Падение

Эрен вылетел из подъезда со скоростью света, чуть не сорвав с петель дверь и спугнув парочку милующихся котов. Катастрофа назревала не шуточная. Только подумать, как он мог забыть о свидании с Микасой!? Это же немыслимо. За такое его медленно разрежут на куски, а затем сожгут в адском пламени. Шанс остаться живым и невредимым примерно ноль целых одна сотая процента. То есть практически никаких. Пора срочно заказывать гроб и выбирать на кладбище место поприличней. Еще и проклятая нога, пострадавшая недавно от клыков мифической неадекватной собаки, побаливала, норовя подвернуться и мешая бежать. Редкие прохожие оглядывались на него с недоумением, провожая долгими взглядами. Это заставляло нервничать еще больше. Ведь с альфой все в порядке? Он не забыл стереть кровь? Да нет, как раз из-за этого и припозднился. Тогда может что-то не так с одеждой? С прической? Что?! Что их всех не устраивает?! Неконтролируемая злость начинала просыпаться, подобно грозному медведю, разбуженному зимой посреди самого прекрасного сна. И если она все таки вырвется наружу, то уж никому не поздоровиться, это гарантированно. А цепи самоконтроля уже давно истончились, став хрупкими, едва ли способными обуздать огненную ярость, уже проникшую в кровь и больно впивающуюся в мозг острыми, раскаленными иглами. Спокойно. Эрен глубоко вдохнул, пытаясь вернуть хрупкое равновесие. Нельзя поддаваться эмоциям. Именно сейчас испортить все своей дурацкой импульсивностью просто нельзя. Иначе столько времени и трудов будет потрачено впустую. Как много сил уже вбухано в укрощение Микасы и ее ужасного характера, сколько денег и главное нервов, притом своих. Ладно можно было бы потратить чужие, тогда все зашибись, но гробить свои - это уж как-то чересчур. Тем более они не восстанавливаются, это как бы между прочим. В поле зрения внезапно возник парень с огромным букетом роз и белой коробочкой "Рафаэллы", поправляющий большие наушники и с воодушевлением мурлыкающий себе под нос веселую песенку. Точнее он не возник, а Эрен слегка зацепил его боковым зрением, тут же притормозив и по инерции проскользив по обледеневшему асфальту немного вперед, споткнувшись о валяющуюся пустую бутылку пива и чуть не грохнувшись. Хотя это его ничуть не смутило. - Стоять! - возопил альфа и, резко сменив траекторию пути, красиво вылетел перед офигевшем от такого события парнем, загородив ему путь. - Это не я! - тут же выдал счастливый обладатель букета роз. Потом немного подумал, вспоминая за какие такие косяки его могут побить и придя к выводу, что ничего плохого не делал, он добавил, - А вы, собственно, кто? И что от меня хотите? Эрен не слушал. Он с воодушевлением и неприкрытым восторгом хлопнул руками парня по плечам, так что тот слегка осел, и быстро затараторил, видимо опасаясь, что его могут прервать и тогда весь смысл будет упущен: - Вы можете продать мне эти цветы? И конфеты? Понимаете... У моей мамы день рождения. А я забыл. Все магазины поблизости еще закрыты... Ну пожалуйста, что вам стоит? - то, что Микаса совсем не похожа на маму и день рождения у нее еще не скоро, альфа решил опустить, благоразумно сделав вывод, что эти детали впечатлительному прохожему знать не обязательно. Согласитесь, правдивые слова: "Это наглая попытка задобрить свою девушку", звучали бы не так душевно и катастрофично. Обалдевший парень, стянул наушники, во все глаза таращась на обнаглевшего альфу и похоже еще не совсем вникая в суть просьбы. Эрен даже начал подозревать, что придется его грохнуть. Жаль. Розы с каплями крови на нежных лепестках, конечно, выглядят очень загадочно и романтично, но Микаса не оценит. Уж слишком придирчива. - Ну, мама - это святое, - наконец выдал собеседник, нервно улыбнувшись, словно от внезапно начавшегося нервного тика, и протягивая желанные предметы. Альфа с трудом удержался от того, чтобы не стиснуть своего спасителя в объятиях, ибо заслужил. Вот только опасение, что тот может не оценить и вообще