Он принёс покой...

      После разрыва прошло две недели. Тайга кое-как научился справляться со всем в одиночку, постепенно начал входить в свой ритм жизни. И тут его жизнь буквально перевернулась с ног на голову. Он стоял в коридоре и смотрел на две полоски на тесте.       — Да этого быть не может, — сдавленно выдохнул Кагами и сполз вниз по стенке. Его уже несколько дней подряд мутило непонятно от чего, вроде не ел просрочки, сам готовил, а потом в его голову закралась мысль, которая тут же подтвердилась. Две полоски, перечеркивающие спокойную жизнь, если можно так сказать. Он только начал привыкать к одиночеству, а теперь придется жить за двоих. Все-таки сбой в ту ночь принес свои плоды.       — Аомине не должен об этом узнать…       Кагами вернулся в спальню, положив тест на стол, взял телефон и набрал номер Куроко. Тот взял трубку не с первого раза.       — Кагами-кун, что-то срочное? Завал на работе.       — Прости, что отвлек. Сможете сегодня вечером с Момои заскочить ко мне?       — Думаю, да. Я наберу тебя чуть позже.       Попрощавшись, Тайга отправился готовить, чтобы меньше думать о том, почему вся его жизнь пошла по пизде с появлением Дайки. Момои пришла спустя час с тех пор, как он поговорил с Куроко, объясняя это тем, что Тецу скинул ей сообщение о том, что вечером они идут к Кагами, а она так переживала за него после их разрыва с Аомине, что не стала дожидаться и приехала как можно скорее. Ложь. Она и так собиралась заскочить к нему, а тут еще и повод нашелся.       — Вы же живете на другом конце города, — недоумевал Тайга, прекрасно понимая, что ей нужно было привести себя в порядок и добраться до его дома, что не совсем укладывалось в час.       — Не бери в голову, Кагамин.       Куроко присоединился к ним после работы, ничуть не удивившись, что Момои сорвалась и приехала заранее. Они вдвоем всячески пытались отвлечь Кагами от не совсем приятных мыслей о расставании, а под конец вечера Тайга совершенно перестал париться, смеясь вместе с друзьями и обсуждая все, что в голову придет.       — Ребят, я залетел, — вмиг став серьезным выпалил Кагами, когда закончились темы, которые можно обсудить, а молчание как-то затянулось. Момои прикрыла рот ладошками, прекрасно поняв, что этим хотел сказать Тайга.       — Аомине-кун знает? — задал вопрос Тецу, давая возможность Сацуки немного обдумать сложившуюся ситуацию.       — Нет, и не должен. Я прошу вас, не говорите ему ничего. Не хочу, чтобы он знал об этом.       — Ты хочешь оставить ребенка, Кагамин? Мы всегда тебя поддержим, но ты справишься сам? — Момои неосознанно сделала упор на последнем слове, после неловко прикусив губу. Она даже не могла представить, что чувствует сейчас Тайга. Оно и понятно, у них с Тецу не было таких проблем, да и Аомине она знала достаточно хорошо, чтобы делать определенные выводы. Он был упрям и вряд ли бы весть о ребенке смогла бы его убедить помириться с Тайгой. Скорее всего он бы даже не поверил в то, что этот ребенок от него.       — Я не знаю, — признался Кагами, выдыхая и потирая глаза двумя пальцами. — Если найду вторую работу, то вполне смогу…       — Исключено! — выкрикнула Момои. — Какая работа, Кагамин? Тебе сейчас не об этом надо думать, а о своем здоровье. К тому же, тебе и так хватает работы в части. И не смей таскать там тяжести.       Сацуки около часа спорила с Тайгой по поводу того, как ему жить. Куроко несколько раз пытался что-то сказать, но они так увлеклись спорами, что не слышали его.       — Кагами-кун, — Тецу ущипнул его за руку, обращая на себя внимание, как в школьные годы. — Ты же понимаешь, что Сацуки права. Если хочешь сохранить ребенка, побереги себя. И да, ты всегда можешь обратиться к нам за помощью.       