Мы создали друг друга

Харви Буллок обычно не вмешивался в дела Джима, но когда он на следующий день после разговора с Пингвином, не явился на работу, капитан решил изменить своему правилу. Дома Гордона не оказалось, тогда Харви уже намеривался отправиться к Кобблпоту с допросом, но Джим позвонил. Он заявил, что загремел в больницу из-за сов, мол, на него напал один из их наёмников. Буллок неохотно поверил, что-то показалось ему в речи друга странным, но что именно он ответить не мог. В итоге Джеймс объявился лишь спустя три дня. И он вёл себя странно. Харви не мог толком объяснить, в чём это выражается, но знал, что с его другом что-то не так. Джим стал более скрытным что ли, занимался делами как-то неохотно, словно его больше не волновала преступность Готэма, и ничего не рассказывал о совах. Поначалу капитан и не настаивал, но спустя полторы недели уже всерьёз этим заинтересовался. Правда, завести разговор о суде он так и не решился. К тому же дел и так было по горло. В этом проклятом городе вообще не бывает спокойных дней. А на него ещё и наседали, требуя результатов. Однако спустя ещё пять дней произошло кое-что странное. Харви видел, как к Джиму подошёл сам Брюс Уэйн, они долго о чём-то говорили. Парень ушёл недовольным, даже злым. Но когда Буллок попытался расспросить об этом друга, тот лишь ответил, что Уэйн не приходил. Однако зачем Джиму было врать? Именно этот случай подтолкнул Буллока к вмешательству в дела друга. Именно из-за этого вечером он приехал к особняку Уэйнов и постучал в дверь. Ему нужно было знать. Двери открыл дворецкий. Альфред был, похоже, озадачен появлением капитана полиции на пороге дома. –Капитан Буллок? Что-то произошло? –Я бы хотел побеседовать с юным мистером Уэйном… –Мастера Брюса нет дома. Могу ли я чем-то помочь? Харви неуверенно кивнул, а Пенниуорт в свою очередь предложил войти. Они прошли в гостиную, где Буллок подошёл к горящему камину, отказавшись от предложенного места, но согласился на чашечку чая. Когда дворецкий ушёл, Харви осмотрелся. Богатый дом, ему в таком пожить не доведётся. Мужчина всё же присел на диван. Альфред вернулся с подносом, который поставил на журнальный столик, и протянул Буллоку чашку. Тот поблагодарил, отпивая горячего чая. –Так что вас привело сюда, капитан? – дворецкий выглядел немного обеспокоенным. –Сегодня мистер Уэйн общался с Джимом, но предмет их беседы мне не известен… –Разве детектив Гордон не рассказывает вам всё? – перебил его Альфред. –Да, в том-то и дело, – Харви задумчиво почесал подбородок. – С моим другом что-то не так. Он прекратил расследование дела сов, а на все мои расспросы по поводу вашего подопечного ответил, что этого разговора не было. Но я ведь собственными глазами видел… –Речь шла о Совином суде. Мастер Брюс сказал мне, что детектив забросил это дело. Мне тоже это показалось странным. Джеймс Гордон не из тех, кто сдаётся. –Именно! – Буллок был рад, что хоть кто-то его понимает. – Его словно подменили после беседы с Пингвином, – мужчина неожиданно умолк, словно он что-то понял. – Джим рассказывал о клонах… Как их отличить от настоящих людей? –Они не чувствуют боли, – Пенниуорт кажется тоже что-то понял. – Думаете, что детектива подменили? –Кто знает… – Харви допил свой чай и поднялся на ноги. – Спасибо за чай. Короткая беседа с дворецким помогла понять, что именно ему не нравилось в этом Джиме Гордоне. И дело даже не только в смене поведения. Он понял, что друга надо бы проверить. *** Случай подвернулся не сразу, а лишь спустя ещё несколько дней. Они с Джимом попали в небольшую перестрелку с распоясавшимися шестёрками Кобблпота, который бесследно исчез три дня назад. Один из бандитов выстрелил и попал прямо Гордону в плечо. Однако детектив словно и не заметил этого, продолжая наступать. Зато это заметил Буллок. Его худшие опасения подтверждались. Когда все преступники были пойманы и отправлены в тюрьму, Харви отвёл друга в сторону, на всякий случай его правая рука