Ежевичный мёд

      Впервые в жизни Лисовский так серьёзно испугался. Сохранивший толику детской наивности при своём далеко не ангельском характере, парень уже в сотый раз пожалел о том, что связался с этим мужчиной. Тогда, в том чёртовом парке он не думал, точнее думал совсем не о том, его вперед гнала жажда получить желаемое и наконец-то оставить все свои проблемы позади. Но цена за это уже сейчас обещалась быть непомерной.       – Ну так что, устроишь мне с сыном встречу, как и обещал?       Игорь, сидевший в видавшем виды кресле посреди пыльного и захламленного зала небольшой квартирки где-то на окраине города, внимательно смотрел на молодого омегу, по незнанию влезшего в весьма сомнительное мероприятие.       – А вы обещаете, что ни он ни Юля не пострадают? Ну, в смысле физически…       – Ты за кого меня принимаешь, парень? Мне ещё трупов на шее не хватало для полного счастья. Увезу я Андрей на какое-то время и всё. Стукнет восемнадцать лет – он сам от меня смоется, да так, что пятки сверкать будут. Чего стоишь как не родной? Садись.       Егору присаживаться в этой квартире совершенно не хотелось, а уж и «садиться» подавно. На лице парня отчётливо читалось отвращение даже к воздуху в данном помещении и потому омега отрицательно замотал головой, потому что слова отчего-то застряли где-то в горле.       – Брезгуешь? Ну, оно и понятно, небось в хорошей семье рос, в уюте и тепле, в чистой квартирке. А я вот с самого детства за матерью по притонам таскался. Знаешь, такое странное чувство сидеть в углу комнаты, грызть засохший кусок колбасы, пока твоя мать в этой же комнате, отгородившись лишь ширмой, раздвигала ноги перед каким-то засаленным и толстенным мужиком.       – Мне зачем это знать? И у меня семья не лучше вашей… мамы.       Альфа прищурился, осмотрел Лисовского от носков до самой макушки и усмехнулся. Да, от хорошей жизни таким как этот омега не становятся. Игорь мгновенно понял, что с выводами поторопился. Впрочем, на парнишку ему было плевать. Он использует его, разберется с делами и просто оставит позади – пусть сам расхлёбывает, если его припрут к стенке.       – Не парься ты так. Короче, времени у меня мало, да и у тебя тоже на самом деле. Ты вроде хотел Андрюхину альфу охомутать? Так вот, стоит поторопиться, я такой типаж знаю – ещё немного и она будет слать подальше любого, даже если суждено будет помереть в одиночестве. Однолюбы или типа того. Но пока она еще сопливая девчонка, то можно моего киндера от неё отцепить.       – Я это уже понял… В общем, лучше всего застать Прохорова у Юли дома. Я Юльку могу выманить, а вы к Андрею зайдёте. Я уже и ключи… достал.       Егор сам не верил в то, что говорил, но отчаянное желание выбраться из той кучи дерьма, в которой он прожил всю свою жизнь с самого рождения, настойчиво заглушало голос разума где-то глубоко-глубоко внутри парня. Он понимал, он осознавал, что всё это было неправильно, но отчего-то упрямо шёл по скользкой дорожке, с опаской оглядываясь по сторонам, где зияла непроглядная тьма.       – Замечательно. С собой взял? – Игорь настолько воодушевился идеей парнишки, что в голове уже начал прикидывать план по внезапному обогащению. Состояние Маринки, скорее всего, полностью пойдёт на покрытие долгов, так что прибрать что-то в квартире Гергерт к рукам было стоящей мыслью. Если что – сынок прикроет.       – Да, я взя… – Лисовский запустил руку в карман и невольно скривился, ощутив, как что-то неприятно укололо палец, пока он искал там украденные у Прохорова ключи. Это сделал парень в раздевалке перед уроком физкультуры и до сих пор не понимал, что его сподвигло на такой поступок. Теперь же…       – Что такое? – сухо поинтересовался Игорь, заметив сомнения во взгляде подростка. Альфа напрягся всем телом, чуть выправился в спине, опираясь руками о подлокотники на кресле.       – Я… Это… Кажется… То есть я сейчас вам предложил идею, но я не знал – согласитесь ли вы. Ну, мало ли… Дом у Гергерт довольно элитный… Ну, вдруг там консьерж или что-то ещё. Вот я и не стал брать их с собой. Они у меня дома, я принесу вам… Вы же собираетесь к ним, да?       – Да. А смысл ходить кругами? В общем, когда ключи отдашь?       – Эм… Давайте через три дня, во вторник? На выходных мне никак не вырваться с самого утра…       – Парень, а ты мне тут не темнишь? – Игорь нахмурил брови и прищурился, от чего его и без того неприятный взгляд стал ещё тяжелее и невыносимее.       Егор сглотнул и неловко сделал шаг назад. Идя в эту квартиру, парень был уверен в своём решении охомутать Гергерт и выжать из неё всё для своего благополучного старта во взрослую жизнь, но сейчас…       В тот момент Лисовскому показалось, что в его голове появился кто-то чужой и настойчивый, о обжигающим чувством справедливости и страхом за последствия, которые могли оказаться в буквальном смысле фатальными. Игорю веры не было и все его слова могли легко оказаться ложью. Даже если не думать о том, что этот альфа мог физически покалечить Юлю или Андрея, вклинившись в отношения этой пары, он мог сильно ранить их душевно, а такое порой было страшнее телесных ран.       – Нет, я действительно их забыл. Принесу во вторник в парк около школы. У нас уроки без двадцати два заканчиваются.       Омега сделал ещё пару шагов прочь из комнаты, не сводя взгляда с ног Игоря. Он готов был сорваться с места в ту же секунду если заметил бы, как ноги альфы напряглись, выдавая желание своего владельца подняться с кресла.       – Ну, во вторник так во вторник. Но смотри, я-то в любом случае найду способ… А вот ты… В общем можешь остаться ни с чем.       – Да знаю я… – недовольно буркнул в ответ Лисовский и слегка оскалился. Внутри всё до сих пор дрожало, но разум немного пришёл «в себя», и парень быстро смог «натянуть» на лицо нужные эмоции, чтобы ненароком не выдать своих мыслей. Лисовский был хорошим актёром, этого у него не отнять.       – Ну давай тогда, до вторника. – Игорь вновь «растёкся» по креслу, показывая наивысшую степень расслабления, прикрыл глаза и шумно засопел.       – Я ухожу.       – Да, да, чеши давай. Дверь с той стороны посильнее хлопни – замок заедает.       Стоило омеге оказаться за дверью чёртовой квартиру, как он бегом спустился по обшарпанным ступенькам, буквально в пару секунд преодолев четыре этажа и с шумом выскочил на улицу. В голове лихорадочно метались мысли, а сердце бешено стучало в груди. Уже в сотый раз с момента, когда он переступил порог той квартиры, Лисовский понял, что вляпался в несусветное дерьмо по самую макушку. Нужно было срочно исправлять ситуацию. Но… как?       Игорь, стоило омега стремглав умчаться прочь, даже забыв закрыть за собой дверь, встал и подошёл к немытому пыльному окну, за которым всё же неплохо просматривалась двор и часть улицы. Альфа провёл пальцем по окну, собирая пыль, внимательно наблюдая за торопившимся прочь из этого места Лисовским.       – Пора бы Крекеру позвонить. Он таких засранцев любить мять. Да и должен мне он как земля колхозу.

