Because of you

Я разочарованно вздыхаю после того, как узнаю, что сегодняшний вечер я снова обязана провести с семьей Чон. Это не может не расстраивать меня, но сказать, что я не рада, — было бы тоже неправильно. Мне приходится около часа выбирать одежду, в которой было бы лучше пойти. Внутри меня разрывается нечто странное: одна половина хочет, чтобы я оделась как подобает: дорогое платье, сумочка на изящном ремешке и лучшие туфли из моей собственной коллекции; другая же, напротив, не видит смысла в этом пафосе, не хочется прихорашиваться, да и, собственно, для кого? Для моего будущего избалованного женишка? Нет, простите, нет. В конце концов, побеждает первая половина; я хочу выглядеть лучше всех на этом вечере. Дело в том, что сегодня день рождение у сестры Чонгука, и, наверное, единственное, что я о ней знаю, так это её имя, Суа. За все время нашего с семьёй Чон знакомства я ни разу её не видела. Она, словно каждый раз испарялась, стоило ей узнать, что я окажусь в доме её родителей. Также мне известно, что она не намного старше самого Чонгука, что даже меня немного успокаивает, поскольку я себе представляю маленькую версию Чонгука не в самом хорошем свете. И как только я надеваю чёрное кожаное платье, мой телефон уже разрывается от многочисленных звонков: — Ты скоро? Твой отец уже нервничает, ты слишком долго одеваешься, — в трубке звучит явно недовольный голос матери, которой, видимо, плевать, что я узнала об этом вечере чуть больше часа назад. — Я готова, — только и говорю, поскольку не хочу снова слышать её голос. Бросаю трубку. Меня абсолютно больше не расстраивает тот факт, что по большей мере моим родителям просто плевать на меня. Я давно смирилась с мыслью, что они «сделали» меня только для того, чтобы как-то поддержать родословную своей семьи, и я научилась контролировать внезапно вспыхнувшую обиду на них. Если вспомнить моё детство, то хорошего там было мало. Постоянные ссоры родителей и пренебрежительное отношение к собственной дочери нанесли сильную травму в процессе взросления. Будучи подростком мне надоело терпеть это, и я сбежала из дома. За мной всегда приглядывала бабушка, и, пожалуй, она единственная, кому не плевать на меня, и её точно можно назвать самым любящим членом семьи. Я отключаю все эмоции, которые можно показать на своём лице, оставляя лишь равнодушный взгляд. — Выглядишь неважно, — замечает мама, как только мы заходим в гостиный зал, где уже находятся больше десятка человек. — Я знаю, — отвечаю и ухожу в противоположную сторону, попутно захватив бокал с водой. Алкоголь всё ещё запрещён для меня. Ещё я знаю, что просто так оставлять родителей нельзя, ведь они все ещё не успели показать меня всем своим знакомым, но я не хочу чувствовать себя чьим-то товаром, несмотря на то, что я уже как бы «занята» семьёй Чон. Я не замечаю никого и ничего, пока иду до приглянувшегося балкона, но моим планам тоже просто так не позволяют случиться. — Выглядишь прекрасно, — отчётливо слышу усмешку в чужом голосе, но стараюсь проигнорировать вновь откуда-то взявшуюся злость. — Пока что ты выглядишь лучше тех, кого я уже встретил сегодня. — Не боишься, что я так и останусь в твоём списке номером один? — в точь его голосу повторяю. — Для меня ты теперь всегда будешь номер один, — подмигивает он, а меня так и рвёт на части от его притворства. Я закатываю глаза, отворачиваюсь, как бы показывая, что его видеть я больше не хочу, но его это не останавливает. — Как тебе роль моей будущей жены? — Так же, как и тебе моего будущего мужа. — Не из приятных, правда? — Точно. Я ведь пришла сюда с одной целью — познакомиться с сестрой Чонгука, но почему-то за все время, пока я тут, я так ни разу ее и не заметила. — Слышал, ты не ладишь со своими родителями, — вновь первым подаёт голос он. — Не устраиваешь их как дочь? Я знаю, что он пытается поставить меня в неловкое положение, уколотить и что хуже всего — он хочет сделать мне больно. Он делает это всегда. Каждый раз мне ничего не остаётся, кроме как ответить тем же, нагрубив, что не подобает девушки, или же оставить его слова без ответа. — Интересно, — проговариваю, проигнорировав последние слова парня, поскольку все мое внимание заполучило кое-что иное. Почти