Любви все сущности покорны

Бальтазар, зевая, открывает входную дверь. На пороге стоит Кастиэль, босиком и в помятой одежде. Ангел, удивленно подняв бровь, смотрит на брата. - Что-то случилось? - Можно мне остаться у тебя на пару дней? - виновато спрашивает Кастиэль. Бальтазар кивает и отступает с дверного проема, давая брату возможность войти в дом. - А почему ты пришел ко мне? У тебя в Садах тоже есть свой уголок. Нет, я, безусловно, рад тебя видеть, но… - недоуменный голос Бальтазара прерывается под отчаянным взглядом синих глаз. - Я не хочу быть один, - негромко говорит Кас и качает головой. Он проходит в гостиную и, присев на диван, подтягивает ноги к груди и кладет подбородок на колени. Брат идет за ним и останавливается возле журнального столика. На его лице такое выражение, будто он не может решить, что ему сделать – пошутить или посочувствовать. - Касси, давай колись, что привело тебя в мою скромную обитель? - Не такую уж и скромную, - хмыкает Кастиэль. – Мне, в общем-то, кроме тебя пойти и не к кому. Ангел подозрительно смотрит на брата, цинизм которому раньше был свойственен меньше всего. - Проще говоря, - продолжает Кас. – Несложно догадаться, что у меня проблемы. - Но рассказывать ты о них пока не собираешься, - додумывает Бальтазар. - Может позже. - Ты помнишь, где твоя спальня, - брат кивает Касу и уходит, понимая, что тому нужно некоторое время побыть одному и разобраться в себе. Обычно просто так Кастиэль никогда не приходит. Когда Бальтазар на следующий день возвращается домой, он застает Кастиэля возле книжного шкафа в его кабинете, что-то очень усердного ищущего. Ангел некоторое время наблюдает за ним, а потом подходит и касается плеча брата. - Может-таки помочь? – с усмешкой спрашивает он. - У тебя есть книги об ангелах? – незамедлительно спрашивает Кас, выпрямляясь и оборачиваясь к нему. - Там их пол шкафа, и ты только что на них смотрел, - снова усмехается Бальтазар. – Одна бессмысленная макулатура. - Ты не понял… - Ладно. Не понял. - У тебя есть книги об ангелах, написанные самими ангелами? Бальтазар удивленно смотрит на него, а потом медленно кивает. Он присаживается на корточки и, убрав несколько книг с нижней полки, достает спрятанную за ними еще одну – тонкую, потрепанную, в черной кожаной обложке. - Она на енохианском, - сообщает Бальтазар, передавая Касу находку. Тот открывает ее и бережно проводит тонкими пальцами по пожелтевшему пергаменту. - Ничего, я сносно помню язык. - А что ты ищешь, Касси? - Думаю, если я найду, ты узнаешь первым, - тяжело вздыхает Кастиэль и опускается на диван. Бальтазар проходит за письменный стол и присаживается на кресло, откидывая голову назад и подкладывая под нее согнутые в локтях руки. - Надеюсь, это не «Тысяча и один способ самоубийства для ангела»? – с иронией спрашивает он, при этом настороженно глядя на брата. - Думаю, до этого вряд ли дойдет, - «успокаивает» его Кастиэль, вчитываясь во множество микроскопических иероглифов. - А что, могло бы?! - Нет. Ангел продолжает методично перелистывать странички, и с каждой минутой его взгляд становится все напряженней. - Кас, может быть, я знаю, что ты ищешь? - Глубоко сомневаюсь, - Кастиэль поднимает голову, ухмыляется и продолжает просматривать книгу дальше. Минут пятнадцать спустя она падает у него из рук, а он сам начинает истерично смеяться. Бальтазар вскакивает с кресла, подбирает книгу и изумленно смотрит на брата. Кас перестает хохотать и закрывает лицо руками. - О, отец, за что мне это… - Касси? Что с тобой? Что случилось? Бальтазар смотрит на страницу, которую читал его брат, и с каждой строчкой его глаза расширяются. - Да, случилось! – в голосе Каса и смех, и слезы. - Ты, что, решил, что ты беремен? – четко разделяя слова, спрашивает Бальтазар. – Кас, ты с катушек слетел? Его брат качает головой и неожиданно расплывается в широкой улыбке: - Конечно, нет. Со мной происходит все, что написано в книге. - Я… ээ… ты… ээ… - Я знаю, у кого можно точно спросить, - Кастиэль прижимает палец к губам. – Тсс. Габриэль! Мгновение ничего не происходит. Бальтазар скептически смотрит на него, а Кас просто ждет. Раздается хлопок, какой бывает при салюте, и прям перед ним появляется архангел. - Какие лю-юди! – громко тянет Габриэль, сгребая Бальтазара и Кастиэля в свои объятия и сжимая так, что трещат кости. – Кажется, сто пришествий не виделись! Он отпускает ангелов и плюхается на диван, вальяжно скрещивая ноги в черных узких брюках. - Так, ну и зачем вам понадобилась моя скромная персона? Кас делает нерешительный шаг к нему и, закусив губу, смотрит в желтые глаза Трикстера. - Ты ведь много чего знаешь о нас? – негромко спрашивает он. Почему-то вся его уверенность исчезла без следа, зато появилось волнение. Вдруг его подозрения окажутся ложными? Вдруг он просто придумал себе все это, и не было