Мисс Хедвиг

      Холод, сырость и темнота. Подвал. Неосвещённый подвал. Им нельзя колдовать, нельзя! Именно поэтому маленькая пятилетняя девочка сидела в самом дальнем и скрытым мраком углу, укутавшись в полусырой плед, покрывшийся плесенью и изъеденный грызунами в некоторых местах. Она сидела и вслушивалась в разговор двух взрослых, всхлипывая, не в силах сдержать слёзы. Она плакала бесшумно, боясь привлекать к себе лишнее внимание, старалась не шевелиться, игнорируя то, что с низкого потолка на неё стекала холодная вода, попадая за воротник рубашки, попадая на лицо, попадая на одежду. За окном слышались раскаты грома и дождь, нещадно бивший по хлипкому зданию, сквозь щели в полуразваленных кирпичных стенах попадая в дом и в подвал. Хотелось кричать, не смотря на то, что сил не было. Они проделали такой долгий путь без отдыха, что, казалось, всё три путника должны вот-вот упасть без сил на холодный пол, где грязь смешалась с водой, где всё пропахло сыростью, где каждый камень неумолимо разрушался. Но никто об этом даже не думал. Здесь они не надолго, лишь для того, чтобы решить, куда двигаться дальше. — Мы должны что-то делать! Мы не можем просто так оставить этого ребёнка, это слишком опасно, — как можно тише говорила женщина, чей силуэт едва проглядывался в царящей вокруг тьме. Но здесь её голос звучал слишком громко; слышал его не только собеседник, но и главная тема обсуждения — девочка, забившаяся в углу.  — Я знаю, — коротко ответил мужчина. Он думал, как думал об этом всю дорогу, так и думает об этом сейчас. — Не лучше ли нам отправить её к маглам? — предложила женщина. Воцарилось молчание, сопровождаемое лишь звуками дождя и продолжающимися раскатами грома снаружи. Поняв, что сморозила глупость, она шумно вздохнула. Её голова болела, по лицу скатывался пот, кровь потоками воды была размазана по всей щеке и сейчас стекала дальше на шею, грудь, а затем капала на пол. — Она сирота, но мы… — начал было мужчина, но, повысив голос, женщина перебила его: — Она не сирота! — уже намного спокойнее она добавила. — К тому же кроме него у неё есть много других родственников. — Да? — скептически произнёс мужчина, вскинув бровь. — Ты ведь знаешь, что там он её найдёт и убьёт при первой же возможности.       Его собеседница кивнула, не в силах поспорить, ведь, то что ей сейчас говорили было правдой, повернув голову к девочке, которую жалела всем сердцем, она сама еле сдержала подступившие слёзы; маленький ребёнок не виноват, она не выбирала в какой семье ей родиться. — И… — немного помедлила женщина, вновь взглянув на самого старшего из них. — Что же ты предлагаешь? — По — моему, у её отца должен был остаться ещё один друг? — сказал он с едва уловимой вопросительной интонацией в голосе, спиной опершись на стену, не жалея свой уже разодранный костюм, который вчера был впервые выставлен в свет, но ненадолго. — Думаю, нам стоит обратиться к Дамблдору. — Но, нас ведь нельзя приводить её в Хогвартс, — неуверенно ответила женщина. — Да и оставлять здесь тоже. — Ты ведь знаешь, куда её вести, не так ли?       Ответа не последовало — она знала.

