Месть - баба злопамятная

Вся глава писалась под эту песню: 10 Years — Don’t Fight It. Советую читать под нее.

Тсунаеши бездумно шагала в школу, блаженно улыбаясь. Шла одна, так как Хибари соизволил добровольно с ней сходить только один раз, — вчера, — а Такеши нужно было на тренировку рано утром. Но она и не была огорчена. Вчера она знатно повеселилась. Это надо было видеть, как округлились глаза Реборна, когда он увидел, как девушка садится с ними за уроки и что Тсунаеши ушла уже вперед программы старшей школы. Причем, подсказки сестры Шинтаро понимал лучше, чем бы он сидел с гранатами за пазухой и перед его носом завис бы пистолет. Настоящий. А Шинтаро уже было подумал, что сестра его больше не игнорирует, как после выполнения домашнего задания его снова перестали замечать. Савада тихо хихикнула, когда мама сказала вчера вечером, что она как-то изменилась, но не внешне. Внутренне. Да, их с Шином мама была очень хорошим человеком, который не зацикливается на внешности и глядит внутрь, вглубь сердца людей. Может, это маме стоило стать Десятым Вонголой? Эта мысль пришлась в голову шуткой и она тихо хихикнула, но позже ее смех прекратился и она недоуменно нахмурилась. И правда, если бы Нана Савада стала Дечимо, она бы там всех приструнила… Девушка и не заметила, как до ворот школы осталось максимум десятки шагов, а за ее спиной из ниоткуда появился экс-Аркобалено, который балансировал на ограде какого-то дома. Тсуна тихо хмыкнула: когда тот был меньше ему было легко ходить здесь и бить по голове свою ученицу. — Чего надо, Реборн? — усмехнулась она, не сбавляя шага и поворачивая голову в сторону нахмурившегося бывшего репетитора. Черт, как же много в ее жизни «бывших»… Надеюсь, я не надоем Такеши, и он меня не бросит… — Да вот думаю, не слишком ли ты выросла… — он нахмурился еще сильнее, сканируя пронизывающим взглядом осиную фигурку девушки. В любой другой раз шатенка бы вздрогнула от такого пронзительного взгляда, но не теперь. Она уже выросла из «сорняка» в прекрасный «цветок», да и тем более, она больше задумалась о словах репетитора. — Что, гложет то, что не смог из «той» меня слепить такую? — она остановилась, хмуро усмехнувшись и, мрачно нахмурившись, и полностью повернулась к Реборну, который снял с шляпы ящерку и начал медленно ту поглаживать тонкими пальцами семилетнего ребенка. Что-то больно кольнуло где-то глубоко внутри от такого предположения, но Тсунаеши решила это опустить. Тем более, интуиция молчала, значит она предположила правильно. — Это тоже, — махнул рукой репетитор, думая, что даже если бы и хотел не смог бы обмануть бывшую ученицу, так как у той есть хотя бы Гипер-Интуиция. — Я про другое… — протянул он, останавливая свой взгляд на глазах шатенки. Девушка поморщилась от такого нахальства. Нет, ну гадости говорить и смотреть в это время прямо в глаза — это может только лишь Реборн. — Значит, Девятый и Емицу оказались правы… — задумчиво протянул он, еще раз оглядывая недоумевающую из-за последних слов бывшего Аркобалено девушку. Реборн едко усмехнулся и, спрыгнув с забора, пошел в обратную сторону от школы, набирая на телефоне какой-то номер и весело напевая под нос песню. Тсунаеши могла лишь передернуть плечами от настроения киллера и пройти в ворота школы, недоумевая о чем говорил репетитор.