***

      В квартире семьи Гергерт было шумно с самого утра субботы. Олег Родионович и Дима носились из комнаты в комнату, собирая чемоданы. Диме предстояла длительная командировка с одновременным обучением аж в самом Лондоне. Олег Родионович по своему обыкновению всегда следовал за любимым мужем, однако в этот раз он долго не желал лететь вместе с Димой, уповая на то, что не хотел так надолго оставлять детей одних. Да ещё и за Ярика с недавних пор беспокоился, считая своим долгом всячески помогать парнишке и ненавязчиво следить за ним, раз родителям было не до сына. Маму Андрея никто из четы Гергерт напрягать не хотел, памятуя о том, как плохо складывались отношения Андрея с Игорем. Омеге мамин ухажёр не нравился от слова «совсем» и хоть супруги Гергерт не понимали такого отношения парнишки и даже просто подозревали, что в нём взыграла банальная ревность, Дима отчего-то сам был настороже с этим Игорем. В жизни его ни разу не видел, но слушая об этом альфе от Прохорова, в Юлькиного отчима в голове настойчиво зрела мысль, что основания для такой неприязни у омеги на самом деле есть. Пусть и не по совершенным Игорем поступкам – скорее предчувствие.       – Папа, да куда ты аж три зубные щётки берёшь? Неужели там не купите, если потеряете?       Юлька скептически рассматривала содержимое двух небольших, но вместительных чемоданов, удивляясь как в них Олег Родионович ещё электрическую плиту с холодильником не впихнул. Конечно, для начала он бы их купил, не оставлять же детей без столь важных вещей. Ну, да не суть…       – Тушканчик, ты не видела мой дорожный набор? Ну, тот что гигиенический…       – В ванной на первом этаже, в шкафчике. На второй полке кажется, – отозвалась альфа, компактно укладывая папины брюки и рубашки по пакетам. – Андрей, ты в норме? Застыл как статуя…       Пока Дима собирал документы в кабинете, Олег Родионович бегал по этажам в поисках нужных вещей, а Юлька упаковывала эти самые вещи в чемоданы, сидя на диване в гостиной, Прохоров, устроившись позади своей альфы, крепко обнимал её за талию, уложив подбородок девушке на плечо. При этом омега почти не двигался и казалось, что едва дышал, чем не раз заставлял свою альфу нервно поглядывать на него.       – Думаю… – многозначительно отозвался парень, не сводя взгляда с электрического камина, расположенного точно под огромным телевизором на стене.       – О чём, если не секрет? – Юля повернулась к Андрею и ласково потёрлась кончиком носа о щёку омеги. Тот в секунду блаженно прищурился, губы растянул в улыбке. Если бы замурчал – ничем бы не отличался от Томаса, который, кстати, лежал на том же диване, но на почтительном расстоянии, желая быть в компании своих владельцев, но одновременно наслаждаться уединением. Томас вообще любил сочетать несочетаемое, и ему это, на всеобщее удивление, весьма неплохо удавалось.       – Секрет… – устало отозвался омега и широко зевнул. Глаза почему-то слипались весь день и парня то и дело тянуло к подушке.       – А если подумать? А то знаешь, я в последнее время, как и ты, не высыпаюсь… Наверное стоит тебе в гостевую спальню переехать…       – Ага, размечталась. Только через мой труп! – парень сердито оскалился и в порыве эмоций прикусил альфу за ухо.       Юля на такие манёвры отреагировала довольно пылко, благо родителей рядом не было. И омега за одну секунду раз триста пожалел о своём необдуманном поступке, потому что по итогу ему пришлось срочно скрыться в туалете, чтобы провести нехитрые манипуляции, ибо ходить с бугром в штанах при родителях своей пары не хотелось от слова «совсем».       Вернувшись из уборной примерно минут через десять и отметив, что ни Димы, ни Олега Родионовича поблизости не было, Андрей увалился на диван, уютно устроив голову на коленях у альфы.       – Вообще-то я думал… О твоём разговоре с Лисовским насчёт… Заринцева.       – Веришь или нет, но я догадалась. Просто ждала, что ты первым об этом заговоришь.       – Юль, ну вот честно! Он же крышаком знатно поехал! И кто знает, чего он учудить может в следующий раз, если его в дурку не посадить или хотя бы от тебя не отвадить…       – Андрюш, я всё это прекрасно понимаю. Но и ты пойми… Мне его не жалко, я на самом деле не испытываю сострадания к нему. Была бы моя воля – дала бы по яйцам со всей дури. Вот только… Он не виноват… Представь, что я оказалась на его месте, а ты на моём. Ты любил бы кого-то другого, а я в этот момент с ума сходила бы по тебе… Чувствуешь это?       Прохоров неохотно прикрыл глаза, но почему-то представил всё иначе: будто Юлька встречалась с каким-то другим парнем, а он лишь издалека смотрел на неё влюблёнными глазами. В один миг всего его затопило такой горькой печалью, обидой, отчаянием и какой-то злостью, что парень невольно всхлипнул и вздрогнул. Но тут же расслабился и облегчённо выдохнул, ощутив, как его аккуратно приподняли и крепко обняли. Чуть усилившийся аромат альфы, в котором чувствовалась ласка и забота, вся её любовь к нему и малая толика грусти, окутал Прохорова с ног до головы и в одно мгновение все его тревоги и переживания улетучились.       – Ты же знаешь, что я тебя люблю. Просто доверься мне.       – Знаю… Я тоже люблю тебя.       В этот момент Олег Родионович и Дима украдкой наблюдали за милующейся парочкой с последней ступеньки лестницы, что вела на второй этаж.       – Ты нервничаешь? – шёпотом спросил Дима, приобняв омегу за плечи.       – Да… Юльке сейчас так хорошо, но я боюсь, что в будущем у них могут быть проблемы. Ну, как у меня с Алёной…       – Глупости. Юлька совсем на твою бывшую не похожа. Она у нас умная, добрая, сообразительная и бойкая. Короче, вся в меня. Так что всё у них будет хорошо. Ну, а если что – мы поможем. Свои примером, верно?       Олег Родионович в один миг покраснел, ощутив, как ладони мужа начали медленно спускаться по рукам, перешли на живот и бёдра, а губами альфа припал к шее омеги, оставив его традиционный поцелуй-приглашение.       – С ума сошёл? Дети дома! – тихо, но с возмущением прошептал омега.       – Ну, тогда поехали в наш отель. Твой любимый номер всегда свободен.       – Соблазнитель… Юльку такому не учи. – Олег вздрогнул, ощутив, как супруг плотно прижался к нему. Прошло столько лет, а их страсть не потеряла ни градуса, всё так же кипела и приятно обжигала.       – Пфф, наша девчушка мне скоро форы даст только так.       – Дима…       – Люблю тебя.       – А я тебя люблю.

***

      Лисовский мучился угрызениями совести и этот факт невероятно злил его. Он, привыкший жить, ставя на первое место себя и свои желания, вдруг осознал, что помимо него в жизни есть и другие люди… И из-за его необдуманных поступков в лучшем случае они могут пострадать морально или физически. Про то, что они могут вообще расстаться с жизнью, Егор предпочитал не думать, но мысли сами по себе лезли в голову.       Дойдя до своего дома, парень всё не решался ухватиться за ручку и войти в подъезд. Словно боялся чего-то, о чём уже с полсотни раз думал, пока убегал от Игоря. Только сейчас он осознал с каким ублюдком связался из-за своей жадности и глупости.       Телефон сам по себе «нащупался» в кармане куртки и омега вытащил его куда решительнее, чем думал об этом. В списке контактов ее номер был в «Избранном». Один единственный номер, даже «цифры» того же Никиты были в самом обычном общем списке. Эх, встреть он её до того, как она познакомилась с Прохоровым… Может быть всё было бы иначе?       