Падение

Жизнь - это бесконечная лента кинопленки. Одни кадры сменяются другими и так до бесконечности, пока кто-нибудь не обрежет железными ножницами эту цепочку. Некоторые кадры безжалостно засвечены и как бы не хотели, мы не сможем узнать что было на них запечатлено. Другие мы сознательно заменили, убедив себя в их правдивости. У каждого человека есть как минимум одно ложное воспоминание. Это неопровержимый факт, не требующий доказательств. А вот у Эрена практически все воспоминания строятся так, как он того хочет. То есть не так. Как они сами того хотят. На самом деле это очень удобно время от времени очищать голову от ненужной, угнетающей и отрицательной информации. Можно привести самый простой пример: находя утром на полу кровь, можно предположить, что здесь вчера разлили варенье или соус и забыли убраться. И никаких убийств, нервных потрясений и переживаний. Идеальная ложь. И таких подделок не счесть. Их уже не отличить от правды. Можно сказать, что вся его жизнь состоит из бракованных фрагментов. Память сама его обманывает, оберегая от боли, разочарований и сохраняет психику, переделывая прошлое, замазывая замазкой неаккуратные и ужасные моменты. Это замкнутый круг из которого нет выхода. Вообще забавно, когда ты просыпаешься и новый день для тебя полон открытий, особенно из-за того, что ты абсолютно не помнишь того, что произошло вчера. В чем-то это плюс - ты забываешь все плохое, но к сожалению все хорошее тоже тонет в реке Лете, бесследно исчезая. Это пробуждение было именно таким. Эрен несколько минут пялился в темноту, где по представлениям должен был быть потолок, соображая какой сегодня день, месяц и почему так темно. Хотя темно, это понятно, ибо ночь на дворе. С месяцем тоже еще как-нибудь можно определиться, вон он через окно светит, похожий на объеденный кусок сыра, но вот день... Сверху на лицо упала холодная капля, заставив вздрогнуть. Парень слегка шевельнулся, поморщившись. Боль неприятной, тягучей волной захлестнула тело. Сильно заныла правая рука, предплечье, левая нога, в голове раздался звонкий гул, словно зазвенел огромный колокол. Проще было перечислить то, что у него не болело. В спину с какой-то маньячной жестокостью впились неровности холодного пола, стремясь разорвать рубашку окончательно. Стоп. Что? Альфа чуть провел кончиками пальцев по поверхности, на которой лежал и слегка приподнялся, вглядываясь в окружающее пространство. Это была лестничная площадка с отслаивающейся от стен синей краской и грязными окнами, сквозь которые просвечивал тонкий полумесяц. На подоконнике стоял облезлый фикус, который непонятно зачем был сюда притащен с помойки, во всяком случае там ему самое место. На вырисовавшемся наконец потолке проступала яркая надпись, выведенная красным баллончиком. "Жан - гад, звони и выскажи ему это по номеру..." дальше шел тот самый номер. Забавно, здесь тоже Жан гад, прям как его сосед. Похоже все люди с этим именем одинаково отрицательные личности. И это в общем хорошо придумано. Надо будет тоже так сделать, только писать свое послание лучше на асфальте или на внешней стене дома. Там больше народу могут его заметить. Следовательно больше звонков на мобильник ненавистного парня, способствующие расшатыванию нервной системы и возникновению агрессии. Зеленоглазый довольно улыбнулся, вдохновленный своей идеей. Вот только как он здесь очутился предположений все еще не было. Последнее, что он помнил - это комната в кофейных тонах и красивая девушка напротив со светлыми волосами и приторной улыбкой. Криста, кажется... Точно, при взгляде на нее еще становилось так тепло-тепло на душе, а губы невольно расползались в ответной обворожительной ухмылке. От этой неимоверной приторности сводило зубы, даже мороженое, стоящее перед ним на столике было не таким ненормально-сладким. И было еще что-то, что неимоверно бесило альфу. Хотелось убить эту девчонку, уничтожить, растерзать. Возможно причина в том, что Эрен осознал всю опасность ситуации. В том, что парень не хотел никогда встречать своего соулмейта и все таки встретил его. Зеленоглазый недовольно поерзал и перевернулся на бок, чувствуя как холодный пол с воодушевлением вампира высасывает из него все тепло. Парень чуть вытянул вперед левую руку, обвитую широким браслетом и легким взмахом слегка пододвинул его. На коже проступили буквы, складываясь в ненавистное слово: "Криста". Вообще это довольно отвратительно и не справедливо. Почему все давно за всех решено, притом не понятно кем. Никакой свободы и права выбора, тебя просто ставят перед фактом и все. А альфа не согласен с подобным. Если он кого и выберет, то это будет его собственное решение и эта ванильная девчонка уж точно никогда не будет рядом с ним. Эрен этого не допустит. Ее чары не подействуют, пролетят мимо цели и растворятся в пустоте. И лучше вообще избавиться от нее, от греха подальше. Даже Леви подходит ему больше, чем она... Кстати о Леви. Где он? Альфа моргнул, соображая, что ему делать дальше, затем, немного помедлив, неуклюже сел, пытаясь посмотреть в окно и установить в какой части города он находится. Но неаккуратно облокотившись о больную руку, парень шикнул, скривившись. Конечность прострелило от ладони до плеча электрическим разрядом в несколько тысяч вольт, сопровождая все это легкой судорогой. Рука подломилась и Эрен, накренившись, медленно завалился на бок, впечатавшись лицом в свою собственную куртку, которая оказалась заботливо подстеленной