***

— Тсунаеши! — окликнул ее какой-то парень приятной наружности, который отчаянно краснел и мялся перед девушкой в нерешительности, когда он догнал ту. — Да, Минору-кун? — солнечно улыбнулась девушка, думая о том, что еще один горе-ухажер за сегодня, который сейчас вручит ей любовное письмо, а ей придется объяснять такие понятые вещи, как то, что она встречается с Ямамото Такеши. Сейчас, кстати, она стояла перед дверьми класса своего парня, дожидаясь его, когда тот закончит уборку. Вечерней тренировки сегодня не было — тренер созывал их сегодня для того, чтобы сообщить, что он заболел гриппом и тренировок не предвидится в ближайшее время. Кавасима Минору остановился перед шатенкой, отдышался и протянул той письмо. Позже, когда Минору объяснил причину письма, девушка почувствовала вину и злость на саму себя. Да она совсем зазналась!..

***

Они с Ямамото шли домой уже некоторое время молча, не решаясь заговорить в той атмосфере, которую создал вокруг них Такеши. Прохожие в испуге отшатывались от странной парочки, а шатенка бросала заинтригованные взгляды на брюнета. — Что это был за парень? — холодно спросил Такеши, бросая раздраженный взгляд на сумку Тсунаеши, откуда из бокового кармашка выглядывало письмо, которое она не так давно получила. — Какой парень? — девушка проследила за коротким взглядом брюнета и ее брови поползли вверх. Такеши ревнует?.. Ой-ой-ой, неужели то, что она подумала утром сбудется?.. Нет! Она не готова терять его! — Ой, нет, Такеши! — воскликнула девушка, хватая парня за рукав его рубашки и заставляя того недоуменно замереть и осмотреться. Хорошо, что они зашли на безлюдную улицу, иначе их поняли не так как надо. — Ты не понял! Минору-кун просто отдал мне письмо, чтобы я отдала его Киоко-чан! Он сам просто слишком стеснялся! — Ты же обычно не выполняешь такие просьбы, — нахмурился Ямамото, чувствуя, как раздражение и глухая, непробиваемая ревность отходят. Но, чтобы поддержать образ, он не изменился в лице. — Просто он объяснил, что Киоко-чан ему как-то очень сильно ему помогла и он в нее влюбился! И ничего более! — чуть ли не подскакивая от нетерпения, проговорила Тсунаеши и, не сдержав брызнувших из глаз потоком слез, жалобно протянула: — Такеши, пожалуйста, не бросай меня!.. Ямамото быстро поменял свое выражение лица на недоуменное. Да он и не собирался этого делать! Он сам думал, что это Тсунаеши когда-нибудь его бросит, оставив со съедающими его душу чувствами к шатенке, которые балансировали между гранями «любви» и «зависимости». Цыкнув и схватив подрагивающую от рыданий девушку за запястье, он закинул хныкавшую в маленький проем между оградой домой и сам встал напротив нее непозволительно близко, прижимаясь всем телом к ее, из-за чего ее грудь тесно прижималась к его. Потянув за волосы, он впился в мягкие, манящие губы поцелуем, сминая их и сильнее тяня волосы назад. Савада чуть приоткрыла рот, чем не мог не воспользоваться Такеши. Через десятки секунд Ямамото отстранился, провел по влажной щеке запыхавшейся девушки тыльной стороной ладони и, тяжело дыша, участливо вопросил: — Ты меня поняла? Это я тебя не отпущу… Тсунаеши поспешно кивнула, и обреченность в ее глазах постепенно исчезла. Такеши мучительно нахмурился и вновь склонился к чуть распухшим губам девушки.

