Всё это было сном... или любовью?

Габриель Перепугав меня до смерти – я уж думала, она стрелу словила куда—нибудь, Зена неожиданно насторожилась. Я тоже прислушалась и замерла — оттуда, откуда мы пришли, раздавался странный гул, похожий на звук чего-то большого и при этом падающего. И больше всего этот неприятный, резкий звук походил на обвал! Это значит, что выход отрезали… Неужели это было специально? Нас специально загнали сюда? О, как вдохновлено и образно ругалась Зена! Это я так думаю, потому что ругалась она определённо, но не вслух. Уж больно глазами сверкала, почему то на меня. А что я? Я ничего… Не я же виновата, что мы оказались в этой… Этой… как бы выразится поприличней? Ладно, просто в этой. -Ладно. Раз пошло такое дело, будем двигаться дальше. Наверняка здесь должен быть ещё один выход, а то и несколько. Но предупреждаю – туннель может быть начинён ловушками. Поэтому двигаемся в таком порядке – впереди я, за мной Михаил, Андрей и Марк (это те самые, которых я обозвала «мафиози», кстати, всё чётче складывалось ощущение, что они ими и являлись) следом. Дальше – Габриель, за ней дети. Следом их мать, Анна и Азида. Потом Андре и Джейкоб. И ещё – если я скажу лечь – вы не будете задавать вопросы, а ляжете, если скажу бежать – побежите. Всем всё ясно? Люди потерянно кивнули. Мне невольно было их жаль… Потому что, мне кажется, выбраться из этой переделки все мы не сможем. Мы двинулись вперёд. Светильник моя телоспасительница взяла с собой – благо, он был удобен в переноске – на довольно длинной палке. Я видела, как Зена осматривает пол и стены перед каждым шагом, насколько это возможно при свете чащи с огнём, и что старается делать это незаметно, что бы не нервировать людей. Таким образом прошло около получаса. Неожиданно она жестом велела остановиться. Я прислушалась, сзади нарастал какой — то треск, гул… И жар. -Бежим! Увидите ответвление, нишу – ныряйте туда! Мы послушно побежали – и только тут я поняла, что сзади был огонь – огромный столб огня… Впереди, слева, в стене я неожиданно увидела проход. Зена тоже – и вот мы уже вбегаем в него. А сзади проносится пламя… Я не знаю, каким образом был устроен механизм, запускающий огонь, но понимала, что такого быть не может… неожиданно дыра в стене, куда мы вбежали, сомкнулась! По крайней мере, так мне показалось вначале. При более тщательном рассмотрении оказалось, что сверху опустилась каменная плита, перекрыв нам выход. Я обернулась, зыбкий свет светильника осветил проход. Зена, подумав, двинулась по нему, а мы, вновь в том же порядке – за ней… Было очень сложно сосредоточится на чём либо, слишком велик был страх перед новой ловушкой. Мы все двигались в молчании, прислушиваясь и нервно дёргаясь от каждого шороха. Почти все – лишь один человек оставался спокойным, по крайней мере, внешне. Неожиданно Зена снова замерла и мы отрепетировано приготовились бежать. Но сигнала не было. Девушка внимательно осматривала пол и стены, и было видно, что результат её не радует. Наконец она, очевидно, приняла решение. -Ждите здесь. Этот коридор впереди напичкан ловушками. За ними должен быть механизм, отключающий их действие, но до него ещё нужно добраться. Я даже не успела сказать ничего – а она уже осторожно ступила на пол впереди… что — то скрипнуло. Зена Нас загнали в эту дыру специально, это я уяснила быстро. Нас элементарно заставляли двигаться вперёд… А для убедительности завалили вход и пустили следом столб огня. Милая вещица, угу… Способствует диете – от неё так побежишь… Только никому из присутствующих подобные методы явно не понравились. В итоге укрылись в каком — то проходе, и тут он показал себя – нас снова перекрыли! Мда… Только сделать было уже ничего нельзя… Что ж, придётся двигаться дальше. Но вскоре мы наткнулись на очередную западню… Зззараза! Не люблю подобные места, хоть и бывала в них уже дважды. Говорят, бог любит троицу… Я не верю не в то, не в другое. Кто то, может быть, молился бы, но я не знаю молитв. И просто шагаю вперёд. Зачем тянуть? Под ногами что — то сдвинулось – и я