Make my heart a better place

Гермиона бежит. Босая, дрожащая от холода, но только вперед. Ей ни в коем случае не стоит останавливаться, ведь промедление будет стоить жизни. Девушка задыхается, прихрамывает, но бежит дальше, к месту, где виднеется голубой огонек, способный вернуть ее домой. — Гермио-о-она! — жуткий голос нагоняет девушку, морозным ветром окутывая с ног до головы. — Нет, отстань от меня! — почти вопит Гермиона, глотая соленые слезы. — Нет, только не ты! Отстань! Гермиона кричит, вырываясь из черной трясины. Она хватается руками за горло, в панике стучит ногами по чему-то мягкому. Воздух врывается в легкие толчками, девушка чувствует, как лицо краснеет, а из глаз текут слезы. — Эй, успокойся, — произносит кто-то, но лишь больше пугает Гермиону — та падает на спину и пытается скатиться с кровати. — Нет! — Да это я, Гермиона! — Драко подхватывает девушку, укладывая обратно. Ему приходится прижать ее запястья к подушке, чтобы ограничить движения. — Тише, это Драко. — Где я? — Гермиона все еще трепыхается под парнем, пытающимся удержать ее в кровати. Постепенно она ослабевает и фокусирует взгляд на лице Малфоя. — У меня дома, все в порядке, — Драко пытается вкладывать в свой тон как можно меньше резкости. — Я шла домой и мне стало плохо, — девушка смотрит на лицо Малфоя, озадаченно ее изучающего. Лоб испещрен морщинами, как признак беспокойства. Гермиона понимает, что он нависает над ней так близко, что она может видеть несколько зеленых вкраплений в его глазах. Неловко заерзав под парнем, девушка высвобождает свои запястья из его рук и садится. Драко присаживается рядом, на край кровати. — Ты ничего не помнишь? Кого-нибудь видела? — парень всматривается в темные глаза Грейнджер, в которых видит замешательство. — Кто-то был… в окне моего дома, — вспоминает Гермиона. — Мне стало плохо на работе и я ушла домой. — Так, ясно. Это не очень хорошо, конечно, но… Давай я сделаю чай и ты спокойно все расскажешь. — Хорошо, да, — неуверенно говорит Гермиона. Она остается на несколько минут одна, приводя в норму дыхание. На нее пытались напасть? Драко делает чай. Приносит две чашки в спальню, протягивает одну Гермионе, на секунду соприкасаясь с ее прохладными пальцами. В голове вспыхивает чей-то силуэт, размазанный, темный, Малфой вздрагивает. Уловив немой вопрос во взгляде девушки, качает головой. Неужели он видит отрывки ее воспоминаний? Но как такое возможно, если он не применяет легиллименцию? Парень старается не выдавать своего легкого шока, но Гермиона смотрит на него с таким же упрямством. — Что ж, — вздыхает Драко. Дамблдор сказал, что им нужно сблизиться, поэтому стоит сделать первый шаг, как бы бредово это не звучало. — Я увидел силуэт и больше ничего. И, получается, кто-то был в твоем доме? — Да, я точно помню, что видела в окне кого-то, — девушка кивает. Она не пьет чай, лишь стискивает фарфор, украшенный мелкими розовыми цветочками. — Хорошо, что я привел тебя именно к себе, как знал, — Малфой хмурится. Если их уже изобличили, то могли устроить слежку или даже засаду в доме Гермионы. — Кто это мог быть? Вор? Но у меня и брать-то нечего, — Гермиона вздыхает, ощущая, как сотня маленьких иголочек царапает легкие. — Слушай, я тебе кое-что расскажу, но ты должна немного отдохнуть, чтобы воспринять хоть как-то информацию, — Малфой игнорирует недоуменный взгляд девушки. Ему предстоит «посвятить в основы» Гермиону, которая может оказаться сквибом, если ее отец был волшебником по словам Дамблдора. — Оставайся спать в этой спальне, а завтра поговорим. — Мне нужно на работу, не могу взять выходной. Может, ты придешь в кофейню и мы поговорим там? — Не думаю, что это подходящее место, — Драко хмурится. Разговаривать при магглах на подобные темы не самая лучшая перспектива. А после произошедшего вчера Малфой и вовсе бы закрыл Грейнджер в доме, не выпуская на улицу, пока не получит больше информации и уверенности в том, что им ничего не грозит. — Вообще, мне нужно сходить домой и вызвать полицию, если там что-то пропало. Да и если нет — тоже. Откуда мне знать с какими намерениями тот человек пробрался в дом и не вернется ли он вновь? — И все же, давай завтра разберемся, ладно? — Малфою меньше всего хотелось сталкиваться с магглами лишний раз, особенно в такой ситуации, в которой его привлекут, как свидетеля. — Ладно. Не знаю почему, но мне хочется тебе доверять, — девушка кивает. Она видит во взгляде парня добрую просьбу, что успокаивает. Гермиона решает поспать, а потом поговорить с Малфоем. Она думает, что может ему доверять и разобраться с этой ситуацией. — Эм, моя одежда немного испачкалась от падения, я вымажу постельное белье. — Я бы не беспокоился по данному поводу в сложившейся ситуации, — губы Драко трогает легкая улыбка. Ну надо же! Едва не стала жертвой чьих-то гадких рук, а печется о белоснежных простынях. — Но если так хочешь, то могу дать свою рубашку или спи без одежды, в спальню не зайду, пока не проснешься и не позовешь. — Окей… Я, пожалуй, сниму просто одежду, — Гермиона прочищает горло и ставит чашку на маленький комод белого цвета. — Понял, удаляюсь, — Малфой останавливается на пороге и говорит: — Проснешься — зови. На всякий случай я буду в соседней спальне. — Хорошо, спасибо за все, — девушка улыбается и Драко оставляет ее одну. Она около часа вертится, не в силах провалиться в сон, но затем все же падает в мягкую темноту.