под его голову. Правда полностью она положение не исправила. Из каким-то неведомым образом рассеченной брови закапала кровь. В глазах запрыгали искры. Эрен раздраженно поднес подведшую его руку к глазам, неожиданно заметив старательно наложенную повязку, сделанную из разорванной рубашки, которая уже насквозь пропиталась липкой кровью. И где он только умудрился так пораниться. Шел, шел, упал, очнулся гипс, подходит к этой ситуации как нельзя лучше. Вот прям такое же положение. Эрен чуть повернул голову в сторону. Напряженный слух внезапно уловил негромкие шаги, которые медленно, но верно приближались. Поступь была какой-то тяжелой, будто поднимающемуся было очень трудно идти и он вообще едва держался на ногах. От стен глухо отражалось постукивание и прерывистое дыхание, сливаясь в однообразный, едва заметный шум. Альфа, не долго думая, лег поудобней, прикрыв глаза и притворившись мертвым, ну или спящим, это как посмотреть. На всякий случай, а то мало ли что. С бесчувственного тела спрос не велик. Шаги не спеша приблизились вплотную и замерли. Несколько томительных секунд абсолютно ничего не происходило. Зеленоглазый даже подумывал рискнуть и посмотреть на пришедшего, возможно даже оглушить его. Но этого не случилось. Внезапно Эрен почувствовал на своей щеке горячее дыхание, вызвавшее волну мурашек. По коже плавными мазками прошелся жар. В носу засвербило от знакомого запаха мяты с нотками морозной свежести и холодка. Кожи коснулись растресканные, сухие губы, легко поцеловав, пустив лаву под кожу, обжигающую изнутри и будоражащую сознание. Но разум не дал насладиться моментом, ехидно твердя : Что за телячьи нежности? Неужели тебе и правда может такое нравиться? Альфа, подавил легкую и искреннею улыбку, которая так хотела отпечататься на губах. Пальцы дернулись в желании потянуться к сидящему рядом и потрепать его по голове или провести по щеке, ощутив прохладу замерзшей кожи. Как не старался, Эрен все же не смог сдержать ухмылку, раздражаясь на свои неадекватные желания и мысли, насмехаясь над ними, и резко открыл глаза, встретившись с немного испуганным взглядом Леви, который чуть отпрянул, прошуршав хвостом по каменному полу. Он явно не ожидал, что парень уже пришел в себя и теперь был немного смущен и испуган, ожидая не самой хорошей реакции на свой своевольный поступок. - Домогаешься пока я сплю? Так хочешь потрахаться, что уже и до утра подождать не в состоянии? - слова были произнесены чересчур холодно и высокомерно, с явными нотками превосходства и презрения. - Нет, я... - омега запнулся, - Ладно, неважно... Прости. Брюнет чуть склонил голову на бок. Уши прижались к голове. Уголок губ слегка изогнулся. Эрен чуть нахмурился. Как же бесит такое поведение. Эта готовность принять всю вину на себя. Эти полные тоски взгляды и фальшиво-понимающие улыбки. Как будто они могут что-то понимать! Эти пустые куклы кроме как для секса, больше ни для чего не годятся. Да и вообще все омеги одинаковые: ванильно-сладкие и ужасно приторные. Так и хочется схватить за волосы и приложить головой о стену, может хоть тогда мозги встанут на место и будут использоваться по назначению. Как жаль, что Леви ничем не отличается от предыдущих... Хотя стоп, разве раньше еще кто-то был? Или все же он первый домашний питомец? В голове мелькали смутные образы, больше похожие на неаккуратные наброски, чем на полноценные картины, и Эрен раздраженно прогнал их, мотнув головой. Неважно, что было раньше. Факт в том, что этот омега уже слишком долго подле него. Обычно парень забывал имена своих игрушек, их внешность, с каким животным они скрещены, их привычки, жесты. Но не в этот раз. О Леви он помнил все четко и ясно. Эта информация будто отпечаталась на подкорке мозга. От него невозможно было отделаться. Он пришел в его жизнь как серая тень, но уходить из нее не намеревался, вцепившись когтями и не отпуская. Вроде бы Эрен ведь даже совсем недавно собирался от него избавиться, но почему-то не смог этого сделать и отыгрался, кажется, на ком-то другом, возможно на той самой Кристе, что скрипела сахаром на зубах и будоражила сознание обжигающей теплотой и была такой внезапно родной и в то же время бесконечно далекой и ненавистной. Вот только почему? Что его останавливает? И уже который раз. Дальше так продолжаться не может. Нельзя ни к кому привязываться настолько, особенно к омеге, особенно к своей личной зверушке. Взгляд вновь остановился на более-менее целой руке, закрытой браслетом, под которым пряталось имя его соулмейта. Как жаль, что оно далеко не такое, как у омеги, даже по звучанию не похоже. А если бы и было его, то что дальше? Прыгать от счастья и развозить по лицу розовые сопли умиления? Это же бред. Людей с таким именем много. И далеко не факт, что именно этот Леви ему нужен. Нет, конечно, нужен ему именно этот Леви. Но все же лучше бы его не было. - Где мы? - поинтересовался альфа, вконец посерьезнев. Леви моргнул. В серых глазах явственно читался вопрос. Хотя больше ничем он свое удивление не выдал и не стал ничего спрашивать. Просто сложил руки на коленях и одними губами произнес: - За нами же гнались собаки, помнишь? Мы забежали в подъезд. Повезло что нам практически сразу открыли, но тебя все же успели цапнуть. Ничего, не сильно, кость не повреждена... А потом ты внезапно упал. Признаться, я порядком напугался, думал тебя так сильно ранили, что ты потерял сознание от кровоизлияния или боли, - омега на мгновение