Глава 10
13 января 2019 г., 13:29
— Да чтоб тебя!
Я со всей силы пнул скользкую стену и лишь потом подумал, что это было рискованно: в старых подземельях такие проявления чувств нередко порождают обвалы.
Но в этот раз я не сдержался. Мало мне апокалипсиса, ГалаБеза и спонтанных видений, теперь еще и это свалилось! Фригга, та самая Фригга, которую нужно держать подальше от неприятностей, лазает по подземным тоннелям, встречается со мной, и, наконец, исчезает в портале. Из-за того, что я растерялся, как последний дурак, и не остановил её.
Что можно взять с подростка, для которого жизнь — остросюжетный фильм с обязательно счастливой концовкой? Юная Фригга — трикстер, а какой трикстер пройдет мимо сверкающего портала, в особенности после того, как кто-то сказал, что туда лезть запрещается?
Я ведь сам был таким, я должен был предвидеть эту реакцию, я… не знаю, как мне нужно было вести себя, но это не так уж и важно. Важно лишь то, что Фригга сейчас в беде. И в беду она угодила из-за меня. Я обязан её вытащить и вернуть домой. Остальное подождет.
Не позволяя себе сомневаться, я пошел навстречу ослепительному свету — туда, где минуту назад исчезла Фригга.
Что ни говори, а было страшно шагать в неизвестность. Порталы обычно ничего хорошего не сулят.
«А если тебя забросит в ледяной океан или в открытый космос? А если в другую галактику? В другое измерение?» — вспомнились мне слова молодой сотрудницы, и снова по телу пробежала мелкая дрожь.
«Даже не думай отступать, — я что есть силы сжал правую руку в кулак, надеясь, что боль придаст решимости. — Или мало из-за тебя пострадало людей? Мало из-за тебя пострадала Фригга? Хватит тебе уже ошибаться и…»
Закончить мысль я не успел. Меня вдруг подхватило что-то невыносимо холодное, и через мгновение я закружился в бешеной вихреобразной воронке, уносившей меня в неизвестность.
***
Почему-то многим непосвященным кажется, что путешествие через портал пугает лишь новичков, а опытные спецы запрыгивают в аномальные воронки как в общественный транспорт. На деле это не так — к порталам привыкнуть нельзя. Есть вещи за гранью нашего понимания, и пространственные скачки к таковым несомненно относятся. Конечно, со временем становится легче, но чтоб уж совсем не бояться — на такое способна лишь Ника. Поэтому после того, как меня выбросило из вихря, я с полминуты лежал на чем-то холодном и приходил в себя, пытаясь понять, где я, и что происходит. Тишь, темнота, замкнутое пространство, и ещё особая атмосфера, по которой я всегда узнаю подземелья. То ли запах в них особенный, то ли сам воздух другой, не знаю. Стало быть, я опять в земных недрах. Может, портал перенес меня в другую, более сухую часть лабиринта? «Кончай рассуждать, — скомандовал я себе, когда немного пришел в себя и сумел сесть. Вставать на ноги было страшно — голова до сих пор кружилась, а во рту ощущался металлический привкус. — Сперва нужно найти Фриггу, а уже потом думать, куда нас занесло, и как выбираться». — Фригга! Фригга, ты здесь? — приглушенным шепотом позвал я в пустоту. Логичнее было б кричать, но что-то мешало мне это сделать. Будто кто-то невидимый с затаенной угрозой советовал соблюдать тишину. И ослушаться было себе дороже. По той же причине я не решился включать фонарь — темнота не хотела, чтобы ее нарушали. — Лучик, отзовись! Никто не откликался, и с каждой секундой я нервничал все сильней. А если Фригги здесь нет? Если ее забросило в другое место? — Все верно, — раздался в моем сознании низкий, странного тембра голос, который я, как бы жутко это ни прозвучало, уже слышал. Но где, когда и при каких обстоятельствах — вспомнить не удавалось. Мозг отказывался соображать. — Я отправил её в другое место. Как и всех тех, кто оказался у портала по ошибке. — Значит, он был создан для меня? Наверное, это странно: разговаривать с обладателем голоса как с приятелем, при этом не помня даже, кто он такой. — Именно. Я мог перенести тебя насильно, но ты слаб и мог не выжить, а твой труп мне не нужен. Так что я ждал, пока ты сам найдешь ко мне путь. — Где Фригга?! — У меня была ещё масса вопросов, но этот тревожил больше всего. — Лучше подумай, где