы, и они обе с грохотом ставят стеклянные сосуды на стол. Улыбка Костии была очень заразительна, и Лекса не могла не улыбнуться в ответ. Остальная часть ночи была наполнена смехом, танцами, караоке и твистером. Всё, как у нормальной взрослой компании. Ее телефон все еще выключен с самого Дня Благодарения. Ей не нужны какие-либо нежелательные звонки и вообще какие-либо звонки. Время близилось к двум часам ночи. К счастью, люди, которых Лекса не знала, уже ушли, а большинство ее близких друзей либо отключились после большого количества алкоголя, либо, кто мог, все еще плавал в бассейне. Чёрт. Аня действительно захочет убить ее, когда увидит беспорядок в доме. Она не может позвонить Марле, чтобы та убралась в доме до полудня, ведь сегодня воскресенье. Ей не удалось предотвратить бардак: давление друзей, да и чёртова Оливия. Они провели всю ночь с Костией, болтая обо всем. Она чувствовала себя такой свободной с ней. Это просто безумие, насколько с ней было легко. Костия заставила ее почувствовать себя хорошо. Факт того, что ей не приходилось дважды думать о каждой мелочи, контролировать каждое слово, каждое свое действие, радовал и расслаблял. — Ты хочешь ещё выпить? — спросила она, когда они обе сели на диван. Лекса видит, как на губах блондинки появляется улыбка. — Я знаю, что ты делаешь, Вудс. Ты пыталась напоить меня всю ночь, — Костия смеется. — О, нет... Я... Теперь Костия смеется еще громче. Она подняла свой бокал и сказала: — Знаешь, — карие глаза мерцают, — тебе не стоило делать этого, чтобы... — Да я бы никогда! — Лекса наклонила голову и улыбнулась в ответ. Она запала на тебя, тупица. Отпусти ее. — Ну, это твой день рождения. Ты должна напиться, а ты не пьешь. — Кто-то должен быть трезвым, — она ухмыляется. Костия улыбается, обе встречаются взглядами. Лекса более внимательно посмотрела на блондинку. У студентки было потрясающе красивое лицо. Блестящая оливковая кожа и красивые карие глаза. — Ну, я рада, что ты пришла, — говорит Лекса. — Я не знаю, что... —Я думаю, что сначала тебе нужно снять мою одежду, — Костия ухмыляется. Лекса нервно усмехается, румянец появляется на щеках от такого смелого заявления. — Знаешь, — начинает Костия, наклоняясь к ней. — Сейчас я действительно хочу поцеловать тебя. Девушка так близко, что Лекса почувствовала явный запах алкоголя. Она не возражает. Единственное, чего ей сейчас не хватает — это секса. Боже, когда я в последний раз занималась сексом? Точно, у нее не было секса с тех пор, как она встретила Кларк. Кларк. Может, секс — то, что ей нужно. Секс поможет убить всю симпатию к Кларк, сломать это обещание ждать её. Хотя, она знает, что Костия или любая другая женщина никогда не смогут быть для неё такими желанными и любимыми.....Заткнись. Просто заткнись! Костия, не дожидаясь разрешения, чуть наклонилась и легко коснулась губ Лексы своими. Это не одно и то же. Губы Костии не имеют того же вкуса, ее губы...Заткнись!!! Она отбросила свои мысли и продолжила целовать блондинку. Когда Костия отстранилась, обе затаили дыхание. — Я хотела сделать это с тех пор, как впервые увидела тебя в клубе. — Почему ты этого не сделала? — спросила Лекса. Вероятно, это бы спасло её сердце. — Я бы не возражала, если бы ты... — Тебе было семнадцать, Лекса, — отвечает Костия, усмехаясь, — Я не хотела рисковать, не хотела в тюрьму. Кареглазая девушка рассмеялась и начала целовать шею брюнетки. Мысли Лексы возвращаются к Кларк. Кларк рисковала всем ради тебя, — шепчет её разбитое сердце. Она закрыла глаза, полные печали. Может быть, это бессмысленная идея, ведь секс без любви принесёт только новую боль её разбитому сердцу. — Ну, конечно. — прошептала Лекса. — Ты в порядке? — спросила Костия, чувствуя её печаль. — Да, — она моргает, будто выходя из транса, — я в порядке, — продолжает она и снова касается губ Костии. Спустя несколько минут, которые, казалось, длились вечность, Лекса отстранилась и повела Костию к лестнице. — Давай сделаем это наверху... — нагло предложила она. — Неплохо, — Костия улыбнулась, — это, пожалуй, лучшая идея, которую я слышала за всю ночь, — заявляет она, следуя за Лексой на второй этаж. Она заводит блондинку в тёмную комнату. В голове лишь одна мысль — секс. Как в старые добрые времена. — Это твоя комната? — спрашивает Кос. Она слишком занята, чтобы ответить на этот вопрос: она прижимает её к двери, оставляя горячие поцелуи на шее. Или же, она просто не хотела отвечать на этот вопрос. Потому что нет, это не её комната. Костия помогает брюнетке расправиться с рубашкой. Кларк. Кларк. Кларк. Целуя Костию более грубо, Лекса пытается избавиться от мыслей о любимой девушке из головы. Прикрывая глаза и продолжая целовать Костию, они двигаются к кровати в спальне для гостей. Лекса толкает блондинку на кровать и встаёт перед