Академия шоколадных искусств

Город слегка просматривался в морозной дымке. Шум колес слышался повсюду, небольшие пробки на дорогах портили настроение автомобилистам с самого утра. Я тоже стояла в пробке, таксист попался на удивление спокойным, и казалось, что этой пробки для него не существует также как и для меня. Он безразлично всматривался в караван впереди столпившихся машин и лишь изредка нажимал на газ, чтобы продвинуться дальше. Мое сознание потонуло где-то глубоко внутри и сейчас абсолютно ничего не могло меня заинтересовать. Наверное, со стороны я была похожа на бесчувственную куклу. Даже по приезде к дому, когда пробку мы уже миновали, я увидела знакомый фасад дома, а водитель попросил заплатить нужную сумму, я не слышала ничего. Протянула ему самую крупную купюру, что была у меня и вместе с чемоданом медленно выползла из машины. Водитель всеми силами старался достучаться до меня, пытался что-то вернуть назад, но я просто кивнула ему и захлопнула дверь. Отца дома не было, судя по запертой двери. Запасной ключ он всегда хранил под лестничным маршем нашего крыльца. Он явно удивится, когда по возвращению застанет свою дочь дома. Но он же так этого хотел, что даже заключил пари с ректором. Нет, на отца я уже не злилась. Эта злость по дороге домой просто улетучилась и я не хотела ругаться с ним, поднимать скандалы или устраивать истерики. Пускай все идет так как должно идти, а я сделаю вид будто ничего об этом не знаю. Мой отец не имеет понятия, какие отношения связывают меня и кондитера, а посему поведать ему о причине возврата не очень хорошая идея. Поэтому я запретила себе рассказывать о чем-либо. Мне легче было солгать, чем признаться, что отец мистера Вонки не оценил его дочь и отправил к себе домой, чтобы на досуге она заглянула в зеркало и поняла, что не стоит его сына. Да чтоб ему провалится со своими нравоучениями! Познакомившись с отцом мистера Вонки поближе, стало ясно, что мой отец по сравнению с ним еще божий одуванчик. Теперь понятно, почему кондитер сбежал из дома. Рядом с таким родителем он бы никогда не добился того, что у него есть. Вероятнее всего он был бы сейчас обычным и ничем не примечательным жителем страны. Работал бы на обычной работе, жил бы в обычном доме, а не славился на весь мир. А самое главное занимался бы совершенно неинтересным ему делом, и жил под контролем отца. У мистера Вонки есть характер, есть стержень, который подтолкнул его к побегу. Я и представить не могла, как ему было тяжело одному в жестоком мире и, тем не менее, он добился немыслимых высот. Сколько ему пришлось пережить в одиночку подумать даже страшно. Смогла бы я уйти в подростковом возрасте от своего отца? Не думаю, что во мне есть столько решимости, чтобы отважиться на побег. Определено у меня бы ничего не вышло, да я и не хотела уходить. Как может быть одинокий вечер без папы и его фирменного ужина? Без его шуточек после рабочего дня и похвалы моих оценок в школе? Без его поддержки, когда мне плохо и его воспитательных лекций? Мои мысли прервал стук входной двери и звон наших колокольчиков на первом этаже. Я слышала, как папа разувается, проходит в гостиную наверняка видит мой чемодан, который стоит посреди комнаты... – Микаэла?! – раздается папин голос снизу. Я слышу торопливые шаги по лестнице. Дверь в комнату открывается, и я вижу на пороге своей комнаты отца. Немного бледный и уставший он одарил меня удивленным взглядом, а затем спросил: – Что случилось? У него были все основания на то, чтобы задать этот вопрос. Я сидела на своей кровати, в зимнем пальто даже не раздевшись с дороги, и смотрела себе под ноги, разглядывая пушистый ковер. Подавленный вид говорил за меня, но ведь бывает же много причин для грусти... – Мика, ты слышишь меня? – отец прошел в комнату и осторожно присел рядом, обнимая за плечи. – Я...