находишься сам. — Понятия не имею! Мне уже наплевать! Я начал выходить из себя. Уж слишком странно все это было. Слишком абсурдно и несуразно. — А зря. Ты помнишь это место. Не мог забыть. — Нибльхейм, подгорный тоннель, демон! — скороговоркой выпалил я и только потом, услышав свой голос, осознал смысл. — Нибльхейм… подгорный тоннель… демон… — Да. Вы с Аморой искали путь к моим собратьям, и я указал вам дорогу. Позволь указать тебе её еще раз. — Что ты имеешь в виду? — Перед тем, как спросить — подумай. Быть может, ты знаешь ответ, и ни к чему зря сотрясать воздух? — Это из-за апокалипсиса, да? — сообразил я после непродолжительных размышлений. — Точно. Что же еще могло заставить такого, как я, заинтересоваться таким, как ты? — И что тебе от меня нужно? — Вопрос в том, что тебе от меня нужно. — Мне от тебя — ничего! Ваша раса мне уже немало крови попортила! Натерпелся, хватит! Если вы решили объявить человечеству войну, и вам так нужен апокалипсис… — Не нам. Демонам. Не обобщай. — Разве ты не относишь себя к их числу? Да и какое дело тебе может быть до нашего рода?! Не понимаю! И до сих пор не понял, почему ты тогда нам помог. — Так может, сперва поймешь, а уже потом начнешь возмущаться? Спокойный, лишенный эмоций голос слегка охладил меня. — Я не возмущаюсь, просто… очень устал и запутался. Уже не знаю, кому можно верить. Кто на моей стороне, и, что важнее… — На чьей стороне ты. Мне знакомо твое состояние, хоть я его и позабыл за последнее время. — В каком смысле? — Знаешь, почему мне никогда не был безразличен ваш род? Дело в том, что я не всегда был таким, каким ты видишь меня сейчас. «Сейчас я тебя вообще не вижу», — чуть не слетела с языка острота. — Неужели ты хочешь сказать, было время, когда ты… был одним из нас? — Смотря что ты подразумеваешь под «одним из вас». — Понятно, что. Когда-то очень давно ты был человеком? — Не совсем так. Ваша цивилизация зародилась много позднее моего перевоплощения. Но все-таки я был сродни вам — по крайней мере, существовал в материальной форме, а иными словами — имел тело. — Ты был гелеофторием? — дошло до меня с опозданием. — Но почему ты тогда не погиб со своими собратьями? — Демоны не хотели, чтобы я отделался от них так просто. Так уж заведено, что каждый крах цивилизации сопровождается перевоплощением одного из её представителей в сверхдемона — самого могущественного из нас. — Зачем это нужно? — Тебе сейчас будет сложно это понять. Но однажды ты сам придешь к ответу, как пришел сегодня к порталу. Однажды ты поймешь, почему важно, чтобы самым сильным был демон, который помнит, каково это — быть другим существом. — Но почему сверхдемоном стал именно ты? — Сложный вопрос. Хотя тогда мне казалось, все ясно. Ведь именно я стал инициатором нашей с ними войны. Я выдвинул идею, что если нам удастся подчинить демонов, мы легко решим все проблемы, я поднял соотечественников на бой, который оказался для нас губительным. Я не рассчитал сил и поплатился за это. — Да, нарываться на гнев демонов — идеи глупее не придумаешь, — пробормотал я, подсознательно вглядываясь в пустоту и пытаясь увидеть хоть что-то, подтверждающее реальность моего собеседника. Я уже настолько запутался, что сейчас сомневался действительно ли беседую с демоном. Вдруг это самовнушение или галлюцинации? — Ты смотришь со своей позиции, а я смотрел со своей. Если бы ты жил в то время, эта идея не показалась бы тебе такой глупой. Во-первых, мы были много могущественнее вас, во-вторых — я был доведен до отчаянья. — Согласен. Не мне об этом судить. Хотя насчет отчаянья очень тебя понимаю. Сейчас все повторяется, и в этот раз выбор демонов пал на меня! — Потому-то ты и здесь. — Чего ты хочешь? — Я уже говорил об этом. Хочу указать дорогу к спасению. — Дорогу к спасению? — Сердце в груди радостно встрепенулось, и все-таки я решил не ликовать раньше времени. — Да если бы ты знал дорогу к спасению, ты бы спас свой народ миллиарды лет назад! — Миллиарды лет назад я этой дороги и не видел. Но теперь, когда я стал демоном, очень многое мне открылось. И я увидел свою ошибку. Увидел путь предотвращения апокалипсиса, или, по меньшей мере, его отсрочки. — Что