Несколько гудков показались вечностью, но когда в динамике раздался голос его одноклассницы, Лисовский едва не выронил телефон и успел мысленно обругать себя с сотню раз.       – Егор? – голос Юли был тихим и спокойным.       – Да, привет! Юля… Короче, есть важный разговор. Это касается Прохорова.       – Егор, может хватит? Мне всё равно что ты в этот раз придумал. Серьёзно, ты думаешь, что я могу бросить Андрея только если мне кто-то что-то про него напоёт? – спокойный голос девушки внезапно стал низким, стальным, в нём чувствовалась угроза и враждебность.       – Бля… Да не собираюсь я тебе лапшу на уши про твоего омегу вешать. Дело совсем иное, серьёзное. Но не по телефону. Юль, поверь, я не шучу и дебилизмом не страдаю. Завтра в десять утра в парке около кафе «Чива». Юля, пожалуйста, разговор важен. Я не хочу, чтобы ты или Прохоров… пострадали.       Егор говорил и дрожал всем телом. Он и понятия не имел, что мог сотворить Игорь, но нутром чувствовал, что ничего хорошего при встрече с этим альфой Юле и Андрею не светило.       – Егор… Ха-а-а… Хорошо, я встречусь с тобой, но если это будет какая-то ересь и я просто так потрачу своё время, в школе даже говорить со мной не смей. Вы с Пашкой знатно попортили мне и Андрею нервы. И да, о твоих выходках мне стало известно.       – О чём ты? – встревожился Лисовский.       – Тем альфы из соседней школы, пристававшие к Андрею в туалете, – холодно отрезала Гергерт.       – А… Да… Виноват.       – Мягко сказано…       – Да, понимаю. Прости, но я действительно серьёзен. Жду завтра. Можешь даже Прохорова взять, это сильно касается его.       – Ок, до завтра.       – До завтра, Юль. И… прости, пожалуйста.       Как только звонок прервался, а экран телефона почти сразу погас, Егор протяжно выдохнул, запрокинул голову вверх и прикрыл глаза. Немногочисленные прохожие то и дело поглядывали на странного школьника, стоящего посреди двора с запрокинутым к небу лицом, но просто шли дальше по своим делам, предпочитая не вмешиваться.       – Фух, может мне это зачтётся как плюс в карму? Если не выйти на высокий уровень, то хотя бы из отрицательной зоны выбраться…       Смекнув, что сказал это вслух, Егор открыл глаза, быстро огляделся по сторонам, тут же ужом проскользнул к подъезду и скрылся за дверью, привычно споткнувшись о видавший виды порог.

***

      Хоть Лисовский и предложил встретиться вместе с Прохоровым, Юля решила Андрея с собой не брать. И готовая к небольшому скандалу по данному факту, альфа предусмотрительно с самого утра начала одаривать парня убойной дозой любви и ласки. Пока рано утром она провожала родителей, девушка успела приготовить чуть ли не королевский завтрак, разбудила Прохорова не только утренними поцелуями, но и кое-чем более интимным, в результате чего Андрей не смог встать с кровати ещё добрых десять минут.       Омега, периодически зевая, всё же довольно шустро расправлялся с оладьями на своей тарелке, изредка поглядывая на свою альфу, что сидела напротив него и неспешно пила любимый зелёный чай. Сам Прохоров находил сей напиток странным, но видя, как его любила Юлька, иногда и с ней за компанию выпивал кружечку.       – Юль, а у нас сегодня праздник какой? – неуверенно поинтересовался парень, доев последний оладушек и залпом опустошив кружку с какао.       – В смысле? – переспросила Гергерт, пододвинув к парню блюдо с бутербродами.       – С утра такой минет мне сделала, в душе приставала и всячески всего перещупала, теперь завтрак словно в дорогом отеле. Или праздник или ты… подлизываешься?       – Не подлизываюсь, а стараюсь смягчить твою заведомо негативную реакцию. Я ж тебя знаю как облупленного, – мягко отозвалась Юля, виновато улыбнувшись парню.       – Так! Выкладывай!