***

— Нет, это полный бред! — Гермиона ходит около стола, размахивая руками. — Ты меня разыгрываешь, либо сошел с ума! — У меня голова кружится, сядь, это все правда, — Малфой вздыхает. Хотя какой еще реакции он мог ожидать, когда рассказал девушке о существовании магии и что, возможно, она родилась семье волшебников? Конечно, Гермиона шокирована и считает, что Драко бредит. — Нет, ну как я могу быть ребенком волшебников и не знать об этом? — девушка наконец-то останавливается и сверлит собеседника горящим взглядом. — Ты даже представить себе не можешь насколько это все секретно. К тому же, если какой-нибудь маггл увидит волшебство, то ему стирают память. — Тогда почему ты мне не можешь это доказать прямо сейчас? — Гермиона упирает руки в бока и выжидает ответа. — Потому, что я скрываюсь и магия отслеживается. Воспользуюсь палочкой — сразу отправлюсь на верную смерть. Тебя, кстати, не пощадят, когда придут за мной, — Малфой вздыхает. — И попытка могла уже быть предпринята как раз сегодня. — Это мог быть простой вор, — отбивается девушка. Она трет пылающие виски, присаживается на стул и выпивает залпом почти целый стакан воды. — Мы не знаем наверняка. Слушай, со мной связывается через камин директор Хогвартса. Когда это произойдет в следующий раз — попрошу его поговорить с тобой лично, чтобы ты во всем удостоверилась. Я не сошел с ума, а вот тебе стоит подумать хотя бы о том, что в шар появился из ниоткуда. — Точно, шар, — Гермиона не может отрицать того, что этот странный предмет действительно странным образом появился в ее доме. — Шар! Ты его выбросил! — Ну конечно нет, — признается Драко. — Так принеси его, — просит Гермиона. Она терпеливо ждет, постукивает пальцами по столу, качает головой. Ну как так? Не может же адекватный, пусть и немного закрытый в себе, милый парень оказаться сумасшедшим? Откуда взялось к нему доверие вообще? — Вот он, — Малфой возвращается, кладет на стол шар и садится рядом с девушкой. Он ловит взглядом ее дрожащие пальцы и непроизвольно сглатывает слюну. На миг его окутывает легких страх — что же произойдет, если Гермиона возьмет его в свои руки? — Так, ладно, всего лишь шар, — говорит девушка и кладет ладонь на хрусталь внутри которого переливаются хлопья голубоватого цвета. Кожу приятно холодит, а затем резко обдает жаром. Шар начинает менять цвет, постепенно превращаясь в большую черную жемчужину. — Черт подери! — Что такое? — с тревогой спрашивает Малфой. — Он черный! — девушка одергивает руку, прижимая ее к груди, словно была ранена. — Я вижу его таким, каким он и был, — парень хмурится. Неужели этот предмет реагирует и на прикосновения Гермионы тоже? Но ведь Дамблдор сказал, что это пророчество касается Нарциссы… — Он черный… то есть, вновь приобретает первоначальный вид, — шепчет Гермиона. — Он реагирует на мое прикосновение, Драко! Да ну вас всех… — Ты чувствуешь при этом что-нибудь? — Эм, тепло, что-то вроде того. Дотронусь еще раз, — девушка возвращает ладонь на шар и он вновь становится черного цвета. Спустя несколько секунд внутри хрусталя начинает проявляться чей-то силуэт и Гермиона вновь одергивает руку. — Нет, нет, я не готова к такому! Там кто-то начал проявляться! — Значит, шар реагирует на твои прикосновения, — подтверждает Драко. Затем он переводит взгляд на шею девушки и не видит там кулона. — Где твой кулон? — Я его не надевала, — шепчет Гермиона. Она пребывает в шоке и, кажется, начинает верить в то, что волшебство существует. Точнее… внушать себе это. Пальцы девушки машинально скользят по шее, но украшение она действительно не носила в последние дни. — А что с украшением? — Не знаю, но кольцо, найденное мной, точно подходит к нему. Дамблдор не зря сказал с тобой сблизиться и посвятить в некоторые вещи. Да уж, я думал, что мы здесь затаимся, но все выходит совершенно иначе, — вздыхает Драко. Он не мог даже предположить, что на него свалится эта девушка, которая испугает и доставит только проблем. Неужели Дамблдор решил использовать его для своих целей? — То есть, ты и твоя мама здесь прячетесь, а какой-то волшебник приказывает присмотреть за мной и поведать мне о том, что я каким-то