замер, будто его внезапно обратили в мраморную скульптуру, навеки запечатлев изящные черты, и прервав приятный голос, - Если что, раны я перевязал... Эрен с подозрением сверлил взглядом брюнета. Не то чтобы он не верил или в чем-то его подозревал, но описанных событий он, хоть убей, не помнил. Какие-то собаки, спринтерские забеги на скорость посреди ночи, что за бред. Хотя, какая разница, вряд ли там было что-нибудь важное. И побег от собак какое-никакое, а разнообразие в обыденной серости. Даже жаль, что он забыл такую интересную деталь своей биографии. Эрен подался вперед, ведомый внезапным порывом, схватив Леви за руку и поднеся ее к глазам. На запястье было выведено "Эр", а дальше шел уродливый ожог, скрывая заветное имя. Просто прекрасно. Конечно, ничего большего парень и не ожидал увидеть, но все же немного грустно. И кто это вообще может быть? Эрен? Эрд? Эрвин? Кто? Что за дурацкое положение. Хотя, если подумать, так даже лучше. Так можно лелеять надежду, что там написано его имя. Оставаться в заблуждении иногда бывает так приятно. - Сколько я был в отключке? - альфа разжал пальцы, позволяя отстраниться и на прощание ласково проведя пальцами по коже, в конце передумав и оставив яркую царапину, прочерченную ногтем. - Может час, может больше, я точно не знаю, - последовал незамедлительный ответ, - Но раз ты пришел в себя, то, думаю, нужно как можно скорее уходить. А то нас, можно сказать, рискуют застать практически на месте преступления, - Леви чуть дернул перемотанным хвостом. Альфа проследил за этим движением, подмечая как напряглась спина, а руки сжались в кулаки. Создавалось ощущение, что брюнету больно, правда Эрен пока что еще не понял почему, - Ты можешь встать? Эрен вылил на омегу ведро снисходительного презрения и порывисто поднялся на ноги. Мир закружился, зашатался. Перед глазами зарябило. Альфа покачнулся и наверняка бы упал, если бы Леви его не поддержал, больно вцепившись в плечи и позволив навалиться на себя всем весом. Альфа перевел ошалелый взгляд на брюнета, который чуть подрагивал от тяжести, но пока держался. Забавно. Он так старается. Кажется готов позволить сломать себе позвоночник, который сейчас трещит по швам, лишь бы только помочь зеленоглазому. Может он и дотащить его до дома согласится? А то идти как-то немного в лом. Хотя нет, так не пойдет. Еще грохнется где-нибудь на середине пути и тогда дальше вьючным осликом придется поработать самому Эрену. Признавать, что такая забота приятна, парень ни в какую не хотел. - Идем, - кинул альфа, отшатываясь и начиная спускаться, чуть опираясь о стену. В голове был полнейший хаос. Только одна мысль была четкой и ясной: это все зашло чересчур далеко, сломав границы дозволенного. Он заигрался. Леви для него слишком опасен, потому что Эрен не может его убить. Потому что этот омега подобрался слишком близко, подобрав отмычки к зачерствевшей душе, заставив вновь чувствовать себя живым. Так привязываться к вещам просто нельзя. И пока не поздно лучше от него избавиться. Ступени слишком высокие. Ноги при каждом шаге будто проваливаются в пустоту. Стены все норовят уплыть куда-то в сторону и лишить парня последней опоры. Ладони скользят по неровности кладки, практически срываясь. - Сколько сейчас? - внезапно остановился альфа, почувствовав как в него влетел не ожидавший такого резкого торможения Леви. - Около пяти утра, - слегка отступив назад, спокойно отозвался омега, - Успеем. Времени больше чем достаточно. - Да я не о том, - раздосадованно отмахнулся зеленоглазый. Леви слишком правильный. Он не способен угнаться за его воображением. В голове роилось множество безумных и в то же время гениальных идей. Хотелось чего-нибудь этакого, чтоб ярко, шумно и необычно. Чтоб на время забыться, отвлечься от проблем и мыслей, сводивших с ума, - Отсюда далеко до кинотеатра? - Только не говори, что собираешься прямо сейчас пойти на фильм. Ничего же не работает в такую рань, - скептически приподнял бровь брюнет, нервно поведя плечами, - Если тебя и это обстоятельство не остановит, тогда клянусь, я тебя ударю. Тебе что, мало всего произошедшего? Недостаточно впечатлений? Опять собираешься щекотать нервы и себе и мне? Уж прости, но я пас. - И почему ты так злишься? - изумился Эрен, серьезно не понимая с чего такая резкая перемена в поведении, - Ты же давно просил романтических отношений. - Я не просил, - возразил омега, открывая входную дверь и придерживая ее перед парнем, - Меня все устраивает, - голос резко потерял все краски, став безразличным и безликим, будто слова произносил не живой человек, а автоответчик. - Хорошо, не просил, - примирительно согласился альфа, чуть усмехнувшись, - Тогда я сам так решил. Ты идешь со мной и это не обсуждается. Да и вообще, как ты смеешь мне перечить? - вдруг спохватился парень, - Вещи должны знать свое место и не выступать почем зря! Ноги провалились в снег, увязнув. Холодный воздух коснулся кожи, заполз в легкие, замораживая изнутри. Темнота стала практически осязаемой, липкой и противной. - Хорошо, - Леви резко придвинулся вплотную, смотря Эрену прямо в глаза. Но в его движениях и голосе не было запала или вообще каких-либо эмоций. Просто холод смешанный с горечью, - Хорошо, ты все верно сказал, я не имею никаких прав. Поэтому твое слово закон и мы поступим так, как ты решишь. Но тогда ответь, тебя совсем не смущает наш внешний вид? Двое парней в грязи и крови, с практически открытыми ранами, да и вообще выглядящих