***

      Юля вышла из автобуса на нужной остановке и тут же огляделась – вдруг Лисовский был где-то поблизости? Однако в воскресенье утром сложно было кого-то разглядеть в толпе горожан – в выходной день людей на этой торговой улице было столько, что казалось будто здесь собрался весь город.       Альфа вздохнула. Разговор с Андреем вышел эмоциональным, благо омега всё же неплохо поддавался очарованию своей альфы и Юле хоть и с трудом, но удалось уговорить Андрея остаться дома и дождаться его. Главным аргументом стало то, что Юля видела в Лисовском просто одноклассника: надоедливого, иногда даже отталкивающего. И не более того.       В кафе, несмотря на обилие народа на улице, было много свободных мест. Выбрав столик в углу у самой витрины, Юля заказала большой черничный коктейль и вафли с вареньем из шелковицы. Утром девушка позавтракать забыла, отдав всё своё внимание Прохорову.       Когда время уже давно перевалило за половину одиннадцатого часа, альфа забеспокоилась. Особой пунктуальностью Егор не отличался, но даже для него задерживаться так сильно не было привычкой.       Альфа попыталась дозвониться до омеги, но он не отвечал, лишь долгие гудки раздражали своим звуком из динамика телефона.       Андрей не находил себе места. Вроде бы Юля всё правильно сказала, в её любви и верности парень был уверен на все сто процентов, не на все миллион, но в душе отчего-то было тревожно. После ухода альфы к ним в квартиру на пару минут заглянул Ярик. Бета принес пару настолок и договорил, что вечером придет в гости основательно и они хорошо повеселятся. К настолкам на вечер планировалась куча фаст-фуда со стороны Ярика – его своеобразная благодарность за доброту со стороны семьи Гергерт. Ярик знал, что хоть Юля и Андрей с удовольствием ели блюда Олега Родиновича, от гамбургеров, картошки фри и цезарь-роллов они не отказывались. Особенно если всё это запивалось вреднющей кока-колой или пепси.       Договорившись о планах на вечер, Андрей проводил Ярика и от накатившей скуки увалился на диван в гостиной, уставившись в экран телефона. В его галерее имелась одна очень важная папка, которую парень с недавних пор держал под паролем. Быстро набрав нужный код, омега открыл первое фото и протяжно, сладко застонал.       Юлька долго не соглашалась позировать обнажённой и как бы Прохоров не умолял, девушка наотрез отказывалась. Но омега не лыком шитый, он всё же нашёл способ добиться желаемого, хоть потом его довольно долгое время мучила совесть. Однако то, что он получил в итоге по его скромному мнению стоило всех его ухищрений.       Почти обнажённая Юля, на которой лишь маленький уголок простыни прикрывал самое интимное место, лежала на кровати в столь одновременно откровенной позе и с совершенно невинным чистым взглядом, что порой омега всё никак не мог понять – как это одновременно уживалось в его альфе?       Мурлыкая от нахлынувшего на него возбуждения, парень раз за разом просматривал все фото, что он успел сделать в тот вечер, как внезапно звонок, трелью раздавшийся по всей квартире так некстати выдернул Прохорова их его фантазий.       Ругаясь и ворча от того, что ему испортили такой важный момент, Андрей поднялся на ноги и потопал в коридор, отчего-то решив, что нарушителем его спокойства был именно Ярик. Прошло вроде бы не больше пятнадцати минут после его ухода.       – Ярик, в курсе ли ты, что на свете самый большой обломщик это…       Открывая дверь, омега уже принялся чехвостить Ярика, однако стоило ему увидеть того, кто стоял за порогом квартиру Гергертов, как Прохоров тут же замолчал и в страхе попытался захлопнуть дверь, чтобы не пустить…       – Малой, дурить прекращай!       Игорю ничего не стоило удержать дверь и с такой силой дёрнуть её на себя, что Андрей едва устоял на ногах. Но ручку он всё же выпустил, а через пару секунд дверь всё же закрылась, но уже за спиной Игоря.       – Что вам нужно? Вы в чужой квартире, я вас не приглашал! Уходите или я полицию вызову, соседей позову! – омега прикрикнул на альфу и сделал несколько шагов от него, стараясь сохранять как можно более безопасное расстояние.       – Сказал же, чтобы ты прекратил идиотничать. Поговорить пришёл. Минут десять у тебя отберу и по своим делам отправлюсь. Мне, знаешь ли, тоже не в радость в таких хоромах торчать – зависть берёт.       Игорь, совершенно не церемонясь и особо не обращая внимание на Прохорова, прошёл сначала из коридора в гостиную, а после направился на кухню. По пути альфа оглядывался по сторонам, то и дело присвистывал и говорил что-то о буржуйских замашках, которые пришлись ему по душе.       На кухне Игорь нагло увалился на небольшой диванчик и запрокинул ноги на небольшой стеклянный столик перед диваном, даже не подумав о том, что обувь стоило снять.       – Зачем вы здесь? Какой к чёрту разговор?!       Омега, проследовавший на расстоянии за альфой, остановился в нескольких метров от него, предусмотрительно так, чтобы между ними оказался большой обеденный стол.       – О матери твоей. Знаешь, как она скучает? Ты вообще не подумал о том, что ей больно сделал? Встретил альфу и быстро под него… пардон, под неё увалился. Что, семья уже и не нужна? Ну, с одной стороны я тебя понимаю – такие хоромы. Небось теперь все хотелки на раз-два получаешь?       – Да вы что знаете?! Я маму люблю, но пока вы около неё вьётесь и обманываете, я туда ни ногой! Я знаю, вы что-то задумали!       Прохоров дрожал всем телом. Внезапно пришло осознание, что смартфон он оставил на диван в гостиной, в квартире Гергерт давно не водились стационарные телефоны, а Томас сейчас был на лоджии, дышал свежим воздухом, и сам он в квартиру дверь не открыл был. Котом Томас был исключительным, и Юлька много раз говорила, что при опасности он способен был защитить своих хозяев всеми своими кошачьими силами.       – Так, парень, харэ орать. Я реально пришёл поговорить о твоей матери.       – Да не верю я вам!       – Окей, не верь. Тогда так – я пришёл с тобой правдой поделиться, о которой ты, сосунок, без меня, наверное, до гробовой доски и не узнаешь.       – Да что вы мелите?! Я не идиот! Какую к чёрту правду?!       Игорь осмотрел Андрея с ног до головы и ехидно ухмыльнулся.       – Какую правду? Да такую… интересную. Такую, что напрямую касается тебя и твоей семьи.       Прохоров напрягся. Он ни на секунду не сомневался, что Игорь в жизни его матери появился не просто так, а теперь с каждым его словом он лишь крепче верил в это. Вот только беда: что задумал этот альфа, Андрей не знал. Вздохнув поглубже, Прохоров постарался успокоиться. Трезвый разум в сложившейся ситуации был нужен словно кислород.       – Ну и долго будете тянуть? Или решили так на меня жути нагнать? Не боюсь я вас, – омега нахмурил брови, инстинктивно приподнял уголки губ в едва заметном оскале. Но вот глаза его выдавали с головой – Прохоров действительно боялся Игоря. Взрослый и крепкий мужчина, альфа… При желании он мог сделать с Андреем всё что угодно – избить, изнасиловать или даже убить.       – Да слова ищу правильные, чтобы ты тут в обморок не грохнулся. И не скалься так, я тоже не из пугливых, – альфа на секунду прикрыл глаза, вспоминая первый день знакомства с Мариной. Нет, если внешне Андрей и был похож на него, то характером он был весь в мать. Это у нее с головой плохо от предательства стало потом, хотя альфа полагал, что он омегу не обманывал и ничего ей не обещал, а она сама навыдумывали и настроила в головушке розовые замки. Впрочем, его вообще ни разу не волновало то, что творилось тогда в душе у девушки.       – Какие же вы омеги… Короче, вот тебе правда в лоб, как ты и просил. Я твой отец. И Лида никакая тебе не мать. Тётка она твоя родная, старшая сестра твоей настоящей матери. Маринка утопилась в реке, когда тебе года два было… или три? Хм… Уже не помню точно. В общем, она с моста сиганула. Мало того, что плавать не умела, так ещё и напилась сначала. Вот так вот. Так что у тебя всё, наоборот, нежели ты раньше мог думать – матери нет, но зато батька жив и здоров. Ну как, сынок, обнимемся?       