Парадокс Всемогущества. Затмение

***24 марта 2028 года***

      - Вот нас и одним меньше стало, Оуэн, - сказала Энн.       В комнате для посещений находились двое: Энн сидела за столом, а Оуэн лежал в кресле - и только оно сейчас держало его тело. За дверью находилась медсестра, готовая по первой просьбе прийти на помощь. Издалека доносился приглушенный шум голосов.       Оуэн посмотрел на Энн, пошевелив одними глазами, и дернул щекой.       - Лорикс все-таки ушел искать Стива, - сказала Энн. - Говорит, ему Шарк поможет - у них же какой-то договор. Остается только надеяться, что поиски увенчаются успехом.       Оуэн отвел взгляд. Кресло зашевелилось и подвезло его к окну - большому, высокому. Старая привычка, со временем лишь ставшая явственней: когда Оуэну грустно, он не хотел, чтобы его лицо видели.       - Кэт в порядке... Относительно, - продолжала Энн. - Врачи так и не определились с диагнозом, зато ситуация не ухудшается, как обычно бывает. Она написала Стиву ответ и теперь ждет следующего письма. Интересно, что за пурпурные плащи, которым следует сдаваться - не те ли, что однажды похитили Дюбуа?       Оуэн смотрел в окно. Где-то внизу проезжали машины - из окна видно было арку Поликлиники №1, нависающую над проспектом. Машин стало заметно меньше - теперь на дорогах гораздо просторнее.       - Все-таки я пессимист, Оуэн, - усмехнулась Энн. - Ты наверняка на моем месте веришь, что Лорикс и Стив вернутся. А мне все кажется, что война - билет в один конец...       Оуэн развернулся и посмотрел в лицо Энн. Только ничего не осталось уже от привычного задорного взгляда - в глазах его за прямоугольными очками читалась лишь тревога. Мышцы щек его задергались, но ни слова он так и не сказал. Кресло подвезло его ближе к Энн - та положила голову лбом на стол.

