Three Steps Above Heaven

Тишина. Она разворачивается и уже хочет уйти, но где-то за спиной слышит голос, который не узнает: — Кларк… Она не спешит откликаться, прежде вытирая слезы со своего лица. Когда она поворачивается, её глаза округляются, в другом конце комнаты… Оливия. — Да, — она старается отвечать как можно вежливее. Оливия пристально смотрит на неё. Затем подходит к ней и презрительно оглядывает с головы до ног. Кларк чувствует, как все тело напрягается от тяжелого взгляда девушки, и паника начинает овладевать её разумом. Возможно, что Оливия заметила интимный момент с брюнеткой. — Взгляни на себя, — начала говорить девушка. Этот насмешливый взгляд и тонкие маленькие губы, растянутые в издевательской улыбке. Оливия знает. Она их видела. — Кто бы мог подумать, что это… Ты, — слова, которые Оливия буквально выплюнула в лицо блондинке. Кларк сглотнула, пытаясь смочить пересохшее горло. Оливия продолжает смотреть ей в глаза, словно ищет что-то ещё. В её груди все болезненно сжимается от эмоций. Конечно, отсутствие реакции со стороны Кларк только ухудшало ситуацию. — Я поняла, — говорит Оливия, — тебе было весело… Хорошо… Кларк чувствует, как начинает закипать. Но молчит… Оливия ничего не знает. Девушка сделала ещё один шаг навстречу блондинке. И эта близость была настолько некомфортна, насколько это было возможно. — Но если Вы не хотите снова разбить ей сердце, не приходите к ней больше. Не напоминайте о себе своим милым лицом и словами… Ей это не нужно, — казалось, что девушка хочет убить Кларк взглядом. Как же она хотела ответить. Но вместо этого она сделала глубокий вдох и подняла подбородок, не позволяя девушке продолжать. — Спокойной ночи, Оливия. Сказав это, она медленно прошла мимо Оливии. Секунда… Вторая… — Она не ваша игрушка, мисс Гриффин! — слова, которые Оливия бросила в спину блондинке. Она спешит уйти. И натыкается на Рейвен, которая борется с пьяной Аней. — Позволь мне помочь, — говорит Кларк, встречаясь с Рейвен взглядами. Они обнимают её за талию и уводят в комнату наверху. *** — Что, черт возьми, это было? — с любопытством спрашивает Рейвен. — Что? — Кларк виновато опускает голову. — Ты и Оливия?! Внизу?! — Рейес даже не пытается скрыть раздражение. — А, это ничего, — пожимает плечами Кларк. — А где Октавия? — она пытается перевести тему, глядя на то, как Рейвен встала на колени, пытаясь снять с Ани ботинки. — Одержима своей новой любовью, — фыркает Рейвен и качает головой. — Линкольн? — блондинка издаёт нервный смешок. — Видимо да… — Рейвен тяжело вздыхает. — А ты? У вас получилось поговорить с… Эм… Получилось? Лексой. Она заполняет этот пробел в своей голове и отвечает коротким положительным кивком. — И? — нетерпеливо спрашивает Рейв. — И… Ничего, — она снова пожимает плечами. — Клянусь, вы обе чертовски упрямы!!! Как ослы! Кларк улыбается, видя, как раздражена её подруга. — Кларк, твоя жизнь и так уже сложная. Почему вы всегда пытаетесь усложнить её ещё больше? — Рейв… — она пытается найти ответ, но у неё нет на это сил. Она знает, что Рейвен права. — Кларк. Ну серьёзно, просто заканчивайте с этим, — начинает Рейвен и тыкает указательным пальцем в её сторону. — Вы обе ведёте себя, как дети! Знаешь… Я чертовски люблю тебя, Кларк. Чертовски, Гриффин… Но ты… Ты… — подруга пыталась подобрать слова. — Ой, к черту! Просто перестань быть гребаной идиоткой! Она молча смотрит на свою подругу. Рейвен встаёт с кровати и быстрыми шагами приближается к ней: — Выбор, который вы сделаете