никогда никакого ребенка? - Нас? Ангелах? Да я просто эксперт, - фыркает архангел. – Ждешь от меня профессионального совета? Ну, валяй, Касси, сегодня я готов разбираться с чужими проблемами. Кас глубоко вдыхает и задирает рубашку, оголяя живот. Мгновение, и выражение лица Габриэля меняется с самодовольного на удивленное, потом восторженное, и затем Трикстер трепетно касается своими пальцами кожи. Архангел подается вперед и с благоговением выдыхает: - Боже, это второе самое прекрасное, что я видел в своей жизни… - И что же было первым? – не удержавшись, спрашивает Бальтазар. - Сэм Вин… Это не важно! Кас, дай, я по-хорошему посмотрю, - серьезно говорит архангел и практически насильно заставляет Кастиэля растянуться на спине на диване. Он поднимает его рубашку практически до шеи и долго изучает немного увеличившийся живот, слегка нажимая пальцами. Касу немного неуютно, но он покорно продолжает лежать с осознанием важности того, что может сказать Габриэль, и представляя на его месте Дина. - Чудесно, - наконец, Трикстер выпрямляется. – Теперь, мой милый братишка, сообщи мне, что ты вообще здесь делаешь? - Ээ… В смысле? – удивляется Кастиэль. Габриэль шутливо стучит кулачком по его голове. - Чувак, ты должен быть… с отцом ребенка, - усмехается архангел. Слова, и правда, звучат эпично, но Кас лишь опускает голову и грустно вздыхает: - Я не могу быть с этим человеком. По крайней мере, сейчас. - Почему это? А ну собрал крылышки в кучку и полетел! Как ты, расскажи мне, жить будешь без его энергии? - Габриэль! Я не могу, правда не могу… - Кастиэль поднимает голову и тяжело смотрит на него. Архангел оборачивается к Бальтазару, но тот лишь разводит руками, мол, я-то откуда знаю. Габриэль закатывает глаза. - Ну и что у вас случилось? Кто будет сверху, не смогли решить? - Я не хочу об этом говорить… - Кастиэль качает головой, умоляюще глядя на старшего брата. - Ладно, на нет и суда нет. Трикстер протягивает руку и быстро касается пальцами лба Каса. На долю секунды его глаза пустеют, и потом он выныривает в реальность. Архангел морщится. Воспоминания Каса ему больше чем не понравились. - Я не просил тебя копаться в моей голове! – возмущается ангел, отталкивая от себя руку Габриэля. - Ну, извини, я не виноват, что ты не хотел рассказывать, - Трикстер пожимает плечами. - Может быть, мне поведаешь? – интересуется Бальтазар. – А то этот скрытник мне так ничего и не сообщил. - В общем, проблемы у него на любовном фронте из разряда «любовь живет три года», вот только в этот раз еще меньше. Правда, я даже и не берусь говорить, кто из них хуже Винчестер или Кас. Хотя, пожалуй, все-таки Винчестер. - Ну, Габриэль… - пробует возмутиться Кастиэль, но потом понимает, что это бесполезно. - Знаешь, почему ты забеременел? – Трикстер поднимает одну бровь, глядя на старшего брата сверху вниз. Тот качает головой. – А все по той же причине. Вы с Дином были связаны очень крепко, а ребенок связал бы вас еще прочнее. Когда ваши отношения стали рушиться, ты, сам того не ведая, стал искать способ их продлить, а лучше восстановить. Это всего лишь инстинкты, Касси, но, тем не менее, они сработали превосходно. Ты подсознательно решил, что ребенок это то самое, что будет держать вас вместе. И не вини никого, а тем более себя, ведь любви все сущности покорны, а ангелы, как известно, существа бесполые. Когда у вас с Винчестером снова стали происходить терки, ты поступил как любая, прости, человеческая женщина в положении – ты пошел искать защиты у родственника и опять же – чисто на подсознательном уровне. Но знаешь… - Трикстер склоняется к уху Кастиэля. – Мы счастливы, что у нас будет племянник! Кас тихо стонет, снова не зная, радоваться ему или плакать. - И что же мне теперь делать? - Тебе нужно вернуться к Дину, каким бы придурком он не был, и рассказать ему все. - Нет! Как я могу вернуться к нему после всего… того?.. Бальтазар опускается на диван рядом с Касом. Обнимая того за плечи. - Брат, ты можешь пока остаться здесь, у меня. - Это будет совсем не то, что надо, - недовольно бурчит Габриэль. - Ты видел когда-нибудь других ангелов, которые вынашивали детей? - Да, но всего один раз. Это, как ты мог заметить, явление довольно редкое, а так же непредсказуемое. - Непредсказуемое? – переспрашивает Кас, чуя какой-то подтекст. - Приятель, пойми, что чтобы у ангела смог родиться ребенок, нужна энергия обоих сторон. Один ты этого сделать не сможешь, потому что ты сейчас разбит, как никогда. - Но Дин… - Он улетел, но обещал жениться, ага? Кас, он козел, да, но спорю на все, что угодно, сейчас он об этом сожалеет. - Габриэль, я больше не вернусь к нему. Я справлюсь один, - Кастиэль категорично качает головой, передвигаясь поближе к Бальтазару. - Ты долго не протянешь, - безрадостно сообщает Трикстер. – Впрочем, у тебя еще есть время подумать.