так, словно несколько месяцев провели в окопах. Хотя ты еще ладно, под курткой не видно, но вот мой свитер весь изодран и держится только чудом. Бонусом идут лопата и пропитанная кровью сумка. Думаю многих полицейских мы можем заинтересовать, да и не только их. Любой нормальный человек шокируется, увидев нас и побежит звонить властям с просьбой задержать подозрительных личностей. - Это как раз легко объяснить, - нетерпеливо заявил альфа, - Может мы косплееры. - Да? И кого же мы косплеем, если не секрет? - искренне изумился брюнет. На его лицо падал свет фонаря, делая кожу практически прозрачной, призрачной. Кажется протяни руку и она пройдет насквозь тела, ничего не ощутив. - Да мало ли кого? Может Франкенштейна? Или зомбаков? Вампиров? Оборотней? Вариантов море. Сейчас, только чуть-чуть подправим и вообще зашибись будет, - альфа сорвал повязку, измазал пальцы в собственной крови из все еще сочащейся раны на руке и, притянув омегу за подбородок, вывел на его щеке витиеватый узор. Прошелся мазками по лбу, закрасил плотно сжавшиеся губы. - Меня сейчас стошнит, - вздохнул омега. И похоже не врал, вид у него правда оставлял желать лучшего. Лицо совсем бледное, словно белый лист бумаги. Глаза усталые и немного измученные. - Ничего, не сахарный, не растаешь, - хмыкнул Эрен, нанося боевой раскрас индейцев теперь и на свое лицо, - Бери лопату. Леви перехватил поудобнее инструмент, немного склонив голову, сверля взглядом свои ботинки. - Положи ее на плечо, эффектней будет, - посоветовал альфа и, схватив брюнета за руку, потащил его вперед. Снег хрустел под ногами, будто ломающееся стекло. На него то и дело срывались капли крови. Рука медленно немела, словно отмирая. Фонари выхватывали из темноты отдельные куски улицы. Собак не было видно. Видимо они, насытившись мертвечиной, ушли, - Зайдем еще вон в тот магазин, мне надо кое-что прикупить, - кивнул парень в сторону ярко освещенного здания. - Такие магазины открываются только в девять, - возразил омега, - Сейчас нам лучше вернуться домой и не шататься здесь почем зря. - Тогда подождем, - альфа чуть мотнул головой, раздраженно откидывая лезущую в глаза челку назад и застыл. С дерева за шиворот крупными хлопьями посыпался сброшенный порывом игривого ветра снег. По коже потек холод, заставив недовольно дернуться, - Хотя нет, я передумал. Го в круглосуточный, он если мне не изменяет память, всего в нескольких шагах отсюда. Погреемся, выпьем по стаканчику кофе и... - в глазах все медленно смешивалось, шаталось и бледнело. Яркие пятна фонарей сливались в одну яркую полосу. Эрен мотнул головой, стараясь придти в себя. Но положение не улучшилось. Мир трескался, разбивался, медленно исчезая. Ноги будто проваливались в пустоту. - Эрен... - обеспокоенное лицо омеги и его голос были очень далекими, словно принадлежали не этому миру, - Эрен, приди в себя! На щеке отпечатался яркий след от пощечины. Голова мотнулась в сторону. Мир передумал так спешно исчезать и неохотно пополз на место, в глазах начало проясняться. - Как ты смеешь меня бить? - тут же зло рыкнул зеленоглазый и, подняв руку, отвесил звонкую пощечину Леви, который пошатнулся, отступив на шаг назад и рефлекторно поднеся руку к месту удара, дотронувшись кончиками пальцев, - Знай свое место, шалава. Брюнет замер. Его глаза будто остекленели, разом потеряв все эмоции, которые затянуло вглубь зрачка. Он обнял себя за плечи, словно пытаясь успокоиться и прикрыл глаза в ожидании нового удара. Эрен окинул взглядом его фигуру, зацепившись за практически полностью изодранный свитер, через который была отлично видна молочная кожа, за ссадины на лице и перебинтованные ладони. Холодно, наверное, и... больно? А какая собственно альфе разница? Не его же раны. Парень тяжело вздохнул и неожиданно ласково потрепал омегу по голове, а то уж слишком затравленный вид у него. Вещь конечно, но все же живая. Леви никак не отреагировал, продолжая просто стоять, смотря куда-то поверх плеча альфы. Эрену это не нравилось. Все не так. Не правильно. Надо как-нибудь его расшевелить, шокировать или еще что. В общем сделать так, чтобы эта маска тупого безразличия превратилось во что-нибудь более нормальное и адекватное, например в гримасу боли или отчаяния. Да, решено, так и надо поступить. Хотя лучше бы на этом лице возникла улыбка. Такая теплая, ласковая. Но этому не суждено сбыться. Эрен и боль уже давно стали синонимами, так что вариантов нет. Брюнет просто по определению не может быть с ним счастлив. И это в общем-то отличный шанс избавиться от Леви, от непонятного чувства в груди, разбуженного этим омегой. Шикарный повод сбежать от действительности, спрятаться. Пальцы уже привычным движением крепко обхватывают тонкое запястье. Парень оглядывается вокруг мучительно вспоминая в какой стороне находится то, что он ищет. Память подкидывает смутные, не читаемые образы, путая и раздражая. Хотелось скрипнуть зубами от досады или зарычать, вот только это не спасет положение. Взор устремился вперед, увязнув в темноте. В мозгу неожиданно ярко вспыхнула необходимая информация, будто кто включил свет: через три улицы от парка, возле сломанного тополя повернуть направо, дверь в подвал в конце дома, после магазинчика цветов. Это будет весело. А точнее отвратительно. Нехорошая улыбка искривила губы. Боковое зрение уловило то, как омега вздрогнул, завороженно глядя на него. Боится. И правильно делает. Скоро у него будет очень весомый повод для этого.