сейчас, напрямую отразится на ваших жизнях. Не делайте того, чего хотят другие. Не надо плясать под чью-то дудку, — Рейв делает паузу и опускает взгляд. — Да, я была не права, прости меня… Но сейчас… Ей уже восемнадцать, она закончила школу. И только слепой не видит то, что вы любите друг друга. И то это не точно… Кларк лишь молча смотрит на свою подругу, и Рейвен продолжает: — Вместо того, чтобы жертвовать собой, вы ОБЕ можете пожертвовать своей карьерой, мечтами, амбициями, как бы там ни было, и жить своей чертовой жизнью… Счастливо… ВМЕСТЕ!!! — Рейвен чуть повышает голос. — Скажи ей, что ты любишь её… Или просто отпусти уже её, черт! Время двигаться дальше, Гриффин! — Ты чертовски права, Рейес! — Аня поднимает голову и девушки вздрагивают. — Может, ты уже ляжешь со мной, Рейв? Обе посмотрели на женщину и рассмеялись. — Как же тебе завтра будет плохо, милая… — Рейвен обращается к Ане и качает головой. — Ой, ну и ладно, — ворчит Аня и снова падает на подушку. — Кларк, послушай… — её подруга кладёт руку ей на плечо. — Я серьёзно. Когда-нибудь вы проснётесь с осознанием того, что жизнь прошла мимо вас. Вы уже дистанцировались от своих друзей… От меня, от Октавии… Бывают ситуации и похуже. Если ты уверена в том, что любишь ее… Не жди ничего, не опускай руки, борись за неё. Если она сядет в самолёт… Ты никогда не увидишь её снова. — Я уже пробовала, — тихо говорит Кларк. — Тогда пробуй ещё! Беги за ней. Добивайся её прощения. Подари ей надежду. Черт. Она любит тебя более чем достаточно, чтобы простить. А если она не сможет… Значит, пришло время оставить её в покое, Кларк. Она промолчала и опустила взгляд в пол. — Выбор за тобой, мой друг, — шепнула ей Рейвен и разочарованно покачала головой.

***

Все, что она испытывает в этот самый момент — неопределенность, беспокойство и ощущение того, что она не может жить без Лексы. Она стоит перед дверью спальни брюнетки. Ее рука на дверной ручке, и она должна принять решение. Она могла бы выбежать из дома и бежать, что есть сил к себе домой, к одиночеству, со знанием того, что у нее больше не будет встреч с Лексой. Со осознанием того, что она больше никогда не увидит эти зелёные глаза снова. Её пальцы сжались на металлической ручке двери, только при одной мысли, что в её жизни больше не будет этой брюнетки. Она не может представить себе свою жизнь без неё. «Мы не будем делать этого снова…» Она помнит слова брюнетки. — Мы не будем, — шепчет она с большой уверенностью, что на этот раз будет по-другому. Она хочет любви. Она хочет вернуть Лексу. Вернуть, прежде всего, её доверие. И она знает, что единственный способ получить это — это полностью принять её. Она повернула дверную ручку, медленно открыла дверь и вошла в тускло освещенную спальню. Когда она беззвучно закрывает дверь, она пытается успокоить свое сердце, успокоить кровь, журчащую по её жилам. Голубые глаза сразу сосредоточились на девушке. Лекса стояла в противоположной стороне комнаты перед зеркалом, спиной к ней. На ней только белая майка и короткие шорты. Кларк стояла, будто приклеенная к двери. Через минуту или две она смогла чётко видеть в темноте: волосы Лексы опущены на плечи, стройное тело, длинные ноги… Дерьмо. На самом деле она не подумала, что если бы Лекса была голая? Хорошо, что нет. Она сглотнула. Тем не менее, она все еще чувствовала себя храброй, поэтому, сделала небольшие шаги вперёд. — Лекса, — почти шёпотом она произнесла её имя. Её сердце пропустило тысячу ударов, когда брюнетка