образом причастна к магическому миру? — голос Гермионы приобретает визгливые истерические ноты. Она смеется, а затем трет порозовевшие щеки. — Абсурд. Сон. Фух, Драко, это просто нечто… — Мне жаль, но ты правда замешана в этом, — парень смотрит на часы, висящие над столом. — Уже час ночи. Так ты пойдешь на работу? — Слабо представляю себе «я тут узнала, что магия существует и я имею к ней отношение» в качестве причины для отгула, — Гермиона издает смешок. — Заболела, — предлагает Малфой. Он жаждет разговора с директором Хогвартса как можно скорее, ибо оставаться наедине с такой проблемой ему пока не представляется возможным. — Для этого нужно брать справку у врача, Драко, — вздыхает девушка. Она бы наоборот хотела работать, чтобы максимально забыться при такой истории. — Если принимать во внимание сказанное тобой, то у меня нет предков, которые передают наследство и можно не работать всю жизнь. Люди работают, чтобы обеспечить себе жизнь, многие пашут изо всех сил ради еды даже. Не могу просто так взять и прогулять — меня уволят. — Хорошо, ясно, — Драко тихо рычит от раздражения. — Ну почему этот сумасшедший старик не появляется тогда, когда больше всего нужен? Бросил меня на произвол судьбы с тобой и крутись, как хочешь. — Думаешь, мне весело и легко сейчас? — мрачно спрашивает Гермиона. — Живешь себе вполне спокойно, а потом на тебя, как огромный снежный ком, сваливается информация, что ты имеешь отношение к магии. Ну просто замечательный аттракцион. Ты даже не представляешь какие эмоции сейчас во мне плещутся. Я должна каким-то образом продолжать ходить на работу, но при этом не попасть в лапы каким-то там злым колдунам, которые могут охотиться и за тобой и за мной. Но с твоим этим Дамбир… Дамблдором я бы тоже поговорила, знаешь ли. — Может, получится это сделать? Давай подойдем к камину, попытаться не помешает, — Малфой приглашает Гермиону пройти вместе с ним к камину, где они оба садятся на пол, ожидая ответа. — И просто ждать нужно? — спрашивает Гермиона. Она недоверчиво косится на парня, сосредоточенно рассматривающего черную арку, обрамленную белой панелью с узорами. Затем он подносит свое кольцо к маленькому оттиску, точно подходящему под размер и формы его украшения. — Профессор, откликнитесь, пожалуйста, — вместо ответа девушке просит Драко. Он сдувает со лба несколько прядей волос, затем повторяет просьбу. — Вы не можете вот так оставить меня со всем этим. Кто были те люди, что появились в доме Гермионы? А если это Пожиратели? О чем вы вообще думали, когда взвалили на мои плечи подобную ответственность? Мы явно не в безопасности находимся, а эти пророчества и кулоны… Неужели вы оставите нас без ответа, профессор Дамблдор? — Пророчества? — шепчет Гермиона. Она видит как замешательство разливается по лицу Драко, но тот качает головой, призывая к молчанию. Прекрасно. Она сейчас сидит около камина, а ее собеседник пытается вызвать волшебника. Как в кино! — Здравствуй, Драко, — раздается спокойный голос прямиком из камина. — Твою же… мамочки! — вскрикивает Гермиона. Она зажимает рот ладонью, чтобы не закричать еще громче, шокировано уставившись на лицо седовласого старика, появившегося в камине. Старик улыбается девушке, но та не может вымолвить и слова. Нет, сейчас она не спит, поэтому в камине и правда появляется человек. Волшебник! — Профессор, я жду объяснений! — Драко, кажется, приобретает эмоциональность. Его кулаки сжимаются, а на шее выступает вена от напряжения. — Почему вы… — Успокойся, Драко, — просит Альбус. Ну конечно — само спокойствие даже во время страшных событий, не изменяет себе. — Мисс Грейнджер, приветствую вас. Все, что сейчас происходит не является плодом вашей фантазии или умственного помешательства. Меня зовут Альбус Дамблдор и я знал вашего отца. — Моего отца? — Гермиона наконец-то может говорить, но с трудом. — Да, Гермиона, он был волшебником. К сожалению, в прошлом году он встретил смерть от рук одного из Пожирателей, но кое-что успел спрятать и только ты сможешь это найти. — Волшебником… А мама? — Гермиона чувствует, как озябли ее пальцы, дрожащие на коленях. — Она была сквибом — ее родители были