***

Под ногами шуршала вековая пыль и грязь. Прошло всего полчаса, а Эрен уже спускался в полутемный подвал, таща за собой омегу, который на самом деле и не сопротивлялся, покорно следуя за ним. В ладони отчетливо чувствовались его ледяные пальцы. У альфы из-за этого постоянно создавалось впечатление, что он тащит за собой труп. Ну не могут у живого человека руки быть такими холодными. Просто не могут и все. Хотелось зажать их между своими ладонями и согреть. Странное желание. Оно пугало и заставляло ускорять шаг. Воздух был влажным, отдающим гнилью и разложением. На стенах многочисленные потеки и плесень. Лестница чуть крошилась под ногами от каждого шага. От нее отлетали мелкие камни и пыль, пачкая подошвы. Странно, что она еще совсем окончательно не развалилась. Альфа преодолел последнюю ступень и три раза стукнул в массивную, пуленепробиваемую дверь. Звук гулко отдался от стен, уйдя в пустоту. - Кто? - глухой голос из-за преграды. - Любитель сладенького, - невозмутимо заявил Эрен, чувствуя, как омега придвигается к нему ближе, и невольно сжимая тонкую руку крепче. - А, опять ты. И не надоело еще, - вздохнул незримый собеседник, завозившись. Протяжно заскрипела массивная дверь, открывая взору довольно большую комнату, погруженную в полумрак. Прямо перед ними возвышался альфа, привалившись о косяк и внимательно глядя на пришедших. - Сегодня еще и дружка привел? Не вышло бы это тебе боком, - мужчина повел носом так, что небольшие усы смешно зашевелились, - Тоже мне додумался, омегу притащить в пучину разврата. - Не твое дело, Майк. Что хочу, то и делаю, - огрызнулся Эрен, оттесняя собеседника плечом и протискиваясь мимо него, мимолетно окидывая взглядом окружающее пространство. Повсюду стояли покрытые толстым слоем жира столики с низкими стульями. Пол был весь заплеван и замусорен различной дрянью. Громкий шум голосов звенел в душном воздухе, распространяя грязь. Все здесь было тошнотворно и омерзительно. Леви слегка дернулся в явной попытке сбежать, но в последнюю секунду замер, так и не сделав ни одного шага. Он вновь глянул. На лице отразилось отвращение, смешанное с ужасом. Тут и там из тьмы нечетко проступали слившиеся воедино тела, так что невозможно было понять где начинается одно и заканчивается другое. Переплетение рук, касания губ, похотливые альфы и множество обнаженных омег, с россыпью многочисленных синяков и засосов на коже сливались в единую движущуюся массу. Видимо здесь как и во многих других местах омег причислили к животным настолько, что даже одежды им не полагается. Жирные, потные и грязные люди забирались толстыми пальцами в самые сокровенные места, грубо стискивали и лапали хрупкие тела, после чего в большинстве случаев удалялись в дальний конец комнаты, за занавеску, дабы уединиться в одной из многочисленных комнаток и наконец трахнуть несчастное существо. В воздухе расстилался запах тошнотворных благовоний и дым, туманя сознание. - Эрен... - Леви придвинулся к альфе вплотную, насколько это вообще было возможно, дрожа как осиновый лист на ветру. Кошачьи ушки прижались к голове, глаза расширились, в них явственно читалось непонимание и холодный страх, - Зачем мы здесь? Эрен... Зеленоглазый хладнокровно прошел вглубь, не обращая внимания на брюнета, который, опустив голову, тихо проследовал за ним, провожаемый несколькими похотливыми взглядами. Какой-то альфа с неровной щетиной из-за дальнего столика присвистнул, приподняв стакан и оценивающе пробежавшись по хрупкому телу, наверняка мысленно уже раздевая его. - Эй, Ханджи, - позвал Эрен, с силой облокотившись о стойку и хлопнув по ней руками, так что неустойчивая конструкция жалобно заскрипела и застонала, - Где ты там, старая ведьма? Дело есть. - Ну что еще? - откуда-то сбоку вынырнула женщина, держащая в руках электронную сигарету и то и дело делающая затяг, распространяя вокруг клубы дыма и въедливый запах ментола. Крашенные волосы растрепаны и выбиваются из прически, правое стекло очков чуть разбито, но это даже придает образу особенного шарма, - Тебе как обычно? Или предпочтешь разнообразить свое меню? У нас есть новенькие, любишь зайчиков? Или хочешь кого-нибудь с крыльями и перышками? Не стесняйся, выбор большой. Можешь даже необъезженную омегу взять. Ханджи бойко трещала, уже пододвигая к альфе полный стакан с грязноватой жидкостью и поднимающимися со дна пузырьками. Эрен тупо уставился на предложенный предмет, собираясь с мыслями. Рука провела по заляпанной деревянной поверхности. - Нет, я сегодня не за этим, - парень запнулся, глянув на доверчиво жавшегося к нему омегу. Брюнет стоял ровно, напрягшись, и чуть подрагивая, но не пытаясь развернуться и убежать. Он верил, что Эрен его не бросит. Он, наверное, единственный, кто хоть немного понимал альфу и доверял ему. И не совершает ли зеленоглазый ошибку, идя на этот шаг? Не потеряет ли он из-за своего глупого страха и эгоизма самое важное, что только может быть в его жизни? Нет, Эрен мотнул головой. Нельзя сомневаться. Этот омега уж слишком долго находится подле него. Уж слишком сильно ему удалось подобраться к давно обледеневшему сердцу, тронув его, заставив вновь биться и трепетать. Это странно, можно даже сказать страшно. Он будит в парне скрытые стороны и странные желания. А самое отвратительное, что его боль не причиняет наслаждения. Лишь в груди надсадно ноет и щемит, будто больно не Леви, а самому альфе. - Ой, а что это за котик? - вдруг опомнилась Ханджи, склонившись к отпрянувшему брюнету, - Хочешь молочка? В серых глазах при этих словах зажегся яркий огонек. Ушки настороженно поднялись. - Ну, я... - омега взглянул на Эрена вопросительно. - Да давай, не