Минус один

Распахнувший на стук дверь, дорого, стильно одетый, темноволосый альфач среднего возраста радостно охнул и подхватил повисшего на шее подростка под ягодицы. — Мое солнышко! — воскликнул, покрывая горячими, счастливыми поцелуями подставляемое, улыбающееся, конопатое юное личико. — Как все прошло? Мики мурлыкнул, крепче обвивая обнимающего любовника руками, нечто довольное, и заболтал обутыми в изящные замшевые сапожки ногами в воздухе. — Прекрасно, — ответил, и его милые черты на миг исказила болезненная гримаска. — Твой адвокат, Трев, умеет угодить клиенту. Дом, который он нашел — идеален, стоит на полном отшибе, пустыри и брошенки, вокруг — забор с тебя ростом. Никто ничего не услышит, хоть заорись! Они встречались уже более полугода, Мики и Тревор, разумеется; переспали две жаркие, бешеные течки, многие ночи между ними, и по совокупности проводили вместе достаточно времени, чтобы богатый альфач успел влюбиться по уши и даже позвать замуж. И Мики согласился, но — при условиях. Поначалу шокированный обнаруженной вдруг кровожадностью прелестного омежечки мафиоз уперся, но рыжик умел уговаривать. Одержимый местью, подросток был готов на что угодно, лишь бы изувечившие его первую — и единственную, на данный момент — истинную пару смывшиеся от правосудия, скрывающиеся чудовища понесли заслуженное наказание. — Трев, — рыжик нежно потерся щечкой о подбородок мужчины. —  Сегодня мы это сделаем, понимаешь? И можно уже будет назначать, наконец, дату свадьбы… «Которая не состоится, — про себя подумал он, с оттенком печали. — Прости»… Треву нельзя прознать, что Родж утром впервые узнал Мики — и даже ему улыбнулся, пусть криво и мимолетно, но улыбнулся же — ни в коем случае. Со свадьбой удастся потянуть еще несколько месяцев, необходимых Роджу, чтобы совсем прийти в себя. А потом… Мики старательно продолжает откладывать даренные Тревом или уворованные у него деньги, до грошика, ничего не тратит. Скопленного хватит на билеты куда подальше и прожить, примерно, с год, обустраиваясь на новом месте. Обязательно хватит, рыжик расстарается, растянет, он экономный и будет подрабатывать по мере умений и сил. А если получится продать некоторые — опять подарки Трева, да — украшения… — Марк доложил — твои красавцы продолжают зависать на той же хате, — альфач щелкнул зубами. — Сидят, идиоты, там, и носов наружу не кажут, только за жратвой. Последнее бабло проедают, похоже. Прячущихся у приятеля в трущебном квартале Майкла Бонова и его дружка Курта Зима люди мафиоза вычислили давненько, проследив за изредка навещающим одного из них любовником-омегой, и пасли с предельной аккуратностью, чтобы не спугнуть. Что ж, пришло время брать, тепленькими. Отпрыгались мудаки. Занеся не выпускаемого из объятий Мики вглубь квартиры, Трев опустился на диван перед включенным, бормочущим новости телевизором, усадил к себе на колени льнущего подростка, под понимающим взглядом маячившего неподалеку охранника, молодого, крепкого беты, выудил из кармана пиджака мобилу и по памяти набрал нужный номер. — Начали, — сказал ответившему после третьего гудка помощнику — и по совместительству — родному, кровному, младшему брату. — Я на связи. Стукнешь, когда птички будут в клеточке, подвалим. — Как только — так сразу, босс, — радостно отрапортовал брат и отключился. История о двоих мужчинах, похитивших ради выкупа, а после изувечивших семнадцатилетнего, едва закончившего школу подростка с особой жестокостью, сведших его с ума и бросивших умирать, запертого, от инфекции и жажды, была прекрасно известна и Треву, и его четверым братьям-омегам. Сами родители, и неоднократно, мафиозы были возмущены поступком альфачей до глубин залитых кровью, отнюдь не девственно-чистых душ. «Есть пределы, — говорили они между собой. — Хоть бы перед похищением потрудились выяснить, а можно ли здесь срубить бабла». Короче, очень не одобряли проступка обоих, и не возражали помочь Мики. Ведь каждый из этих мафиозов прекрасно осознавал — на месте Роджа мог бы оказаться кто-то из их обожаемых детей. Впрочем, претензии у сплотившихся в мести, вокруг Трева и его юного рыжика-жениха, омег имелись не только к укравшим Роджа и не сумевшим выручить за него выкупа скудоумным мужикам…