Make my heart a better place

Гермиона приходит в себя. Ее кости горят от боли, а во рту настоящая засуха. Девушка с трудом садится и осматривается — она в доме Драко. В его спальне? На прикроватной тумбочке стоит старый будильник, а на стуле около шкафа — черный пиджак. Да, это спальня Драко. Но где же он сам? Гермиона тихо зовет парня. Ее голос тихий, хриплый, горло саднит от произнесенного имени. — Снова приступ? — Малфой появляется с бутылкой воды в руке. Передает ее Гермионе и та осушает содержимое в считанные секунды. — Да, я снова что-то слышала. Детские крики, шум моря, непонятные запахи… — девушка вздыхает. Значит, теперь это то, с чем мне придется справляться? Магия? Приключения? Опасность? — Похоже на то, — Драко отвечает без злости. Как бы его не волновала и не злила сложившаяся ситуация, все же Гермиона не была виновной в том, что с ней происходило. Не каждый день узнаешь, что обладаешь магическими способностями и можешь стать целью номер один для Пожирателей. Малфой такой участи самому себе уж точно никогда бы не пожелал. — И мне придется найти эту книгу, чтобы высвободить на полную катушку свои способности? Только как ее найти кто бы подсказал, — девушка кусает губу. Ее кости все еще ломит от боли. — И у тебя нет обезболивающего? Такое чувство, что мои кости перемалывают через огромную мясорубку. — Таблетки? Я посмотрю в аптечке, оставайся в постели. — Нет, это вряд ли облегчит боль, уж лучше пройтись. С удовольствием выпью чашку крепкого кофе. — Хорошо. Молодые люди спускаются на кухню, чтобы заварить себе бодрящего напитка. Малфой находит обезболивающее, Гермиона его принимает, а затем молча садятся за стол. Оба думают о чем-то своем, но мысли эти точно не о единорогах. — Уже утро, мне нужно на работу, — Гермиона смотрит в одну точку. Ее мысли становятся слишком хаотичными, поэтому она цепляется за образ Алисии и фиксирует ее лицо в памяти. — В таком состоянии? Может, без справки этой можно обойтись? — Драко пьет свой кофе жадными глотками. Он не спал всю ночь. Лежал одетый в кровати, ловил каждый шум и напрягался, периодически проверял Гермиону. Каждая клетка его организма была готова к нападению. Он привык быть начеку, просчитывать возможные варианты атаки или отступления, ожидать удара в спину даже от самых близких людей… — Ладно, попробую после завтрака, — Гермиона берет из вазочки на столе одно печенье, но жует его без особого удовольствия. — Я только сейчас понял… твои способности отследить же могут! Или нет? Дамблдор ничего не сказал на этот счет. Может, пока твоей силы недостаточно для обнаружения? — Драко хмурится. И как он раньше не подумал об этом? Если проявления Гермионы станут доступными для отслеживания, то им несдобровать. — Если за нами еще никто не пришел, может, моя… магия еще не раскачалась или что-то в этом роде? — Гермиона задумывается на несколько секунд. — Мой отец был волшебником, подумать только. Я попала в сказку. — Это не сказка, а настоящая жестокая война, — Малфой смотрит с нескрываемым укором на собеседницу. — И если ты ступила на эту тропу, пусть и не хотела этого, то обязана начать свой путь. — Из твоих уст это кажется слишком легким. Просто окунись с головой в омут, который тебе абсолютно неизвестен и пугает до смерти, Гермиона, проще простого! — девушка повышает голос. Половинка печенья летит на стол. Гермиону окутывает приступ раздражения. Она сжимает кулаки, сверлит потемневшим взглядом Малфоя, сохраняющего почти полное безразличие. — Для тебя это какая-то игра, что ли? — Нет, не игра, — отрезает Драко. Его тон жесткий, но внутри вибрирует струнка сожаления за девушку, мирно существовавшую до момента, пока он с матерью не появился здесь. — Я тоже, знаешь ли, жил довольно беззаботно, пока мой отец не начал меня дрессировать, а позже не пришла война. Мои мечты были о квиддиче, тайном распитии огневиски после отбоя в Хогвартсе с лучшими друзьями, любви и беззаботной улыбке матери… Но жизнь не всегда в итоге соответствует тому эскизу, который ты когда-то набросал на холсте. Мне также пришлось ступить на тропу борьбы, даже если я мечтал о том, чтобы исчезнуть, лишь бы не быть втянутым в жестокую игру, начатую другими людьми. Но я делаю это ради своей семьи. Есть вещи, от которых так просто не уйти. И если уж ты являешься важным звеном в истории, если можешь повлиять на ход событий, которые, напомню, угрожают не только магическому миру, то вместо того, чтобы ныть, постараешься приобрести и натренировать свои навыки, поняла? На кухне воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуком проезжающих за окном машин. Гермиона опешила от монолога Драко. Его слова задели девушку. Конечно, легко говорить о борьбе, когда ты родился и вырос в магическом мире! А когда узнаешь о существовании волшебства только вчера и тебе говорят, что ты теперь воин и обязан дойти