стесняйся, - очкастая благодушно подтолкнула ему стакан, плеснув туда напиток, - Совсем свежее, только сегодня утром купила. - Правда можно? - в голосе столько радости, сколько зеленоглазый никогда не слышал. Леви неуверенно обхватил стакан тонкими пальцами с вожделением смотря на него. Губы чуть приоткрылись и по ним прошелся розовый язычок. Ну прям воистину кот. Альфа кашлянул, вновь привлекая внимание женщины и всеми силами стараясь не смотреть на Леви, с наслаждением поглощающего молоко и чуть жмурящегося. - Сегодня я меняю... - продолжил Эрен, кивнув на брюнета, который вмиг замер, будто разом разучившись дышать, - На какую-нибудь тян с шикарной грудью. Это ведь возможно? Стакан выпал из ослабевшей руки омеги, разбившись вдребезги. Ханджи, пожалуйста, откажись. Если откажешься, Эрен больше не будет пытаться избавиться от омеги, приняв этот отказ за знак свыше. За подсказку. За то, что они все же истинные, пусть не в прямом смысле этого слова, но все же. Ведь при одной мысли, что Леви будут касаться те жирные, отвратительные свиньи, в груди зарождается рык, а руки сжимаются в кулаки. Они осквернят это прекрасное тело, оставят грязные отпечатки, сломают. Одно слово решает судьбу. Одно единственное слово, которое может либо спасти, либо ввергнуть в пучины ада. - Да, - медленно кивнула женщина, руша разом все надежды, - Можно. Вот только на секси-няшку слюнки не распускай. Уж слишком не равный обмен. Сам подумай, красивую и милую омегу на это, ну, как-то не, не катит. - Он милый, - возмутился альфа, только потом осознав, что ляпнул. Он же вроде как отдавать Леви пришел, так зачем его защищает. - Не знаю, не знаю, - Ханджи чуть склонила голову, поправив очки, - Уж слишком худой и угловатый, сексуальностью вообще не пахнет. Мордашка, конечно, ничего, смазливенькая, но и получше есть. Еще неизвестно как с клиентами общаться будет, наверняка не особо хорошо. Так что выбор я тебе предоставлю, но сорт не высший будет, сам понимаешь. Эрен кивнул, с ужасом осознавая, что слушать ему такое о Леви совсем неприятно и руки так и чешутся порвать очкастую на сотню мелких клочков. Но он сдержался, хотя это и стоило ему неимоверных трудов. - Давай, показывай своих омежек, я уже на все согласен, лишь бы не это, - откровенная боль, отразившаяся на лице Леви, заставила сердце сжаться. Какая же Эрен все-таки тварь. Но с этим ничего не поделаешь. Такова жизнь. Ханджи кивнула и исчезла, пообещав вернуться через минуту. Зеленоглазый почувствовал неприятное напряжение и дабы не встречаться с брюнетом глазами, схватил оставленный женщиной стакан с подозрительным пойлом и залпом осушил его. Жидкость обожгла горло, отдавая неприятным горьким вкусом. Будем надеяться, что это был не яд. Омега, помедлив, осторожно коснулся руки альфы, привлекая его внимание. Эрен нехотя повернулся, встретившись с полными отчаяния и безнадежной тоски серыми глазами. - Я тебе так осточертел, что ты готов избавиться от меня любыми методами? Что я сделал не так? За что? - в голосе звучали слезы. - Новые игрушки всегда лучше старых, интереснее, - пожал плечами Эрен. - Интереснее, - эхом повторил омега, - Но... но, Эрен, я же люблю тебя. - Я тоже себя люблю. А вот тебя, увы, но нет, - слова сочились холодом и безразличием. Слезы покинули глаза омеги и тихо текли по щекам, поблескивая в полутьме. - Я все понял... Тогда выбери хотя бы такую омегу, чтоб все обзавидывались, - голос дрожал. Эрену хотелось наплевать на все и резко обхватить Леви за плечи, притянуть к себе, успокоить и больше никогда не отпускать. Но разум противился этим действиям. - Уж не сомневайся... Ты что творишь?! - альфа резко подался вперед, опрокинув стакан, который жалобно звякнул, разбившись на тысячи осколков. - Не волнуйся, все в порядке, - Леви выдавил жалкую улыбку. Получилось не очень правдоподобно. Создавалось впечатление, что ему защемило нерв, - Вряд ли мне теперь понадобиться одежда, - деланно равнодушный голос. Брюнет стягивал через голову остатки свитера, обнажая ужасающие раны на спине, и смаргивая слезы, - И вы не договаривались на обмен одежды. Она в конце концов твоя. Оденешь новую омегу, не голышом же ее по улице вести. Эрен замер. В горле встал ком, затрудняя дыхание. Он с жалостью и болью смотрел на то, как звякнув пряжкой ремня, на пол с тихим шуршанием упали джинсы. Как хрупкие плечи подрагивали, а руки то и дело остервенело стирали с лица влагу, пытаясь остановить беззвучный плач. Перебинтованный хвост чуть подергивался, задевая стойку бара. "Не надо!" - хотелось крикнуть альфе, но он молчал, глядя на бледную кожу и изгибы такого знакомого тела, которое в скором времени будет принадлежать не ему. Последний штрих. И вот уже Леви абсолютно голый стоит посреди грязного заведения, съедаемый похотливыми взглядами некоторых обделенных вниманием посетителей. А у ног зеленоглазого лежит стопка аккуратно сложенной одежды и ботинки. Губы омеги сжаты в тонкую линию. Руки легонько обнимают плечи. Он немного сжался, став совсем маленьким и беззащитным. Пальцы на ногах поджались от холода. Он казался здесь лишним, не подходящим этому месту. Слишком чистый, слишком невинный... Что за бред в голову лезет. Эрен уже все окончательно решил. - А вот и мы, - провозгласила Ханджи, жизнерадостно возникнув в поле зрения Эрена, ведя за собой пятерых омежек, - Выбирай любую, а этого я заберу, - женщина попыталась сцапать брюнета за руку, но тот внезапно увернулся, сделав неуверенный шаг к альфе, и руки женщины загребли лишь пустоту. - Эрен... Пожалуйста, в последний раз... обними меня... - это была финальная стадия отчаяния. Не просьба, а мольба. Затравленный взгляд метался по