Тайга не смог сдержать улыбки, кивнув и поблагодарив друзей за поддержку. Он действительно слабо себе представлял, как сможет совмещать две работы сразу, но на них готов был положиться. Тецу никогда не подводил, их взаимная поддержка началась с баскетбола, а дружба была проверена годами. Даже когда Кагами встретил Аомине, и между ними пробежала искра, Куроко поддержал его выбор. И Тайга никогда не забудет этого.       — Кстати, ты так и не сказал мне, почему вы разошлись, — обижено надула губы Момои, глядя на Тайгу. Она понимала, что ему сложно возвращаться в воспоминания, но хотела все же узнать правду, прежде чем поговорить об этом с самим Дайки.       — Дай-чан! — Момои стояла на пороге его квартиры, грозно глядя на него. Ей совершенно не могло прийти в голову, что он мог так по-свински поступить с Тайгой. Кагами ей во всех красках рассказал все, что между ними произошло, а она потеряла дар речи. Сацуки молча ждала хоть какой-то реакции на свое появление, но Дайки лишь зевнул, прислонившись к дверному косяку и, в свою очередь, ожидая гневной тирады от Момои. Молодая бета сложила руки под грудью, чем привлекла внимание Аомине, в глазах которого на мгновение блеснул огонек. — Почему вы с Кагамином расстались? Что ты опять натворил? — Она хотела услышать причину от самого Дайки, который не совсем спешил хоть что-то рассказывать.       — Тебе-то какое дело? Расстались и расстались, хватит меня опекать, будто ты мать родная. Лучше катись к этому долбонутому и за ним присматривай. А меня оставь в покое, — раздраженно бросил Аомине, уже собираясь захлопнуть дверь перед носом Момои, но она не собиралась сдаваться просто так.       — Дай-чан, так нельзя! Кагамин же…       — Да плевать мне на него! — перебил ее Дайки, сжав кулаки от злости так, что побелели костяшки. — Пусть делает, что хочет. Я не собираюсь возвращаться к нему, это мое окончательное решение. А со своей жалостью не ко мне. Она мне на хер не сдалась.       — Ты дурак! — вспыхнула Сацуки, сжав руки в кулачки. — Ты поймешь все, когда будет уже поздно.       Момои развернулась и пошла прочь от дома, а Дайки со всей силы захлопнул дверь. Он уже давно убедил себя, что в их разрыве виноват Тайга, но никак не он. Внутри Аомине бурлила злость, готовая вот-вот выплеснуться наружу. Еще и Сацуки напрягла. Да и переезд в Америку был не за горами, так что думать о Кагами тупо не было времени.       — Уж лучше так, — любил повторять сам себе Дайки, пытаясь хоть как-то оправдаться перед собой.       С тех пор, как Тайга узнал о том, что он вынашивает ребенка, прошло два месяца. Практически каждое его утро, которое должно начинаться с будильника, начиналось с жуткого недосыпа, желания завалиться обратно на подушку и тошноты. Последнее стало для Кагами практически родным за эти дни, его раздражал любой запах, особенно еды, которую его коллеги приносили из дома на обед. Даже горячо любимые Тайгой бургеры стали отвратительными, но только на запах, как это ни странно. Вкус оставался таким же, поэтому Кагами приходилось дышать через раз, чтобы не бегать постоянно в туалет с рвотными позывами и хоть чем-то набивать желудок.       Момои постоянно ругалась с ним из-за того, что Тайга все время работал и порой взваливал на себя слишком много, не в силах отказать начальству. Он лишь отнекивался, говоря, что все в порядке, на что получал злой взгляд, надутые губки, сжатые кулаки и новую лекцию о том, почему так важно в этот период заботиться о себе и не перетруждаться. Кагами ценил эту заботу, старался не отказываться от помощи, которую предлагали Куроко и Сацуки — последняя даже почти переехала к нему, чтобы следить за рационом и распорядком дня Тайги, но тот лишь мягко объяснил, что уже привык жить в одиночестве, поэтому лишний человек в доме — не совсем то, чего он хочет, а Тецу вряд ли одобрит такой поворот событий. Момои пришлось сдаться, действительно вспомнив, что они с Куроко женаты. Эта информация буквально вылетела из головы, ее выместили мысли о Кагами, который сейчас, как ей казалось, намного больше нуждался в ее помощи и поддержке.       