надо делать? — Мой голос срывался от напряжения, и я не мог ничего поделать. — Секрет невероятно прост, но в той же степени и сложен. — Не разводи философию! Конкретнее можно? — Я и сам не понимал, как у меня хватало смелости дерзить самому могущественному из демонов. Все-таки правильно он сказал: отчаянье меняет людей. — Ответ внутри тебя. В твоей душе. В твоем сознании. — Поясни. — Что представляют собой демоны? — неожиданно спросил голос. — Как ты понимаешь нашу сущность на своем уровне? — Я пришел не на лекцию по демонологии! — Это важно. Чтобы найти ответ, необходимо прийти к истокам. — Ладно! — Я нахмурился, вспоминая, что говорила Фригга. — Демоны — это представители нематериальной формы жизни. У вас нет тела, и вы являетесь сгустком чистого интеллекта, который поддерживается в стабильном состоянии за счет действия комплекса сложнейших аномалий. — Иными словами, вы не знаете, что позволяет нам существовать. — В голосе демона сквозила насмешка. — Но сейчас это не важно. Главное ты сказал: мы бестелесны, мы — абсолютный разум. И, стало быть, воздействуем на людей мы тоже в сфере сознания. Все остальное — лишь побочный эффект того, что вы привыкли именовать аномалиями. Вспомни День Расплаты. Что хотели получить демоны за тот артефакт? Неужели материальный предмет? — Они хотели… — И вновь я замялся, позабыв, как они излагали требование. — Чтобы Фригга отдала то, что ей дорого больше всего на свете. — Иными словами, они хотели получить её боль. Видишь ли, у нас именно чувства становятся разменной валютой. — Знаешь, мне кажется, это куда логичней мятых бумажек. — Твое сознание уже изменяется — демоны готовят тебя к перевоплощению. Совсем скоро, согласно их плану, ты должен будешь занять мое место. — А что будет с тобой? — Развоплощусь. — Иными словами, погибнешь? — Это другое. Но если тебе так проще… Да, погибну. Сейчас речь не обо мне, а о демонах. Сможешь назвать их самое страшное оружие? — Понятия не имею. — Что они применили против твоей матери? — Ну, они поставили её перед страшным выбором. — Я махнул рукой и говорил все, что приходило на ум, в надежде нечаянно брякнуть что-нибудь умное. — И что бы она ни решила, это привело бы ее к страданиям. — Так что они против неё использовали? — Её слабости. Её чувства. — Именно. Демоны уже давно постигли прописную истину: мощнейшее оружие против вас — это вы сами. Надави в нужном месте, и вы сами себя погубите, сами станете своим проклятием. И твой случай — не исключение. Тебя выбрали, значит, ты заслужил эту участь. — Что?! — В твоей душе есть какой-то изъян. — Больше тебе скажу. Их масса. — Тем сложнее будет отыскать нужный. Тот самый, за который зацепились демоны. И если этот изъян удастся искоренить, ты их обезоружишь. Они не смогут заставить тебя породить апокалипсис, и ваша галактика до поры до времени будет спасена. — Издеваешься? Хочешь сказать, проблема апокалипсиса решается сеансом психотерапии? — Ты сильно все упрощаешь. И никакие ваши психологи не в состоянии решить за тебя эту проблему. Только ты можешь докопаться до истины и понять, что в твоей душе позволяет демонам делать тебя эпицентром. Для этого тебе придется погрузиться в свое сознание, напрочь забыв о том, что происходит вокруг. Еще ни один из людей не входил в подобное состояние. — А вот это уже интереснее. И как погрузиться в подобный транс? — Для этого тебе придется отправиться в междумирье. — Куда? — Срединные земли. Очень странное место. Оно — уже не часть вашего мира, но еще не часть нашего. До сих пор в нем не бывал ни человек, ни демон. Тебе придется быть первым. Только его… аномалия способна погрузить тебя в твой внутренний мир и позволить узреть истину. Без этого обряда ты никогда не поймешь… — Почему демоны прицепились ко мне! Понял я, понял! То, что я человек, не значит, что я отсталый! Ты мне другое скажи: как в это междумирье попасть? — Я не могу ответить. — Хочешь сказать, ты не знаешь? — Не совсем. Дело в том, что ты должен сам найти вход. — Да что ты такое несешь?! Вот-вот прогремит апокалипсис, а ты хочешь устроить мне квест? — Ты недооцениваешь важность этой детали. Сам поиск цели даст тебе