сторонам. - Хорошо, - эту последнюю слабость можно себе позволить. Ведь хуже не будет, правда же? Леви потянулся вперед, приподнимаясь на носочках и обхватил альфу за шею, прильнув всем телом и замерев. Зеленоглазый неуверенно сжал его руками в ответ, чувствуя чужую дрожь. Запах мяты был таким сильным, приятным, пьянящим и кружащим голову. Приятное тепло распространялось по телу. Было до безумия хорошо и плохо одновременно. Руки поползли по спине, поглаживая, дотронулись до измазанной в крови щеки. Но омега внезапно отстранился, неловко отпрянув и прервав такой недолгий контакт. Никаких истерик, воплей, мольбы не оставлять его одного. Лишь немая горечь, разливающаяся в воздухе и безысходность. - Желаю удачи, - безликая и пустая фраза. - Почему не прощай? - Эрен с тоской смотрел на хрупкое существо, пытаясь запомнить все в малейших деталях. Ведь больше они никогда не увидятся. - Ненавижу это слово, - голос оборвался. Ханджи схватила Леви за плечи, толкая в сторону. - Давай быстрее, незачем здесь мелодраму разводить, - посоветовала очкастая, - И вообще, чего такого покалеченного всучил? Хотя ладно, будет для жмотов и бомжей использоваться. Им-то без разницы, главное подешевле. Сердце сжалось. В него будто впились острые шипы, раздирая на части. Эрен, не глядя, схватил первую попавшуюся омегу, натягивая на нее изодранный свитер и не отрывая взгляда от брюнета, которого тащили к противоположному концу комнаты, за чертову засаленную занавеску. Несколько пьяных альф с хохотом смачно шлепнули Леви по заднице. Эрен отчетливо видел, как он дернулся, как покраснело место удара, как дрогнули узкие плечи. Ринуться вперед, поставить нахалов на место - было единственным желанием в данную минуту. Потому что с ним просто нельзя так обращаться, просто... - Одевай давай, - Леви скрылся из поля зрения и Эрен наконец взглянул на выбранную им омегу. Ничего симпатичная, с полными губами и каштановыми, чуть вьющимися волосами. Правда косметики переборщили, но это поправимо. Маленькие витые рожки, как у барашка и карие миндалевидные глаза дополняли общую картину полнейшей штампованностью. Пышная грудь проглядывала через рваную ткань одежды. Как же бесит. Как она вообще смеет носить вещи Леви. Как она смеет считаться его заменой. Альфа скалится и, подождав пока девчонка оденется, резко тащит ее за волосы к выходу. Кто-кто, а она не заслуживает другого обращения. Тонкие пальцы цепляются за руку. Слышится тихий стон. Вот же сука. Ничего, с ней тоже может быть весело. Даже очень. Веселее, чем с Леви. Наверное.

***

Ввалившись в квартиру, Эрен с грохотом захлопнул дверь и толкнул омегу вперед так, что она упала, а в руке осталось несколько длинный волосков. Но парень даже не обратил на это внимания, пройдя в комнату и внезапно замерев. Она была пустая, холодная и какая-то безжизненная. Кровать идеально заправлена, пол вымыт, все аккуратно разложено по местам, убрано. Во всем прослеживается рука Леви, ощущается его незримое присутствие. У брюнета не было никаких своих вещей и все же все здесь напоминает о нем. Хорошо хоть, что эти муки будут длиться не слишком долго. Пройдет время и Леви совсем изгладиться из непостоянной памяти, исчезнет без следа. - Господин, что мне нужно де... - девушка замолчала, увидев разъяренный взгляд напротив. - Умри, будь так любезна, - Эрена трясло от злости. Как эта сука вообще смеет с ним разговаривать. Как смеет входить без разрешения, будто находится у себя дома, - Подошла ко мне. Живо! По полу прошуршали неуверенные шаги. Девушка приблизилась, сильно виляя бедрами и коснулась лица зеленоглазого. - Может быть вы хотите поразвлечься? - страстно прошептала она. Отличная игра. Альфа бы даже похлопал, будь у него настроение получше. Но как-то не сложилось. Именно сейчас оценивать актерский талант новоявленной звезды эстрады не хотелось. И скорее всего уже не захочется. - Хочу и даже очень. Прям жажду, - Эрен грубо схватил девчонку за волосы, дернув на себя. Язык прошелся по губам в предвкушении. Руки потянулись к ножницам, щелкнувшим в тишине, разрезая остатки одежды, упавшие к ногам. Взгляд уперся в большую, упругую грудь, торчащую розовыми сосками. Как же раздражает. И кому только может подобное нравиться. Руки изучающе скользят по точеной фигуре, оглаживая и иногда проводя ногтями. Довольно непривычно чувствовать пальцами вместо чуть шершавой кожи с многочисленными царапинами - гладкий и мягкий шелк, вместо угловатостей, выпирающих ребер и острых плеч - плавные округлости и покатые плечики. Слух ласкают не обычные тихие постанывания и шипение, а раздражающие откровенные стоны и прерывистые вздохи. Альфа раздраженно рычит и сжимает руками упругие ягодицы, оглаживая их и понимая, что его это не заводит. Нет никакого возбуждения, не единой искры желания. Он бы лучше посмотрел телевизор, чем тратил время на эту суку. - Знаешь, раньше люди верили, что в зеркале можно увидеть свою смерть. Как ты думаешь они были правы? - ножницы ведут по бархатной коже, оставляя легкие царапины. Эрен ждет ответа, стягивая со стола прочную железную спицу, остро заточенную на конце и веревку. - Ну не знаю, - тянет омега, хлопая огромными глазами, - Звучит довольно жутко. Я бы не хотела, чтоб это было правдой. Мягкие руки привычным движением обнимают альфу за шею, поглаживая. Неплохо, но в сознании еще слишком ярки воспоминания о недавнем объятии Леви, менее нежном, немного скомканным, неуклюжим, но в отличии от этого искренним. Искренность - одно из самых редких качеств людей. Ее можно встретить так редко, что многие думают, что такого уже не существует. Это качество умерло, атрофировалось за ненадобностью. - Я сейчас