чистокровными волшебниками, но дочь родилась без способностей к колдовству. Ее союз с твоим отцом поспособствовал рождению ребенка с весьма впечатляющими способностями к магии, но они дремлют в тебе до момента, пока ты не найдешь книгу с заклинанием, позволяющим тебе колдовать в полную силу. К тому же, в книге этой содержится весьма важное знание, которое поможет в борьбе с очень злым волшебником, который доберется и до маггловского мира в своем стремлении обладать бескрайней властью. — Господи, сколько всего! Хватит, — просит девушка. Она переводит взгляд на Драко, с откровенной злобой смотрящего на Альбуса. — Знаете, профессор, я начинаю подозревать, что вы специально меня сюда закинули, чтобы самому ничего не делать, — высказывает свое предположение Малфой. Внутри него поднимается волна негодования, смывающая всю субординацию напрочь. — Вы сидите там в Хогвартсе, пока я вынужден заниматься свалившейся мне на голову девушкой и привыкать к маггловским устоям жизни. Да я бы лучше умер в бою с Пожирателями или самим Волдемортом, чем вот это! — Драко, послушай, — старик вздыхает. В его взгляде практически ничего не читается — лишь мутная серость осеннего неба. — Тот человек, который проник в дом Гермионы, схвачен и устранен, поэтому волноваться не стоит. Что касается вашей безопасности, то я могу признать свою вину в том, что не рассчитал с тем, что преследователь может оказаться анимагом. Больше подобного не произойдет. — Замечательно, — сухо отвечает Драко. Ему совсем не верится в то, что тот анимаг не успел перед своей разведкой доложить кому-нибудь место, куда направляется. А еще стоит спросить о шаре. — А что насчет пророчества? Почему оно открылось не только моей матери? — Но ведь мисс Грейнджер там ничего четко и не увидела, полагаю? — Дамблдор говорил это с той же уверенностью и Драко собрал все силы в кулак, чтобы не сорваться на директора. — Я… я видела силуэт и все на этом, — девушка облизала пересохшие губы. Она все еще цеплялась за надежду, что все происходящее было всего лишь сном. — Это вопрос времени. Я бы хотел посоветовать Гермионе почаще проникать в свои сны и мысли, сосредотачиваться даже на самых мелких воспоминаниях, связанных с ее родителями. И еще носить то кольцо, которое Драко нашел в шкатулке — оно было подарено матери Гермионы, но было утеряно, а соседка, которая жила раньше в этом доме, не успела его передать до своего отъезда. Это тоже поможет с воспоминаниями и осознанием всей ситуации в целом, — Дамблдор поднимает руку, улавливая желание Малфоя ему возразить. — Драко, попытайся влиться в мир магглов. Измени прическу, носи привычную для здешних обитателей одежду, устройся на работу по возможности. Пока вы с мисс Грейнджер будете держаться вместе — вам вряд ли грозит что-то серьезное. Тем более после того, как Гермиона вспомнит все и вернет свою силу. Всему свое время. Попытайтесь не натворить глупостей. — Вам легко говорить, — устало произносит Драко. Он переводит взгляд на Гермиону — она сидит все еще ошеломленная подобными новостями и сейчас парню меньше всего хочется забивать голову девушки еще больше. — И все же постарайтесь. Ты уже не мальчик, Драко, поэтому я верю в твои способности. С твоей матерью все будет хорошо, в этом я готов поручиться. А теперь мне пора, дела не ждут. Желаю вам удачи, — Альбус исчезает в зеленом всполохе пламени. — Ты как? — спрашивает Драко после нескольких минут молчания. Они все еще сидят на коленях около камина, а за окном бушует непроглядная тьма, ищущая способа проникнуть сквозь занавески в дом. — Не надо, — Гермиона качает головой. В ее сознании творится полный хаос. Она волшебница? Да что за бред? Волшебства не существует, это всего лишь сказки. А человек в камине? Игра воображения, либо дурацкий сон. В голове закручивается тугая спираль, ослепляющая болью. Перед глазами плывет. — Тебе нужно присесть, а еще лучше — прилечь. Это последнее, что слышит Гермиона перед тем, как проваливается в темноту. Темнота эта наполнена криками детей, шумом моря и запахом свежескошенной травы. А потом она падает. Мучительно долго, но позвать на помощь не может. Бездна очень рада ее видеть.