***

Девушка привалилась к входной двери ее дома, когда закрыла ту, и тяжело дышала. Она еще никогда не чувствовала себя такой счастливой. Весь путь до дома руку Тсунаеши крепко сжимала рука Такеши, который отчаянно краснел, но не решался отпускать маленькую, — если сравнить с его, — ладошку. — Тсу-чан, ты вернулась! — восторженно захлопала в ладони Нана, выходя в коридор и приветствуя свою дочь. — Мама, что-то случилось? — настороженно спросила девушка, стягивая туфли и прислушиваясь к тишине дома. Тишина была… какой-то обычной. Той самой, когда никого в их доме еще не жило и не началась эта кутерьма с Вонголой. — Да так, — махнула рукой Нана, заходя на кухню. Кареглазая последовала за ней. — Реборн-кун с остальными куда-то ушли и до сих пор не вернулись. Шин-кун ушел вместе с ними. — А сколько их нет? — приподняла брови Тсунаеши, присаживая на стул и, буквально, растекаясь по стулу несформировавшейся лужицей. Кажется, она начала догадываться, куда ушли ее младший брат, бывший репетитор и бывшие Хранители. — Где-то полчаса-час, — задумчиво почесала подбородок женщина. — А что? — Да так, — загадочно ухмыльнулась Савада, вставая и начиная помогать матери приготовить ужин. Если ее расчеты верны, то уже через полчаса предавшие ее дорогие люди вернутся из Кокуё и устроят разбор полетов…