Но перечить она не стала, лишь втихаря пошла к начальству Кагами и объяснила всю ситуацию, чтобы его не нагружали лишней работой, за которую не особо-то и доплачивали. Тайга был удивлен, когда к нему подошли и дали два лишних выходных, чтобы прийти в себя и немного отдохнуть. А еще освободили от ночных дежурств.       — Момои, это твоих рук дело? — Кагами все еще не верил в свои выходные, но предчувствие говорило, что это не просто так. В трубке послышался задорный голос, оповещающий о том, что она старалась ради него. — В следующий раз не стоит так делать, я уже взрослый человек и могу сам о себе позаботиться.       — Кагамин, тебе нужно чаще отдыхать и набираться сил, с каждым месяцем тебе будет все труднее вынашивать ребенка.       — Да помню я, — Тайга вздохнул, потер переносицу и усмехнулся. Все же ему повезло, что у него такие друзья. — И все же не стоит. И да, спасибо.       Момои на том конце провода улыбнулась и продолжила говорить уже о чем-то своем, умело переводя тему.       Прошло уже три месяца с тех пор, как Дайки переехал в Америку. С его вступлением в одну из сборных NBA, их количество побед увеличилось в разы, он далеко не сразу нашел общий язык с командой, но тренер не мог поверить, что им удалось заполучить такого хорошего игрока. Правда, характер Аомине его не всегда радовал. Привыкший к тому, что от него ничего не требуют, Дайки злился и агрессивно рычал на всех, кто постоянно делал ему замечания, но при этом всегда выкладывался на полную ради победы над противником. После очередной игры он сидел у себя в номере и потягивал виски, расслабляясь и втыкая в телик. Рядом с ним сидел Джон — единственный человек из команды, который не боялся находиться с Аомине один на один, когда тот выпьет. Временами Дайки становился неуправляемым, в памяти всплывали моменты расставания с Тайгой, после чего он начинал громить квартиру, вымещая всю злобу на вещах и тех, кто попадался под руку, если таковые имелись.       Как ни крути, а он любил Кагами. Но понял это слишком поздно, когда вернуть ничего уже нельзя. Он чертовски винил себя за то, что поступал так с человеком, который преданно дожидался его дома, всегда готовил к его приходу горячий ужин, заботливо укутывал в одеяло, когда тот болел, и давал таких отборных пиздюлей, если Дайки стремился выбраться из кокона. Он брал отгулы, чтобы прийти на матчи Аомине, когда это представлялось возможным. Он никогда не попрекал его, хотя у Дайки было полным-полно косяков и закидонов, от которых нормальный человек сбежал бы почти сразу, не задумываясь, а этот дурак любил и терпел. А теперь все. У каждого из них своя жизнь, Тайга, быть может, нашел своего человека, с которым он счастлив, который не треплет ему нервы и готов ради него совершать безбашенные поступки. Как жаль, что Дайки все понял слишком поздно…       — Момои, нам обязательно таскаться по врачам так часто? — Кагами зевнул, почесав округлившийся живот. Шла уже шестнадцатая неделя, Тайга чувствовал себя просто прекрасно, его ничего не беспокоило, за исключением того, что начальство уже подыскивало ему замену на время его отсутствия. Он всячески пытался убедить всех, что ему хватит сил работать до последнего, но на него смотрели как на больного и всеми силами отправляли в отпуск.       — Потому что это тебе не шуточки! — Сацуки топнула ногой, резко разворачиваясь, отчего Тайга чуть не налетел на нее от неожиданности. — Вот представь себе, что с твоим ребенком что-то случится, ты же будешь винить себя. Нужно регулярно проводить обследования, чтобы быть уверенным, что беременность протекает нормально. А ты продолжаешь работать, не беспокоясь о себе. О ребенке бы подумал.       Момои сложила руки на груди, объясняя все это как маленькому. Она прекрасно понимала, какой это стресс для Кагами — вынашивать ребенка человека, который так поступил с ним. Но то, что Тайга все же решился рожать, не могло не радовать. И Сацуки готова была на все, чтобы они ни в чем не нуждались.       