Consuelo o muerte?

      Маринетт нехотя разлепила глаза. Ну почему будильник всегда звонит не вовремя? Проклиная всё на свете, она встала и начала собираться. Стоило подойти к туалетному столику, как дремота тут же выветрилась, уступив место ужасу. Под глазами красовались синяки от недосыпа, а бледная кожа и темные волосы делали Дюпен-Чен похожей на панду — символ родины её предков. Умывшись, она полезла в косметичку и уже через полчаса привела себя в порядок. Благословен будь человек, который придумал ВВ-крем…       На завтрак времени уже не оставалось. Маринетт спустилась, попрощалась с родными и почти бегом выскочила из дома к автобусной остановке. Доехав до нужной станции, она вышла на площади Виктуар с возвышающейся в центре статуей Короля-Солнце. Обогнув площадь по периметру, Маринетт прошлась по Вид Гуссе и очутилась на улице Мей. Здесь, среди множества бутиков, рядом с художественной галереей располагался офис дома моды Gabrielle.       Маринетт хоть и опоздала на несколько минут, но вошла в здание в прекрасном расположении духа. Пройдя мимо стойки администратора, она поднялась на третий этаж. Там располагалось всего три кабинета: самого Агреста, Натали Санкер и тот, который она делила с Жозефом — тоже младшим ассистентом.       — Доброе утро, Маринетт. Ты восхитительна, как никогда!       — Доброе, — поздоровалась Дюпен-Чен. Вот так всегда. Стоило появиться в дверях, и коллега тут же осыпал комплиментами, как из рога изобилия. «Похоже, флиртующие напарники — моя карма», — Маринетт замерла перед большим зеркалом у входа. Костюм малахитового оттенка прекрасно гармонировал с чёрной блузкой и алой помадой на губах, а заключительным штрихом была элегантная брошь. Сегодняшний образ выглядел неплохо.       Маринетт села в офисное кресло и постаралась не замечать мечтательного взгляда Жозефа. В модный дом они устроились работать одновременно. Очевидно, Дюпен-Чен с первого взгляда понравилась кареглазому шатену. Он попытался ухаживать за коллегой, но поумерил пыл, когда узнал, что она встречается с Адрианом. Пока младший Агрест не погиб, их отношения оставались дружескими. Первое время Жозеф всячески подбадривал и поддерживал, и Маринетт была ему благодарна, однако после того, как она сняла траур, возобновил поползновения.       Он преподносил цветы, а иногда и дорогущие подарки, но Дюпен-Чен немедленно их возвращала. Она твердила навязчивому поклоннику, что усилия напрасны. Но останавливать Жозефа было все равно что запрещать Нуару каламбурить. Иногда Маринетт так и подмывало спросить коллегу, а не напарник ли он часом ЛедиБаг: поведением он в точности повторял Кота. А что до внешности… Кто знает, вдруг маскируется?       Чтобы хоть немного отвлечься от мыслей о Жозефе, Маринетт прокручивала в голове сон. Она получила ответ, вот только нужно было его правильно истолковать.       «Есть два пути решений, и развитья отношений». Значит, от выбора зависит не только её будущее, но и судьба Габриэля.       «По сердцу выбери ты путь и о другом скорей забудь». Легко сказать, если даже высшие силы тебе намекают на два варианта.       «Скорее выбери из двух, один лишь укрепит твой дух». Ну, здесь проще. Модельер поддерживал Дюпен-Чен после смерти Адриана, хотя отчаянно нуждался в помощи.       «В нём — всё, что любишь ты, вот и построй к нему мосты». В последний год она общалась с Габриэлем довольно тесно. Маринетт одна из немногих видела его и как холодного властного модельера, и как убитого одиночеством и горем мужчину. И некоторыми качествами он её сильно привлекал. Но вот достаточно ли этого?       «Если путь ты верный знаешь, то любовь не потеряешь». Верный путь. Что это? Неужели она сама знает ответ? С другой стороны, «любовь»… Более чем прозрачно. Может, все-таки нужно отпустить прошлое? Если чувства Габриэля так сильны, она будет счастлива… На душе у Маринетт немного просветлело. Пусть и не совсем предсказуемым образом, но Дюпен-Чен получила нужный ответ.       