Завалила экзамен, и мне пришлось вернуться домой, – вновь опустила заплаканные глаза и мечтала лишь о том ,чтобы папа мне поверил. – Не расстраивайся, – неожиданно для себя услышала от мужчины, который обычно пользовался нравоучительными лекциями. – Жизнь на этом не заканчивается. Сейчас я видела перед собой любящего отца. Не того, который раньше пытался вбить мне в голову свое мышление и расставить свои приоритеты. Он явно догадался, что речь идет совершенно не об экзамене, и есть более веская причина, о которой ему лучше не знать. Сегодня я почувствовала себя настоящей дочерью, и на душе стало спокойней от того, что меня так быстро поняли. Мы сидели в молчании, думая каждый о своем. Мои мрачные мысли о будущем прервал отец: – Прости меня, – его пальцы на плечах сжались крепче. – Это моя вина... Если бы ты пошла, учиться туда, куда хотела с самого начала этого бы не произошло. – Ты не представляешь, как я благодарна тебе за то, что ты отправил меня именно туда, – искренне ему улыбнулась, и это была чистая правда. А вот отец сильно удивился, и на его лице читалось негодование. – Пошли пить чай? – предложила я, и только отойдя от наваждения, поняла насколько замерзла. Руки до сих пор не отогрелись, а меня знобило от холода. Как оказалось погода в Лондоне отличается сильным морозным ветром, который пронзил меня насквозь, и даже теплое пальто не противостояло такому холоду. – Я как раз сегодня приготовил яблочный пирог, – отозвался папа и бодро зашагал на кухню. Пироги папы с моей точки зрения считались произведением искусства, поэтому, не заставив себя ждать, уже в теплой пижаме последовала за ним... POV Мистер Вонка В академию я как никогда возвращался в приподнятом настроении. Дела шли в гору, и я не сомневался, что на фабрике они идут также. Хотя некоторые сомнения все-таки терзали меня изо дня в день. Какое-то плохое предчувствие так и закрадывалось, стоило мне отвлечься от работы. Но я надеялся, что это лишь мои предрассудки и фантазии относительно папы. Мой отец ответственный человек и что касается работы, то на него всегда можно положиться. Я на самом деле так считал, до сегодняшнего дня... В академии царила гнетущая тишина. Многие студенты сейчас были на практике, поэтому коридоры пустовали. Секретарь в моей приемной встретил меня довольной улыбкой и сообщил обо всех происшествиях академии, а точнее о том, что за время моего отъезда ничего не произошло. Было в его взгляде то, что он пытался утаить от меня. Секретарь замешкался и, закончив доклад, вернулся на свое место. – Отец уже ушел? – спросил его, обнаружив, что мой кабинет пуст. – Еще рано утром он прибрался в кабинете, а затем сказал что уходит, – отозвался секретарь, а я подумал, что в моем кабинете и так всегда порядок. – Произошло что-то еще? – задал я наводящий вопрос, но секретарь только потупил взгляд и отрицательно мотнул головой. Должно быть, мне просто показалось, и в академии действительно все было без эксцессов и каких-либо неприятных ситуаций. Поведение секретаря, несомненно, вызывало подозрение в том, что он не договаривает. По всей видимости, это снова мои предрассудки. На фабрике тоже работа шла полным ходом и студенты, завидев меня, воодушевились, и радостные улыбки не сходили с их лиц. С каких это пор мне здесь так рады? Даже не припомню, чтобы студенты до такой степени прониклись ко мне симпатией. Может быть, это заслуги отца и ему удалось найти подход к студентам? Почему-то в это верилось с большим трудом. Если он за долгие годы так и не смог найти подход к собственному сыну, то что можно сказать о толпе обучающихся. Фабрика наполнилась безудержным весельем, и студентам было интересно работать. Такого энтузиазма и