***

Видимо, в расчетах Тсунаеши помогла ее интуиция — Реборн, Шинтаро и Хранители явились полным предательским составом и, злобно пыхтя уставились на Саваду, которая в тот момент неторопливо помешивала еду в кастрюле, — Нана пошла вывешивать постиранное белье и попросила дочь помочь ей с готовкой, — пытаясь пристыдить. Точнее, зло на нее смотрел лишь Мукуро, а в глубине его глаз кареглазая смогла выявить смущение. Ха! Так тебе все же стыдно за предательство!.. Или за те постыдные фотки?.. И откуда он их только достал?.. Тсунаеши бросила на остановившихся в проеме людей косой взгляд и, тяжко вздохнув, отключила камфорку плиты, на которой, собственно, и стояла кастрюлька. Видимо, ее спину так и будут «сверлить». — Итак, — она облокотилась о кухонный гарнитур и, приподняв очки, устало потерла переносицу. Положив тонкие овальные линзы без оправы на макушку головы, она поправила рукава кофты, в которую была одета и посмотрела на заинтересованных вонголовцев. — Что-то случилось? — Киоко-тян всегда учила ее солнечно улыбаться не смотря ни на что. Что ж, надо применять знания в жизни. — Это ведь ты напала на убежище банды Кокуё, — проговорил Реборн, видя, что его бывшая ученица смотрит за их спины. Видимо, она заметила и Чикусу с Кеном. — Там остался твой отпечаток пламени. — Я, — пожала плечами Тсунаеши, кивая, из-за чего ее очки упали обратно на нос. Раздраженно цыкнув, она вновь убрала их на макушку, забирая рваную челку назад. — А что? — А то, что тебя могут забрать Вендиче, — зло усмехнулся Реборн, проверяя, что предпримет Савада. Та все так же и стояла, даже не дернувшись, смотря на них, но ее глаза совершенно точно заледенели. Экс-Аркобалено это отчетливо видел. — На каком основании? — холодным тоном проговорила девушка, упираясь руками о стол позади нее. — Я не принадлежу мафии. А обычные люди не караются, если те случайно что-то спалят. Этим занимается обычная полиция. С чего Стражи законов мафии должны вмешиваться? — девушку удовлетворенно жмурилась, смотря, как лица более-менее умных Хранителей вытягиваются. — Ты принадлежала мафии, Савада, — выделяя слова, спокойно парировал Реборн, думая о том, что же предпримет его ученица и видя, как брови Тсунаеши взлетают вверх. Черт, похоже она заметила удивленное лицо Никчемного Шинтаро… — А откуда ты знаешь? — внезапно прикрыла глаза Савада, мило улыбаясь. Оттолкнувшись от гарнитура, она подошла к семилетнему ребенку, в котором был заключен вполне взрослый дядя и, присев, проговорила таким голосом, от которого вздрогнули ее брат и Хранители. — Может, пока меня не было в Намимори со мной что-нибудь случилось и я потеряла память, — все так же мило улыбаясь, по-собачьи склонила голову к правому плечу Савада. — Се-сестрица, с тобой что-то случилось? — обеспокоенно проговорил Шин, получая тихие, произнесенные шепотом разъяснения от Хаято: — Она просто притворяется… Савада довольно щурила глаза, как будто добилась мирового господства над Вселенной. Она так и знала — Реборн обязательно удивится, когда узнает о ее осведомленности в таком щекотливом деле. Именно поэтому она захотела насолить Мукуро таким способом. Сожженное здание — целиком и полностью вина самого Рокудо. Внезапно раздались хлопки со всех сторон. Подняв недоуменный взгляд вверх, она увидела радостных Хранителей, что хлопали ей. Хаято — радостно и даже через чур восторженно, Мукуро — хмуро и мрачно зыркая на шатенку, Кен и Чикуса — зло и холодно. Рехей только потом недоуменно начал повторять действия ребят. Один Шинтаро на пару с сестрой непонятливо оглядывался по сторонам. — Что?.. — бровь девушки отчетливо дернулась, теряя хладнокровность. — Поздравляю, Тсуна. Дечимо Вонголы, — Реборн тоже сделал пару хлопков. Девушка, только вставшая, резко осела на пол. Чего?.. — Извините, Джудайме! — Хаято покаянно зажмурился, поднимая девушку на ноги, хотя та вновь упала на пол. — Это была идея Емицу и Девятого! И тут-то картинка Тсунаеши сложилась. Вот почему Мельфиоре с Варией не знали о том, что у Вонголы новый Десятый (ей рассказала об этом Адельхейд по дороге к особняку)!.. Но… постойте. — Но ведь… Бьякуран, Юни и Занзас увидели новое досье Десятого… — подняла на них полный надежды взгляд шатенка, отчего Хаято стало ее жалко. Искренне. — А откуда здесь вылезли Мельфиоре и Вария? — приподнял брови Реборн, но все же объяснил: — Вонгола заметила то, как взламывают защиту и случайно закинула в архив досье нового Наследника. Все честно! Думаешь, я уже забыл, как ты расщепила меня на молекулы в будущем? — Так вот что меня так беспокоило в его словах… — прошептала девушка, наконец, разрешая невыполнимую для себя загадку. В будущем она была Десятой. Той, которую «убил» Бьякуран. Получается, что… — Мне не отвязаться от Вонголы, — скорее констатировала девушка, обессиленно ложась на согнутые коленки. — Да, — пожал плечами киллер, хотя и понимал, что это — риторический вопрос. — Но… Зачем?.. — нахмурилась шатенка, подтягиваясь с пола с помощью стола и бухаясь на его поверхность. — Девятый и Емицу хотели проверить, что ты будешь делать в подобной ситуации. Ты оправдала их ожидания, — хмыкнул ребенок-киллер, присаживаясь рядом с ученицей и ехидно стреляя глазами на ничего не понимающего Шинтаро, который банально завис, обрабатывая поступающую информацию. — Но ведь… Я начала мстить, — Савада, заметив смягчившееся выражение лица недавно злящегося на нее Мукуро, который видел ее опустошенное лицо, прошипела рассерженной кошкой: — Не смей меня жалеть! Рокудо вздрогнул и подошел поближе к своим подчиненным. Воздух отчего-то потяжелел. — Но ты не вмешала в это других. Начала мстить самостоятельно, со вкусом. Определенно, с тобой Вонгола знатно расцветет, — мечтательно ухмыльнулся мальчишка с виду. На несколько минут на кухне наступила тишина. Рокудо со своей командой тихими боковыми шажками по пять миллиметров подбирались к двери, ведущей на улицу, Хаято в нерешительности замер, виновато глядя на скрюченную фигуру своего босса, Рехей непонятливо осматривался по сторонам. Шин все также стоял в ступоре. Насколько ей подсказывала интуиция, об этом знали только Мукуро, его компашка и Гокудера. Смешно, она повелась, хотя краем глаза и заметила виноватые и грустные глаза Гокудеры в тот день, день «предательства». Смешно. Через несколько минут Тсунаеши засмеялась, колотя руками по столу и заливаясь слезами. Реборн глянул на ту непонятным взглядом. Дура, какая же она дура! Внезапно, соскочив со стола, она рванула к окну и, раскрыв его, выпрыгнула на улицу. И правда, зачем создана дверь?.. Хотя там же проход закрыли Хранители… Ее Хранители.