покоилась на рукояти пистолета. –В чём дело, Харв? –Плечо. Джим в недоумении уставился на своё плечо, а потом, заметив кровь, перевёл взгляд на друга. Но ведь он даже не почувствовал. Как же такое возможно? Гордон охнул, сложив два плюс два. Он прекрасно знал, что боли не чувствуют только клоны. А раз он не чувствует боли, то он и не он вовсе. Осознание упало, как снег на голову. Харви выжидательно смотрел на друга, не зная чего от него ожидать. –Я клон? – Джеймс удивлённо смотрел на собственные руки, почему-то это тело стало казаться ему чужим. – Но ведь этого не может быть… или может?.. Руки сами по себе сжались в кулаки, а тело сработало без приказа, бросаясь в атаку. Словно детективом управлял кто-то другой. Харви едва успел отразить удар Гордона, выхватывая пистолет и ударяя Джима по голове рукоятью. Почему-то Буллок не удивился такой реакции клона. Поразмыслив, капитан решил, что не стоит везти друга в участок для допроса. Вместо этого он кое-как затолкал Джима в машину и отвёз его в его же квартиру. *** Когда Джим очнулся, его руки сами собой в очередной раз сжались в кулаки, но пошевелить ими он не смог. Он сидел на полу, а его руки были прикованы к батарее наручниками. Напротив, на стуле, сидел Буллок, который явно уже успел заскучать, пока Гордон был в отключке. Едва детектив зашевелился, как Харви встрепенулся. –Доброе утро, соня. –Харв, какого лешего ты меня связал?.. –А сам не помнишь? Только Харви это сказал, как Джим вспомнил. Он набросился на друга. А на друга ли? Он не он. Он кто-то другой. Кто-то без собственных воспоминаний. Творение больного на голову учёного. Или же он всё-таки Джеймс Гордон? А не ему ли решать, кем быть? Голова шла кругом. При этом тело продолжало пытаться вырваться из пут. Оно не слушалось, не слушались и мысли. Всё спуталось. Что-то внутри, что-то ему не принадлежащее, отчаянно вопило о том, что надо атаковать, надо защищаться, надо убрать свидетеля. Даже когда он был под вирусом Алисы Тетч, было легче контролировать свою тёмную сущность. Эти же мысли были не его, их ему навязали. Буллок же молча наблюдал за терзаниями клона. В последнее время он стал задаваться вопросом, а удивит ли его ещё хоть что-то в этой жизни. За последние годы в Готэме произошло столько дерьма, что Харви не удивится, если и он сам уже окажется каким-нибудь роботом, посланным тайный кланом инопланетян, живущих в Готэме и приносящих подношение какому-нибудь Богу Хаоса, дабы город и дальше рвало на части. Вот уж точно. Ни разу не удивится. Наконец-то Джим выбился из сил и замер. К нему постепенно возвращалась возможность мыслить здраво. Поэтому он просто сидел и перебирал собственные воспоминания. Все были на месте, ни одно не потерялось. Видимо суд научился давать клонам воспоминания их оригиналов. Но как? Мужчина силился вспомнить, что произошло с ним, тем злополучным вечером, однако его попытки не увенчались успехом. После разговора с Пингвином он вернулся домой, выпил пива и лёг спать, вот только в этом чувствовалась какая-то фальшь. Было что-то ещё. –Прости меня, Харви… – обессиленно прошептал Джим. – Я не могу это контролировать… –Допустим, – Буллок скептически окинул взглядом прикованного к батарее друга, вспоминая прошедшие три недели. – Да вот только откуда ты знаешь то, что знает только настоящий Джеймс Гордон? –Не знаю… Наверное, совы придумали способ… А может я не клон?.. – со слабой надеждой поинтересовался детектив. Вместо ответа его друг сжал раненное плечо, которое, впрочем, было уже перевязано. Боли не последовало, а тело в очередной раз дёрнулось навстречу. – Чёрт… Но ведь я же знаю, что я это я. Как же так?.. –Лучше расскажи, что знаешь о совах, – ухмыльнулся капитан. – И скажи спасибо, что ты сейчас здесь, а не в полиции. –Я не знаю, ничего не знаю… Словно что-то мешает вспомнить. Знаю, что меня похитили после разговора с Пингвином… Ох… – до Джима словно что-то дошло. – Я им мешал… Я ведь предупреждал Кобблпота. А теперь он