Начало.

Лондон окутала тьма. Чёрные грузные тучи клубились над городом, разбивались друг о друга, пронзали мир раскатами грома в ужасающем танце с яркими стрелами молний. Дождь лил не переставая, затопив небольшие улицы и крохотные домишки бедняков. Многим пришлось укрываться на заводах, ночевать там и проводить большую часть времени. Кроуфорд — молодой, худощавый, с тонкими длинными пальцами и взглядом, походящим на звериный, но до холода в жилах спокойный, сидел на стуле, перекинув ногу на ногу. В его руках, по обычаю, покоилась чашка из тончайшего белого фарфора, наполненная горячим индийским чаем. Завод, в котором молодой магистр проводил своё время во время ливней — был закрыт. Он молчал, наслаждаясь видом ассасина, стоявшего на коленях перед ним, ослабленного, скованного толстыми грузными цепями. Его накачали опием, о сопротивлении не шло и речи. — Мне жаль так поступать с вами, Мистер Фрай. Однако, мой долг обязывает, — Кроуфорд не говорил — слова лились мягкой мелодией из его уст. До тошноты ласковой и наигранно вежливой. Итан смотрел на него сквозь опавшие на лицо волосы, прожигал взглядом, желая дотянуться до этого педантичного ублюдка, чтобы задушить цепью, которая держала руки ассасина мертвой хваткой стальных браслетов. — Вы знаете, почему вы здесь? — Потешить твоё самолюбие? — Фрай огрызнулся, зарычал в ответ, словно загнанный зверь. Его разум раскалывался, терялся в тумане, но ему удавалось соображать, хоть и оценить ситуацию полноценно он был не в состоянии. Кроуфрод вскинул линию бровей, поджал губы, отрицательно качнул головой. — Нет, друг мой, — Тамплиер поднялся, обошел Итана по кругу, вставая у него за спиной. Ассасин напрягся каждой клеточкой тела, дернул пальцами, пытаясь обернуться. — Вы здесь, потому что мне нужна информация, которой вы обладаете, — Старрик словно промурлыкал каждое слово, его рука, холодная и влажная от чашки, прошлась по обнаженной спине Итана, указательный палец провёл невидимую дорожку по линии позвоночника. Фрай вытянулся, подался вперёд, чтобы уйти от руки Кроуфорда. — Жаль будет портить такую прекрасную кожу. — Да пош. — резкая боль пронзила спину стрелой жгучего пламени, Фрай подавился воздухом, издавая несдержанный болезненный стон. Тонкие ремни плети отпечатались яркими алыми полосами на его коже, пропустили мелкие капли крови. — Ну, и вы были частично правы, потешить самолюбие тоже, — рука Кроуфорда легла на затылок, до боли сжала тёмные волосы, дернула в его сторону, заставляя Фрая выпрямиться, зашипеть. — Если хочешь, чтобы твои возлюбленная и Братство остались целы, ты расскажешь всё, что знаешь о Плащанице. О, и еще, — Старрик отпустил волосы, отстранился, оставляя новый, более сильный удар на спине Итана, после чего продолжил, отдавая плеть одному из подчиненных, — Это за тот выстрел. Думаю, теперь мы квиты. Фрай затих, опустил голову, тяжело вздыхая и рыча на боль, но не произнося ни слова. Удары заставили его очнуться от тумана, найти выход в реальность. Его мысли занял облик Сесили. Её бледное лицо с мягкими чертами, но строгим пронзительным взглядом янтарных глаз. Её голос, аромат, касания. Итан думал о том, цела ли она осталась после той ночи, где она, надеялся на то, что Джордж нашёл ее раньше тамплиеров. — Молчание — знак согласия, как говорится. Избавьте меня от его присутствия, — Кроуфорд махнул рукой, покидая территорию завода в сопровождении двух рослых мужчин. Итан поднял голову, смотря ему вслед. Его внимание прервала грубая рука на шее. Блеск тонкой иглы на свете масляной лампы. Фрай дернулся в сторону, увиливая от шприца. Цепи на его руках зазвенели, а тамплиер, стоявший сзади, надавил на спину, вжимая ассасина в грязь и пыль. — Смирно, сукин ты сын, лежать! — его смех отдал эхом по заводу. Итан сопротивлялся давлению, пытаясь встать. Его усмирил болезненный укол куда-то в основание шеи. Разум вновь заволокла белесая пелена непонимания и забытия. Фрай затих вскоре, подавленный вынужденным сном. Как его подняли с земли, сняли цепи и без особых усилий бросили в клетку, он уже не ощущал.