Ход Конем

      - У вас есть шанс увидеть город и королевский дворец, – сообщил герцог, зайдя в конюшню.       - А вы проводите экскурсии для лошадей? Можно заказать индивидуальный осмотр достопримечательностей?       У меня было хорошее настроение, и я решил им поделиться.       - Я отправляюсь к кардиналу.       Алва отказался принять мой дар и шутку не оценил. Может быть потому, что в Талиге ещё не изобрели экскурсии, а может потому, что настроение у него было, как у человека, который, имея абсолютно здоровые зубы, вынужден идти на лекцию о кариесе, и отвертеться нет никакой возможности.       - А почему кардинал обитается в королевском дворце? – поинтересовался я.       - Дворец большой, там… всему находится место.       - Это хорошо. Кстати, - меня посетила неожиданная мысль, - а где в это время буду находиться я?       - В конюшне, разумеется.       - Чего?! Да что мне там делать?! Травить анекдоты королевскому выезду или похвастать тем, что Пако, наконец, начал варить овсянку на молоке? Ну, по крайне мере, с добавлением молока.       - А-а, так вот для кого Хуан распорядился его купить?       - Я очень его попросил. Но вернемся к визиту. Герцог, не бросайте меня в одиночестве в совершенно незнакомой компании. В конце концов, это невежливо. Я им даже не представлен.       - Кому? – не понял Алва.       - Королевским лошадям. Может можно как-нибудь перенести прием из дворца на природу?       - Даже если я это сделаю, как я объясню Его Высокопреосвященству ваше присутствие?       - Скажите, что у вашего коня клаустрофобия.       - Что-что?       - Боязнь закрытых пространств. А ещё я боюсь оставаться один. Я вообще у вас ручной и души не чаю в хозяине. Мне кажется, что вам поверят.       Герцог потер виски.       - Да-а, после такого, Дорак ещё больше уверится в моем безумии, - усмехнулся маршал. – А это даже неплохо. Только без глупостей. В Талиге всего Круг, как перестали жечь ведьм и колдунов на кострах. Но для вас кардинал может сделать исключение.       И вот мы в королевском парке. Не Петергоф, но тоже неплохо. Несколько чудных аллеек, кусты роз, сирень, пара симпатичных фантанчиков ... У одного из них и состоялась встреча с Его Высокопреосвященством.       - Рокэ, что за глупость – встречаться здесь? Откуда такая блажь? – Сильвестр был из тех, кто предпочитает тишину кабинетов свежему воздуху. – И почему вы не оставили Моро у ворот.       - В последнее время Моро нервничает, если я оставляю его одного.       Кардинал посмотрел на меня, а я попытался изобразить на морде самое преданное выражение, какое только мог. Дорак изогнул бровь, а Алва показал мне кулак за его спиной.       Кажется, с выражением я перестарался, а потому просто опустил голову и сделал вид, что щиплю травку.       - К тому же, - поспешил увести разговор в сторону от скользкой темы маршал, - здесь нас никто не подслушает.       - В моем кабинете нас тоже никто не подслушает, - капризно произнес Сильвестр. – Или у вас есть иные сведения? – тут же настороженно уточнил он.       - По счастью – никаких, - поспешил успокоить старика Алва.- Но не мог же я привести Моро к вам в кабинет?       А чего это герцог так странно смотрит на меня? Подумаешь, зашел к нему вечером на огонек и бокальчик хорошего вина. Зачем же сразу такие страшные глаза делать?       - Иногда мне кажется, Рокэ, что вы способны привести Моро даже на королевский бал, - вздохнул кардинал.       Пришла моя очередь вскидывать бровь и многозначительно смотреть на герцога. И кто мне тут заправлял, что меня нельзя брать в королевский парк? И костром пугал. А?       Алва закашлялся.       - Ладно, оставим в покое вашего коня и перейдем к вашей последней выходке, - вернулся к насущным проблемам Сильвестр.       - Это вы об Окделле?       - Совершенно верно. Скажите, зачем он вам? Вы же никогда не брали оруженосцев?       - Я бы и сейчас не взял, если бы хоть кто-нибудь из Людей Чести вспомнил о том, что у него эта честь имеется. Глядя на то, как дружно и преданно они выполняют ваши указания, я просто диву даюсь – откуда в Талиге заговоры?       - Неужели вы хотели разбудить их совесть? На вас это совершенно не похоже, - ехидно улыбнулся Сильвестр.       - Трудно разбудить то, чего нет, - усмехнулся герцог. – И, да, вы правы, звонить в колокола – не в моих привычках. Я просто не хотел поощрять дурновкусие. Багряное с золотом идёт Надору гораздо больше, чем салатовое с розовым, вы не находите?       - Для Талига, - вздохнул кардинал, - было бы гораздо выгоднее видеть эту провинцию в руках преданного короне человека. А внук тессория может и сменить родовые цвета на более приятные глазу, взяв, например, цвета невесты.       - Даже не знаю, какие цвета могут пойти рыжим? В любом случае, Окделл теперь мой оруженосец и, надеюсь, господин тессорий это уяснит.       - Понятно. У вас появилась новая игрушка, - усмехнулся кардинал. – В любом случае, Двор вы взбудоражили не на шутку. Да что там Двор, вся столица едва ли не гудит об этом. Вы всех перебаламутили, подняв со дна то, что лежало там слишком долго. Как знать, может быть из этого что-то и выйдет.       - Желаю удачи, господин кардинал.       Алва поклонился, едва коснувшись губами перстня на протянутой для поцелуя руке кардинала. Разговор был окончен.       Как интересно, а он меня ещё брать не хотел. Я так заслушался, что непроизвольно щипнул пучок травы. Фу-у! Какая гадость! Траву я выплюнул, но во рту осталась неприятная горечь.       Подошел герцог, взял меня под уздцы и направился к выходу.       - Довольны? – спросил он через какое-то время.       - Ага. Значит, это Манриков вы опасались? Ну, что они прихлопнут Ричарда?       - Манрики присматриваются к Надору со времен смерти Эгмонта. Герцогский титул, расширение владений... И Ричард Окделл - единственная преграда на пути к этому.       - Ага, понял. А что там, насчет спящей совести?       - На последнем совете кардинал запретил брать Окделла, мотивируя это его неблагонадежностью. И наши Люди Чести, все эти Рокслеи, Ариго и прочие, проявили редкостное послушание.       Голос маршала буквально сочился презрением.       - Минуточку, - я остановился у небольшого мраморного фонтана с рыбками. Горечь вызвала слюноотделение, а плеваться в королевском парке – признак дурного тона. Я сделал несколько глотков.       - Между прочим, - усмехнулся Алва, - это любимый фонтан королевы.       - Да вы что! Ей тоже нравится из него пить?       Несколько секунд герцог смотрел на меня, очевидно, представив себе эту картину и борясь с приступом смеха, а затем расхохотался в голос – задорно и весело. Я тоже рассмеялся.       - Кстати, об Окделле, что там с ним?       - А что с ним?       Мой вопрос вызвал у Алвы откровенное удивление.       - Ну, я так понимаю, что пацан болеет. Могли бы и навестить болящего. Вы ведь теперь его рыцарь.       - Во-первых, не рыцарь, а сеньор. А во-вторых, меньше, чем оруженосец, мне нужен только духовник.       - И это говорит человек, который привел в свой дом первого и только что говорил со вторым.       - Кардинал – фигура политическая, - фыркнул Алва.       - Кардинал – это в первую очередь лицо духовное. И ваша беседа сильно смахивала на исповедь. А не согрешил ли ты, сын мой, взяв в свой дом оруженосца? – попытался я передразнить Сильвестра. – Само собой, святой отец, - теперь я передразнивал Алву, - и хрен я в этом покаюсь. – Сын мой, это доведет тебя до греха! – Не надо меня никуда доводить. Я и сам отлично знаю дорогу. Тут недалеко.