многое… А легкий, но нечестный путь приведет к гибели. Ты должен достичь этого сам. — Замечательно! Ты только свисни своим дружкам-демонам, чтобы они повремени с апокалипсисом и подождали, пока я не «дойду своим умом» и далее по списку. Ты же вроде босса над ними. — Не совсем. Меряя демонов человеческими законами, ты совершаешь ошибку. У нас другая организация, другая иерархия, у нас все намного сложнее. Сам подумай: если бы я был над ними властен, неужели я позволил бы им губить человечество? — Что тебе мешает? — Видишь ли, издревле так сложилось, что демоны живут по особым законам, которые никто, даже самые могущественные, не имеют права оспаривать. И апокалипсис — совершенно, как бы вы сказали, законное явление. Это — месть за то, что вы не расплатились в назначенный час. Они поступают правильно, и я не могу встать у них на пути. — В таком случае я не успею, ты должен понять! — Нервы были на пределе, и голос срывался на хрип: я понимал, что задача мне не по силам. — Ты опять не дослушал и поспешил с выводами. Как же это для вас характерно… Я не могу ткнуть тебя носом в ответ, но могу указать направление. И в поиске своем ты найдешь оставленные мной подсказки. Если проявишь усердие. — Даже не сомневайся. Но если все-таки… Если все-таки я не смогу, и апокалипсис прогремит, получается, я… займу твое место? Стану сверхдемоном вместо тебя? — Такова будет твоя участь. — Незадолго перед тем, как я нашел портал, у меня было видение. — Я давно хотел поделиться этим хоть с кем-нибудь, и мне пришла мысль, что бывший гелеофторий меня поймет. — В котором я был демоном, а все люди были… мертвы. — Это часть подготовки твоего сознания. Перерождение не происходит в одно мгновение. У тебя сейчас сложный и страшный период: ты уже не человек, но еще и не демон. Точнее, в тебе смешано все: твое прошлое и твое возможное будущее. Поэтому неудивительно, что ты запутался и места себе не находишь. Человек и демон — настолько разные существа, что не могут находиться в одном флаконе. Это неизбежное столкновение восприятия, ощущений и ценностей. Поэтому сейчас у тебя в голове гремучая смесь. И это действительно страшно. Прошли миллиарды лет, а я до сих пор помню, как болезненно проходит перерождение. И если ты не остановишь этот процесс, дальше будет хуже. — А потом? В самом-самом конце? Когда я уже пройду через самую страшную боль и стану сверхдемоном? Что это? Какие чувства? — Ты хочешь узнать, обретешь ли душевный покой? — Да. В моем видении мне казалось, что стать демоном означает… — Познать вечное счастье. Такая иллюзия действительно создается поначалу. Становясь сверхдемоном, ты обретаешь почти безграничные возможности, и познаешь все тайны мироздания. Поначалу увлекает. Но ты не думал, что будет потом, когда ты познаешь все, и в мире не останется загадок? — Это будет… здорово. Ведь даже мы, люди, к этому и стремимся. — Но ключевое слово — «стремимся». Наверное, только став демоном, можно понять, что счастье и смысл в самом процессе познания, а не в конечном его результате. Вы, люди — счастливые существа, хоть и не понимаете это. Познавая что-то, вы лишь расширяете горизонты своего мира, начинаете видеть больше непознанного. Вы на самом начальном этапе пути, и ты представить не можешь, как много у вас впереди открытий. Но представь на секунду, что познавать нечего. У тебя нет вопросов ни к внутреннему миру, ни к внешнему. Все предельно ясно, все разложено по полочкам. В мире больше нет ничего интересного для тебя. Ведь интересное и непознанное — это синонимы. Даже если вы, люди, по нескольку раз читаете книгу, это значит, что вы её не до конца познали. Но как только вы вберете из нее все, что она способна вам дать, вы бросите листать страницы и оставите её пылиться на полке. Мироздание — это огромная и невероятно сложная книга. Представь, что понял каждое слово. Представь, что вник в смысл каждого символа. И чем ты, скажи на милость, займешься? Как скоротаешь вечность? Не знаешь? Я покачал головой. — В том-то и дело. Я проходил это, и было… невыносимо плохо. Только одно меня спасало — единственный вопрос. — Какой? — «Что мне делать дальше? Зачем я существую в