Двойной обмен

      Мир Благих знамений       Улицы небольшого сирийского городка были пустынны. Там, где еще недавно звенел голосами и музыкой шумный восточный рынок, пировало черное вороньё, расклевывая обезображенные человеческие трупы. От некогда величественной мечети неподалеку остались лишь дымящиеся руины.       Зазвенел колокольчиком мелодичный женский смех. Было очень странно слышать его в этом мрачном царстве разрушения и смерти. Кто же посмел смеяться там, где уместнее было плакать и стенать?       Молодая девушка не старше двадцати лет на вид неспешно прогуливалась по уничтоженному войной городу, заливисто смеясь. Ее огненно-рыжие волосы и кроваво-красное платье ярко выделялись на общем темно-сером фоне.       — Простите, госпожа, — обратился к ней словно из-под земли возникший мужчина в традиционном мусульманском одеянии. Обратился, конечно, по-арабски, но странной хохотунье не составило труда его понять — ведь она знала все языки мира.       — Чего тебе, смертный? — грубовато поинтересовалась она, разглядывая новоприбывшего черными как ночь глазами.       — Вы ведь Одна из Четверых? Тогда вам посылка и послание. — Он с поклоном передал ей длинный сверток. — Получите, распишитесь!       Нетерпеливо рванув покрытую странными знаками ткань, девушка обнаружила под ней изящный серебристый клинок.       — Значит, Время Пришло, — пробормотала она, усмехнувшись. — Эй, где расписаться-то?       Посыльный с очередным поклоном протянул ей стандартный почтовый бланк и гелевую ручку.       — Это оставь себе, — резким ударом рыжая выбила у него ручку. — Не понадобится. Спасибо за послание!       Клинок свистнул в воздухе, и голова посыльного покатилась по выжженной земле, окропляя ее кровью. Брызги этой крови попали на почтовый бланк, и из красных потеков сложилось слово «Война».       — Вот тебе твоя подпись, — расхохоталась девушка, и, крутнувшись на месте, растаяла.       Далее же случилось невероятное. Отрубленная голова посыльного снова приросла к телу, и мужчина поднялся на дрожащие ноги.       — Одна есть, осталось трое, — произнес он как ни в чем не бывало, поднимая с земли бланк с кровавой подписью, затем шагнул в тень полуразрушенного дома, сразу после растворившись в хитросплетении городских улиц.       

***

      Офис «Глобал Фуд Индастриз» в центре Нью-Йорка гудел словно растревоженный улей. Вышколенные клерки носились туда-сюда под шелест бумаг, дробный перестук клавиш и мерный гул процессоров.       — Вы к кому, сэр? — елейным голоском обратилась упитанная девушка-администратор к только что вошедшему в двери черноволосому мужчине с небольшим пакетом в руках.       — К мистеру Хангеру, (1) — ответил тот, качнув пакетом, отчего внутри что-то звякнуло. — По личному вопросу.       — А вы записаны? У него запись на десять лет вперед, — сощурилась девушка, скептически разглядывая посетителя. — От какого вы филиала? «Макдональдс»? «KFC»? «Бургер-Кинг»? Что-то восточное? — добавила она, принюхавшись.       — Нет, я не оттуда, мисс, — покачал головой мужчина. — Я из курьерской службы Судного Дня. Если не хотите пропускать меня, то как-нибудь передайте боссу следующее: «Наследник Тьмы и Света собирает Четверых. Время Пришло».       — Прямо так и передать? — удивилась администратор.       — Так и передайте, и как можно скорее, а то мне еще две посылки доставлять, а время на исходе, — кивнул посыльный.       Вздохнув, администратор набрала внутренний номер шефа, и едва в трубке раздался его тихий, словно выцветший голос, передала услышанное ею непонятное послание.       — Он ждет вас, — удивленно сказала она посыльному, закончив разговор. — Тринадцатый этаж, кабинет шестьсот шестьдесят шесть.       — Благодарю, — церемонно кивнул тот, уверенно направляясь к лифтам.       Сидевший в искомом кабинете очень худой мужчина в грязно-сером костюме поднял голову, приветствуя вошедшего курьера. Стол перед ним ломился от разнообразной снеди.       — Приветствую вас, сэр! — улыбнулся посыльный, сглотнув набежавшую слюну. — Приятного аппетита! Вам посылка! Получите, распишитесь! Истинным именем, пожалуйста!       — Давай сюда, — хозяин кабинета протянул костлявую руку, даже не потрудившись вытереть ее об салфетку.       Посыльный с поклоном передал ему вынутые из пакета небольшие медные весы и бланк с ручкой.       — Ну наконец-то! — шеф «Глобал Фуд Индастриз» расплылся в улыбке, скорее напоминающей хищный оскал. Он быстро написал в бланке всего одно слово — «Голод». — Теперь проваливай!       Едва пятясь и кланяясь, курьер вышел за дверь, Голод сделал несколько звонков, отменяя все назначенные встречи и приказав подать личный самолет.       