обернулась. Мокрые волосы Лексы плавно спускались на её грудь. Кларк старалась не задерживать там взгляд, но нескольких секунд было вполне достаточно, чтобы детально разглядеть столь желанное тело. — Что ты здесь делаешь, Кларк? Повисла гнетущая тишина. Лекса сделала несколько шагов навстречу, с осторожностью глядя на блондинку. Кларк разглядела каждый сантиметр её тела. Во рту все пересохло, как в пустыне. Уверенность нахлынула новой волной, когда снова пришло представление возможности провести всю оставшуюся жизнь с брюнеткой. Проще говоря, Лекса единственная. Та самая. — Я… Я хочу сказать… — голос предательски дрожал. — Что? — спрашивает Лекса, всё больше сокращая расстояние между ними. Такой знакомый запах брюнетки уже полностью заполнил её чувствами, заставляя сердце биться еще быстрее. Она долго смотрит на Лексу, прежде чем набраться смелости, чтобы ответить: — Я хочу сказать, что я сожалею. Я… — Тебе не нужно моё прощение, Кларк, — отрезает Лекса, и зелёные глаза вспыхивают злостью, приковывая к себе все внимание блондинки. Глядя прямо в красивые зелёные глаза, она искала в них, что-то рядом с гневом, какой-то намёк на сочувствие, понимание… Хоть что-то… Но ничего не было. Она уже видела этот взгляд, но он никогда не был направлен в её сторону.

***

Боже, почему Кларк не понимает, что она сделала все, что только могла, чтобы забыть её? И вот она стоит перед ней и вдруг хочет вернуть. Заставляет снова переживать все чувства заново. Если бы она снова ушла, это было бы лучшим вариантом для них. Кларк знает, что причинит ей боль. Она видела, как Лекса почти утонула, почти потеряла себя, и все же, она снова здесь, она снова ранит её сердце. Кларк зашла слишком далеко. Она относится к ней, как к бездушной игрушке. Лекса старалась быть сильной, пыталась держаться, но достаточно ли этого было? Ей было тяжело только от одной мысли, что они могут начать все сначала… Снова. — Не будем начинать то, что никто из нас не сможет закончить, — тихо сказала она. — Мы сможем, Лекс. Теперь все… Другое. Другое? Лекса на секунду закрыла глаза, глубоко вздохнула: — Убирайся, — пробормотала она сквозь сжатые губы. — Посмотри мне в глаза, Лекса, — блондинка шагнула вперёд. Она снова встретилась с океаном. Даже в темноте она смогла разглядеть, какими её глаза сейчас были мягкими. — Теперь скажи мне, что ты не любишь меня, и я оставлю тебя… — Знаешь в чем твоя проблема, Кларк? — отвечает она, сохраняя твёрдость в голосе. Конечно, Кларк знает, что она любит её больше всего на свете. Она все ещё любит её. Но сейчас все изменилось. —Ты стоишь здесь и ты до сих пор не знаешь, чего хочешь… — Ты, — перебивает Кларк. — Я хочу тебя. — Я?! — повышает голос Лекса, предупреждая попытку Кларк прикоснуться к ней. Кларк покачала головой. — Мы всегда говорим о тебе, не так ли? Что тебе нужно? Как ты хочешь? Когда ты этого хочешь? Да, Кларк? — Лекса осуждает Кларк. — Я никогда тебя не спрашивала, но… — Ты права. Ты этого не делала. Это все делала я. Но все изменилось. Теперь все по-другому. Мой мир не вращается вокруг тебя, принцесса. Уже нет. Это ты научила меня этому. Её сердце сжалось от собственных слов. Она увидела, что блондинка вздрогнула на последних словах, будто они порезали её, как нож, медленно и глубоко. Это не имело значения. Уже нет. Она твёрдо стояла на ногах, не в силах больше произнести ни слова. Кларк должна уйти. Теперь не было никакого смысла возвращаться. Она только вчера вечером попрощалась с ней, чтобы закрыть эту