мире, которому больше нечего от меня скрывать?» И поиск ответа стал моим спасением. Сам процесс поиска. — Ты его нашел? — Не могу сказать однозначно. Но у меня появилась идея. Я решил преобразить этот скучный и понятный мне в самой сути мир. Запустить в нем процессы, которые приведут к чему-то новому, к чему-то… чего я еще не понимаю. И тогда я… подтолкнул эволюцию к созданию вашего рода. — То есть это ты наш создатель? — Скорее, просто катализатор. А создало вас мироздание. Это были интересные времена. Я наблюдал процесс эволюции, делал прогнозы, вносил изменения, и все ждал, когда зародится разум; когда появятся существа, отдаленно на меня похожие. Точнее на того, кем я был до перерождения. Однажды это свершилось. Я наблюдал за развитием вашей цивилизации, за тем, как вы пытаетесь познавать мир, и словно познавал его с вами повторно. Потому что с вами он был другим. Не тем, каким я его видел. Но мне пришлось укрыться в уединении, потому что, живя среди вас, я принес бы вам больше вреда, чем пользы. Мы слишком разные, и не должны соприкасаться. Ты не представляешь, каких усилий мне стоит защищать тебя от влияния своих демонических… — Аномалий? — Да, аномалий, верно. Я выбрал изгнание, и сейчас наблюдаю за тем, как проходит чужая жизнь. Скажу честно: это ужасная участь, и я не желаю тебе подобной. Да и с собратьями будут проблемы, это я гарантирую. — Стало быть, демонов нужно остановить. — Да. И времени в обрез, так что советую начать прямо сейчас. Прежде чем я успел ответить, тьма древнего подземелья исчезла, а сзади кто-то ткнул меня в спину, грубо прикрикнув: «Не стой на проходе, людям мешаешь!» — Простите. Я отошел в сторону и огляделся, соображая, куда мне забросил демон, и что делать дальше. Нетерпеливые гудки странной машины, недоуменные взгляды прохожих и даже лай чьей-то собаки — все вокруг наталкивало на мысль, что своим появлением я нечаянно нарушил гармонию этого мира. Я чувствовал себя нерадивым актером, который что-то напутал и выбежал на сцену не в свое время. Но как быть, если ты не выбежал, а тебя вытолкнули насильно? В такой ситуации я оказался впервые. И что теперь делать? Как вести себя, если я даже не знаю, в какой уголок галактики меня забросило. Не приставать же к прохожим с вопросом: «Извините, не подскажите, на какой я сейчас планете?» Да уж, удружил мне сверхдемон. Зато я теперь понимал чувства тех оперативников из ГалаБеза, которых волей судьбы забросило в придорожный кабак. Оперативники ГалаБеза… Внезапно вспомнив о своих теперь уже бывших коллегах, что с недавних пор превратились в моих злейших врагов, я воровато огляделся по сторонам и поджал плечи. Если и дальше так пойдет, в скором времени я превращусь в параноика. — Эй, парень! — когда я понял, что незнакомец окликнул меня, сердце упало в пятки, и я уже представил, как защелкиваются наручники на моих запястьях, а равнодушные оперативники под конвоем ведут меня на расстрел. — Тебе вон туда, направо. Метров двести по прямой и увидишь. — Увижу… что? — Как это что? Городской фестиваль! Там столько народу собралось, что его сложно будет не заметить. — Но с чего вы взяли, что мне нужно на фестиваль? — Тут не надо быть гением, — незнакомец широко усмехнулся. — Не представляю иного места, куда можно было бы заявиться в таком виде. Классный костюм, кстати. Не, реально шикарный косплей! И оригинально, к тому ж. Респект тебе, чувак. — Да, да, спасибо большое, — выдавил я, пытаясь улыбнуться и показать, что незнакомец меня очень выручил. — Да не за что. Сам бы сходил на эту тусовку, если бы начальник не припахал. — Ничего, бывает. Удачи! Последних слов прохожий уже, видимо, не услышал: он продолжил свой путь, бурча под нос, как он «обожает» свою работу и в особенности руководство. А я поймал себя на том, что действительно отправился на фестиваль. «Ну и правильно, — подумал я, переходя узкую, старомодно мощенную улочку, по которой даже машины не ездили. — Лучше уж идти хоть куда-нибудь, чем стоять посреди улицы и затравлено озираться по сторонам». Все-таки мне повезло, что неподалеку проходил фестиваль, и меня приняли за ролевика, не догадавшись, что я настоящий