исчез. Значит, скоро объявится клон Пингвина. А сколько ещё этих клонов?.. Харви, у меня в спальне, в тумбочке лежат материалы. Ах… – детектив чувствовал себя так, словно ему дали под дых. Только без боли. Просто было тяжёло дышать. – Прошу… А то меня… словно… что-то останавливает… Харви кивнул и ушёл в соседнюю комнату. Вернулся он с той самой тетрадью и книгой, которую Гордон получил от Брюса и Альфреда. Какое-то время Буллок просто пролистывал страницы тетради Пятого, но потом кое-что увидел. Последняя запись была сделана рукой Джима. Одно слово, даже не слово, фамилия… –Нигма… – прочёл вслух Буллок. –Что?.. – простонал Джим, переводя дух. –Здесь написано «Нигма». Написано твоим почерком. Гордон удивлённо уставился на друга, а тот лишь показал ему тетрадь. Действительно, после последней записи Пятого на полстраницы было выведено одно слово. Слово, которое послужило ключом ко всем воспоминаниям. Джим вспомнил, как его привезли домой двое, как он в полудрёме нашёл эту тетрадь и написал это перед тем как отключиться, а на утро не вспомнил ничего из этого. Он вспомнил, почему написал именно «Нигма». Вспомнил. Не знал, как ему это удалось, но вспомнил. И дышать стало заметно легче. Наваждение спадало. –Нигма… – прошептал поражённый до глубины души Джим и рассмеялся, не обращая внимания на раздражение напарника. – Это этот сукин сын меня похитил! Он клон! –Погоди… – Буллок завис на какое-то время, а потом воскликнул, подскакивая со своего места. – Чёрт, Джим! В Готэме нормальные-то люди остались?! Одни фрики да клоны кругом! –Остались. Наверное… –Не нравится мне твоё «наверное»! Харви прошёлся из одного угла квартиры в другой, останавливаясь посреди комнаты. Как же это было неправильно. Его друг – клон, мэр Готэма – клон, маньяк, помешанный на загадках, тоже клон, а скоро ещё и король преступного Готэма будет заменён клоном. Вот только почему Кобблпот исчез так внезапно? Разве подмена не должна осуществляться незаметно? Ладно, Джим стал помехой, поэтому от него избавились по-быстрому. Может, и Пингвин стал помехой? Харви задумчиво почесал подбородок, пытаясь сложить этот странный пазлл. У Гордона бы вышло лучше. –Думаешь, Пингвина хотят подменить? Но почему так… заметно? –Что-то произошло, – ответил Джим, пытаясь сменить позу на более комфортную, но наручники мешали. Впрочем, и снять их он не просил. – Должно быть Кобблпот что-то узнал… –А что будет, как только объявится клон? –Кто знает… Может произойти абсолютно что угодно. –А почему ты мне помогаешь? –Я может и клон, но не забывай чей я клон… – с горечью протянул Джим. – Надо найти меня… ну… то есть настоящего меня. Неожиданно на детектива снова напало странное желание атаковать, почти все мысли выветрились из головы, а тело неконтролируемо выгнулось, пытаясь вырваться из ловушки. При этом для него всё вновь происходило словно и не с ним, словно он наблюдал со стороны. Поэтому он решился воспользоваться этим временем и как следует подумать над тем, где его могли держать совы. Разумеется, он ни к чему так и не пришёл, даже мыслей по этому поводу не было. Силы снова закончились и наваждение спало. Он медленно приходил в себя, восстанавливая дыхание, когда зазвонил его мобильник. Харви, всё это время наблюдавший за очередным припадком, подошёл к журнальному столику и взял телефон в руки. Джим видел, как его друг озадаченно посмотрел на дисплей, а потом на него. Даже не поинтересовавшись можно ли, Буллок ответил на звонок: –Боюсь, Джим не может сейчас разговаривать. Можете всё рассказать мне. Какое-то время он озадаченно слушал кого-то, потом кивнул и заверил, что дело взято под контроль, и он скоро будет. Сунув чужой мобильник к себе в карман, Буллок окинул друга задумчивым взглядом. –В чём дело, Харви? –Уэйн пропал. Мне надо ехать в особняк Уэйнов, раз ты не можешь. Не сбежишь? Гордон утвердительно кивнул. Это он вполне ещё мог пообещать. Оставаться дома прикованным к батарее наручниками? Что может быть проще?