услышала тихий скрежет слева… Однако, стрелы здесь хорошие – в противоположную стену так и воткнулись… А я успела уклонится. Ещё шаг – твою ж! У меня ведь одна запасная рубашка – та, которая на мне! Но нет – обязательно швыряться чем — то мелким, колючим и опознанию не поддающимся! Мда… уже сама с собой разговариваю, хорошо хоть, что мысленно… Отвлекает! Уклониться от копья – и подпрыгнуть. По ногам стреляет, зараза… Габриель Я, да и не только я – все мы со смесью ужаса и восхищения смотрели на то, как Зена продвигается всё дальше, на ходу иногда комментирую происходящее – или ругаясь, смотря по обстановке. Но ругалась, надо признать, исключительно литературно, явно щадя наши уши… Дети, Саша и Наташа, тихо подвывали на одной ноте – их нервы тоже не выдержали. Ну хоть не ревут в голос. -Кстати, ловушки устанавливали давно, половина уже не работает! – просветила Зена, прижавшись к стене и пережидая, пока «выросшие» из пола и с потолка копья уберутся обратно.. Нет, она ещё и думать о постороннем умудряется! Хотя, может, это такой способ не думать о… Ого! Какой шпагат! Пол под ногами Зены неожиданно поехал, открывая дыру, и девушка, высоко подпрыгнув, замерла в шпагате, уперев ноги в противоположные стены… Мда. Из за спины послышался вздох облегчения, не я одна переживала за неё. -Интересно… Кто их устанавливал? Явно не те, кто загнал нас сюда – строение наконечников у стрел и копий совершенно другое, да и металл отличается. Разве что у них эволюция пошла в обратном направлении… — Зена продолжала оставаться в том же положении, явно устроив передышку. Поза, заведомо неудобная, похоже, её устраивала. То есть, тут есть ещё кто — то, кто может захотеть нас убить? Ой, папа… Девушка между тем уже двигалась дальше. И все мы в очередной раз поражались изобретательности тех, кто строил эти ловушки… То тут, то там из незаметных глазу (моему, по крайней мере, но вот насчёт высокой и синеглазой не уверенна) щелей вылетали то стрелы, то ножи… то копья снизу… То ещё какая — то гадость, которой я даже название то дать не смогу… И при этом определить, откуда что выскочит, по моему, было нереальным! Вот послышался скрежет… И всё стихло. Совсем. Даже люди, казалось, затаили дыхание в ожидании. И поэтому голос Зены, прозвучавший в тишине, был подобен грому пустого ведра, уроненного в устой же колодец. Но громче: -Всё, что ли? А в следующий миг стены слева и справа загорелись! Стена огня поднялась с пола, загораживая от нас девушку… Горячее пламя, которое казалось иллюзией – до того было тихо. Но оно ей не являлось, и доказательством было то, что древки копий загорались от него… А мы ждали, сначала в тишине, но потом заплакали дети. Они слишком долго сдерживались и теперь поток слёз обрушился на пол ниагарским водопадом… Их обняли родители, притянули к себе, сели прямо на не блещущий чистотой пол. Обнялись брат с сестрой, встали плечом к плечу «мафиози»… Даже Анна нашла опору на плече у пилота… И только меня утешить, успокоить было некому… А потом огонь погас. Со скрежетом втягивались в стены копья, лезвия… А я, не отрываясь, смотрела на ту стороны – там стояла Зена! В остатках рубашки, недовольная, в синяках и ссадинах — но живая! Живая! -Ты… Ты! Ты! – похоже, у меня намечается истерика… -Я? Ну да, я… А что? – осторожно поинтересовалась девушка, идя к нам – абсолютно спокойно и равнодушно. Словно это не она сейчас чуть… -А… Ловушки? – задал вопрос этот… как его? Андре! -Я нашла рычаг на той стороне, так что теперь они не опасны. – она наконец, приблизилась ко мне на опасное расстояние и я обхватила её руками за шею… и оттоптала ноги – я случайно! Плевать, что смотрят… И уже на её плече я разревелась – слишком… Это слишком… Что дальше? Что? Племя людоедов? Львы, гигантские змеи? Что? -Э… — надо же, она растерялась. — Хватит, а? Это… Пошли уже… Шею… Шею пусти, задушишь, ненормальная! Упс! Я улыбнулась сквозь слёзы… Она сумела разрядить обстановку и это было… Хорошо. Я скосила глаза вниз. УПС! Мда… С одеждой у неё проблема. Сначала одна рубашка погибла в когтях