Кагами же, в свою очередь, старался не показывать ей своей усталости и уж точно не хотел говорить о бессонных ночах, когда воспоминания о Дайки все же прорывались через огромную стену, которую он так старался выстроить в своей голове. Не мог. Он не мог избавиться от чувств к человеку, которого так полюбил. И ему было горько от того, что все в этой квартире напоминало о нем. Несмотря на то, что он уже давно сменил большинство вещей, которые только мог, чтобы лишний раз не видеть что-то, что объединяло их когда-то. По-хорошему надо было съехать с этой квартиры, оставить все позади и вступить в новую жизнь, но сделать это ему было не под силу.       Дайки разбивает стакан об стену, когда читает сообщение от Вакамацу. Он чертовски зол. Если бы он не знал Коске, то ни за что бы не поверил ему. Он видел Тайгу. Абсолютно счастливого Тайгу, не омраченного ничем. Значит, пережил разрыв и, вполне вероятно, нашел кого-то другого. Только эти мысли и занимали голову Дайки. Он хотел вернуться, думал о том, чтобы попробовать исправить все, готов был загладить свою вину, как угодно. Но не теперь. Сейчас он хотел выместить свою злость, и плевать, что все может быть совершенно иначе. Аомине никогда не думает, да и зачем это делать сейчас, если ему никто не расскажет прав он или же нет. Тайга. Он потерял его. Потерял окончательно и бесповоротно. Между ними не осталось совершенно ничего общего. Аомине стал мудаком, каким его считали, а Кагами… Он не знал, что стало с Кагами после разрыва. Не знал, сколько бессонных ночей он пережил, лишь бы не видеть все это во сне, как руки Дайки проходятся по телу другого. И уже никогда не узнает.       Тайга проснулся в холодном поту посреди ночи. Очередной кошмар, такой же, как и все другие, но все же чем-то отличавшийся. Он не знал, чем именно, но что-то определенно было. Во рту пересохло, в комнате было неимоверно душно. Кагами ощутил легкий толчок в животе, а после накрыл ладонью то место.       — Да иду я, не толкайся, — Тайга поднялся с кровати, открыл окно и пошел на кухню за водой и чем-то, чем можно убить голод.       В холодильнике нашелся арбуз. Из открытого кухонного окна дуло летней прохладой. Поставив его на стол, Тайга взял большой нож и принялся его разрезать, глотая слюни. Его живот был малым меньше этого самого арбуза, Кагами стал редко выходить на улицу, предпочитая больше времени проводить в своих мыслях. С работы его вежливо попросили, подписав заявление о декретном отпуске, поэтому как-то было некуда идти. Продукты на себя взяла Момои, которая теперь целые дни проводила с Тайгой, чтобы тому не было скучно. А мысли Кагами крутились только вокруг того, что он скучает по Аомине. Неимоверно скучает. Если раньше он старался даже не думать о нем, было больно вспоминать, что этот человек когда-то был в его жизни далеко не на последнем месте, то теперь он жалел, что все так получилось. Да, Тайга понимал, что это все скачущие гормоны и перемены в настроении, но никак не мог смириться с этими мыслями. Почему он думает именно о Дайки, который, он уверен, даже не вспоминает о нем.       Тайга ел арбуз и параллельно утирал катящиеся из глаз слезы. Было ужасно больно от осознания полного одиночества и того, что он никому не нужен. И он даже не подозревал о том, что ждет его впереди.       Схватки начались в самый неподходящий момент. Момои наконец вытащила Кагами на улицу, они шли по парку и разговаривали, как вдруг низ живота Тайги будто начало разрывать от невыносимой боли. Он остановился и глубоко задышал, не в силах сказать что-то. Сацуки не сразу сообразила, что происходит, а когда поняла, тут же усадила его на ближайшую скамейку, потребовав от него дышать, пока сама пыталась дозвониться до скорой помощи.       