Локи. Наверняка опять попал в какое-то захолустье. Остается только надеяться, что здесь есть пассажирский космодром. Прохожий не обманул. Буквально через пару минут до моего слуха стала доноситься ритмичная музыка вперемешку со звонким голосом конферансье. Конферансье вещал что-то о победителях и призерах, и в паузах собравшиеся оглушительно аплодировали. Я не горел желанием присоединяться к шумному празднику, но, тщательно все обдумав, решил, что так будет лучше. Во-первых, если здесь все-таки есть база ГалаБеза, едва ли оперативникам придет в голову искать меня на фестивале. А если и придет, найти меня среди толпы будет непросто. Во-вторых, возможно, там прозвучит название этой планеты или еще что-нибудь важное. Поэтому я, тяжело вздохнув и заставив себя забыть про головную боль, прибавил шагу. Вскоре моему взору открылся и сам фестиваль, расположившийся на широкой площади возле торгового центра. Это был настоящий праздник красок! Глаза разбегались от обилия и разнообразия ярких цветов. Там и тут стояли разноцветные шатры, навесы, аттракционы и будки, между которыми ходили, скакали и бегали не менее яркие и пестрые люди. У многих даже кожа была размалевана. Но больше всего удивляла царившая здесь атмосфера. Незнакомые люди непринужденно смеялись и болтали о своих увлечениях, никто не стеснялся дурачиться и кривляться. Такое поведение здесь было естественным, а странным и неуместным казалось серьезное, сосредоточенное лицо… как у меня. Но собравшиеся, наверно, думали, что это часть образа. Мне махали руками, улыбались, хлопали по плечу, фотографировали, хвалили костюм, а я изо всех сил делал вид, что очень рад оказаться на этом веселом мероприятии. Непринужденная атмосфера и впрямь была не так уж плоха. Если бы не все то, что я пережил, и то, что мне еще пережить предстояло, я и вправду был бы здесь счастлив. — Эй, как насчет поупражняться в стрельбе? — весело крикнул мне человек, одетый в пластиковую пародию на доспехи. Это был хозяин местного тира. — Продемонстрируй свою меткость и выиграй подарок для дамы сердца! — У меня… нет дамы сердца, — признался я, сконфуженно улыбаясь. — Уже есть! — из толпы мигом вынырнула красивая девушка в великолепном голубом платье, таком длинном, что его приходилось придерживать. — Давай, стань моим рыцарем! — Давай, у тебя получится! — вокруг нас уже собрались зеваки, готовые меня поддержать. — Ну, ладно. Сперва я опешил, но быстро взял себя в руки. Раз влился в эту большую игру, изволь соблюдать ее правила. Да и милую девушку обижать не хотелось. Поэтому я взял ружье, прицелился и попал в десять мишеней из десяти предложенных. Толпа разразилась бурными аплодисментами, а хозяин тира просто возликовал: — Идеально! Десять из десяти! Я стою здесь каждый год, но ни разу на моей памяти такого не было. Даже я не попадаю в каждую, даром что упражняюсь в свободное от работы время. «В том-то и дело, что в свободное от работы. А для меня это работа и есть», — вертелся на языке ответ, но я сделал вид, что похвала мне очень польстила: — Сам не знаю, как это вышло! Говорят, новичкам везет. — В любом случае, ты превосходный стрелок. Держи приз. Хозяин тира протянул мне бумажную книгу в красивом переплете. На обложке красовалась золотистая надпись: «Приключения Шарлотты Непобедимой». Отдав книгу девушке, я подумал, что такую литературу, наверное, любит читать Фригга. — Ты мой герой! — «принцесса», приподнявшись на цыпочки, поцеловала меня в щеку и тут же скрылась в толпе, крича на ходу: — Да, Мэри, я уже иду! «А она молодец, — подумал я, проводив её взглядом. — Не бросила сестру или подругу ради незнакомого парня. К тому же, так лучше и для меня: я пришел сюда не знакомиться с барышней». Я медленно, но верно продвигался вперед. Почему медленно? Да потому что всякие аттракционы, конкурсы и прочие развлечения подстерегали на каждом углу, и отказываться было бы неприлично. К тому же, поучаствовать было нетрудно. В общей сложности я выиграл пару десятков призов, которые тут же раздарил случайным девушкам и ребятишкам. Я смотрел, как в их глазах зажигаются огоньки радости, и на душе становилось легче: я был рад, что таким