передумать расставаться с вещами, остановила его. Хотя с чувством пожать парню руку он все же рискнул. - Вы меня спасли, спасибо огромное! - похоже смертная казнь отменяется. На волне воодушевления, Эрен впихнул в руки парня деньги и помчался дальше, теперь уже с отличным оправданием, почему опоздал. Искать цветы в это холодное время года, да еще посреди ночи, согласитесь, не каждый на такое пойдет ради не своей второй половинки. Несколько поворотов, большая площадь - всего ничего пройти, особенно если тебя подстегивает опасение за свою жизнь. И вот уже Эрен на всех парах вылетел на финишную прямую, тут же притормозив, перейдя с бега на быстрый шаг и постаравшись выровнять дыхание, дабы выглядеть более внушительно и солидно. Свободная рука сама потянулась к волосам то ли приглаживая, то ли взлохмачивая еще больше. Впереди, у памятника великого, но давно откинувшего копыта писателя, виднелась девушка со скучающим видом кидающая хлеб довольным воробьям, которые радостно прыгали, оглушительно чирикая, дрались, выясняли отношения из-за того, кто чью крошку съел, в общем вели себя как типичные безмозглые птицы, увидевшие еду. Среди этой серой толпы выделялся своей ярко-красной грудкой важный снегирь, гордо вкушая свой кусок, будто делая этим всему миру одолжение. Эрен хмыкнул, молча одобряя снегиря-аристократа, и подошел к девушке, которая приподняла голову, обернувшись и одним легким движением откинув темные волосы с лица. - Привет, - альфа запнулся, понимая, что здесь нужно ввернуть красивый комплимент, вот только все слова куда-то разбежались, подобно шустрым тараканам, и забились в самые темные углы разума. Взгляд нервно пробежал по Микасе, ища за что бы зацепиться. Узкое, изящное, дизайнерское пальто, обтягивающее стройное тело и наверняка стоящее бешеные деньги, алый шарф, который нежно трогает ветер, играя концами, - все не то, она так же выглядела и в прошлый раз... наверное, но это не точно, - Ты сегодня так красиво выглядишь, - было принято решение не концентрироваться на деталях, а судить все в целом, авось прокатит. - А что, раньше было хуже? - легкая улыбка. - Ну это... да... то есть нет! - немного запутался Эрен, проклиная себя за то, что не смог придумать ничего получше и заодно девушку, которая совсем не оценила его старания. Цветы и конфеты были бесцеремонно всучены ей в руки в надежде, что это сможет отвлечь внимание и задобрить внутренних демонов. Не прокатило. - Опять розы? - красиво изогнутая бровь, демонстрирующая недовольство, - Может поищешь еще какой-нибудь способ, чтобы подобраться к моим капиталам? Я между прочим и сама себе таких хоть сто букетов купить могу. Вот только мне подобного и даром не надо, надоело уже. Воображения совсем нету, - она картинно переломила цветы через колено и отбросила в сторону, разметав по снегу алые лепестки, отпечатавшиеся на белом покрывале, подобно ярким пятнам крови. Тем не менее конфеты благополучно были упрятаны в сумочку. Видимо на них заявление: "могу купить таких хоть сто штук", не распространялось, - Вот Жан мне духи от Диор подарил, - явная попытка вызвать ревность. Эрен вспыхнул. Опять эта стерва с поражающей легкостью кидает ему в лицо подобные обвинения. Не сказать, конечно, что они совсем ошибочны, но все же неприятно. Удерживает альфу от того, чтобы вмазать по самодовольному личику, только маячащий где-то в перспективе богатый и влиятельный папочка Микасы с большими счетами в Швейцарских, Английских и Французских банках. Такая многообещающая личность очень даже может пригодиться, хоть родители порадуются, что их сын взялся за ум. И добиться расположения этого важного господина казалось совсем не сложно: всего-то приударить за его ненаглядной дочерью, вскружить ей голову, напустить блестящей пыли в глаза. Вот только оказалось все не так просто. Точнее совсем непросто. Кто ж знал, что эта девчонка такая придирчивая и угодить ей сложнее, чем сгонять в соседнюю галактику. Еще и упрекает его своим другим