ней. Костия самодовольно ухмыляется и медленно поднимается, расстегивая молнию на джинсах Лексы. Она наклонилась ниже, чтобы снова поцеловать губы Костии, грубо прижимая её к кровати. — Ты любишь все контролировать, да? — снова задаёт вопрос Костия, заставляя Лексу остановиться. И снова она не отвечает, но встречает, потемневший от возбуждения, взгляд Костии. Блондинка облизывает пересохшие губы, прежде чем перевернуть её на спину, чтобы полностью контролировать. — Так будет лучше, — Костия дышит ей в губы, обжигая горячим дыханием, — позволь мне сделать тебе приятно. Больше ни слова. Костия движется ниже, лаская её шею. Руки жадно гуляют по всему телу брюнетки. Их дыхание учащается, а действия становятся неосознанными. Они потеряли контроль над собой. — Чёрт, — шепчет Костия, — я хочу ощутить всю тебя... В этот же момент, Лекса почувствовала, как руки Костии приближаются к её груди. Что-то изменилось. Лекса зажмурилась, словно больше не могла этого выносить. Вот оно, это чувство вины и сожаления. Что, черт возьми, ты делаешь? Она не должна целовать Костию. Она не должна целовать кого-либо. Кого-либо кроме неё. Прошло меньше недели, а она уже в объятьях другой. Боль, которую она чувствует, заставляет её медленно остановиться. — Подожди... Черт, остановись, — шепчет она. — Что случилось? — спрашивает Костия, и они встречаются взглядами. — Я... — начинает она, но слова встают поперёк горла. — Я не она... — Костия улыбается, затем наклоняется и целует Лексу в щеку, отворачиваясь на другой бок. — Мне очень жаль, — нерешительно говорит Лекса. — Не надо! — грубо отрезает блондинка, встаёт с постели и снова смотрит ей в глаза. — Ты действительно хочешь поговорить об этом? — Не совсем, — Лекса опускает глаза. — Как ты узнала? Костия улыбается и гладит её по щеке, затем мягко произносит: — Осколки разбитого сердца, всегда будут отражаться в глазах, Лекса. — Если бы вы сами все не усложняли... Никто не может быть более важным, чем вы двое. Ничто не может мешать любви. Борись за неё, Лекса. Лекса на мгновение посмотрела на блондинку и кивнула. Эти слова Костии, взявшиеся из ниоткуда и сумевшие дотронуться до самой души, что-то перевернули в голове брюнетки. — Ладно. Я пойду, — Костия легко поцеловала её в губы. — О, и позаботься об укусе на твоей шее, — она подмигивает ей. Лекса проводит рукой по месту, где когда-то были губы Кларк. — У тебя есть мой номер, — говорит Костия, прежде чем закрыть дверь. Она снова осталась одна. Одна, с чувством жалости к себе. Она потеряла все: надежду, уверенность в себе, доверие. Что-то изменилось. Всё изменилось. Она никогда не будет такой как прежде, даже, если бы ей этого хотелось. — Ну? Оно того стоило? — Оливия заходит в комнату. — У нас не было секса, — сухо отвечает Лекса, выходя из комнаты для гостей. — Почему не было? — Оливия следует за ней до её комнаты. — Костия очень горячая, Лекс, как ты могла просто отпустить её? — Вот так. — Хорошо, — Оливия плюхается на кровать. — Я ждала достаточно, пришло время рассказать мне всё. Что происходит с Кларк? Как только Оливия произнесла её имя, Лексу поразила новая волна грусти. — Она разбила мне сердце, — Лекса пожимает плечами, доставая из шкафа пижаму. — Я знаю это. Итак, что ты собираешься делать? — спросила её подруга, начав раздеваться, чтобы переодеться в пижаму, предоставленную Лексой. — В смысле что я собираюсь делать, Лив? — она посмотрела на подругу. — Двигаться вперед, — сказала она, скрывшись в гардеробной. — Ну, это не совсем то, что ты делаешь Лекса, — уже с претензией сказала Оливия, — то, что ты делаешь — становишься гребаным алкоголиком, утопая в своем несчастье и ... — Ты не понимаешь, Оливия, — Лекса вышла из гардеробной, — я люблю ее. — А я любила тебя! — воскликнула Оливия. — Дерьмо иногда случается, Лекс. Просто всоси это. Ты не единственная, у кого разбито сердце. Покажи этой сучке, что она тебе не нужна... — Кларк не сучка, Лив! — закричала Лекса. Обе девушки прожигали друг друга гневными взглядами. Затем Оливия начинает смеяться, заставляя Лексу делать то же. — Она не сучка, — спокойней говорит Лекса, садясь на край кровати. — Я потерялась в иллюзии, в фильме о любви со счастливым концом. Кларк никогда не была моей и не будет моей, — говорит она, вырывая эти слова из самой глубины ее души. — Ты переживешь, Лекси, — ухмыльнулась Оливия, — это будет сделать проще, чем ты думаешь, детка, выше нос. — Я не могу... — Ты истратила все свои силы? — Все, — уже шепотом ответила она. Говорят, время лечит, боль проходит. Нихуя. Как насчет этого момента!? — Эй. Ничего подобного, — говорит Оливия, наклоняя подбородок и смотря на Лексу. — Ты сама это сказала Лекса. Она никогда не была твоей. Тогда она не заслуживает тебя...—Оливия смахивает слезы с её щек. — Ты заслуживаешь быть любимой.