Утро в рутинных занятиях и размышлениях прошло незаметно. Маринетт и Жозеф как раз возвращались с ланча, когда их перехватила Натали.       — Маринетт, вас срочно требует месье Габриэль. А вы, Жозеф, идемте со мной, нам надо кое-что обсудить, по поводу ваших эскизов, — она поманила ассистента в свой кабинет.        Гадая, зачем её вызвали, Дюпен-Чен направилась к модельеру. Габриэль бывал в офисе раз в неделю, чтобы подписать кое-какие бумаги и провести несколько деловых встреч. Наверное, случилось непредвиденное, раз понадобилась её помощь. Дойдя до нужной двери и осторожно постучав, она услышала тихое: «Войдите» — и через мгновение очутилась в просторном, со вкусом обставленном кабинете. Т-образный стол, несколько шкафов с документацией, кипенно-белая обивка мебели украшена угольно-черными и светло-бежевыми узорами. Неброско, но роскошно.       Дюпен-Чен подошла ближе и поняла, что её не ждали. Мужчина, до этого расслабленно сидящий в офисном кресле и смотрящий в окно, повернулся и недоуменно воззрился на посетительницу.       — Вы что-то хотели, Маринетт? — Агрест не сводил удивленного, но меж тем грустного взгляда.       — Натали сказала, вы ждете меня, — растерянно ответила она.       — Скорее всего, ошиблась. Я вас не звал, — спокойно ответил модельер. На мгновение взгляд потеплел и Маринетт слегка смутилась.       — Я, пожалуй, пойду. Извините, если побеспокоила, — промолвила она и, резко развернувшись, быстро покинула кабинет.       Маринетт брела по коридору, все еще ощущая на себе взгляд Агреста, и лихорадочно соображала. Интересно, зачем Натали солгала? Или в самом деле ошиблась? Полная раздумий, Дюпен-Чен вернулась в кабинет. Сначала она не заметила ничего необычного, но потом её взгляд упал на золотисто-коричневую вазу с благоухающим букетом анютиных глазок. Все оттенки фиолетового, белого и бордового, с нежно-жёлтыми вкраплениями. Листья сверкали в ярких лучах полуденного солнца, будто выточенные из драгоценного камня. Маринетт невероятно обрадовалась. Вот только чей это подарок? Жозеф обычно покупал розы… И тут внутри будто что-то щелкнуло. А может…       Усевшись в кресло, она внимательно осмотрела букет и обнаружила записку. Дюпен-Чен тут же раскрыла листок.       — «Не могу забыть», — прочла она вслух. Почерк был знакомый, поскольку часто мелькал на утвержденных эскизах.       Значит, букет прислал Габриэль. Как… символично. Анютины глазки еще называли «цветами памяти». На них можно было гадать на суженого. Это своеобразное извинение за вчерашнее? Или признание в любви? Вроде как парень, который стесняется сказать «люблю», присылает девушке в подарок именно анютины глазки... Эх, сейчас бы сюда Роуз. Она знала «Селам» как свои пять пальцев и точно бы подсказала верное значение...       Мысли прервал Жозеф. Взгляд парня зацепился за букет, и на лице отчетливо проступило: «Кто его прислал?!» Дюпен-Чен едва подавила смешок. Всё верно, коллега. У вас появился конкурент, да не простой, а имеющий все шансы стать счастливым победителем. ***       Маринетт медленно шла вдоль площади Виктуар, когда услышала громкие крики. Она тут же сообразила, что на подходе очередной акума, и завертела головой в поисках злодея. А потом чуть не подпрыгнула от неожиданности: на макушку приземлилась алая роза.        Дюпен-Чен сбросила цветок на землю и поискала глазами какое-нибудь укромное место для превращения. Зачем понадобились розы? Противник решил покорить всех девушек Парижа? Маринетт усмехнулась. Горожане в суматохе укрывались в домах и магазинах, толпа быстро рассеивалась, и Дюпен-Чен шмыгнула в ближайший закоулок.       — Тикки, давай!       