пустяком могу сделать людей немного счастливее. И в то же время я понимал, что если не смогу остановить апокалипсис, в скором времени никого из тех, кому я сейчас подарил толику радости, не будет в живых. Примерно через полчаса я все-таки добрался до главной сцены, возле которой столпилось больше всего людей. Дальше пути не было, и потому я пристроился на свободное место и устремил взгляд на подмостки, где ведущий как раз объявлял очередного победителя. — А первое место в номинации «самый яркий костюм» получает… — оратор профессионально выдержал паузу, чтоб нарастить интригу, — восхитительная и неповторимая супергероиня Золотистый Луч! — Что? — я так удивился, что этот вопрос непроизвольно слетел с моих уст, но, по счастью, утонул в море оваций и приветственных криков. Я, не поверив своим ушам, впился глазами в сцену. Под бурные аплодисменты из-за кулис походкой супермодели вышла сияющая от радости Фригга. — Согласно правилам конкурса, Вы должны показать публике какой-нибудь номер, — сообщил девушке конферансье, не спеша вручать награду. — Спеть, станцевать или показать сценку. В крайнем случае можно стишок рассказать. — Да хоть всё сразу! — рассмеялась она и потрясла головой, отчего её волосы, собранные в два хвостика, забавно растрепались. Я только сейчас обратил внимание, что их кончики окрашены в ярко-рыжий: в подземном тоннеле особо не приглядишься. Фригга действительно начала исполнять какую-то танцевальную песню, но я её почти не слышал, с головой уйдя в размышления. С одной стороны, я был счастлив, что с Фриггой ничего не случилось, и сейчас она здесь, рядом со мной, в безопасности, стоит на сцене и смеется, как и положено девушке её лет, но с другой… я понимал, что оставлять её без присмотра нельзя. И о чем только Рэй думал, когда бросил её одну? Ах, да, я же сам попросил его прилететь на Зару. Наверняка ему трудно было решиться, но он все-таки полетел. Возможно, если бы в тот день он остался с Фриггой, всем было бы лучше, хотя… Сейчас этого уже не узнать. В любом случае, как показала практика, оставлять Фриггу одну опасно: никогда не знаешь, какая забава придет ей в голову. Одно только подземелье чего стоит… Нет, за ней нужен глаз да глаз. И что делать? Отдать на попечение Ники? Ну уж нет. Только не после того, как смотрел на неё бедняга Ричард. Отвезти на базу к Леоноре и Тору? Тоже не вариант: слишком велик риск, что кто-нибудь проболтается. Оставалось только одно решение, которое мне было не по душе: взять Фриггу с собой, чтобы она, по крайней мере, все время была под присмотром. Это решение привело меня в такой ужас, что я прокусил губу до крови и теперь ощущал ее солоноватый, с недавних пор полюбившийся мне вкус: он будто возвращает к реальности. Страшно даже подумать, что ждет это наивное создание рядом со мной. И неужели ей придется открыть правду о том ужасе, что творится сейчас в галактике? Неужели придется рассказать про демонов и апокалипсис, по то, что наша цивилизация висит на волоске, и лишь от меня зависит, суждено ли человечеству выжить? Да уж, все звучит настолько абсурдно и дико, что девчонка либо совсем свихнется, либо… просто мне не поверит, посчитав, что я все выдумал для интереса. Выдумал для интереса… А что, весьма неплохая идея на фоне всех остальных. Во всяком случае, попробовать стоит. Все лучше, чем бросать Фриггу здесь. — Эй! — дождавшись, когда она закончит выступать и, получив приз, спустится со сцены, я негромко её окликнул. — Фригга! Услышав свое имя, «супергероиня» вздрогнула, резко повернула голову, да так и застыла, встретившись со мной глазами. — Откуда ты меня знаешь? — спустя секунд двадцать этой игры в гляделки, спросила она, несмело делая шаг мне навстречу. — Не узнала? — я старался говорить непринужденно, под стать колориту фестиваля, хотя внутри у меня все натянулось. — Ты… Локи, — обескураженно прошептала девушка. — Ну, вроде того. — Настоящий Локи, не подделка, правда ведь? — Фригга смотрела на меня как на чудо природы, и я живо вспомнил все то, что рассказывал Рэй. — Правда. — Как ты сюда попал? — Почти так же, как ты. — Ну нет, это вряд ли, — девушка попыталась рассмеяться и как-то