львицы, теперь вот – эта… Я хихикнула, когда увидела лица мужской половины команды – рубашки было… Мало! Очень! -Ну и чего панику разводим? – облегчённо, так как убедилась, что истерики не будет, спросила Зена. – Ни у кого рубашки запасной нет? Очень надо. Спрашиваемое выдали, после чего мы покинули негостеприимный туннель… Через довольно большой промежуток времени мы остановились отдыхать, типа на ночлег. Угу… Это по часам, Зениным, невзрачным – но с кучей функций. Я тоже такие хочу… Там и компас, и календарь, и этот… Термометр! А солнца всё равно не видно. Ещё день такими темпами и у меня будет стррррашная клаустрофобия… Была ещё одна большая проблема. Дети никак не успокаивались, и у меня болела от этого голова. В смысле, не от этого, а от того, что они РЕВЕЛИ! О, господи… Родители, да что родители, все пытались что — то с этим сделать, но безрезультатно. В итоге нас опять спасла – ха! – Зена. Она сунула им две какие — то штучки, напоминающие сосиски. Только они растягивались почти до двух метров (!!!), и имели невероятную прочность. На вопрос, что это такое, она сказала, что жгут. А? А, это который медицинский, что ли? Ну да, эти прочные… Порвать я их, по крайней мере, не смогла. Зена просила не пытаться, но я пробовала, когда она отвернулась… Интересно, из чего они? Но, в любом случае, дети хоть не надолго, но оторвались от слёз. А на Зену время от времени косились с кровожадностью малолеток, дорвавшихся до Санта Клауса. Моя, точнее, теперь наша телоспасительница быстро разделила ужин, всем выдав равные порции, но детям всё же побольше. Была проблема с водой, её было не так много. Зена отдала большую часть своей порции детям, но они всё равно просили пить… Вот только никто из нас не знал, как скоро мы выберемся из этих ходов. Зена сказала, что тоннели пролегают глубоко под землёй. Должно быть, они куда — то вели… Быть может, соединялись… И не хотелось думать, сколько ещё времени мы проплутаем в них. Она выглядела уставшей, к тому же рана на животе снова кровоточила. Она перевязала её, ругаясь сквозь стиснутые зубы. Но тихо – всё же неподалёку были дети… Их на время отвлекли, так что они не мешались – и не пугались. Наконец, все более менее успокоились, и теперь разбрелись по туннелю, разглядывая незамысловатую наскальную роспись. Впрочем, далеко никто не отходил, память о всевозможных ловушках была слишком свежа, и рисковать никто не хотел. Я поражалась, глядя на эту девушку. Сейчас, в неровном свете костра, я наконец смогла разглядеть её в близи… И мне было нелегко видеть эту нечеловеческую усталость внутри неё. Усталость, видневшуюся в глазах – но обычно спрятанную под надёжной маской равнодушия. Она не отрываясь, почти не моргая смотрела на огонь – и сейчас я видела её… Не знаю, как правильно – её настоящую? Истинное её лицо… Я чуть приблизилась – и выдохнула. Издалека непроглядно чёрные волосы, чаще собранные в хвост или косу, сейчас рассыпались по плечам. И вблизи я видела, что в некоторых местах они белые. Отдельные волоски были седыми… Что же видели эти синие, невероятно усталые глаза? Кто она? Почему прячет свои эмоции? Почему, перехватив мой взгляд, отвела свой? И зачем – я не понимала – зачем ей всё это… Сейчас на ней была огромная ответственность за этих людей. Потому что это она так решила. Неожиданно для себя самой я подсела к Зене и положила голову ей на плечо. Она неловко обняла меня рукой, было видно, что подобное её в новинку. Почему? Для большинства людей это обыденно…Я улыбнулась… Пусть привыкает, потому что я так сидеть очень люблю.. Не раз и не два я сидела подобным образом с отцом… До тех пор, пока в дом не пришла леди Катерина. Наконец дети успокоились и уснули. Их примеру последовали и мы. Спать пришлось прямо на холодном полу, что радости никому не добавило, и я, подумав, «подкатилась» к Зене. Та, правда, попыталась вякнуть что — то против, но это ж я! В итоге спала я очень удачно, с одной стороны обогреваемая Зеной, к тому же под обоими плащами. Это которые заменили одеяла… И у меня была самая шикарная подушка в мире!