бойфрендом. Это более чем жестоко и несправедливо. - Куда я там тебя приглашал? - с досадой поинтересовался Эрен, раздраженно топнув ногой на воробьев, которые взвились возмущенной стайкой, утаскивая за собой и прифигевшего снегиря, но затем практически сразу опустились назад, продолжив уничтожение оставшихся крошек. Совсем страх потеряли проклятые птицы. - В кино. Ты битый час расписывал мне какой прекрасный фильм вышел и что грех на него не сходить. Хотя я уже начинаю жалеть, что подписалась на это, - серые глаза выразительно уставились на альфу. Они были такие глубокие, спокойные и блестящие, как плавленное серебро. Почти такие же как у Леви, с изумлением подметил Эрен, только они у него более яркие и живые, еще не мертвые, пока нет... были во всяком случае. Внутри нарастающей волной прошлась боль, словно во внутренности пробрались огромные крысы, прогрызая ходы, разрывая лапками кишки, впиваясь острыми зубами в сердце. В груди зародился отчаянный вой раненного волка, проклинающего свое вечное одиночество. Запястье правой руки обожгло, словно к нему приложили каленое железо. Парень невольно поморщился, потирая кое-как перебинтованную конечность. Вот зачем он только в порыве неконтролируемых эмоций располосовал ее. Вырезал новое имя, взамен данного с рождения судьбой. Вот только зачем? К чему был этот поступок? Сдохнуть от потери крови было реальнее, чем удовлетворить мимолетную неадекватную прихоть. - Что с рукой? - проследив за действиями Эрена, поинтересовалась Микаса, притом в голосе ее явно проскользнуло искреннее волнение. Это хорошо, значит альфа на полпути к достижению своей цели. Очередной безумный раунд начался. Один-ноль, в его пользу. - Ерунда, всего лишь царапина. Лучше пойдем уже, а то холодно, - собравшись с мыслями и придав голосу спокойный и даже довольный тембр, предложил парень, улыбнувшись и как можно незаметней одергивая рукав куртки, скрывая травму. О чем он только думает. Леви - это пройденный этап, исписанный и перевернутый лист жизни. Его просто надо забыть, вычеркнуть из памяти, которая ему с готовностью в этом поможет. Сейчас главное - Микаса. Провал не принимается. Пусть в бездне неудач и падений тонет тот же самый Леви, а не Эрен. А что, альфа, наверное, готов принести его в жертву ради своих интересов. Даже уже принес, возложив на алтарь во имя кровожадных богов, подпитывающихся кровью невинных жертв и оберегающих таких лицемерных ублюдков как сам Эрен. - Хорошо, - девушка кивнула и, развернувшись, направилась вдоль дороги к зеркальному торговому комплексу, обходя заполонившие все свободное пространство вокруг машины. Она не оборачивалась, будто была на сто процентов уверена, что альфа идет за ней. Это раздражало. Даже скорее бесило, ломая бетонные стены рассудительности и железные балки уравновешенности. Парень в который раз с трудом внушил себе, что девушек бить нельзя, особенно тех, которые нужны тебе для другого и устремился следом. Двери с тихим шуршанием разъехались в стороны, как бы приглашая войти. Магазин встретил приятным теплом, отдающим покалыванием в кончиках оледеневших пальцев и ярким светом, резанувшим по привыкшим к полутемной серости улицы глазам. В волосах запутался легкий ветер теплого кондиционера, будто поглаживая по голове, заигрывая. Эрен слегка прищурился, прикрывая рукой глаза. Как же раздражает. Не могли что ли сделать полутемную, интимную атмосферу. И глазам хорошо и все видно. Так нет, эти садисты всерьез решили ослепить своих посетителей, наверное, чтобы всучить ничего невидящему народу свой бездарный товар. А что, отличный ход. Просто и со вкусом. Относительно быстро сориентировавшись в пространстве, альфа было схватил свою спутницу за руку, дабы потянуть за собой, но тут вспомнил, что сейчас рядом с ним не Леви, а Микаса, и она такого пренебрежительного и грубоватого отношения к себе не допустит. Тем более она еще с первой встречи заявила: "Никаких касаний и точка". Этот запрет был просто глуп