на другом конце зала я увидела то, чего меньше всего ожидала увидеть, точнее того. Не буду врать, это повергло меня в оцепеневший шок, от которого я не могла отойти в течение нескольких секунд, что, кстати, смогло немного заставить побеспокоиться о моем здоровье Чонгука. Проще говоря — я увидела своего бывшего парня, расставшись с которым я пробыла в самой настоящей депрессии. И, наверное, это были самые зрелые отношения во всех понятиях, потому что именно с этим человеком я научилась любить. Мы встречались недолго, однако я успела по-настоящему привязаться к нему. Ещё, что я успела заметить, так это то, в чьей компании он был. Он явно был не один, ведь его за локоть держала уж слишком красивая и буквально сияющая во все стороны девушка. Нет, я не имею в виду, что он какой-то там очередной урод, испортивший жизнь молодой девушке. Нет, наоборот, он единственный, о встрече с кем я не жалею. Я действительно могу назвать себя везунчиком только из-за встречи с ним. Он из той группы людей, которая предпочитает находить хорошее, нежели плохое, и это первое, что привлекло меня в нем. Я не решаюсь отвести от него взгляд, пока не замечаю, что он поворачивает голову в мою сторону. Я сильно смущаюсь, когда осознаю, что смотрит он именно на меня, а затем и Чонгук добавляет кое-то в своей манере. — Кажется, парень моей сестры пялится на тебя. Чего-о? — Прости? — я прокашливаюсь, прежде чем спрашиваю. — Тот парень, что стоит возле моей сестры, её жених, — усмехается, увидев мою реакцию. — Ну почти. Я даже не знаю, смеяться мне или плакать, потому что это звучит уж очень невероятно. — Я не знаю, как выглядит твоя сестра, — смотря ему прямо в глаза, словно показывая, что я совершенно не боюсь его, произношу. — Просто повернись на девяносто градусов и узнаешь. — Я ведь даже её ещё не поздравила, — мысленно ругаю себя, ведь прошло уже достаточно времени после моего прихода. — Не волнуйся об этом, — довольно говорит он, — сейчас поздравишь. Как же я не хочу поворачиваться, потому что знаю, что они уже где-то близко, но... Кто вообще будет слушать мои желания? Всем просто плевать. — Ты хотя бы знаешь, как ее зовут? — уже открыто смеётся он, увидев крайности моего волнения. Да я готова пальцы грызть! — Конечно, знаю, — резко произношу, увеличив громкость его смеха. И в следующую секунду я уже вижу знакомую макушку в компании молодой брюнетки. Джин улыбается мне, и при виде этого мои губы сами приподнимаются вверх. Я до сих пор не могу контролировать счастье, испытуемое только с ним. Сестра Чонгука выглядит просто потрясающе. Она улыбается, возможно, даже шире меня, но это совсем не расстраивает. — Привет, — первая здоровается Суа, и я в который раз поражаюсь её красоте. Её внешности точно может позавидовать любая. — Мы не успели познакомиться с тобой. Суа. — Седжон, — киваю и перевожу взгляд на Джина. Встрепенувшись, поздравляю её с днем рождения. Кажется, это выглядело немного неловко. — Спасибо, — смеётся она. — Сколько искренности, — почти шёпотом проговаривает Чонгук, но я все равно его слышу, и остальные тоже. — А это мой жених — Сокджин, — Суа рукой указывает на рядом стоящего парня, перед этим незаметно ударив локтем своего брата, что тоже не укрылось от моих глаз. — Мы знакомы, милая, — впервые за столько времени я слышу его голос, и это навеивает воспоминания. — Привет, Седжон. — Рада тебя видеть, — честно говорю я, и знаю, что он тоже. — Взаимно. Краем глаза замечаю, как Чонгук подозрительно щурит глаза, но произнести не решается, и я мысленно усмехаюсь. Но меня мало беспокоят мысли этого парня, поскольку сейчас я полностью занята рассматриванием новой девушки(теперь уже невесты) своего бывшего парня. Я полностью уверена, что ничего больше не чувствую к нему, исключая братскую любовь. Если подумать, то Джин всегда относился ко мне больше как сестренке, нежели к девушке, наверное, это спасло наши дальнейшие отношения. Сейчас мы в статусе: брат — сестра. — Правда? — удивление Суа действительно было искренним, что немного позабавило. — Забавно. — И правда забавно, — соглашается Чонгук. — Что именно? — я обращаюсь к Суа. — Забавно, что мой жених знаком с девушкой моего брата, а я — нет, — она так мило смеётся, что