***

      Через несколько минут курьер входил в сверкающие белизной двери крупнейшего в мире Центра Научно-медицинских Исследований, расположенного на окраине Чикаго. Обстановка здесь слегка напоминала царившую в компании Голода, разве что снующие сотрудники были одеты в светло-зеленую медицинскую униформу и скрывали лица марлевыми повязками и непроницаемыми масками.       Посыльный миновал несколько комнат, из-за дверей которых неслись отчаянные стоны и хрипы, а также кашель и крики боли. На каждой из дверей красовалась табличка с названием болезни — от банальной простуды до тяжелейших неизлечимых патологий.       На диванчике в коридоре сидел бледнокожий молодой человек, одетый в забрызганный чем-то красным (кровь?) белый халат. Жидкие волосы были седыми, как у древнего старика.       — Ну разве это не прекрасно? — он с улыбкой качнул головой в сторону работающего телевизора, с плазменного экрана которого телеведущая CNN скорбным голосом сообщала о разливе нефти у берегов Панамы и ужаснейшей экологической катастрофе. — Черное золото облагородило глупую воду. Чудесно, не находите?       — Кхм, возможно, — протянул посыльный. — Как вам будет угодно, сэр. Вы ведь мистер Плейг (2) из Великой Четверки?       — Ну допустим, да, — кивнул собеседник. — А что, у вас ко мне какое-то дело? Может, надо кого-нибудь заразить или что-нибудь загрязнить? Так это всегда пожалуйста! Вот что касается заразы, к примеру… Зеро, подойди-ка сюда, пожалуйста! — позвал он.       На этот зов к ним подошла молодая женщина в грязном больничном халате. Всем обычная, если бы не смертельная бледность лица и потухшие глаза.       — Вы звали, доктор? — спросила она свистящим шепотом.       — О да, милая, — широко улыбнулся Плейг. — Закатай-ка рукава!       Курьер охнул, увидев жуткие язвы, скрывавшиеся под халатом.       — Мило, не так ли? — хмыкнул Плейг. — А если она чихнет или плюнет в вашу сторону или даже просто дотронется до вас, то такие же чудесные язвочки украсят и ваше тело. Потом, пару дней спустя, придет нестерпимая боль, не снимаемая никакими обезболивающими, и венец всему — смерть в жутких мучениях! А вот и мистер Зеро идет, наша гордость! — указал он на худого как щепка парня, но несмотря на худобу, довольно привлекательного.       Этот мистер оказался носителем совершенно нового вируса. На первый взгляд он не казался больным, и в сексуальном плане был горяч и способен обслуживать всех — и женщин, и мужчин. Вот только те, кто поддался его чарам и вступил с ним в контакт, очень быстро умирали без видимых причин. Выжившие же становились новыми расносчиками вируса.       — Да не угодно ли чаю из чашки Петри? (3) — любезно предложил и без того шокированному гостю Плейг, отослав нулевых пациентов.       — Как-нибудь в другой раз, спасибо, — покачал головой посыльный. — Примите вот свою посылочку и распишитесь! Своим Истинным именем, если не затруднит!       — Каким из? — чуть нахмурился собеседник. — Если помните, у меня их два!       — На ваше усмотрение, сэр, можете и оба поставить. Лишь бы поскорее, — курьер неловко переступил с ноги на ногу, вынув затем из пакета сверкающую серебряную корону.       — Понимаю, на вечный покой не терпится, — усмехнулся Плейг, забирая украшение, в его пальцах мгновенно потемневшее и утратившее прежний шикарный вид. — Что ж, всегда рад оказать услугу, особенно в обмен на такую восхитительную новость.       Он быстро написал в предложенном бланке два слова: «Чума» и в скобках «Загрязнение», украсив всё это сверху жирной кляксой.       — Ступай к Четвертому, — велел он посыльному. — Далеко тебе ходить не надо, Он всегда рядом.       