до конца… это уже слишком! — Понимаю, что ты жила себе спокойной жизнью, в счастье и беззаботности, — прерывает мысли Гермионы парень. — Потеря родителей не сделала мою жизнь особо счастливой, знаешь ли, — автоматически парирует Гермиона. Да, она не жила на улице, зарабатывала деньги, имела приятных знакомых… но часто боролась с депрессивными мыслями, скучала по родителям, ощущала пустоту. Ее жизнь не была действительно полноценной и счастливой без них. — Может, это и есть главная причина, по которой ты должна принять свою судьбу? — спрашивает Драко, улавливая изменения во взгляде девушки. Он точно нащупывает то, что никогда не сотрется из памяти — потерянный кусочек мозаики в идеальной картине жизни. — Возможно, твои родители, особенно отец, были тоже на тропе войны, пытаясь защитить тебя любой ценой? Возможно, ты должна продолжить их дело, спасая невинных, обретая свое истинное предназначение? — А что же ты? Отсиживаешься здесь, пока другие сражаются? — Ты не знаешь мои мотивы, — Драко сжимает зубы. Никто не посмеет назвать его трусом после того, через что он проходил все детство и продолжает переживать. — Я здесь потому, что хотел избежать Метки, увести свою мать как можно дальше от войны! Это тоже способ борьбы — не давать противнику больше последователей. — Метку? — Да, Гермиона. С детства меня дрессировали, как собаку, натаскивая на то, чтобы ненавидеть собственный народ по принципу чистоты крови. Ничего не напоминает? — Гитлер… — Гермиона теперь слушает. Такая параллель моментально холодит позвоночник. То, что произошло в сороковых, никогда не сотрется со страниц учебников и памяти. — Именно. Кое-что знаю о маггловских войнах. И я должен был принять Метку, которая связывает меня с… Томом, на всякий случай не буду называть его великое и ужасное имя. Приняв ее, я становлюсь Пожирателем Смерти и обязан подчиняться, убивая любого, кто встанет на пути. В том числе и в маггловском мире. Том зол, он с каждым днем все яростнее пытается захватить как можно больше пленников, переманить на свою сторону великанов и дементоров… потом расскажу подробнее о них, главное другое. Если бы я сдался, то на моей руке уже красовался знак верности убийце. Но, как видишь, — Малфой закатывает рукав рубашки, обнажая бледную кожу, не испорченную темной Меткой, — я все еще пытаюсь бороться именно таким способом: оберегая свою мать, отсиживаясь некоторое время вдали от происходящего, пока мои сторонники пытаются найти способ расправиться с Томом. И ты — шанс. Шанс, который нужно раскрыть. Дамблдор — великий волшебник, мудрый, я к нему прислушиваюсь, но и свое мнение у меня есть. Директор точно что-то не договаривает. Так что можно считать наше сотрудничество взаимовыгодным. Я расскажу тебе о магии, о том, что происходит в магическом мире, а ты постараешься раскрыть свой потенциал, чтобы отомстить за родителей, чтобы моя мама осталась живой… Теперь в любом случае не избежать этого. Рано или поздно, тебя найдут и заставят страдать. А еще страдать будут люди, которых ты знаешь, твои друзья. Пожиратели не остановятся не перед чем. Так что да, теперь мы в одной лодке и вместо того, чтобы ныть и жалеть себя, бери весло и помогай грести. Гермиона хватает ртом воздух, который словно выбили точным ударом ноги из легких. Каждое слово Малфоя отдается болью, он умудряется попасть в самое яблочко. Каким бы не было безумным все, что открылось для Гермионы за последние дни, если за ней и правда придут, если опасность нависла над всеми, то… она должна смириться и принять это. Да и странные, пугающе реалистичные кошмары, начались еще до появления Драко. Неужели она в любом случае была бы втянута во все это? — И как книгу эту искать? — тихо спрашивает Гермиона. Она ощущает резкую усталость, словно из нее высосали все силы. Кофе не приносит бодрости, лишь горчит на языке. — Если бы я только знал. У тебя никаких догадок совсем? — Мне снился сон. Я вхожу в комнату, где лежит какая-то книга. Страшно, но почему-то знаю, что нужно забрать ее. — Никаких подробностей? Как выглядела комната? — Просто… комната. Она появилась ниоткуда. Я шла по коридору, старинная отделка, как в замке, на стенах висели факелы. Вход в комнату открылся прямо на стене, — говорит Гермиона и видит, что Малфой вздрагивает. — Что такое? — Похоже на Выручай-комнату, — бормочет парень, облизывая пересохшие губы. — В Хогвартсе есть место, которое открывается тем, кто нуждается в чем-то очень сильно. Я прятал там кое-что и приходил иногда отдохнуть, комната принимала вид моей спальни. — И как мы туда попадем? — Подозреваю, что комната открыться должна только тебе, что усложняет задачу практически до невыполнимого уровня, — вздыхает Драко. Самая главная зацепка находится в Хогвартсе, где теперь не так безопасно, как было еще недавно. Прекрасно. — Мы должны сообщить об этом Дамблдору.