я не могу остановить свой смех. — Мы учились в одной школе, — говорю, чтобы не оставить неясности. — Он был самым крутым старшеклассником. А потом он выпустился — а я уехала заграницу. Я смеюсь, поскольку все, что я сказала было правдой, не добавив только одно, — у самого классного парня в школе была девушка, то есть — я. Нашу разницу в возрасте замечали все, но нас это не останавливало. Джин старше меня на два года, и это в некотором роде смущало меня, но никогда не было огромной проблемой. Джин всегда умел их решать до их появления. — Обычно у всех парней в старшей школе бывают девушки, не так ли? — Чонгук словно подливает масло в огонь, всё больше и больше портя наши отношения. — Наверное, у Джина была тоже очень известная старшеклассница. — У него не было девушки-старшеклассницы. Мне с трудом удаётся произносить слова без определённой злости. Чонгук усмехается, но ничего больше не говорит. — Джин совсем немного рассказывал мне о своей школьной жизни, я так рада, что теперь есть ты, и я узнаю о своём будущем муже чуть больше, — снова смеётся она, и я не могу поверить, что это сестра Чонгука. Они буквально противоположности. — Я буду только рада, — улыбаюсь, а Чонгук почему-то хмыкает, на что я закатываю глаза. Мне хочется ещё что-нибудь сказать Суа, но меня перебивает звук, характерный для бьющейся посуды, и взгляды всех в округе направляются именно туда. Звук действительно был громким, наверное, от того, что это произошло недалеко от нас. На полу рядом с разбитыми бокалами стоит высокая брюнетка, смею заметить, жутко разозлённая брюнетка, мысленно усмехаюсь, не позавидовав тому, кто разозлил её, поскольку её вид действительно вселяет ужас. Потихоньку она становится вновь не очень интересна публике, и многие отворачиваются от неё, только к своему удивлению я замечаю, что её взгляд направлен в мою сторону. Она максимально точно смотрит на меня. Но спешу поспорить с собой, ведь я эту девушку не знаю. Но что сказать о Чонгуке? Он почти сразу же отвернулся, стоило ему только увидеть её. — Наверное, нам пора, я ещё столько поздравлений сегодня не услышала, — где-то рядом прозвучал уже знакомый голос Суа, она выглядела немного сбитой с толку. — Рада была познакомиться с тобой, Седжон. Надеюсь, я увижу тебя в скором времени за ужином в моем доме. Я улыбаюсь. Как бы мне не была приятна компания девушки, ужинать с Чонгуком я точно не хочу. — Обещай звонить чаще, Седжон, — шутит Джин, за что я благодарно улыбаюсь, поскольку мне не пришлось ничего отвечать Суа. Они уходят, оставляя нас двоих снова наедине. — У вас странные отношения, — констатирует Чонгук, стоило его сестре и Джину уйти. — Ты о чем? Я прекрасно знаю, о чем он говорит. — Ты уж слишком странно смотришь на жениха моей сестры. — Чего ты напридумывал своей огромной головой? — смеюсь, стараясь выглядеть максимально естественно. — Твои шуточки только подтверждают это. — Подтверждают что? — гневно произношу, я уже не могу сдерживать злость внутри себя. — Чего ты добиваешься? Ты знаешь, как это бесит? — Ну, согласись, Джин хорош как парень, — он снова меняет все вверх ногами. Я злюсь, я не понимаю его. Не понимаю, чего он хочет, что он пытается сделать, и это раздражает меня. Я не нахожу ничего лучше, поэтому ухожу подальше от этого парня. Я даже удивляюсь, как я простояла с ним рядом больше пяти минут, в любой другой раз я бы незамедлительно ушла, а сейчас я жалею, что не сделала этого раньше. Я оставляю его одного и теперь не знаю куда пропасть из поля зрения остальных. Многие просто пялятся на меня, обсуждают, в том числе и мои родители. Я не хочу начинать разговор с кем-то, поэтому просто выхожу из здания. Почему я не сделала этого раньше? И как только прохладный воздух касается моей в каких-то местах оголённой кожи, я вдыхаю спокойно. Я не слышу ни шума, ничего остального, что могло бы помешать моему расслаблению. Но стоило мне подумать о недавно пережитых моментах в зале, я вспоминаю все слова, сказанные устами Чонгука. И одними из них были адресованы то ли мне, то ли Джину. Кажется, он догадался обо всем. — Как же он невыносим, — незаметно для себя вслух произношу. — Ты знаешь, что разговоры с самим собой — первый признак шизофрении? — обычно