Яркая вспышка, и слой спандекса обтянул тело, будто вторая кожа. На лице появилась рубиново-красная маска, и из обычной жительницы Парижа Маринетт превратилась в бесстрашную героиню. Метнув йо-йо, она взлетела на крышу и стремглав побежала на поиски одержимого.       След найти было нетрудно: подсказали громкие крики людей. Злодей убегал всё дальше, но ЛедиБаг нагнала его на Марсовом поле. Точнее, её. Это была девушка с несколькими алыми прядями в густых каштановых волосах, одетая в элегантное бордовое платье, затянутое цветочным поясом.        Леди ахнула. На дорожках, на газоне, всюду росли огромные кроваво-красные розы. Маринетт невольно подумала о бестактно прерванном романтическом свидании. Она притаилась за большим раскидистым деревом, осторожно следя за противницей. Темная сила заключалась в магическом луке: прямые попадания заколдованных роз превращали жертвы в цветы.       — ЛедиБаг! Ты всё-таки явилась? Отдай мне талисман! — злодейка немедленно направила всё внимание на неё.       На вызов Дамы Цветов, а именно так она назвала себя, ЛедиБаг не откликнулась. Дама вдруг неподвижно застыла. Перед её глазами появилась фиолетовая дымка, и она с кем-то заговорила. Нуар бы непременно заметил, что беседы с собой — верный признак сумасшествия. «И где его только квами носят?» А девушка всё говорила, но, к счастью, Леди отлично знала, кто собеседник.       — Как скажешь, Бражник. Сначала ЛедиБаг, а потом я доберусь и до Агреста! — пообещала Дама, и дымка рассеялась.       Сердце неприятно ёкнуло. «Опять?! Да сколько можно!» После гибели Адриана все акумы охотились за Габриэлем. Модельер почему-то стал не менее важен, чем серьги-талисман и кольцо Кота Нуара. Что же такого старший Агрест натворил, что его преследует главный злодей Парижа? «Может, Бражнику не понравилась его новая коллекция?» — и снова голос Нуара в голове. Но ЛедиБаг мотнула головой и избавилась от лишних мыслей. Хватит прятаться. Время для битвы.       Она бросила йо-йо, чтобы вырвать из рук злодейки волшебный лук и связать её, но попытка не удалась: Дама Цветов сделала сальто и отпрыгнула в сторону.       Выпад йо-йо... Промах... Снова промах... Снова стрела... Ох, почти попала! Если бы ЛедиБаг не отскочила, то познала бы все прелести жизни в виде растения. И почему она сегодня такая рассеянная?.. Целый каскад стрел… Нуар непременно прикрыл бы ей спину. Он обязательно помог бы. Как же не хватает верного Кота, который отвлек бы злодейку, выиграл бы время, чтобы продумать план, разрядил бы обстановку хоть и глупыми, но всё-таки смешными каламбурами.        ЛедиБаг никак не удавалось применить СуперШанс — злодейка стреляла без остановки. «Надо бы отойти подальше от людей, иначе Париж превратится в огромную мяужерею», — в который раз прозвучал в голове голос напарника. Но вот проблема: на Марсовом поле слишком много туристов. А сражаться, одновременно перепрыгивая с крыши на крышу, — не верх удобства. Так что выбор не велик.        ЛедиБаг метнула оружие в злодейку, и та предсказуемо отпрыгнула. Пока Дама Цветов перегруппировывалась, героиня шмыгнула за ближайшую зеленую изгородь.       — СуперШанс!       Заветное слово наконец-то слетело с губ, и в руки Леди упал бумеранг. Выглянув, она обнаружила одержимую: её держали мощные цветочные побеги. При виде цели Дама Цветов натянула тетиву лука и направила стрелу.       — Допрыгалась, ЛедиБаг! Я заберу твой талисман!       Леди уже понимала, что акума прячется в оружии. Отойдя на несколько шагов назад, она подняла бумеранг на уровень головы, прицелилась и метнула снаряд. В яблочко. Лук раскололся на части, акума вспорхнул в воздух, и героиня очистила насекомое при помощи йо-йо.       — Лети, маленькая бабочка, — бросила она на прощание.       ЛедиБаг оставила девушку приходить в себя на газоне, а сама скрылась.