***29 марта 2028 года***

      В небе высоко над облаками летел сверкающий самолет Антонио Шарка. Конвой из семи истребителей окружал его со всех сторон, и каждый из пилотов был готов отдать свою жизнь, сражаясь за Лидера. Внутри самолета - Шарк и Лорикс, летят в сторону, где растянулся китайский фронт.       Лорикса одолевали смутные мысли. Он не знал, сколько времени пройдет до тех пор, как удастся найти Лейна - может, несколько дней, а может, и несколько месяцев. Улетая на фронт, он потерял связь со своими друзьями в Столице и не мог узнать, что сейчас с ними. Единственный хорошо знакомый ему человек здесь - это Антонио Шарк.       Райли смотрел в иллюминатор - внизу облака, такие же серые, как и с земли. Но сверху раскинулось ясное небо, в котором ярко сияло Солнце. Стекло иллюминатора искрилось и казалось таким тонким, что стоит чуть-чуть нажать - и оно расколется, посыплется мелкими осколками в море облаков.       Лорикс видел фотографию современной Земли из космоса: почти сплошной светло-серый шар. Для интереса он нашел довоенные фотографии - красивые зелено-желтые материки перемежались с голубыми океанами, и картину дополняли белые завитки облаков. Лорикс подумал, что хорошо бы до того, как Луна упадет на Землю, сквозь тучи пробился солнечный луч...       Самолет стал приземляться. Он пролетел через серый туман и вынырнул уже снизу: в мрачный, дождливый, ветреный мир. Лорикс видел из иллюминатора, как грозные истребители разлетелись в стороны - и вскоре самолет Шарка коснулся посадочной полосы: загудели шасси. Капли дождя на иллюминаторе мешали разглядеть базу, где остановился самолет, но видно было какое-то большое приземистое здание. Прилетели.       Закутавшись в черно-синий дождеплащ, Лорикс спустился с трапа самолета. Он увидел, как развевается под ветром серый дождеплащ Шарка, а тот раздает указания подошедшему офицеру. Спустя некоторое время Шарк сказал громко, но все тем же ровным голосом:       - Лорикс, за мной.       Лорикс пошел вслед за ним в сторону здания, светящего окнами во влажном сумраке. Когда они подошли ближе, стало видно, как над входом ветер треплет флаг Ветеранов: белое полотно, рассеченное пятью косыми синими полосами. Шарк открыл дверь и вошел внутрь - Лорикс последовал за ним.       - Это одна из наших важнейших военных баз, - сказал Шарк уже внутри. - Во время Войны она была известна как Девятый Объект. Сейчас именно здесь находятся силы Малого Маскарада: пурпурные плащи - это они. Это элитный отряд умелых и хорошо оснащенных бойцов, которые будут перемещаться по Китайскому фронту с северо-востока на юго-запад и наносить решающие удары по позициям врага. Они поднимут на ноги каждый лагерь врага, поэтому с почти стопроцентной вероятностью наткнутся на твоего друга. Теперь для него главное - не оказывать им сопротивления.       - Благодарю, Лидер, - ответил Лорикс.       - Можешь здесь осмотреться. В восемь часов после полудня придешь в кабинет сто шестой с этой печатью, - Шарк дал Лориксу бумагу и ушел по коридору.       Лорикс развернул бумагу - внутри текст, озаглавленный как «Особый приказ о заселении». В углу бумаги стояла синяя печать с хорошо знакомым полосатым флагом и надписью по окружности: «Подтверждено Лидером Армии Ветеранов Антонио Шарком».       - Лорикс? - позвал голос слева.       Лорикс посмотрел сторону и увидел на скамейке Миру Рейнолдс - второго человека, кто знал об истинной личности Шарка.       - Привет, - сказал он. - Ты теперь тоже с нами?       - Мне пришлось. Шарк рассказал мне правду об этой войне, и я не могла оставаться на стороне тех, кто стремится ее продолжить.       Лорикс присел рядом на скамейку.       - Правду? Какую конкретно правду?       - Тринадцатый советник - это Око, про которое говорил Райли, - сказала Мира. - Оно сейчас единолично правит Государством. Но главная его проблема - оно выносит решения непосредственно на основе данных о желаниях людей. Когда Шарк только поднял восстание, все люди хотели одного - победить его. А все эти агитации, призывы, они ведь только подогревают это желание. Поэтому Око - Тринадцатый советник - не будет договариваться с Шарком. Из-за него люди будут гибнуть в попытках его уничтожить.       - А есть какой-то способ остановить его? - спросил Лорикс. - Об этом Шарк не рассказывал?       - Он говорил, что на его стороне один из создателей Ока, - ответила Мира. - Но это мало что меняет. Оно смогло перестроиться и теперь неуязвимо к его атакам. Око собирает информацию через интернет, который теперь почти везде недоступен, поэтому оно не видит желания большинства людей - тех, которые сражаются на фронте. Сейчас у нас есть два варианта: сдаться - или победить его силой.       - Шарк рассказывал, что сила у него есть, - сказал Лорикс. - Какие-то элитные отряды, которые скоро вступят в бой. И все, как ни странно - Ветераны...       - Ветераны, - вздохнула Мира. - Задумывалось как название для тех, кто прошел Войну с Шарком и решил вернуться. Но сейчас много истинных ветеранов против него, а под его флагом сражаются и те, кто по Войне Шарка не знал. Кстати, Лорикс, почему ты здесь?       - Мой друг, Стивен Лейн, по ошибке попал в Государственную Армию. Он ученый, его не должны были призвать. Шарк - моя единственная надежда найти его живым.       - Ты очень хороший друг, Лорикс, - сказала Мира. - Обычно в таких ситуациях люди просто сидят и надеются.       - Чистые учили меня предпочитать действие бездействию. Я бы не смог жить с чистой совестью, если бы знал, что мог исправить ситуацию, но не исправил. Да и к тому же Шарк единственный, кто дает мне почувствовать, что я нужен делу. Что мои знания даны мне не зря.       - Но он все равно использует тебя. Ты, как и все остальные - инструмент для Шарка. Когда он получит от тебя все, что хотел, он оставит тебя позади. Вряд ли ты хочешь такого разочарования.       - Мира, я даже не человек толком. Да, я взрослею, как человек, чувствую, как человек - но у меня, в отличие от всех остальных, есть конкретная цель. Меня растили, как сосуд для знаний, и погрузили в тысячелетний сон, чтобы я эти знания передал. Райли бы не вернулся в прошлое без меня, Шарк бы не знал, чем грозит астероид, без Стихов Аллокмира. Я не знаю, почему всеми моими знаниями пользуется только один человек; но мое предназначение - передать их. Я был создан, как инструмент, поэтому если Шарк будет пользоваться мной, как инструментом, я смирюсь.