желания трудиться на занятии от них не дождешься. Они то и дело хихикали, особенно те, кто в паре закреплены за одним Умпа-лумпом. Глядя на все это из стен стеклянного лифта, проезжая по всем цехам я невольно улыбнулся. Каждый раз, когда студенты выходят на практику, то на фабрике царит приятная атмосфера наполненная радостью и смехом. Лифт мчался среди этажей и разнообразных цехов, где я наблюдал за прохождением работы. Мои работники мимолетно здоровались со мной и возвращались к своим делам. Проезжая мимо очередного цеха где по плану должна была быть на рабочем месте Микаэла Флорес я...ее не увидел. Взмах рукой и кнопка «стоп» резко сработала, останавливая лифт на месте. Двери нехотя разъехались и я, поздоровавшись с Умпа-лумпом, поспешил расспросить о девушке. Каково было мое удивление, когда он пожал плечами и рассказал что мисс Флорес, не появляется уже больше недели. С тех пор на рабочем месте он находится совершенно один, а что случилось с девушкой и в помине не знает. Становится все интереснее и интереснее, а история набирает новые обороты. Стало быть, я поторопился с похвалой папы, и в мое отсутствие в академии не все проходило гладко. В студенческое общежитие я еще ни разу так не торопился. Ведь если девушки нет на фабрике логично, то, что она находиться в своей комнате. Долго я стоял возле двери, не зная, какой предлог придумать для своего неожиданного визита... Хотя, о чем это я? Студентка прогуливает практику разве это не веская причина? С уверенностью постучал в дверь, одновременно поразмыслив, что входить без стука не совсем прилично, но ответа я не дождался. Еще один более настойчивый стук и снова тишина. Тогда я взялся за ручку двери и та, без каких-либо усилий слегка приоткрылась навстречу. Как оказалось, комнату девушки не запирали, но и это не принесло мне никаких плодов. Комната была совершенно пуста. Ни мисс Флорес, ни мисс Хэйг я здесь не наблюдал. Разница была лишь в том, что подругу блондинки я видел сегодня на рабочем месте в отличие от ее соседки. В комнате царил небольшой беспорядок, и казалось, что в ней значительно опустело. Что же все-таки произошло? Где Микаэла если ее нет в своей комнате? Меня захлестнула паника и одна очень занимательная мысль неожиданно посетила мою голову. В два шага я преодолел расстояние до шкафа мисс Флорес и с ужасом обнаружил, что тот оказался пуст. Я прекрасно догадывался, в чем дело и кто поспособствовал этому, а самое главное все дороги вели к отцу... POV Микаэла Флорес – Тебе нужно это выпить! – злобный рык отца заставил подскочить на месте и вновь недовольно сморщиться. Я отрицательно покачала головой и упрямо поджала губы. – Если ты не будешь меня слушать и делать то, что я тебе говорю, то жар никогда не спадет! – он всучил мне кружку с каким-то сомнительным отваром не мене сомнительных трав и с довольным видом сел наблюдать за тем как я все это выпью. – Па-а-п! – взмолилась я. – Ты не можешь принести мне обычного горячего чаю? К чему все эти плохо пахнущие травы? Запах из кружки, в который раз настиг меня, и я снова противно сморщилась. – Эти как ты выразилась, плохо пахнущие травы не раз спасали меня от простуды, –вкрадчиво объяснил отец и с укором взглянул на меня. Я долго сверлила взглядом зеленовато прозрачную жидкость и никак не могла решиться на глоток. Угораздило же меня заболеть сразу по приезде домой. Недомогание я почувствовала в тот же вечер. Голова кружилась и жутко болела, словно по ней стучит дятел. Всю ночь я ворочалась и не могла уснуть, а потом озноб внезапно захватил все мое тело. Проснулась я уже с большой температурой и насморком в придачу. Отец пришел в ужас от моего состояния и вот уже несколько дней не выходит на работу и окружает постоянной заботой. Сегодня к простуде