скрыть бурю овладевших ею чувств. — А я более чем уверен. У меня есть и второе имя. Как у тебя, Лучик. — Ты Айсберг?! — и вновь попытка держаться невозмутимо с треском провалилась. — Глазам своим не верю. Вот что значит идти без фонарика! Так получается, мы с тобой уже знакомы! Это просто невероятно! Быть не может! Наверно, я сплю! — Успокойся, все нормально. Мне не хотелось, чтобы Фригга так нервничала, но я понимал, что так или иначе она должна через это пройти. — А кто говорит, что ненормально? Я очень рада знакомству с тобой! Я о тебе в галактический сети читала. — И как впечатление? — Не скажу, что тащусь от тебя, но… ты прикольный. — Спасибо. Ты тоже. — Когда я полезла в этот портал, ты был обо мне иного мнения. Но как ты там все-таки оказался? Ты, Локи?! — Я тебе уже говорил: уходил от преследования. — Но кто мог преследовать… тебя? — наивной Фригге казалось, что так быть не может. Как мало она знает о нашей жизни… Такие люди как я чаще всего и становятся жертвами. — Как у ГалаБеза хватило наглости? — Ну… это очень долгая и запутанная история. — Обожаю такие. — Ну ладно. Понимаешь, я, как и ты… ну… играю. — Я так сразу и поняла, когда ты назвался Айсбергом. — Так вот, эта игра называется «апокалипсис». — Звучит многообещающе. — Да, именно. Представь себе, что кроме нашего мира еще существует другой, с другим пространством, временем и иными законами. И населяют его совсем непохожие на нас существа — демоны. — Демоны. Надо же… А какие они, демоны? — У них нет тела, и они невидимы. Сгустки высшего разума, наделенные практически абсолютной мощью. Они всегда наводили на наш мир ужас, но потом… люди их вконец разозлили, и тогда демоны… — Решили устроить апокалипсис! — Схватываешь налету. — А ты, стало быть, должен его предотвратить? — Точно. На мои плечи возложена великая миссия — спасти наш мир от той ужасной участи, что уготовили ему демоны, — я нарочно говорил с пафосом, показывая, что играю. — Но люди в апокалипсис не верят, так что я… почти совсем один. — Уже нет, — девушка переняла мой возвышенный тон. Все казалось таким нереальным, что хоть торжественную мелодию из героических кинофильмов включай. Впрочем, именно этого эффекта я добивался. — Только не теперь, когда волею судеб наши дороги пересеклись. Я пойду с тобой, и мы спасем мир вместе! Только вдвоем мы сможем бросить вызов самым злобным и самым могущественным существам! Фригга так старалась сыграть бесстрашную героиню, что мои губы непроизвольно растянулись в улыбке: из моей мамы вышла бы великолепная актриса. Так может, и в зрелом возрасте она играла непобедимого супергероя, причем играла так хорошо, что люди, и враги, и друзья, в эту игру поверили? Быть может, эту роль она пронесла через всю свою жизнь, но с возрастом образ стал менее пафосным и более взрослым? А в душе… живой человек, такой же как я, переживающий, неуверенный до конца в своих собственных силах. Но даже если её железная твердость была игрой, эта игра помогла ей выстоять и пройти через все испытания. Реальные испытания. И, возможно, если сейчас я буду играть вместе с Фриггой в спасителя мира, мне станет немного легче? — Ну так что, примешь меня в игру? — спросила Фригга, выдержав приличную паузу. — Айсберг, я в полном восторге. Выдумать такую историю… У меня бы воображения не хватило. — Это еще что. Вот пора… то есть поиграешь со мной в команде, и тебе откроются все подробности. От них мурашки пойдут по коже. — Жду не дождусь. — Только прежде запомни одно правило. Моя игра — вещь очень серьезная. Она на стыке реальности и фантазий. И этой игре надо отдаваться полностью, забывая, что все это выдумка. Нам нужно абсолютное погружение. Справишься? — Да я только за! Чем реалистичнее, тем лучше. Я если играю, то ухожу в игру с головой, и даже начинаю искренне верить. — Правильно, так и надо. — Ну, что, в игру? — Да, в игру. — Насчет три? — Раз, два, три! — Так стало быть, с этой минуты мы с тобой в одной команде, Айсберг? Может, теперь посвятишь меня в свой план? — Эм… — плана не было и в помине, и потому начать я решил с бытовых вопросов. — Прежде всего отыщем гостиницу, где мы могли бы поужинать и переночевать.