и чертовски неудобен. Но бестия с глазами Леви и не думала его отменять, вертя альфой как вздумается. Именно поэтому пришлось в последний момент отдернуть свою руку от изящных пальцев с дорогим маникюром и парой золотых колечек. Вместо этого парень молча направился к эскалатору, монотонно едущему вверх и позволяющему полу в конце пути проглатывать свои ступени. Он шагнул на очередную выползшую ступеньку и обернулся, осматриваясь. Кое-где были видны группки людей, похоже очень страдающих бессонницей или являющихся по жизни жаворонками и от нечего делать отправившихся сюда. Рядом уже стояла Микаса, запрыгнувшая на движущуюся лестницу сразу после него, положив руку на поручень. Скучающе разглядывая витиеватый узор на длинных черно-синих ногтях, парень вдруг понял, что ему не нравится. Ногти не должны быть такими, это просто неправдоподобно и неудобно к тому же. Короткие и чуть обломанные, но в то же время достаточно чистые, как у Леви или обкусанные и с постоянной кровавой корочкой под ними, как у самого Эрена, но никак не такие. Микаса ведь не кукла, а только фарфоровым дорогим игрушкам из коллекционных серий такое и подходит. Но не живым людям. Правда покойникам тоже можно, им они не помешают. Кстати хорошая идея, надо запомнить. Верхний этаж встретил яркими плакатами рекламы нового "единственного и неповторимого" бестселлера. Зеркальный, скользкий пол в крупную белую клетку, отражал свет ламп, бликующий на нем. Абсолютное нежелание куда-либо идти и начинать активную деятельность достигло своего апогея, став просто невыносимым. Очередной быстрый, мимолетный взгляд на Микасу. Наверное ей бы подошла кровь, так же как и этому проклятому безликому полу, нагнетающего тоску своей абсолютной пустотой. Даже не наверное, а точно. Красное очень хорошо сочетается с белизной фарфоровой кожи и картина сразу бы оживилась, стала более яркой и реалистичной. Но к сожалению пока нельзя. Как это не печально, но эта девушка станет прекрасной в своем мертвенном обаянии очень не скоро, если вообще станет. Кассирша выдает билеты очень неохотно, будто спрашивая: "Зачем так рано притопали? Честных людей будить, совсем совести нет!" Но разве кого-то могут волновать мысли прислуги? Вот и Эрен думает, что нет, поэтому умело игнорирует мысленный эмоциональный штурм своего мозга и, сцапав билеты, кивает Микасе, которая все то время, пока альфа разбирался с упертой кассиршей, разглядывала постеры и афиши. - На какой мы идем? Надеюсь на этот? - она ткнула длинным ногтем, вид которого покоробил парня, в картинку изображающую парочку каких-то огромных, жутковатого вида монстров, похожих на уродливых людей, на которых геройски несутся три небольших человечка с большими канцелярскими ножами наперевес и в куче обтягивающих ремней на теле. Наверняка еще один вид извращенной порнухи. Во всяком случае точно такие же ремни альфа видел в секс-шопе. Печально, человеческий разум уже давно свернул куда-то не туда, изобретая совсем не то, что нужно и фактически растрачиваясь впустую, распыляясь на бесполезные мелочи, вместо грандиозных идей. - Нет, - покачал головой Эрен, - Вот на этот, - он указал на соседнее изображение с маленькой девочкой, обнимающей мишку, за которой возвышалось бесформенное и жуткое нечто. - Опять ужасы? - Микаса поправила шарфик и, достав из маленькой сумочки зеркальце, мельком посмотрелась в блестящую поверхность, - Опять скучно будет. Режиссеры совсем перестали понимать зрителя, разучились пугать. Я опять засну на середине, а возможно даже на первых десяти минутах просмотра. У Эрена задергался глаз. Он с ненавистью и бешенством воззрился на свою спутницу, с трудом перебарывая желание расчленить ее на мелкие части, и процедил сквозь зубы: - Обещаю, этот раз тебе запомнится. - Надеюсь... Эй, ты куда? - окликнула девушка. - Ты пока иди, устраивайся там, а я вернусь через несколько минут, - крикнул в ответ альфа, скользя по до блеска выдраенному полу и с трудом удерживая равновесие.