***

— Я не могу этого сделать! — Гермиона ходит по гостиной, нервно перебирая пальцами манжеты рубашки. — Отправиться в магический мир? Ты с ума сошел? Я только узнала в принципе о его существовании и теперь вы хотите отправить меня в самую пучину событий? Магическая школа? В разгар войны? — Успокойся, у нас есть еще в запасе немного времени. Дамблдор сказал, что мы должны усилено заниматься толкованием твоих видений. Он лично попробует попасть в Выручай-комнату, а уже если не получится, то придется тебе. Если твою магию пока нельзя отслеживать, то это упрощает дело, как ты не понимаешь? За тобой придут авроры, вы перенесетесь в Хогвартс, заберешь книгу и снова вернешься в безопасное место. — А если что-то пойдет не так? — Гермиона вообще не представляет, как может справиться с заданием. Она даже не знает как выглядит эта магическая школа, как сделать так, чтобы секретная комната появилась… — Ты будешь под защитой. И чем больше будешь накручивать себя, тем более рассеянной станешь, — Малфой подходит к девушке и встряхивает ее за плечи. — Соберись и не паникуй. Сделай глубокий вдох, успокойся и давай уже попробуем сделать что-нибудь с твоими видениями. — Думаю, мне стоит снова взять в руки шар и сконцентрироваться, — Гермиона отходит на несколько шагов назад и добавляет: — Ладно, если нырять в омут, то с головой… Гермиона подходит к столу. Ее сердце начинает сбиваться с ритма. Шар молочный, не похожий на черную жемчужину. Но когда ладони девушки обхватывают Пророчество, оно темнеет. В голове разрываются капсулы с ледяной крошкой. Воздух становится спертым, легкие гудят от нехватки кислорода. Гермиона закрывает глаза и пытается очистить мысли. Со временем удается оторваться от реальности. — Силуэт. Теперь я вижу его. Лицо проясняется. Девушка с белоснежными волосами и будто пьяным взглядом. Стоит босиком на холодной земле и гладит… воздух, рядом с ней никого нет, — губы Гермионы автоматически шевелятся, выдавая информацию. — Гладит воздух? — задумчиво произносит Драко. В его мыслях вихрем проносится чей-то знакомый образ, но парень не может уловить конкретное лицо. — Что еще видишь? — Она улыбается. Что-то говорит, но я не слышу. Маленькая сумочка. В ушах сережки. Мухоморы. Редиски. Клубника. Не могу разобрать. — Полумна? — пораженно шепчет Малфой. Он подходит ближе к Гермионе, пребывающей в трансе. Она начинает дышать еще глубже, пальцы, сжимающие до бела шар, начинают подрагивать. Драко не желает проверять что будет дальше, поэтому встряхивает девушку за плечи и прилагает силу, чтобы оторвать ее от шара. — Гермиона. Гермиона, хватит. — Все? — Гермиона практически задыхается. Ее лицо раскраснелось, губы дрожат, зрачки расширены. — Что я сказала? — Ты увидела одну из учениц нашей школы. — Почему она? — спрашивает Гермиона. Она, направляемая Драко, садится в кресло и стирает ладонью липкий пот со лба. — Если бы я только знал, — Малфой хмурится. Каким образом Лавгуд может быть замешана во всем? — И как использовать эту информацию? — Дамблдор, — вздыхает Драко. — Все сводится к нему. Наш единственный безопасный источник связи. — Хорошо. Но сначала мне нужно… выпить. Да, мне однозначно нужно выпить, — говорит Гермиона, усмехаясь. — Уже не могу выносить такой поток информации и вообще переваривать происходящее. У меня есть несколько бутылок вина, так что давай сначала поговорим с Дамблдором, а потом снимем стресс, иначе я сойду с ума. — Как скажешь, — Малфой приносит девушке воды и наблюдает за ней. Да, не каждый вынесет обрушившуюся на его лавину информации и согласится нырнуть в пучину магических перипетий, особенно когда дело касается настоящей войны. Но Гермиона держится достойно в сложившейся ситуации. По крайней мере, до того момента, когда придется нырнуть в самую глубину пучину событий. Тогда Драко придется стать настоящим ментором. Но это было единственным способом для начала самому не сойти с ума.