Омега во все глаза смотрел на альфу и мысленно попытался выявить хоть какие-то признаки слабоумия у Игоря. Это надо было такой бред придумать! А может он под кайфом? Андрей вообще ожидал всего что угодно, но явно не такого. Называть его сыном, городить что-то о ненастоящей матери и врать про тётю Марину. Или это была такая тактика? Запутать, обмануть, усыпить бдительность? Но в душе что-то ломалось, откуда-то поднимался такой страх, что даже дышать больно. Неужели такое может быть правдой? Ведь весь вид альфы говорил о том, что ему дури не хватало придумывать такие нелепицы.       – Врёте! Это всё неправда! – внезапно Прохоров закричал что было сил, бросился к кухонному гарнитуру, едва удерживая себя на ногах. Через секунду у него в руках оказался кухонный нож, и парень выставил его перед собой, направив точно в грудь Игоря, хотя руки так и дрожали. – Вы псих! Ненормальный! Что вам от нас с мамой нужно?!       – Да бля… Хотя чего ещё ожидать от омеги?.. Короче, верь или не верь, мне тебе и доказывать ничего не нужно будет. По-любому в вашем доме есть документы: свидетельство о твоём рождении, Маринкино свидетельство о смерти, бумажки об усыновлении. Поищи хорошенько, Лида явно куда-то их спрятала, чтобы ты случайно не наткнулся. Избавиться от них не могла – документы же. Для верности можешь своего ненастоящего папашку спросить. Если они с Лидой разошлись из-за тебя, что скорее всего так и есть, то он тебе врать не станет и скажет, что они тебя усыновили. А там уже и мать дожмёшь – всё и выложит как на духу. А вот как до правды докопаешься – набери меня. Нам с тобой обстоятельно поговорить нужно. Предупреждаю сразу – проигнорируешь и сделаешь только хуже. Лидке не поздоровится, и твоя альфа-мутантша тоже на орехи огребёт. Я серьёзно. В полицию не звони – там полно моих ребят – быстро мне сдадут тебя. А только скажут – я твоих всех под нож пущу, как сопливых поросят. В общем, ты парень далеко не глупый и понимаешь, что я сейчас не шучу. Сделаешь всё как сказал – будете дальше в семейку играть и так далее. Нет – останешься один на один со мной. Мне труда не составит через суд добиться опеки над тобой, уж в этом мне такие влиятельные люди помогут, что никто и пикнуть против не посмеет. Да и если кто-то из твоих в живых останется. Усёк?       Альфа поднялся на ноги и сделал шаг вперёд. Андрей в этот момент рванул прочь от Игоря и буквально вжался спиной в балконную дверь на кухне. Парень всё так же держал перед собой нож, но руки заметно дрожали, сам он был весь бледным и лишь каким-то чудом ещё держался в сознании. В памяти всплыло давнее воспоминание, которое парень считал просто плохим сном.       – Думай. Сделаешь всё как я тебе скажу – никто не пострадает.       Только когда входная дверь хлопнула, омега медленно сполз на пол, хватаясь одной рукой за тюль, потому что боялся просто рухнуть – ноги совсем не держали. В голове то и дело звучали слова отца, сказанные Андрюшкиной маме в пьяном угаре. Этот не от меня… Больно, страшно и… до потери воздуха одиноко.       Игорь остановился только через два квартала от дома, где жили Гергерт. Альфа огляделся, приметил лавочку около круглосуточного магазина и, устроившись на ней, достал пачку сигарет, зажигалку… Закурив, мужчина нахмурил брови. Всё шло примерно по его плану и к его удивлению, помощь мелкого головастика вообще не пригодилась. Но… с Гергертами спорить было опасно – у них водились деньги, а это единственная сила, которая могла развернуть ситуацию не в пользу Игоря. А значит решение отвадить их от сына было верным. Только стоило поторопиться, чтобы сынуля не успел чего-нибудь учудить. Ведь если эта семейка бросится на защиту Андрея и ничего для этого не пожалеют, то исход явно будет не в его пользу. Эти родители ради счастья дочери точно ни перед чем не спасуют. А счастье для этой альфы – её омега…