***

      Не смотря на то, что в понедельник вышел декрет от Министерства, ограничивающий деятельность клубов и команд, Джанис, в отличии от остальных, никак на это не отреагировала, даже не подошла к Гарри, чтобы поговорить. Парень испугался: вдруг девушка решила отступить? Та девушка, что самая первая твёрдо согласилась с доводами трёх гриффиндорцев, а так же подтолкнула к этому остальных желающих, но до последнего сомневающихся ребят. Нет, она не могла. За этот день у Гарри прибавилось ровно на две проблемы: Амбрижд не выдала гриффиндорской команде по Квиддичу разрешение на деятельность их «группы», ссылаясь на сомнение и обещала ещё подумать, а так же Гарри должен был написать доклад по Зельеварению, так как вновь не смог приготовить то, что требовалось.       Прошло пару дней. Миновал разговор с Сириусом, полностью поддержавшим идею о кружке по защите, миновал день разрешения для команды Гриффиндора на игру, миновал день первой тренировки после принятия Рона в команду, чем он успел похвастаться перед Джанис, которая, к слову, и так это видела, но проблемы не миновали; Гарри негде было провести первое собрание.       Гермиона и Рон выполняли задания (точнее, Рон выполнял, потому что его подруга только помогала ему, терпеливо указывая на каждую неточность в тексте.), а Гарри делал то же самое, но в библиотеке и в компании Джанис, так как подтянуть ему нужно было немного другие предметы. Библиотека заметно пустела, вечер наступал быстро, становилось всё холоднее и темнее. Блондинка и брюнет молча сидели друг напротив друга, листая книги в попытке найти нужную информацию. Но мысли обоих витали далеко от выполняемой ими работы.       Глухо простонав, Лайт потёрла уставшие глаза ладонями и, локтями отодвинув книгу подальше от края стола, откинулась на спинку стула. Гарри поднял на неё взгляд, парень тоже устал. Но желание исправить отметки было настолько сильным, что, взяв себя в руки, Поттер снова принялся за чтение. — Зачем тебе Магловедение? — наконец парень задал давно интересующий его вопрос. Этот предмет девушка начала изучать только в этом году и, не смотря на то, что эта дисциплина считалась наиболее лёгкой из всех, Джанис усердно выискивала как можно больше информации по ней и часто спрашивала Гарри по той или иной теме. — Я, скорее всего, не останусь в магической Британии после окончания учёбы, — честно призналась девушка.       Гарри её ответ очень удивил, сам он никогда бы не променял жизнь полную магии на жизнь без неё, так как этот мир был его единственным спасением от угнетений, пережитых им в детстве, причиняемых Дурслями и не только. — Почему? — вопрос вырвался сам собой.       Посмотрев на вдруг посерьезневшую Джанис, Гарри решил, что он зря спросил об этом, а она точно ему не ответит, поэтому вновь принялся читать. Но в глазах всё плыло от усталости, а информация, почерпнутая из книги, отказывалась доходить до мозга. — Потому что меня здесь никто не держит, — сложив руки в замке на стол к удивлению парня начала Лайт.       Гарри вопросительно поглядел на блондинку. — А отец?       Джанис недолго думая горько усмехнулась каким-то своим мыслям и ответила, повернув голову немного в сторону: — Ему бы самому не помешало покинуть мир магов.       Дальше разговор не задался. Парень понял, что слишком плохо знает Джанис. Точнее сказать, он ничего о ней не знает. За то время пока они общались он узнал только то, что Джанис живёт у бабушки, её отец много работает, а мать умерла. Всё. Всё это узнал при их первой встрече. Больше никаких фактов. Будто это был их первый и последний разговор. В этот момент Поттер почувствовал себя эгоистом, так как не разузнал о Лайт ничего, а она безусловно что-то говорила. Должна была, они ведь общались. Значит, он говорил с ней только о себе? Очень может быть, так как другого объяснения у парня в голове пока не находилось. — Гарри Поттер, сэр! — раздался писклявый голос справа от Гарри. Он резко повернул голову и увидел перед собой Добби. — Здравствуй, Добби, — отойдя от мимолётного испуга, произнёс парень. — Джанис Лайт, мадам! — переведя взгляд Добби восхитился, словно не ожидая увидеть её рядом.        Девушка в ответ помахала домовику рукой в знак приветствия и смущённо опустила взгляд в пол. — Вы знакомы? — понаблюдав за ними, спросил Гарри. — Конечно! — ответил Добби. — Мадам Б… — поправился эльф. — Мадам Лайт была очень добра ко мне во время визитов к госпоже Малфой.       Такое заявление очень удивило Гарри, и он с неподдельный интересом глянул на девушку, словно ожидая от неё объяснений, но его вдруг передёрнуло, когда он заметил, что Джанис смирила Добби грозным взглядом, а тот заметно струхнул. Спустя секунду искренняя радостная улыбка вновь озарила лицо Джанис и, обратившись к домовику, она спросила: — Ты узнал о том, что я тебя просила, Добби?       