И мило, и не очень

— Хочу знакомиться с твоей теткой. Веди меня сей же час! — так заявил Уэйд, наскоро скидав в себя нехитрый завтрак из яйца, макарон и бекона. Питер так и остолбенел — с вилкой, недонесенной до рта. С вилки на столешницу шлепнулась макаронина. — Ты ведь так прикалываешься? Да? — А похоже, разве? — Уэйд выскочил из-за стола, пятерней наскоро расчесал вихры, мгновенно застегнул все пуговицы на рубашке, даже джинсы подтянул. — Смотри, я полон стремления, пойдем знакомиться с твоей семьей. — В зеркало на себя глянь. — Ну, подумаешь, синяк да шов один. Мужчин это красит! — украсил себя Уилсон не далее, чем вчерашним вечером, сцепившись сперва языками, а затем кулаками с каким-то непутевым челом, из кустов крикнувшим Питеру, мол, пойди сюда, сосни члена. — Мужчин, Уэйд. Ты мужчина. — И давно ты это заметил? Я хотел признаться, правда хотел, но… — Уэйд театрально принялся заламывать руки и воздевать взгляд к потолку. — Хорош паясничать. Все ты понял, — Питер отодвинул от себя тарелку. Аппетит пропал. — Ты вот сейчас серьезно? Я думал, она знает. А хочешь, — Уэйд подтащил к Питеру стул и уселся рядом, — хочешь, я сам ей скажу, приму, так сказать, удар на себя, а тебе уже и не достанется. — Не хочу. Я вообще не хочу, чтобы ты лез в мою… Черт тебя возьми, Уэйд, ну зачем тебе это? — Да ладно, забей. Я думал, твоя тетка классная. Забей, в общем. — Прости, я правда… — Нахуй, похуй! — Уэйд щелкнул Питера по кончику носа. — Доедай и иди учись, дитя моё. С этого дня Питер все никак не мог собрать свои мысли в кучу. Вроде как и 21 век на дворе, и Уэйда он, кажется, обидел, да и по отношению к Мэй будет не честно скрывать Уэйда всю оставшуюся жизнь. Мэй всегда просила ей доверять, а Уэйда явно бесит, когда его стесняются. Но каждый раз, когда Питер открывал было рот, чтобы начать таки этот разговор, Мэй вдруг начинала без умолку трещать о том, как прошел день, как ее впечатлили вечерние новости и как ей опять не удалось какое-то блюдо. Уэйд же откровенно дулся, и неумело притворялся, как будто бы все с ним хорошо. Ради того, чтобы загладить свою вину, Питеру пришлось, наконец, согласиться на то, чтобы Уилсон таки проводил его до дома. Идея была плохая, очень плохая, но выбора не было — терпеть обиженного на всю голову Уилсона было сложнее, чем ухитриться не спалить его морду перед впечатлительной теткой. Неладное Питер заподозрил быстро — обижаться Уэйд перестал сразу же, а к середине пути стал и вовсе подозрительно вежливым и покладистым. — Просто чтоб ты понимал… Мы не идем знакомиться с моей тетей. Ты просто меня провожаешь, — Питер сообщил это почти виновато, уставившись на носки собственных кроссовков. — Конечно, малой, я так сразу и понял. Я вообще не полезу к тебе в дом до тех пор, пока Мэй меня лично не пригласит. — Морда лица у тебя больно хитрая, Уэйд. — Да что ты, тебе кажется, бред какой-то. — Ты это… На расстояние вытянутой руки отойди. Пожалуйста, — об этом Питер попросил, когда до дома оставалось метров двести. Уэйд тут же отскочил, ни о чем не возмутившись. — Ну вот, пришли. Мой дом, — в окнах и у двери тети Мэй видно не было, но кто знал, когда она могла объявиться. Питер нервничал. Уилсон лыбился во весь рот. — Давай тогда сюда мой поцелуй на прощание. — Пошутил, что ли? Я пошел домой, и ты давай, чеши отсюда. — Мы так не договаривались, — Уэйд, все так же широко улыбаясь, как-то опасно сдвинулся в сторону мощеной камнем дорожки к крыльцу дома Паркера. — Головой ударился, что ли? — Питер решительно потянул Уэйда обратно. — Тогда прощальный поцелуй. — Сказал же, нет! — А так? — Уэйд скачком переместился на середину дорожки. — Уэйд, свали отсюда быстро нахрен! — Ну в щечку-то? Можно? — Пойдем отсюда, будет можно. — Ага, вот прям щас пошел. Тут давай. — Да хер с тобой, вот! — Питер зажмурился и подставил щеку, — давай быстро и кыш отсюда! Уэйд, довольный, как сытый кот, чмокнул Питера в щеку. Секундой ранее щелкнул замок входной двери. — Тетя Мэй, я… Я объясню все, я… Уэйд, пошел отсюда вон, сейчас! Ты не о том подумала! — уши у Питера горели, колени тряслись, а рожа у Уилсона стала совсем довольная. — Не знаю, что ты там хочешь объяснить. Но, как вы там закончите разборки, заходите оба, у меня наконец получились эти вафли. И да, — тетя Мэй остановилась в дверном проеме, — Ты, Уэйд, так поздно его больше по улицам не таскай. — Уэйд, ты сука. — Ага. Вафли, Пит, вафли. Пойдем.