главу своей жизни и начать новую, далеко от этого места. — Мы обе допустили ошибки, Кларк, — тихо сказала она, и её голос дрогнул. — Было бы крайне глупо начинать делать новые сейчас. Ты так не думаешь? — Лекса, пожалуйста… — блондинка отчаянно пытается достучаться до неё. — Оставь меня… — сказала она, заставляя себя смягчить голос. — Теперь. — Дай мне ещё один шанс, я… — Я все ещё хочу тебя, — продолжает за неё Лекса, и блондинка замешкалась от таких слов. — Разве это не то, что ты хочешь узнать? — спрашивает у неё Лекса и толкает её спиной к двери, усмиряя гневным взглядом, а её рука тянется к обнажённому плечу блондинки, медленно проводя кончиками пальцев к груди. — Я всегда хотела тебя, Кларк. С самого первого дня, как только увидела тебя, — тихо говорит она, и наклоняется ближе к её лицу, обжигая горячим дыханием её кожу. — Ты знаешь это, — говорит она соблазнительным шёпотом, рядом с мочкой её уха, надеясь, что это окажет должный эффект на женщину. Секунду спустя она почувствовала, как дыхание блондинки участилось и она прижалась ближе, откидывая назад голову, заставляя Кларк смотреть на нее. — Это то, чего ты хочешь, верно? Ведь это и есть причина, по которой ты стоишь здесь, в моей спальне? Ты хочешь, чтобы я была твоей грязной принцессой? — она сделала паузу. — Зачем я в влюбилась в тебя? — она ухмыляется, не требуя ответов. — Чтобы ты ,в итоге, безжалостно разбила моё сердце?! — она повышает голос. — Скажи мне, чего ты хочешь от меня?! В какую игру ты играешь, Кларк?!

***

Кларк чувствует потребность Лексы наказать её и доставить ей больше боли: ослепленная гневом и болью, она смотрит в стальные изумрудно-зеленые глаза и кричит: — Ты ошибаешься! — её голос дрожит, она пытается вырваться из хватки Лексы, но брюнетка держит ее слишком сильно. — В отличие от твоих сегодняшних действий, у меня не было скрытых мотивов, Лекса. Слова прозвучали резко и холодно, а ее яростный взгляд обжигал Лексу. При этом, брюнетка почти мгновенно её отпустила, сделав шаг назад. — Не смей... — Или что!? — она обрывает её. — Ты обвинила меня в том, что я встречаюсь с Беллами, но сегодня ты флиртовала с моей подругой. С. Моей. Лучшей. Подругой. Лекса!! В то время, как я тебе много раз говорила, что Беллами мне как брат! — она повышает голос, указывая пальцем на себя. — Предположительно, ты пришла сюда извиниться, сказать, что ты поняла...— продолжает она, заставляя Лексу двигаться назад до тех пор, пока девушка не натыкается на комод, — Но сейчас ты обвиняешь меня в том, что я разбила тебе сердце..... Пойми, я пыталась ... Я пыталась поступить правильно. — Да? — Лекса кипела от гнева. — Да... Ты знаешь, я пыталась. Я пыталась сказать тебе разными способами.... Но ты всегда останавливала меня........Слишком боялась потерять меня, и я слишком боюсь причинить тебе боль.....Но я сделала это ради тебя, — она говорила почти шепотом. — Я разбила твое сердце, разбив так же свое. Мне пришлось. Я поступила правильно, — сказала она тихо, ее голубые глаза блестели. — Но нет ничего больнее, чем отпустить тебя, клянусь, — она шепчет. —Именно поэтому я здесь....Чтобы исправить это.... Я... — Просто прекрати это, — говорит брюнетка. Кларк закрыла глаза и выдохнула. Через секунду же она открыла их и посмотрела на лицо Лексы, наблюдая за борьбой чувств и обиды в её глазах. — Просто...