***

Пробравшись в уже темный кинозал и осмотревшись, Эрен понял, что народу тут совсем немного. Жаль. Его сюрприз хоть и предназначается только Микасе, других тоже затронет, притом очень сильно. Яркие эмоции и незабываемые впечатления гарантированны. Парень перехватил поудобнее большой, тяжелый пакет, притащенный с собой из ближайшего мини-магазинчика и уверенно начал подниматься по ступеням, внимательно вглядываясь в лица сидящих и ужасно жалея, что он не обладает ночным зрением. По большому экрану прошла рябь, а затем высветилась яркая, движущаяся картинка. Ничего, реклама будет длиться еще минуты две-три, парень успеет. Под ботинком захрустел рассыпанный попкорн, крошась и прилипая к подошве. Альфа наконец увидел свою спутницу и свернул к ней, пробираясь по ряду, задевая зрителей и невпопад извиняясь. - Я уже решила, что ты сбежал, - прям сразу, не давая Эрену опомниться, заявила Микаса, закинув ногу на ногу. - Очень смешно, - буркнул парень, плюхнувшись в соседнее кресло и демонстративно уставившись на экран, намекая, что разговор окончен. На самом деле его внимание привлекло не захватывающее начало фильма, а парочка, сидящая несколькими рядами ниже и вдохновенно обнимающаяся, прижимаясь все ближе друг к другу, и оставляя на жарких устах страстные поцелуи. А что, довольно неплохо. Парень бы тоже не против так провести время... Правда с Микасой целоваться не ахти как приятно. Альфа уже пробовал, но не, не катит. Она все время перехватывает инициативу, всеми силами старается откусить язык, а после долго отплевывается и вытирает рот, заявляя, что Эрен совсем не умеет целоваться. Вот что это вообще за заявление? Всех значит устраивает, а ее нет. Бесит неимоверно, до скрежета зубов. Ну ничего, просто и этот пункт запишем в ее грехи, дабы потом взять сполна огромные проценты. Вот с Леви можно было бы такое провернуть. Даже в засос с ним целоваться не обязательно, можно просто нежно соприкасаться губами, ощущения от этого похлеще, чем от нескольких бутылок алкоголя. В голове сразу возникает туман, а в носу щипет, словно от пьянящих пузырьков, спиртного напитка. Вот только... Эрен коснулся расхреначенного ножом запястья, чуть поморщившись. Нельзя привязываться к вещам. Нельзя его вспоминать. Нельзя думать о нем. Омега исчез, умер. А с того света, как известно не возвращаются. Он не воскреснет и не придет. Альфа лично позаботился об этом. Сейчас надо думать о Микасе. О ней и только о ней, даже если от одного ее имени хочется взвыть и, схватив автомат, всадить в ненавистную девушку весь магазин, чтоб уж наверняка. Хотя разве демонов можно убить обычным оружием? Или кол в сердце будет надежнее? Хотя стоп, кол - это для вампиров... Но тогда что же для демонов? Святая вода? Крест? Петушиный крик? Микаса рядом зевнула, облокотившись о спинку переднего пустующего кресла, явно скучая и готовясь к просмотру прекрасного сна. Конечно, ведь посмотреть выкидоны неадекватного мозга, типа исполнения ламбады вместе с разноцветными грибами, намного интереснее, того, что творится на экране. А если конкретно, то там творился просто караул. Как будто фильм пустили в прокат только ради денег, решив, что его будут смотреть в основном дети, так что и так сойдет. А вот не сойдет! Что это вообще такое? Очередная клишированная и в тысячный раз скопированная из другого источника бесстрашная идиотка бродит по заброшенному зданию в гордом одиночестве, непонятно с чего уверенная, что с ней ничего не случиться и если пойти на шорох, там конечно будет заплутавший кот, но никак не монстр. Наибанальнейший сюжет. Хорошо хотя бы атмосферность есть и чудики довольно страшные и качественно отрисованные. Хоть с чем-то не схалтурили. Эрен лениво моргнул, откинув голову назад. Было хреново. Как все вообще могло дойти до такого. До ноющей боли в груди и безнадежной тоски. Он же клялся себе, что никогда не позволит подобному случиться и все же позволил. Что если тогда, раньше выбирая себе нового омегу в подпольном магазине, пропитанном атмосферой безнадежности, альфа бы выбрал не Леви. Что если бы он не обратил внимания на необычно блестящие, полные спокойствия глаза, с искоркой безумия. Она проскользнула лишь на мгновение, но парень заметил и резко замер напротив прекрасного существа, отделенного железными прутьями решетки. А после все смешалось. Было просто слишком много тепла. Чересчур много. События