***

Сложилось мнение, что любовь может сдвинуть горы. Большинство людей согласятся, что любовь действительно выявляет лучшее в людях, но она также может выявить и худшее в них. Как наркоман, в последние несколько недель, Кларк переживает серьезные срывы. После двух недель истерик, она больше не могла плакать. Возможно, у нее просто не осталось слез. Иногда они пресекались в школе. Лекса избегала ее. Кларк старалась также не попадаться ей на глаза. Конечно, она перестала ходить к Ане, хотя та приглашала ее каждую неделю. Но она отказывается. Так будет лучше. Она наблюдала, как Лекса разговаривает со всеми, кроме нее. Брюнетка улыбается и выглядит жизнерадостной для всех, кроме нее. Она прекрасна. Но не для нее. Лекса пропускала занятия по искусству последние две недели. Как учитель, Кларк несет ответственность за посещаемость студентов. Поэтому, она должна подойти к нарушающей дисциплину студентке и разобраться в причинах прогулов. Она должна. Так требуют правила. Оставив свой кабинет-укрытие, она вошла в столовую, надеясь поймать Лексу в коридорах школы до окончания обеда. Она оглянулась, словно по инстинкту, ее взгляд упал ни на кого-то, а именно на нее. Ее сердце тут же ускорило свой ритм, стремясь вырваться наружу. Лекса сидит за тем же столом с теми же друзьями. Кларк осторожно наблюдает за ней. Чем дольше она смотрит на Лексу, тем больше у нее болит сердце. Когда она видит, как брюнетка глупо улыбается, глядя на экран своего iPhone, внутри все предательски сжимается. Лекса двигается дальше. Хотя в этот момент она действительно хочет, чтобы она была той, кто заставляет эту девушку улыбаться. В глубине души она знает, что поступила правильно, но почему-то она чувствует себя ужасным, жестоким и никчемным человеком. В последнее время она все чаще думает о том, что она никогда не найдет такого же хорошего, близкого и родного человека, как Лекса. Ее пугает мысль о том, что она отказалась от единственного человека, которого она могла бы любить, и который так же мог любить ее. Но Лекса двигается дальше, это хорошо. Она продолжала молча смотреть, думая, знает ли Лекса о том, что она наблюдает за ней... — Я не думаю, что Лекса есть в меню, Кларки, — шепчет ей Рейвен у самого уха. Она не отвечает, только смотрит на латинку и еще больше сердится на себя за то, что Лекса все еще имеет влияние на неё. Если она хочет вернуться к ней, она должна остановить тысячи ежедневных споров с собой; между разумом и сердцем. Она тяжело вздохнула, еще раз взглянув на Лексу. Ее сердце на мгновение остановилось, когда глаза Лексы встретились с ее глазами. Улыбка девушки осталась на ее милом лице, сверкающие зеленые глаза смотрели прямо на нее, оставляя ее испуганной и смущенной. Она отводит глаза, ее нервозность растет в геометрической прогрессии. Неужели Лекса улыбается ей? Она должна была улыбнуться в ответ. Или ей хочется, чтобы улыбка предназначалась ей? Вопросы. И ни одного ответа. Ее разум играет с ней в игры. На мгновение Кларк закрыла глаза, а когда открыла, Лексы уже не было. Ее сердце пропустило удар. Она выбежала из столовой, сразу после того, как выслушала длинную лекцию от Рейвен. Лекса не тот человек, Кларк. Рейвен предупреждала ее. Она стала такой, как раньше или даже хуже. Это не важно. Ничего не оправдывает отношения между учителем и учеником. Когда она замечает брюнетку, стоящую около ее шкафчика с Джаспером, дыхание перехватывает, а сердце ускоряет ритм. Она делает глубокий вдох, пытаясь восстановить самообладание, и медленно приближается к ним. — Лекса, можно тебя на минуту, пожалуйста? Она сказала то, что планировала, проговаривала. Никакой боли. Никакой драмы. Брюнетка поворачивает голову, равнодушно, холодно смотря