***

Естественно, в лучших традициях приключенческих романов и теперь уже жизни Гермионы Грейнджер, Дамблдор не может проникнуть в Выручай-комнату без непосредственного участия девушки. Директор говорит, что в ближайшую неделю в Хогвартсе появляться опасно — Долорес Амбридж устроила в школе проверку. Кажется, Драко тоже не удивлен — молча кивает головой на полученную информацию, а затем еще долго решается задать интересующий вопрос про Нарциссу. Гермиона прекрасно понимает причину, по которой парень сглатывает и нервно теребит свой фамильный перстень. Догадаться несложно. Она бы тоже спросила. Но Малфой молчит и никто на него не давит. — Что ж, добро пожаловать в волшебный мир, — Гермиона делает глоток вина прямо из бутылки. — У нас есть неделя, чтобы подготовить тебя. — А можно сегодняшний день провести в компании бутылки-другой вина и легкой версии погружения в магический мир? — жалостливым тоном просит Гермиона, вздыхая. — На меня и так свалилось слишком много ответственности, так что можно расслабиться и послушать про каких-нибудь эльфов и драконов для начала? — Ладно, — Драко проводит ладонью по лицу. Признаться, он и сам с удовольствием опустошил бы бутылочку красного. Смыть все напряжение и волнение за Нарциссу, очистить мысли хотя бы на время от отца… — Только не стоит романтизировать магических существ — они испепелят тебя за секунду. — То есть, все существа опасные? — Гермиона надеется услышать, как по лесу порхают неземной красоты феи или что-то вроде того… — Не все, но с большинством из них лучше всего не контактировать, особенно в природных условиях, — Драко делает глоток вина и закусывает сухариками из пачки со вкусом чеснока. Как вообще можно есть эту отвратительную еду? — Не все могут себе позволить дорогие сыры, — Гермиона наблюдает за кислым лицом собеседника. — Съешь шоколад лучше. — Пожалуй, это то, что мне знакомо, — Драко отламывает кубик шоколада. Молочное лакомство тает на языке и парень наслаждается знакомым вкусом: так спасаются от поцелуя дементоров… Как чудодейственная пилюля, если не успел применить заклятие Патронус, либо дементоров было слишком много. — Ну так что там с наиболее безопасными существами? — спрашивает девушка и Драко, вздохнув, начинает свой рассказ.