тебе докажу, что это реальность, - внезапно заявляет альфа, волоча девушку к большому зеркалу в прихожей. Здесь, за тумбочкой, припрятан небольшой топорик, который расширит варианты игры, - Садись, - сильные руки давят на плечи, заставляя опуститься на пол. Эрен быстро отходит, беря заветный топор, и тут же возвращается, садясь рядом. Он наматывает длинные волосы омеги на кулак и притягивает ее к себе. - Начнем пожалуй, - эти кровожадные слова были произнесены одними губами, но жертва все равно услышала, дернувшись и вскрикнув. Топор со свистом прорезал воздух, глухо ударив по изящной руке. Затрещала, ломающаяся кость. С пухлых губ сорвался вопль. Девушка завертелась, попыталась вырваться, пнуть, укусить, но ничего не вышло. Альфа лишь сильно навалился на нее, удерживая своим весом и нанес еще несколько ударов, отделив конечность от тела. Кровь брызнула рекой, пачкая пол, пропитывая одежду Эрена. Крик оглушал, вызывая звон в ушах. Голова чуть кружилась от предвкушения. Зеленоглазый, с трудом удерживая рьяно вырывающуюся девушку, крепко обмотал спицу веревкой и деланно аккуратно кольнул сбоку правую грудь жертвы. Затем с силой надавил, протыкая плоть, игнорируя истерические рыдания и попытки вырваться. Импровизированная игла входила медленно, неохотно, причиняя несчастной адские страдания. А Эрен упивался этим процессом, отчетливым страхом и отчаянием. Как же все же это восхитительно. Просто ни с чем не сравнимое чувство восторга и удовлетворения. Кажется этим можно заниматься целую вечность. Иголка прошла насквозь обеих грудей, нанизав их на нитку. По коже медленно струилась кровь, прочерчивая яркие полосы. То что надо. Эрен резко встал, пододвинув ногой стул, и залез на него, подтягивая и омегу, заставляя ее подняться и залезть к нему. Руки потянулись вверх, закрепляя веревку за крючок, оставшийся после неудачной попытки повесить на лампу абажур. Пальцы ловко завязывали узлы, перекидывая нить туда-сюда. Девушка, практически теряя сознание, стояла рядом на носочках и, хрипя, с остервенением била Эрена целой рукой по всему до чего доставала, раздражая его тем самым еще больше, можно сказать самолично подписывая свой приговор. Из зазеркалья на них смотрела точно такая же неадекватная парочка: красивый парень-садист с безумным взглядом и истекающая кровью девушка, едва соображающая от боли, что делает. Альфа, закончив, быстро и точно рубанул и по второй руке, перерезая ткани и лишая возможности двигать конечностью, и спрыгнул с мебели, оттащив ее в сторону, лишая жертву последней опоры. Стройные ноги забились, пытаясь хоть до чего-нибудь достать. Тело заизвивалось змеей. Но веревки держали крепко. Грудь оттягивалась вверх, принимая вес всего тела и наверняка нещадно ноя, практически разрываясь на части. Руки висели безвольными плетьми, не способные помочь хоть чуть-чуть улучшить положение. Эрен, довольный этой картиной, сцапал с тумбочки телефон, взглянув на экран. Затем поймал в объектив корчащееся тело и щелкнул камерой, запечатлевая прекрасную картину. Хоть прям сразу в галерею посылай. - Видишь, в зеркале отразилась твоя смерть, посмотри получше, как это восхитительно. Пальцы привычно заскользили по экрану, набирая номер. Нужно заказать пиццу и как-нибудь отпраздновать все произошедшее, красивую смерть и благополучное избавление от очередной никому не нужной твари. Доставили заказ на удивление быстро. Эрен расплатился с разносчиком и забрал еду через полуоткрытую дверь и практически сразу распечатал коробку, беря себе кусок побольше и с наслаждением впиваясь в него зубами. От губ протянулась длинная нить плавленого сыра, повиснув и серьезно намереваясь свалиться на пол. Глаза уже в который раз за день замерли на запястье. В мозг ударил необъяснимый и резкий прилив злости. Альфа порывисто стянул злополучный браслет и выхватил из кармана миниатюрный ножик, который всегда носил с собой, резанул им по руке, проведя глубокую и яркую линию, перекрывающую первую букву ненавистного имени. Еще один надрез. Еще и еще. Поверх "Кристы" появилась более отчетливая и новая надпись, несущая куда более глубокие воспоминания и отдающая горечью на языке. "Леви" Почему бы и нет. Прекрасное имя, если подумать. Не лучше и не хуже других. Но сколько света и тепла оно несет. По конечности стекала кровь. Ее было уже чересчур много. И останавливаться она явно не собиралась. Может парень перестарался? Хотя плевать. Телефон завибрировал, нарушая мертвую тишину. Пришло сообщение от Микасы, которая написала, что уже на месте и вообще, где черти носят самого альфу. Чтобы понять смысл фразы понадобилось несколько минут. Думать, когда он успел назначить свидание парень не стал. Вопрос где именно его ждут занимал куда больше. Злить эту девушку совсем не хотелось. А то еще убьет чего доброго и понимай как звали. На померкшем экране отразилась едва живая омежка, подвешенная под потолок и ее жуткое отражение. По позвоночнику пополз холод. Телефон сейчас прям как зеркало, показывающее смерть. Только плохих предзнаменований Эрену и не хватало... Послышался странный звук, а затем глухой удар об пол. Альфа оглянулся, увидев распластавшуюся на полу девушку с оторванной грудью. Волосы разметались в стороны. Губы искажены предсмертным хрипом. Жаль, что она оказалась чересчур хрупкой, а то могла бы повисеть подольше и агония длилась бы более продолжительное время. Парень приблизился, поставив ботинок на горло жертвы, медленно перекрывая дыхание. Тихий хруст. Что-то сломалось и вот уже голова девушки неестественно запрокинута. На прекрасное лицо лег отпечаток смерти. Жаль. Слишком быстро она умерла, даже помучиться как следует не успела...