Роды прошли хорошо и быстро, врач, который вел Тайгу на протяжении всей беременности, оказался хорошим специалистом. Момои все время простояла под дверью, надеясь на то, что все закончится хорошо.       Кагами вывезли из операционной в поту, он был бледен и измучан, губы его едва подрагивали. Сацуки шла рядом с ним до палаты и молчала. Она была уверена, что все будет хорошо, что совсем скоро их выпишут из больницы и они смогут вернуться домой.       — Он так похож на Дайки. Просто копия, — прошептал Кагами, когда они остались одни.       — Не удивительно, он же его отец… Только не делай глупостей, Кагамин, прошу тебя, — Момои чуть улыбнулась и аккуратно убрала челку с глаз Тайги. — Отдыхай, ты хорошо постарался, тебе нужно восстанавливаться.       Момои ушла, а Кагами всю ночь пролежал, накрыв лицо подушкой. В памяти то и дело всплывало лицо его сына, которое до боли напоминало человека, изменившего всю его жизнь. Та же смуглая кожа, темно-синие волосики и яркие глаза. Когда он вырастет, то станет точной копией отца-альфы, от Кагами он не взял ничего. Оставалась надежда на покладистый характер, но Тайга все же не думал, что вселенная подкинет ему такой подарок.       Домой Кагами вернулся через неделю после рождения Юки. Врачи пристально наблюдали за состоянием новорожденного и его отца, но все опасения оказались напрасными. Мальчик родился здоровым и крепким, а Тайга вздохнул спокойно, как только они пересекли порог дома. Вся квартира была чисто убрана к их возвращению, а из спальни выпорхнула Момои, встречая Куроко, который забирал друга из больницы, и Кагами с ребенком.       — Кагамин, я уже заждалась вас! — Сацуки с упреком глянула на парней, но практически сразу же переключилась на Юки, беря на руки младенца и не переставая умиляться. Тайга усмехнулся, глядя на то, как изменилась Момои в лице. Кинув вещи около двери, он скинул куртку и кроссовки, проходя в квартиру.       — Это ты прибралась? — Кагами чувствовал неловкость за то, что ей пришлось наводить порядок, но все же испытывал огромное чувство благодарности. — Спасибо за помощь.       — Кагамин, не бери в голову. Юки не стоит дышать пылью, да и больше некому было привести в порядок твое холостятское гнездышко.       Момои скрылась за дверью спальни, уложив ребенка на кровать и раздевая его. Тайга вошел следом за ней и обомлел. Около его кровати стояла детская кроватка, которую он так и не смог купить из-за отсутствия средств. На его лице застыло вопросительное выражение, которое заметил Куроко, стоявший рядом с Кагами.       — Мы с Момо подумали, и решили сделать тебе такой подарок к выписке. Все же это лучше, чем укладывать малыша рядом с такой огромной тушей.       Куроко смотрел на Тайгу до такой степени невинным взглядом, будто не он только что подосрал друга. Кагами, казалось, даже не обратил внимание на его слова. Он все так же удивленно рассматривал небольшую перестановку в комнате, которая потребовалась, чтобы поставить кроватку именно рядом с Тайгой. Из размышлений его вывел плач Юки. Кагами тут же сорвался с места, буквально подлетая к Момои и беря на руки сына.       — Ему уже спать пора, подождите меня на кухне, я скоро буду.       Сацуки и Куроко кивнули и вышли из комнаты, оставляя новоиспеченного отца. У кого не было детей, тот не знает, что понятие «скоро» может растянуться на несколько часов. Благо, Тайге повезло, Юки засыпал довольно быстро и спал крепко, как и его отец-альфа. Даже здесь сыграли свою роль гены. Поэтому через полчаса Кагами уже сидел с друзьями на кухне, устало откинувшись на спинку стула.       — Спасибо, за все спасибо, — Тайга не знал, как отблагодарить друзей за всю ту помощь, которую они оказывали ему такое долгое время. Куроко лишь кивнул, а Момои в очередной раз отмахнулась, неустанно твердя, что им это не сложно. Они просидели за разговорами до глубокого вечера, пока Тецуя силком не утянул Сацуки домой. И вновь Кагами остался один на один с воспоминаниями об Аомине Дайки.