Просто уходи. Пожалуйста. — Пожалуйста, не закрывайся от меня, — она делает маленький шаг и оказывается совсем близко, пытаясь игнорировать громкий стук собственного сердца. Прости её. Прости. Лекса пытается отойти от неё, убрать её руки. Но она находится в ловушке между Кларк и комодом. Никуда не сбежать. Она не потеряет её снова. Она не может. В этот момент её сердце точно знало, чего хочет, и это была Лекса. Она так долго отрицала свои чувства. Но она больше не хотела переживать все это заново. Она хотела сказать брюнетке, что любит её. Она хотела, чтобы Лекса дала их любви ещё один шанс. По словам Лексы, все изменилось, и она двигается вперёд. Но «сейчас» Кларк была уверенна в том, что она делает — Лекса здесь, и она уверена больше, чем когда-либо. Дрожащей рукой Кларк тянется к щеке брюнетки. — Не надо, — шепчет Лекса, закрывая глаза, борясь с взаимным желанием, и тут же, пытаясь не поддаться эмоциям. Кларк так же боялась, что может поддаться желанию поцеловать брюнетку. Она на мгновение закрывает глаза и поднимается на цыпочки, чтобы прикоснуться лбом ко лбу Лексы. — Пожалуйста, — на выдохе произносит она, её голос дрожит. — Я не могу потерять тебя. Ты нужна мне... Она с восхищением смотрела в красивые зелёные глаза Лексы, когда они опустились к её губам, затем снова вернулись к её глазам. Кларк была будто загипнотизирована под пристальным взглядом брюнетки. Она смотрит в самые красивые зелёные глаза, которые она когда-либо видела. Она мягко касается большим пальцем нижней губы Лексы, нежно поглаживая её, произносит: — Скажи мне, что я должна сделать, чтобы исправить все это. Я сделаю... — Кларк продолжает следить за взглядом брюнетки, по её позвоночнику пробегает дрожь. Все. Это тот момент, которого она так ждала. — Я.... Она с трудом подавляет удивлённый вздох, когда мягкие губы брюнетки накрывают её поцелуем. Нет. Нет ,детка, я люблю тебя. Я... Она стонет от удовольствия, в восторге от прикосновений Лексы. О, Боже, Лекса целует её? Лекса это делает. Это то, чего она жаждала все то время, пока её не было рядом. Это такой поцелуй, от которого перехватывает дыхание. Губы Лексы кажутся такими мягкими, такими уверенными, такими привлекательными... — Ммм, — она тихо стонет сквозь поцелуй, когда чувствует, как пальцы Лексы впились в её бедро, притягивая ближе к себе, пока их тела не слились воедино. Она обняла шею брюнетки, наслаждаясь каждым мгновением. Руки Лексы исследовали её тело, а языки сплелись в диком танце. До тех пор, пока её разум не начал посылать «предупреждение» к её совести. Она не знает, как они дошли до этого момента — это не совсем то, что она хотела. По крайней мере, до тех пор, пока им не удалось бы поговорить. Но это был больше, чем момент. Она думает... Она точно знает, что этот тёплый поцелуй, в конечном итоге, приведёт их к самому желанному. Её правая рука массирует грудь Лексы через блузку, а другая сжимает её ягодицу, притягивая ещё ближе к себе. И, Боже мой, это потрясающе. — Лекса, — шепчет она сквозь очередной поцелуй, но слова растворяются на губах брюнетки. — Нам надо погово...Ммм...Лекс, детка, мы должны... Прежде чем она успела закончить фразу, Лекса заткнула её, отчаянно целуя. Они целовались, целовались и снова целовались. Они ничего не потеряли; возможно, они целовались несколько минут, а может быть, это были часы, потому что время для них остановилось. Конечно, это только усложнит и без того сложную ситуацию. Плевать. Оттолкнув здравый смысл в сторону, Кларк полностью отдалась чувствам и ещё более горячо поцеловала брюнетку. Лекса зарычала, обхватила руками её бедра и посадила Кларк на комод, разведя её ноги в