добавился сильный кашель, который беспощадно раздирал горло. Отец взялся за мое лечение еще усерднее и отвары из трав вошли в мой ежедневный рацион. Через силу сделала глоток из кружки и, почувствовав горьковатый вкус жидкости, осушила кружку до дна. Со всей силы сморщилась, отвыкая от противного послевкусия. – Вот так бы сразу! – обрадовался отец моей решимости. – Сейчас принесу тебе чай. Облегченно выдохнула, потому что еще одного отвара мой организм уже не смог бы выдержать. Я не видела свой телефон уже несколько дней и думала, что наверняка мне не раз звонила Мирта. Волновать ее своим самочувствием сейчас хотелось меньше всего. Она сразу поймет, как только услышит мой осипший голос и громовой кашель. Поэтому перезвонить ей, как только мне станет немного лучше, было самым оптимальным вариантом. Про кондитера я вообще старалась не думать, дабы не впадать в депрессию. Я ушла из академии без предупреждения, а его отец даже и не подумает ему об этом сообщить. И как меня только угораздило так неудачно влюбиться! Корить себя за это было поздно. Что сделано, то сделано, и размышлять о том, что уже не вернуть назад глупо и бесполезно. Но хотела бы я вернуть все назад и не влюбляться в него? Вряд ли бы я справилась с такой трудной задачей. Мужчина привлек мое внимание в первый же день и до самого конца не выходил из моей головы настойчиво пробираясь в сердце... Постепенно меня сломила сонливость, и когда в глазах окончательно потемнело, я провалилась в долгий и мучительный сон... POV Мистер Вонка – Что это такое?! – от моего крика вздрогнули все присутствующие. – Вильям, зачем так шуметь? – папа как всегда притворялся непричастным ко всему произошедшему, и это раздражало больше всего. Он невозмутимо восседал на диване в моем кабинете и изредка отводил взгляд в окно. – Я спрашиваю, что это такое? – листок бумаги в моей руке жалобно треснул. – Приказ об отчислении, – поведение папы выводило меня окончательно. Секретарь сжался под моим взглядом, а я уверен сейчас там виднелись разъяренные молнии. – Я и без тебя прекрасно умею читать и уже давно разобрался, что это приказ об отчислении, а от тебя всего лишь требуется объяснить, почему на нем стоит моя подпись и подпись Микаэлы! Ты ведь нашел этот приказ у меня в ящике и решил пустить в действие?! – Вильям за кого ты меня принимаешь? – возмутился отец, едва я заговорил о его виновности. – Девушка сама пришла ко мне с просьбой, чтобы уйти из академии. Признаться честно я и сам удивился... – Хватит! – удар по столу отразился эхом в моем кабинете и мужчина резко замолчал. – Извините, можно? – дверь слегка приоткрылась и к нашей "дружной" компании присоединилась мисс Хэйг, подруга Микаэлы и по совместительству соседка. Человек, версию которого я хотел бы послушать больше всего. Собравшись с мыслями, и выдавив подобие улыбки, я вкрадчиво произнес: – Проходите, мисс Хэйг, – указал ей на место рядом со своим отцом, и девушка заметно напряглась, но отказываться не стала. – Вы меня вызывали, мистер Вонка? – она с любопытством рассматривала нашу скромную компанию и не внимала происходящему – Подскажите нам, пожалуйста, мисс Хэйг, где ваша соседка по комнате и почему я не наблюдаю ее на территории академии? – В день ее ухода она вела себя странно и сказала, что ей срочно надо уехать, потому что дома у нее какие-то проблемы. После этого она просто собралась и исчезла. Теперь я даже не могу дозвониться до нее и узнать как дела, – как и предполагалось девушка говорит чистую правду и это единственный человек, который не водил меня за нос. – Я же говорил тебе Вильям, девчонка ушла сама и я к этому не имею никакого отношения, – радостно пропел отец и вальяжно закинул ногу на ногу. – Какая глупость! – стопка бумаг с грохотом рухнула на стол