***

Драко уже битый час пытается укротить ноутбук. Эта дьявольская машина выматывает все нервы! Парень злится, когда вновь не попадает курсором на ссылку. Приходится собрать все силы в кулак, чтобы не сорваться и попытаться еще раз. Гермиона оказывается хорошим учителем: объясняет все доступным языком и подает пример, но когда доходит до практики, теория далеко не всегда спасает. Парень с облегчением вздыхает, когда нужная ссылка наконец-то открывается, но потом происходит нечто неладное. Это вовсе не сайт Википедии, а что-то совершенно иное. Черный экран постепенно наполняется десятком картинок со слишком откровенным содержанием. Драко вздрагивает. Это что еще такое? — Как убрать? — вслух спрашивает самого себя Малфой, пытаясь собраться с мыслями. Но мысли разбегаются в разные стороны, когда видишь на экране застывший момент, в котором девушка с огромной грудью берет в рот член мужчины в возрасте. Что за срам? У магглов такие вещи можно найти в общем доступе? Парень судорожно водит пальцем по тачпаду, но по закону подлости нечаянно запускает одно из видео. Стоп-кадр оживает и после заставки сразу начинается активное действие, ведь видео называется «Подборка жесткого секса». Малфой ругается вслух, но ему страшно захлопывать крышку ноутбука, вдруг сломается. Еще и звук очень громкий, стоны и крики разносятся практически на весь дом. Благо, Гермиона вышла в магазин. — Блять! — Драко редко ругается матом, но сейчас — донельзя подходящее время. Особенно когда он начинает осознавать, что помимо раздражения начинает испытывать интерес. Его внимание все же привлекает происходящее на экране и Драко пялится на это несколько минут подряд пока не понимает, что в штанах становится тесно. — Драко? — именно в этот момент возвращается Гермиона и застывает на пороге кухни с пакетами в руках. — Я не знаю… как убрать? Оно само открылось! — Драко дергается, пытаясь прикрыть рукой свой стояк, а свободной рукой снова хаотично водит в панике по тачпаду. — Красный крестик в углу экрана, я же говорила, — на удивление, Грейнджер не посылает никакого осуждения в адрес парня, а просто хихикает. — Точно, красный крестик, — Малфой наконец-то побеждает в борьбе с маггловскими технологиями — все заканчивается. — Извини, я растерялся. — Да все в порядке, можешь не беспокоиться на этот счет, — Гермиона улыбается. Ее взгляд все же задерживается на секунду на раскрасневшемся лице парня, а смотреть ниже девушка не хочет. — Тебе еще предстоит много открытий. — Мне уже страшно, — Драко прочищает горло. Гермиона начинает разбирать пакеты, и Малфой рад видеть среди продуктов свежие овощи и много шоколада, а также несколько бутылок вина. — Не страшнее, чем мне было слушать твой рассказ, — девушка пожимает плечами. Драко рассказал ей о магических существах, про Хогвартс и подробнее о личности Волдеморта и нескольких его самых близких приспешников. — А по поводу работы… Если ты свободно владеешь французским, то почему бы тебе не поработать переводчиком? Будет сложно, но вполне реально найти в интернете заработок. У моей напарницы по работе отец занимается переводом книг и учебной литературы, так что я могу поинтересоваться нет ли свободной вакансии у них в бюро. Печатать ты научишься, как и пользоваться электронной почтой, ну и я буду помогать. Второй вариант — в нашу кофейню скоро потребуется еще один официант, так как на носу новая волна наплыва туристов, станет больше посетителей. Здесь уже тебе понадобится крутиться, запоминать меню и дружелюбно коммуницировать с клиентами. Правда, этот вариант, мне кажется, тебя не особо осчастливит. — Тебе не кажется, — парень качает головой. — Я здесь пусть и должен жить максимально «обычной» жизнью, но моя паранойя шепчет на ухо, что все равно стоит оставаться в тени. Так что перевод текстов на дому меня привлекает больше. Осталось только совладать с этим… ноутбуком. — Не волнуйся, ты очень способный ученик. Я научу тебя пользоваться приложениями, а ты еще добавишь информации для меня, чтобы мое прибытие в магический мир за книгой не закончилось плачевно. — Договорились, — Малфой кивает. Его сексуальное напряжение постепенно уходит, можно обе руки теперь положить на стол. — Боишься? — Появляться в Хогвартсе? Пытаться заполучить непонятный магический артефакт? В разгар войны? Да проще простого! — фыркает девушка. Ей, безусловно, страшно, очень страшно. Никакие слова и ободрения не помогут снять страха перед неизвестностью. Это же волшебный мир, который хочет захватить темный волшебник, черт подери! — Не кипятись. Ты вчера обещала взять себя в руки. — Знаю. Пытаюсь, как могу. К тому же, мне четко сказало начальство, что если через неделю я не выйду на работу или не возьму официально больничный, могу лишиться должности. — Гермиона, это не худшая твоя проблема теперь, как ты не поймешь, — вздыхает парень. Последнее, о чем бы он переживал в сложившейся ситуации, так это о работе. — Я возьму только книгу, Драко. И я должна помогать тебе здесь, забыл? Дамблдор четко сказал, что наше взаимодействие будет полезным. Ты вливаешься в эту жизнь, чтобы максимально слиться с магглами, а я пытаюсь не сойти с ума, шагая в пасть дракона… — Не волнуйся. Главное — его приручить, — отвечает Малфой и понимает, что говорит, в первую очередь, о себе.