на неё, заставляя Кларк чувствовать себя никчемным куском мусора. Просто показывая ей, что она не хочет быть частью ее мира. Кларк едва ли могла этого вынести. — Бро, я не знаю, что, черт возьми, происходит, но очень хороший учитель сказала "пожалуйста", — Джаспер усмехается. — Конечно, — сказала Лекса, закрыв шкафчик. — Я слушаю. — Её лицо бесстрастно. — Наедине. — Тогда ведите меня. Кларк повела студентку через весь коридор в полной тишине. Обычно Лекса торопилась, шла впереди, чтобы вежливо открыть дверь перед Кларк, но на этот раз она медленно шла позади. Когда Кларк вошла в класс, она сразу же встала около своего стола, оставив дверь широко открытой. — Что вам нужно, Мисс Гриффин? — резко спросила Лекса. Не медля ни секунды, она ответила: — Лекса, ты пропустила несколько занятий... Ее прерывал смех Лексы. Брюнетка подошла чуть ближе к ней. Стоя всего в нескольких футов от ученицы, Кларк уже менее уверенно продолжила: — Как твой учитель, я должна поговорить с тобой... Так хочется положить руки на талию Лексы, прижать её к себе, поцеловать... — она сделала глубокий вдох, покачав головой, и продолжила: — Вот задания, которые ты не выполнила. Если тебе нужны материалы: кисти, бумага, краски, ты можешь взять их здесь. Она передала папку Лексе, которая внимательно прочитала все задания. Затем она снова посмотрела на Кларк, подойдя к ней ближе. Кларк вдохнула знакомый запах, ощутила такое родное тепло. — Почему? — спросила брюнетка. Голос Лексы спокоен и холоден, от чего что-то сжимается внутри Кларк. — Потому что... — она пыталась сделать свой голос более спокойным, но тепло Лексы опьяняло её, она слишком близко, чтобы Кларк чувствовала себя комфортно. Я скучала по тебе. Я все ещё хочу тебя. — Это моя ответственность, Лекса, я твой учитель. — Я уже несколько раз пропускала ваш урок. Вы можете просто не аттестовать меня. — Это то, чего ты хочешь? Девушка слегка улыбнулась: — Это то, что сделал бы любой другой учитель, — ответила она. — Я даю своим студентам шанс... — Ах! Конечно, — уже горько улыбнулась Лекса. — Что это значит? — Кларк почувствовала нотку осуждения в голосе Лексы. — Если ты не знаешь, Кларк, то я не могу тебе помочь, — отвечает Лекса, смотря куда угодно, но только не на неё. Кларк. Лекса назвала ее по имени. Не делай этого, Кларк. Не смей! Дело не в вас с Лексой. — На самом деле, я этого не делаю, — сообщает Кларк. Лекса покачала головой, наконец, посмотрев на неё. — Итак, завалите меня, — сказала брюнетка, бросая папку на стол. — Вы же знаете, почему поступила в этот класс, Мисс Гриффин. Кларк схватила Лексу за руку, прежде чем та успела бы развернуться: — Лекса, пожалуйста, возьми задания... — Не надо! — брюнетка выдергивает руку. Кларк замерла. Зеленые глаза Лексы полны гнева и боли. — Прости, — говорит Кларк, сдерживая дрожь. — Это была ошибка. Ты свободна. — Конечно, Кларк, — Лекса сделала паузу, злобно усмехнувшись. — Как и все остальное, что связано со мной, — продолжает Лекса сухим, ровным тоном, — большая ошибка. — Нет, это не то, что я... Слишком поздно. Лекса уже ушла. — БЛЯТЬ! — закричала Кларк. Это не то, что она имела в виду. Так держать. Молодец Она даже не заметила, как слезы вновь потекли по её щекам.

***

Лекса заходит в уборную. — Не будь такой глупой, Лекса. Она проклинает себя за проявление слабости перед блондинкой, но её замечание было уж слишком грубым. Она делает несколько глубоких вдохов. Нельзя сломаться и заплакать прямо здесь. Нельзя оставаться с Кларк наедине. Она еще не готова, пока нет. Все еще больно. Все еще больно, как будто это было только вчера. Лекса смотрит на себя в зеркало, возвращая своё фирменное выражение лица — "мне похуй". Ты справишься с этим, Лекса.