тихий голос кажется громким на пустой улице. — А ты знаешь, что подслушивать нехорошо? — между тем замечаю, увидев рядом брюнета. Ночью он выглядит особенно хорошо. Темнота его красит. — Каюсь, — засмеялся он и подошёл немного ближе. — О чем ты думала? — Ни о чём. Просто планировала завтрашний ужин. А врать я умею. На самом деле, я хотела подумать об этом, только не успела. — О, Чхве Седжон, перестань врать! — снова смеётся Джин, подловив меня на лжи. Он это всегда умел. Странно, но он всегда читал меня, словно я раскрытая книга для него. — Ты свой ужин называла невыносимым? Это точно был парень. — Перестань, — протягиваю, — ты уже догадался о ком речь, да? — Разумеется. Ты так яростно о нем отзывалась, называя его ужасным и моральным уродом. — Что? — опешиваю, потому что не помню, чтобы я это произносила вслух. — Я и это сказала? Джин, не смущаясь, смеётся, а я чувствую себя настолько неловко, что готова ударить кулаком по его согнутой от смеха спине. — Ты что, издеваешься? — Я шучу, — но он не перестаёт смеяться. — Можешь успокоиться. Как тут успокоиться, если рядом смеётся бывший парень не над кем-то, а надо мной! — Не будь таким суровым, — мой голос можно назвать ноющим. — Перестань! Проходит больше минуты, прежде чем он снова смотрит на меня спокойным лицом. И я вспоминаю всё остальные моменты, когда мы находились в таком же положении, но будучи парой. — Ты всё такая же, Седжон, — да он давит лыбу, я вижу. — А ты такой же... — А всё-таки, о ком ты говорила, а? — он не даёт мне договорить, и я закатываю глаза. Иногда он ведёт себя как подросток, ей богу! — Ты продолжаешь издеваться надо мной? — Нет, мне интересно. Честно. — Ты ведь знаешь! Конечно, он знает! — Ага, — кивает. — Зачем тогда спрашиваешь? — Интересно от тебя самой это услышать, — более серьезно говорит он, упав на скамейку. Я только благодаря ему увидела её. — Но если не хочешь, можешь не говорить. — Тогда к чему это всё было? — Было забавно наблюдать за твоим часто меняющимся лицом. — Эй! — на этот раз я бью его по спине, не беспокоясь, что ему может быть больно. Он заслужил! Но ему не было больно, поскольку он поймал новую волну смеха и захлестнул меня в неё. Я смеюсь впервые за сегодняшний день, и это расслабляет меня. Джину вообще всегда удавалось спасти меня от трудных дней, и это замечательно, что он до сих пор может так влиять на меня. Возможно, я больше не встречу человека, способного поднять мне настроение в любой момент моей жизни. И, наверное, больше всего я рада, что такой человек — Сокджин. — Он нравится тебе, — а ещё удивительнее то, как он умеет правильно говорить со мной. — Не знаю, — пожимаю плечами. Я и правда до конца не решила. — Ты знаешь, Седжон, — он смотрит на меня, в его голосе та уверенность, которой не хватает мне. — Ты знаешь, что он нравится тебе. — Как тебе это удаётся? — удивляюсь. — Как ты насквозь видишь меня? — Я просто давно тебя знаю. — Но я ведь тоже давно тебя знаю, но ничего не могу сказать о твоих нынешних отношениях. — Ты знаешь, что я счастлив. — Это ведь трудно не заметить, — легкая усмешка коснулась моих губ. Я так рада за него. — Я хочу, чтобы ты была тоже счастлива. — Но очевидно счастье не построишь на односторонних отношениях. — Откуда ты знаешь? — действительно непонимающе смотрит он на меня. — А ты был бы счастлив с девушкой, которую не любишь? — Откуда ты знаешь, что они односторонние? — вновь повторяет он, чем вводит меня в тупик. Что за странные выводы? — Я не нравлюсь ему, — грустно произношу, это очевидно. — Ты не знаешь этого, — он встаёт со скамьи. — Ты не спрашивала его об этом. Как можешь быть уверена? Я отвожу глаза на пол, увидев свои сомнения. В чем-то он прав, я никогда не говорила с ним об этом, он просто всегда был против «нас», но ничего более не говорил, но это тоже не даёт мне право ошибочно надеяться, что он что-то да чувствует ко мне. — Просто поговори с ним. Я встаю следом за парнем, он уже ждёт меня у входа. Я догоняю его и благодарю. Почему-то мне становится намного лучше, чем прежде, и я не могу это объяснить. — Но почему у вас с ним такие трудные отношения? — спрашиваю, на что тот пожимает плечами. Он не знает, возможно, он просто ему не понравился, только и всего.