Взрослые игры

Санса предпочитала не задумываться о природе своих чувств к нему. Ей просто было хорошо рядом с ним, так не всё ли равно, что это такое. Она не была влюблена в него, как в Джоффри, не рисовала в воображении картинки их прекрасного совместного будущего. Петир пугал её, но в то же время её тянуло к нему, и в этой тяге не было ничего романтично-возвышенного, ничего хоть отдалённо похожего на сюжеты её любимых романов: балы, прогулки верхом, свидания в цветущем саду, робкие признания… Нет, с ним всё было по-другому, он будто имел власть над ней, и, возможно, над её душой больше, чем над её телом. Проснувшись, Санса обнаружила себя в комнате, постели и объятиях Петира. Она боялась той игры, в которую впутывалась, но когда они лежали вот так, вдвоём, то мир представлялся ей таким надёжным. Если бы было возможно никогда не выбираться из этих объятий. Она нежно поцеловала его в щёку, касаясь щетины. Петир заворочался и открыл глаза. - Доброе утро, - прошептала Санса. - Милая, если бы ты знала, как мне приятно просыпаться рядом с тобой, - но его минутная слабость сменилась решительностью, - ты знаешь, который час? - Почти девять, если эти часы не врут, - ответила она, поворачивая будильник к себе лицом. - Самое время, - не вылезая из кровати Петир протянул руку за пультом и включил утренний выпуск новостей, - смотри. - Сегодня ночью был разогнан палаточный лагерь, а участники беспорядков задержаны, - кадры ведущей в студии сменились картинками улицы, когда Санса вдруг вскрикнула: - Арья! Петир, это же Арья! – на экране какой-то очень неделикатный полицейский заталкивал её внутрь машины, - Это точно она! - Ты уверена? - Конечно, Петир, как я могу не узнать собственную сестру? – Санса подскочила, - Мы должны немедленно ехать выяснить, что с ней. - Да, конечно, мы освободим твою сестру. Через полчаса они уже направлялись в машине Петира в сторону полицейского участка. Петир по своим каналам выяснил, в каком именно им стоит искать Арью, и сейчас созванивался с репортёрами. - Я не понимаю, как именно твои репортёры помогут? - Они помогут не Арье, милая, а нам. - Нам? - Да, но ты не волнуйся – всё с твоей сестрой будет в порядке. С Арьей действительно всё оказалось в порядке, и с Джоном, которого, как выяснилось, тоже арестовали той ночью – по слову Петира магическим образом открывались двери и закрывались дела. Съёмочная группа подоспела как раз вовремя, чтобы засветить его благородно вызволяющим несправедливо посаженных подростков. Петир произнёс буквально пару слов на камеру и выглядел настолько убедительно, что если бы Санса не знала его чуточку лучше, то предположила бы, что он совершенно искренен в своей заботе о чужих ему людях. Как только Арья освободилась от репортёров, Санса заключила её в объятия: - Глупая моя маленькая сестричка, как же ты меня напугала! – и Санса почему-то расплакалась, хотя казалось, что всё закончилось хорошо. Они сидели рядом на крыльце полицейского участка, такие разные: Санса в дорогом пальто и туфлях на шпильках и Арья в грязных джинсах, кожаной куртке, армейских ботинках и с растрёпанной головой. Арья рассказывала странные вещи, но сейчас почему-то Санса ей верила – драматизм обстоятельств их встречи придавал словам больший вес. Через некоторое время в дверях появились Петир и Джон, судя по всему уладившие все дела в участке. Петир предложил пообедать всем вместе, но Джон и Арья так вымотались за эту бессонную ночь, что Джон только пожал ему руку, поблагодарив за помощь, и они распрощались. Когда Санса оказалась за столиком в ресторане, то почувствовала, что она и правда ужасно проголодалась, но всё-таки её мучил голод и другого рода. - Петир, ты можешь мне что-нибудь объяснить? Почему моя жизнь становится похожа на какое-то бесконечное реалити-шоу? Зачем, например, тебе нужна была эта шумиха на телевидении по поводу ареста Арьи? И что за странные вещи рассказывала она о какой-то аномалии за Стеной? Я не верю в то, что ты ничего не знаешь об этом. Кажется, ему нравились её вопросы, но он не торопился с ответом, растягивая удовольствие. - Начнём, пожалуй, с того, что твоя сестра совершенно права – аномалия действительно существует, но вряд ли я смог бы объяснить её причины. - Прекрасно, и почему тогда Арью и её друзей арестовывают только за то, что они говорят правду? - Видишь ли, правда иногда бывает губительней лжи. Всё немного сложнее, чем тебе кажется. Об этой странной аномалии за Стеной стало известно уже несколько лет тому назад, но проблема в том, что у нас совершенно нет денег ни на проведение масштабных исследований, ни на серьёзные военные операции. Вестерос в некотором смысле – государство-банкрот. А теперь задай себе вопрос, что бы ты сделала на месте нашего правительства в такой ситуации? Санса задумалась: - Вероятно, обратилась бы за помощью к Железному банку? - Точно! Именно это и предприняло правительство. Только вот условия, которые поставил Железный банк, оказались излишне суровыми. По сути им был нужен свой человек во главе страны. Но никто из наших ведущих политиков не хотел упускать власть из своих рук. Все они предпочли замалчивать проблему, надеясь, что она рассосётся сама собой. - А Роберт? Арья говорила, что он, возможно, собирался обнародовать правду? - Поверь мне, милая, Роберт – последний человек, который стал бы что-то менять. Всё, на что его хватило, - это поднять налоги, но даже это ни к чему не привело, потому что часть предпринимателей ушли в тень, так что выгода оказалась незначительной, особенно по сравнению с вызванным этой мерой недовольством. Но Железный банк всё-таки нашёл человека, на которого смог бы сделать ставку. - И кто же этот человек? – по его взгляду она всё поняла, - Это ты. - За мной не стоит клана, который бы врос в Вестерос с корнями. Я не боюсь за потерю своих доходов. Я выгоден Железному банку, а он выгоден мне. Дело оставалось за малым – организовать волну, которая снесла бы веру в стабильность, и тут и пригодились Чёрно-белые дома, через которые будут организовываться массовые протесты, и в конечном итоге правительство окажется в ловушке, в которую загонит само себя. Вестерос только выиграет от этого, - подытожил он. - Вестерос и ты. - И мы с тобой. Скажи, ты когда-нибудь думала о том, чтобы стать первой леди страны? – лукавая искорка промелькнула в его взгляде. - Это предложение, Петир?