стороны, чтобы встать между ними. Кларк всегда любила чувствовать собственничество Лексы, её прикосновения всегда уверенные и нежные одновременно. Но внезапная агрессивность и резкость в движениях брюнетки, как будто она имела полное право на это, застали Кларк врасплох. Блять! Она поворачивает голову в сторону, предлагая брюнетке больше пространства, и девушка с радостью провела губами дорожку мокрых поцелуев по её скулам, опускаясь вниз вдоль шеи, к плечу. Она исследовала все, не скрытые одеждой, участки тела. Её руки нежно поглаживали кожу Лексы. Перспектива того, что она может получить её всю, порождала гамму эмоций: страх, волнение, страсть. Зелёные глаза внимательно следили за её движениями. Кончиками пальцев она подхватила край блузки Лексы и медленно потянула её вверх, обнажая тонкую талию и грудь. Лекса сильнее сжимает руками её бедра, которые вплотную прилегают к талии брюнетки. — Чёрт, — бормочет она между горячими поцелуями. Словно что-то щёлкнуло внутри молодой девушки. Лекса заводит её ноги за спину так, чтобы они обвили её вокруг талии и соединились в кольцо. Кларк быстро охватывает её за шею, когда брюнетка вновь поднимает её. Запах тела брюнетки был чертовски соблазнительным. Руки брюнетки сжали её ягодицы. Не разрывая поцелуй, Лекса без труда отнесла её к кровати. Сладкие губы брюнетки на этот раз ещё более агрессивно целовали и углубляли поцелуй. — Так много вещей, которые я хочу сделать с тобой, Кларк... — Лекса шепчет ей на ухо, заставляя все внутри сжиматься. Она стонала под прикосновениями брюнетки. Лекса хотела её и хотела сделать с ней все, о чем мечтала. Боже, это было так давно, когда она была близка. Она могла насладиться этим мгновением, чувствуя, как тело Лексы так близко к ней. Она так давно мечтала об этом. Лекса целует её грудь, проводя по ней кончиком языка, пальцами ищет застежки лифчика. В каком-то дальнем, тёмном уголке её подсознания она знала, что это все неправильно. Борясь за свой самоконтроль, она напомнила себе, что сегодня им нужно больше, чем просто секс. Лексе нужно гораздо больше, чем это. Она не хотела бессмысленного секса, ей нужны настоящие, честные чувства. Она хотела почувствовать, как гибкое тело Лексы бессознательно покрывается мурашками под ней. Она хотела заняться любовью. Это было необходимо для нее. Для их отношений. Проявив инициативу, Кларк чуть оттолкнула и перевернула брюнетку, оседлав её бёдра. — Терпение, — шепчет она, — кто-то очень умный сказал мне однажды, что хорошие вещи приходят к тем, кто ждет, — продолжает она и улыбается, видя недовольный взгляд молодой девушки. Глаза Лексы были темнее обычного, зрачки расширились, щеки покраснели и они обе смотрели друг на друга голодным взглядом. Это любовь. — Ты чертовски красива, ты знаешь это? — спрашивает она, чувствуя, как пресс Лексы напрягся, когда она коснулась её груди. — Великолепно, — шепчет она, любуясь красивой грудью Лексы. Тело брюнетки было восхитительным. Она жаждала ее сильнее, чем когда-либо прежде. — Позволишь мне заняться с тобой любовью? Она наблюдает, как брюнетка сглатывает, пытаясь найти ответ. Вся боль все еще была в её глазах, и Кларк не могла стереть её из памяти брюнетки, заменить лучшими воспоминаниями. Она хотела всё исправить. Начиная с этой ночи. Чувство одиночества было ее спутником слишком долго. Но больше нет. В этом она была уверена. Уже нет. Она хотела Лексу, отчаянно жаждала ее любви, ее нежных прикосновений. Она была более чем готова любить и быть любимой.