от моей злости. – Разве я поверю, что она могла сама уйти? В любом случае если бы у Микаэлы были какие-то проблемы дома, я бы и так ее отпустил. Зачем нужно было совсем уходить?! – А ты не думал, что это может быть связано с тобой? – неожиданно жестко начал отец. – Не думал о том, почему она сбежала именно в тот момент, когда тебя не было? – Что ты хочешь этим сказать? – в жесткости я отцу не уступал и если он думал что мог напугать своей интонацией, то далеко заблуждался. – Я хотел сказать, что она не просто сбежала из академии, а в первую очередь она сбежала от тебя! А я предупреждал, что все может закончиться именно так, если ты вовремя не перестанешь крутить шашни со своей студенткой! – Хватит! – удар по столу прошелся с новой силой и я даже удивился, как на нем еще не проступила трещина. Мимолетный взгляд на мисс Хэйг и я увидел, как щеки девушки залились краской и то, что сказал мой отец, явно ее смутило. – С кем мне и что крутить в моей академии это сугубо мое лично дело! Это понятно?! – девушка и вовсе закашлялась, а секретарь с отцом просто опешили от такого заявления. – Вильям, слишком много крика из-за одной нерадивой студентки… – Я не думаю, что мой стол выдержит третьего удара, – сверкнул глазами в сторону мужчины и тот предпочел замолчать. – Мисс Хэйг, а до этого у Микаэлы возникало желание уйти? Она говорила об этом? – Раньше она никогда не говорила об этом. Мы радовались тому, что вскоре начинается практика, и я даже подумать не могла, что она собирается уйти, – девушка снова не соврала и ее искренние переживания за подругу выдавали печальное состояние мисс Хэйг. Я окончательно запутался. Единственный способ узнать правду это спросить девушку о причине ее ухода. Действительно ли дома у нее появились какие-то проблемы? Или может быть, это, в самом деле, из-за меня блондинка решилась на отчаянный побег, ведь ушла она именно в мое отсутствие. – Спасибо мисс Хэйг, вы можете идти, – девушка кивнула и не спеша прошла к выходу. – Ну что ж мне, пожалуй, тоже пора, – отец засобирался на выход, но ведь его никто не отпускал. – Скажи мне правду, – мой голос казался глухим и обреченным. – Мне кажется, ты достаточно сегодня услышал, – и мужчина захлопнул дверь. В моем кабинете остался только секретарь, который тоже желал всем сердцем уйти, но не мог потому, как я не давал приказа. Он виновато опускал глаза и что-то безудержно сминал в кармане брюк. – Мистер Вонка, – последовал глубокий вдох, и секретарь решился завести разговор. – Слушаю вас, – под моим взглядом его уверенность поутихла, но он на этом он не остановился. – Мисс Флорес оставила кое-что для вас, – из того самого кармана секретарь вытащил изрядно помятый сверток бумаги и протянул мне. – Почему ты не сказал раньше? – Не хотел говорить при вашем отце, – пролепетал мой помощник, а я, не слушая его, развернул лист и узнал знакомый почерк. Немого корявые и крупные буквы, я успел изучить почерк каждого студента в той академии, а ее почерк никогда бы не спутал. «Простите меня. Желаю удачи!» Я читал это снова и снова пока до меня окончательно не дошел смысл прочитанного. И это все? Это все что она хотела мне сказать? Желает удачи? Просит прощения? За что? В ярости отбросил помятый листок. Неужели отец был прав? Неужели она и правда сбежала от меня? Ждала пока я уеду, чтобы сбежать? Она просила прощения, и я прощу, ведь это ее выбор… – Мистер Вонка… – Вы можете идти, оставьте меня одного, – секретарь кивнул и вышел в приемную. Оставшись со своими мысли в одиночестве, я наблюдал, как за окном кружиться снег. Он засыпал унылый город, белым одеялом оставляя в прошлом серый пейзаж, погружая в долгий сон. И как же сейчас я мечтал заснуть до самой весны, чтобы мои мысли окунулись в долгий нескончаемый сон…