***

Тсунаеши резко распахнула дверь магазинчика Ямамото Тсуеши и вбежала в здание, бегло оглядывая помещение. — Тсуеши-сан, а где Такеши? — быстро проговорила она, подбегая к прилавку. — О-о-о, проходи, Тсунаеши-чан, Такеши внутри! — весело ответил Ямамото-старший, куда-то собираясь. Тсуна, не теряя времени, побежала туда, куда указал Тсуеши. Ворвавшись в комнату парня, она ненадолго замерла, рассматривая голую спину, которая предстала почти что перед ее носом и невольно сглотнула. Видимо, Ямамото-младший только-только вышел из душа — капельки воды неторопливо стекали с волос, падая на оголенную спину, а сам парень читал какой-то журнал у себя на кровати. Савада перекрестилась — хорошо, что она раньше не прибежала, иначе бы она не сдержалась и… Было бы плохо — Тсуеши-сан дома… Ан, нет. Только что она услышала звук скрипнувшей входной двери. — Тсунаеши?! — подскочил брюнет, сверкая своими темно-карими глазами и девушка сразу же бросилась ему на шею. — Э-э-э… Тсунаеши? — Такеши! Такеши! Такеши! — весело бормотала она. — Меня не предали! Это все папаша и Девятый! — Что? — Ямамото совершенно и решительно ничего не понял. — Это все устроили! Меня провели… то есть проверяли! — неожиданно рыкнула девушка и заметалась из угла в угол комнаты своего парня. Она даже не оглядывала помещение — настолько была на взводе. — Вонгола это все устроила, чтобы проверить меня! Знали только Реборн, Кьюдайме, Хаято и Емицу! Вот почему об этом не знала Вария и Мельфиоре, которые должны были знать об этом, хотя бы из-за слухов! — Что? — выдохнул Такеши. Шатенка косо кинула на него взгляд и, остановившись, присела перед ним на колени и устало положила голову. — И что ты собираешься делать дальше? — заинтересованно спросил брюнет, запуская свои пальцы в разлохмаченные волосы — все-таки девушка бежала. — Я устала, но… Я не смогу уйти, — задумчиво проговорила девушка, прислушиваясь к своему шестому чувству. — Интуиция говорит, что я не могу. Если уйду — больше не увижусь с Шинтаро. Шин слишком доверчив — им легко будут управлять люди Союза, хоть он и очень сильно привязан ко мне… Если соглашусь — я смогу видеться с ним и мамой, но… Что если они опять так поступят, а, Такеши? — шатенка резко вскинула голову, тревожно вглядываясь в ласковое лицо любимого. Ямамото-младший тепло улыбнулся и чуть сузил глаза. Иногда его дама сердца была уж слишком глупа. — Не прислушивайся к Гипер-Интуиции Вонголы и к разуму, — шатенка перевернулась в руках парня и тот посадил ее на колени. Заправил длинную прядь за ухо и снял очки. — Прислушайся к своим желаниям и сердцу, — брюнет положил свою ладонь на грудь девушки, сразу же заливаясь с ней на пару красной краской. — Слушай, а чего ты хочешь прямо сейчас? — Как-будто ты оставляешь мне выбор!.. — слабо возмутилась Тсуна, не сопротивляясь тому, что ее бейсболист снимает с нее кофту, а другой рукой убирает назад волосы. А она и не против… Вроде бы…

***

Уже лежа под боком бейсболиста и немного морщась от утихающей боли меж ног, она прошептала, выводя на голой груди своего парня узоры: — А ты тот еще извращенец, Такеши-кун?.. — А ты против? — насмешливо проговорили над ее ухом, но она заметила, как напряглось остывающее тело. Да нет. Она не против. Совсем не против.