***30 марта 2028 года***

      На влажном ровном асфальте строем стояли люди в необычной униформе: пурпурных плащах с капюшонами и одинаковых масках, чем-то напоминающих лицо совы. На левой руке у каждого из них, с локтя и до кисти был металлический каркасный аппарат, из которого вперед выходили два небольших шипа. На небольшую трибуну перед ними поднялся Антонио Шарк, держащий в руке фервайтор, а за ним - человек в маске медведя.       - Приветствую вас, господа, - сказал Шарк. - Для меня честь стоять перед вами - избранными воинами Маскарада. Вы долго учились, долго готовились, долго ждали. И настал день, когда вы переломите ход войны в нашу сторону.       Лорикс стоял в стороне, слушая речь Шарка. Тот говорил без эмоций, не агрессивно, как большинство военачальников перед боем - его голос был по-прежнему ровен и холоден, и в этом была его сила. Шарк не настраивал своих воинов на бой - он внушал им, что они уже победили.       Человек в маске медведя стоял рядом, скрестив руки на груди. Его фигура выглядела мощнее, чем фигура Шарка, и была покрыта таким же пурпурным плащом, как и воины перед ним. Лорикс не знал, в чем его предназначение, но понимал, что за маской скрывается один из предводителей Ветеранов.       - Каждое ваше действие - шаг к нашему триумфу, - сказал Шарк. - Поэтому разбейте же силы врага. Да будет ваша рука верна, а разум ясен. Файхен.       С дальнего от Лорикса конца строя быстрым шагом пошел перед воинами человек в маске лиса. Он поднял правую руку, согнутую в локте, и Лорикс узнал блестящую серую перчатку на ней. Воины, мимо которых проходил Лис, шли за ним, а затем заходили в фургоны, стоящих тут же, на площади. Один за другим фургоны уезжали вдаль.       - В первом бою погибнут трое, максимум - четверо из них, - сказал Шарк, подойдя к Лориксу. - Дальше они гибнуть не будут вовсе.

***

      Роберт Гексли стоял за небольшой сборной сценой на площади Девятого Объекта. И сцена, и пространство за ней были покрыты брезентовым навесом, поэтому за дождь можно было не беспокоиться. На небольшом столе перед Гексли лежал кейс с одной из его скрипок, которую не жалко будет испортить в походных условиях.       Гексли щелкнул замком и открыл крышку. Достал смычок, натянул волос, провел несколько раз канифолью. Затем положил на плечо черную матовую скрипку, коснулся струн - разумеется, нужна настройка. Гексли покрутил небольшие винтики в основаниях струн, на слух натянул их, чтобы звучал подходящий звук. Провел смычком по всем четырем, зажав пальцами - прозвучал благозвучный аккорд.       Когда он впервые пришел к Шарку, тот сразу его узнал. В присущей ему строгой манере Шарк изложил Гексли о том, куда ему придется полететь и перед кем выступать. Но все-таки Шарк принял к сведению мастерство скрипача и силу музыки, приказав давать концерты перед своими лучшими бойцами. Незадолго до того, как Гексли пришел сюда, за эту сцену, до него дошла информация, что отряд Сов (так называли элитных воинов в масках) взял в плен половину одного из лагерей Армии, а остальных заставил отступить или уничтожил. Но для Гексли это не имело значения - все они люди, и все живут и чувствуют одинаково. Почти одинаково.       За сцену зашел Антонио Шарк.       - Вы готовы? - спросил он.       - Так точно, Лидер, - ответил Гексли.       - Все уже ждут вас на сцене.       - Вас понял, Лидер.       Гексли поднялся по темной лестнице на маленькую сцену. Прожектор во тьме ранней ночи светил ярко - так же, как на репетиции. Гексли не видел своих зрителей, не знал, много их или мало - это не имело значения. Он расставил ноги на ширину плеч, встал ровно, положил скрипку на плечо - как делал много раз подряд. Гексли прошел множество концертов, выступал перед самыми разными людьми - но почему-то именно здесь, на военной базе, ему было неспокойно.       Холодный влажный ветер залезал в рукава, в штанины и пробирал до костей. Гексли не видел зрителей, не слышал их - но знал, что они есть. Уставшие после сражения Совы, которым не светил отдых в ближайший месяц уж точно. Поэтому сейчас Гексли надо поддержать их - поддержать своей музыкой. Он уверенно положил смычок на струны, и в тишине ночи зазвучали призывные мотивы.