***

      Посыльный стоял перед оживленной трассой, глядя на огромное старое кладбище на другой стороне. В руке у него был пакет с последней в его жизни посылкой, на которую он истратил все оставшиеся у него деньги.       «Интересно, где произойдет встреча? — думал он, провожая тоскливым взглядом проносящиеся мимо автомобили. — Ну ладно, была не была. Перед смертью все равно не надышишься, а уж если это Смерть с большой буквы…»       Махнув свободной рукой, курьер Судного Дня решительно направился через дорогу настречу своей судьбе. Но добраться до ощетинившегося крестами погоста ему было не суждено.       Далее всё произошло как в замедленной съемке. Вот посыльный замирает посреди дороги, подчиняясь неведомому порыву, беспомощно смотрит на выруливший из-за поворота грузовик с эмблемой доставки пиццы (вот же ирония судьбы!). Опомнившийся шофер не успевает затормозить и сбивает бедолагу.       «Ну вот и всё!» — пронеслось в голове посыльного, прежде чем его сознание затопила подобно разлившейся нефти вязкая маслянистая темнота.       — НЕТ. ЕЩЕ НЕ ВСЁ, — услышал он над головой. — ОТКРОЙ ГЛАЗА И ВСТАВАЙ.       Посыльный послушно выполнил приказ, запоздало удивившись невероятной легкости во всем теле и отсутствию боли.       Он находился уже не на злополучной трассе, а на той стороне, в увитой плющом беседке недалеко от кладбищенской православной часовни. Рядом с ним на скамейке восседал высокий очень худой мужчина в черном. Льдисто-серые глаза пронизывали насквозь, а рядом страшной пародией на трость стояла огромная коса. Или это серп?       — И ТО, И ДРУГОЕ, СМОТРЯ С КАКОЙ СТОРОНЫ ВЗГЛЯНУТЬ, — прочел его мысли Он. Голос Его был холоден и тверд как могильная плита. — ТАК ЧТО ТАМ У ТЕБЯ? ПЕРЕДАВАЙ И ПОКОЙСЯ С МИРОМ.       — Вот, возьмите, сэр, — посыльный передал собеседнику чудом уцелевшую коробку с эмблемой известной пиццерии.       Подняв крышку, Смерть (а это, как вы уже догадались, был именно он!) тихонько хмыкнул, и его тонкие губы искривились на миг в подобии улыбки.       — ОРИГИНАЛЬНО, — сказал он. — САМ ПРИДУМАЛ ИЛИ КТО НАДОУМИЛ?       Посыльный лишь смущенно улыбнулся.       Идея и впрямь была неплоха: на огромной пицце черными маслинами были выложены три слова: «Иди и Смотри» (4)       — ПОРА НАМ, — сощурился Смерть. — МНЕ — НА ВСТРЕЧУ С ОСТАЛЬНЫМИ И ПРИЗВАВШИМ, ТЕБЕ ЖЕ — В НЕБЫТИЕ. ДОСТАТОЧНО ТЫ НАМАЯЛСЯ НА ЗЕМЛЕ, ПОСЕМУ ЗАСЛУЖИЛ ВЕЧНЫЙ ПОКОЙ. ПОВЕЗЛО ТЕБЕ, КСТАТИ: УЙДЕШЬ РАНЬШЕ, ИЗБЕЖАВ ПОСЛЕДУЮЩЕЙ ТОЛКУЧКИ. МОЕЙ КОСЕ ПРИДЕТСЯ ПОРАБОТАТЬ БОЛЬШЕ ОБЫЧНОГО, ЕСЛИ ТОЛЬКО… НО ЭТО УЖЕ НЕ ТВОЯ ЗАБОТА, ПАРЕНЬ. ПОКОЙСЯ ЖЕ С МИРОМ.       Короткий взмах руки — и свет в глазах бывшего посыльного померк. Теперь уже навсегда.       Смерть же, подобрав пиццу и косу, растаял в воздухе. На том месте, где он сидел, остался лишь почтовый бланк с надписью черными чернилами: «MEMENTO MORI». (5)