Нити судьбы

Близился день Огненного солнцеворота. В Азероте это день летнего равноденствия. В преддверии его в Даларане открылась новая ярмарка, улицы запестрели разноцветными лентами, в воздухе плавали небесные фонарики, а в жаровнях танцевал зачарованный огонь. На кухне у камина сидела Алариэль. Ее свежевымытые волосы отблескивали в свете огня. Шаги позади, заставили ее обернуться. В дверях стоял Фили. Пытаясь скрыть восторженно смущенный взгляд, он подошел к Алариэль. «Я сделал их для тебя», - бархатным голосом, тихо произнес он и протянул Алариэль шкатулку. Улыбнувшись, она приняла подарок. Голубовато-серый металл приятно холодил руки, нажав на защелку замка, Алариэль увидела, как на шелковой подложке лежат серебряные заколки, исписанные рунами и инкрустированные нефритами. «Это моя дань уважения тебе и благодарность», - почти шепотом произнес Фили. И помедлив, добавил: «Позволь я их в плету? У меня это вполне не дурно выходит». Алариэль колебалась секунду, но обезоруживающая улыбка молодого дворфа очаровывала. Эльфийка согласилась. Наблюдая за этой картиной тайком из гостиной, Грох прошептал Торину и Кили: «Грех, в столь чарующий вечер не накатить огневиски друзья мои!», - и, стараясь не издавать лишних звуков, трое выскользнули из дома. Костяным гребнем Фили бережно расчесал ниспадающую медь ее волос. Осторожно отделяя пряди живого шелка, он сплетал их в струящиеся огнем косы и усмирял их холодным зажимом металла. Нефриты играли всеми оттенками зеленого и подчеркивали красоту ее глаз. Фили любовался затаив дыхания и слушая учащенно забившиеся сердце Алариэль. За короткий промежуток времени он очень привязался к ней. «Пойдем, погуляем?» - предложил он. Алариэль подняв на него глаза, одарила Фили нежной улыбкой, произнесла: «Пойдем». Сумерки поглотили город. В таверне у Ясмин трое обсуждали увиденное. «Он дворф», - настаивал Кили. «Малыш, в этом мире союзы между рас обыденное дело, правда, если я увижу тебя с мохнатой тауренкой, я сам пущу тебе стрелу в лоб», - отозвался Горх. Торин хмыкнул в ответ. Кили в знак протеста покачал головой. Грох продолжил: «А теперь, мои друзья, я как старый закоренелый холостяк дам вам пару советов». «Я думаю, в этом вопросе мы не настолько безнадежны», - перебил его Торин. «Не скажи», - прихлебывая из кружки огневиски, продолжил Грох. «Видите то ожерелье?» - сказал он, показывая на шею одной из официанток. «Я таких тысячу уже наклепал», - отмахнулся Кили. «А дядя, наверное, все три тысячи!» «Эти ожерелья двойные, если вы помните», - сказал Грох. «После того как ювелир отдает их чародею. Чародей накладывает на них печать связи. И если девушка предлагает мужчине вторую половину, это значит, она выбрала его в супруги». Торин и Кили переглянулись. «Хотя я не думаю, что утром мы обнаружим вторую половину ожерелья Алариэль на шее Фили», - прихлебнув огневиски, закончил Грох. Торин посмотрел на плескающуюся в его кружке жидкость и одним глотком осушил ее до дна. Он всегда хотел для своих племянников крепкую семью, надежный дом и мирной жизни. Быть может, ему еще удастся дать им это. «Хотя, вероятность этого все же есть!» - заговорчески сказал Кили и смех разразился над их столиком. Выпив еще по одной и выразив свое восхищение и благодарность обворожительной Ясмин, компания выдвинулась домой. Напевая развязную песню, они не спеша шли по улице. Обнаружив, что ни Фили, ни Алариэль дома нет, Грох и дворфы разбрелись по комнатам. Торин зашел в свою комнату, скинул сапоги, стянул рубашку. Сон не шел. За окном канонадой гремели фейерверки. Прошло столько времени как они покинули Средиземье. Тоска до сих пор сжимала сердце, и грусть накрывала пеленой. Но отмахиваясь от тяжелых мыслей, он и его мальчики жили новыми днями. Мир вокруг них изменился, и изменялись они сами. Торин вышел на лоджию и оторопел. На фоне огней фейерверков стояла Она. Столько времени он прятал в себе эти воспоминания, украдкой прикасаясь к фреске, тревожил сокровенные чувства. И теперь она стоит, всего в нескольких шагах, задумчиво устремив взор своих голубых глаз вдаль. Торин стоял не дыша, боясь встревожить, боясь, что это мираж. Она тяжело вздохнула и, не видя его, скрылась в своей комнате. Этой ночью многие обитатели дома не сомкнули глаз. Воспоминания и мысли терзали Торина. Что ей сказать при встрече, какие слова подобрать? Мучаясь бессонницей, он лежал и смотрел в потолок. И когда рассвет заблещил на горизонте, он спустился в холл. Из кухни тянулся запах крепкого настоя трав. Торин заглянул туда и чуть не столкнулся с Элин. В ее миниатюрных руках была кружка с чаем. «Я чуть тебя не обварила», - испуганно прошептала она. Слова сами вырвались из уст дворфа. «Я Торин, сын Траина и внук короля Эребора Трора», - и элегантно поклонившись, добавил: «Предлагаю заново завязать знакомство». На секунду Элин оторопела, прейдя в себя, представилась « Я Элингоса, дочь лорда Терона из рода Лор'темар. Наследница трона кровавых эльфов, но зови меня просто Элин». И осторожная улыбка коснулась ее губ.