Он тоже пришёл себя и энергично закивал головой. — Ну и? — Добби услышал о прекрасном месте от других эльфов. Оно называется Комната Так-и-Сяк, мадам, иначе — Выручай комната.       Джанис огляделась, вокруг уже никого не было, близился час закрытия библиотеки, поэтому девушка, чуть наклонившись над столом, чтобы приблизиться к ничего не понявшему Гарри, пояснила, глядя ему прямо в глаза: — Я попросила Добби поискать место подходящее для тренировок.       Гарри удивлённо посмотрел на домовика. — Пояснишь нам, Добби, что из себя представляет эта комната? — ласково попросила домовика Джанис.       Он снова энергично закивал головой: — В Выручай-комнату можно войти, только когда по-настоящему в ней нуждаешься. Иногда она есть, а иногда ее нет, но когда она появляется, то обставлена так, как требуется нуждающемуся. Добби воспользовался ей, — с виноватым видом сказал эльф, понизив голос, — когда Винки сильно напилась. Он спрятал ее в Выручай-комнате и нашел там опохмелители от сливочного пива и хорошую кровать размера эльфа, на которой Винки отсыпалась. И Добби знает, сэр, что мистер Филч нашел там чистящие средства, когда у него кончился запас. — И сколько человек о ней знают? — немного поразмыслив спросил Гарри. — Очень мало, сэр. Люди натыкаются на нее, когда очень нужно, но потом не могут её найти — им невдомек, что она всегда есть и только ждет, когда её призовут на службу. — Это прекрасно! — воскликнул Гарри. — Добби, ты можешь отвести меня туда? Сейчас! — Конечно, сэр! — мгновенно оживился эльф.       Гарри уже поднялся с места, даже забыл об оставленных книгах, и двинулся к выходу из библиотеки, когда Джанис крепко ухватилась за край его мантии, останавливая Поттера. Обернувшись, Гарри вопросительно посмотрел на подругу.       Она глядела на него исподлобья, серьёзно и всё ещё держала в руке ткань. Кивком она указала Гарри на стул, и Поттер, повинуясь ей, сел. Джанис обернулась в поисках мадам Пинс, но не увидла её рядом, так, чтобы она могла что-либо расслышать, и лицо блондинки мгновенно переменилось, Лайт уже не хмурилась, сверкая своими жёлтым глазами в темноте библиотеки, но и не улыбалась. — Гарри, не сейчас, — устало произнесла она. — Декрет не возник на пустом месте, сам понимаешь, значит, скорее всего, за тобой следят, возможно и за другими тоже. Мы привлечём слишком много внимания Филча, если в такое время будем бесцельно бродить по замку, а он непременно доложит об этом Амбрижд. Лучше сделаем это, когда будем уверены, что путь чист.       Гарри знал, что она права. Он едва не поступил опрометчиво, едва не поставил под угрозу всё замыслы. Джанис, не взглянув на него, стала собирать книги, дабы отнести их на место. Попрощавшись и с ним и с Добби, она удалилась из библиотеки. А Гарри так и сидел на месте, не зная, рядом ли эльф, пока мадам Пинс не окликнула засидевшегося ученика.       На следующий день Гарри, Рон и Гермиона занимались оповещением всех людей, бывших на встрече в «Кабаньей голове» о том, где будет проходить первое собрание. Это оказалось немного проблематично из-за разбросанного расписания, но к концу ужина дело было сделано. Оставалось только, взяв «Карту Мародёров» направиться в место, которое сегодня утром указал Добби, но сделал он это Джанис, поэтому именно с ней он должен был направиться туда, чему парень не мог нарадоваться. Они встретились в половине седьмого неподалёку от гостинной Пуффендуя. Улыбнувшись и поинтересовавшись, что это за пергамент в руках и Гарри, мисс Лайт повела парня на восьмой этаж, по пути нервно озираясь по сторонам.  — Стоп, — сказал Гарри, когда они одолели последний марш лестницы.       Он развернул пергамент, постучал по нему волшебной палочкой и произнес: — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость.       За его действиями молча, но заворожённо следила мисс Лайт. Гарри принялся искать на карте Филча и миссис Норрис. Но Джанис, разобравшись в карте, сделала это быстрее и, указав по очереди на две интересующие их точки, сказала: — Филч — на восьмом, миссис Норрис — на пятом. Можно идти.       Убрав карту, Гарри посмотрел на подругу. Она тоже взглянула на него, затем, улыбнувшись, кивнула ему, говоря таким образом, что пора. Добби сказал, что для появления комнаты им нужно три раза пройти мимо голой стены напротив громадного гобелена, сильно сосредоточившись на том, что им нужно. Они так и сделали, и после третьего раза в стене появилась высокая полированная дверь. Подойдя к ней, Гарри дёрнул за золотую ручку, сглотнув поступивший к горлу от волнения ком, после чего она бесшумно открылась. — Получилось! — восхищённо выдохнув, произнесла Джанис, когда ребята оказались внутри комнаты.