угасли, исчезли, а это чертово тепло осталось... Темнота. Очередное чудовище, с длинными клыками, неожиданно набросившееся на героиню, которую никому ни фига не жалко, заставил Эрена отвлечься от своих мыслей и обратить внимание на происходящее. Монстр остервенело вертит глазами, вызывая сильное подозрение на косоглазие, у рта кровавая пена. Ну это вообще походу ему пора обратиться в больницу. Еще и мозги по дороге выронил. Это сейчас была не шутка, эта важная часть организма реально с чавканьем упала на пол. Микаса рядом вздрогнула во сне, тихо прошептав бессвязный каламбур слов, и вновь затихла. Надо ее разбудить, через три, две, одна. Пора. Альфа бесшумно запустил руку в свой пакет, сжав пальцы на тихо чавкнувшем куске говядины и напрягся, готовясь к рывку. Никто ведь не откажется от шашлычка? В фильме внушительным фонтаном во все стороны полетели ошметки плоти и брызги крови, заполняя все пространство и заляпывая камеру. В этот же момент Эрен начал швырять в разные стороны куски сырого мяса. Эффект превзошел все ожидания. Впечатлительная парочка впереди наконец отлипла друг от друга и тихо сползла на пол, что-то невнятно пискнув о том, что они не заказывали пять де и такие спецэффекты совсем не нужны. С другой стороны с кресла подскочил парень с модным ирокезом и отлетел в сторону, спотыкаясь о ножки сидений и практически выворачивая их с мясом, смешно подпрыгивая и пытаясь достать из-за шиворота толстовки завалившийся туда склизкий комок. Из тьмы с разных концов донеслись визги и вопли. Многие, следуя примеру парня с ирокезом, вскакивали с мест, куда-то бежали, создавая ужасную сутолоку и неразбериху. Жаль диапазон обстрела был недостаточно большой. У Эрена в школе по метанию была твердая четверка, так что разгона не хватало и большая часть народа оставалась обделенной. Но и те, кому не досталось порцией мяса по лицу, нашли себе развлечение. Они с неподдельным кто восторгом, кто непониманием и шоком взирали на происходящее, добавляя свои голоса, задающие вопросы, выражающие недовольство и громкий хохот в общий унисон. Фильм был благополучно забыт. Правда очередная бесполезная героиня неплохо вписалась в общую атмосферу своим ревом белуги, привнося какой-то солидности. Альфа с чувством выполненного долга швырнул последний кусок мяса, попавший прямо в сидящую рядом, только что проснувшуюся и ничего не понимающую Микасу. Девушка тихо взвизгнула и в мгновение ока залезла с ногами на сидение, будто боялась, что монстр схватит ее за конечности, проползя по полу. Она остервенело начала тереть щеку, до которой докоснулось холодное и склизкое нечто и резко завертела головой и... Успокоилась? Ужас сменился на злость, а затем уж на какую-то совсем непонятную эмоцию. Видимо слишком довольная улыбка, которую так и не удалось сдержать, расползшаяся по лицу альфы, выдала его с головой, подсказав девушке кто виновник творящегося вокруг хаоса. Эрен непринужденно вытер склизкую, грязную руку об сидение и попытался сделать вид, что увлечен фильмом и никакого отношения к происходящему не имеет. Не вышло. Во-первых, из-за того, что больше кроме него уже никто не пялился в экран, а во-вторых, губы предательски подергивались, норовя вновь, сверкнув зубами, выдать победоносный оскал. - Совсем с ума сошел? Уходим! - прошипела на ухо Микаса, дернув Эрена за рукав куртки, и потащила его к выходу, заставляя несчастный предмет одежды трещать по швам. - Почему? - попытался возразить альфа, горя желанием полицезреть творящийся беспредел подольше. - Не хочу, чтобы тебя сцапала охрана, - лаконичный и краткий ответ. Хотя большего сейчас и не надо и так все предельно ясно. Свет зажегся ровно в ту минуту, когда они выскользнула из зала, пару раз по пути столкнувшись с офигевшими зрителями и заработав несколько синяков и ушибов. - Стойте! - начала было караулившая у входа билетерша, но Эрен и Микаса, не останавливаясь, пронеслись мимо нее, чуть не сшибив с ног. Только топот ног отдавался по неприлично белому полу. Если бы это был забег на скорость, золото бы сто процентов досталось Эрену, Микасе второе место, так как в пути они успели поменяться местами и теперь альфа тащил девушку за собой, а не наоборот. - Ты что вообще творишь? - наконец затормозила Микаса, тяжело дыша и прикладывая руку к тяжело вздымающейся груди. Ее идеально уложенные волосы растрепались. - Сама просила ярких впечатлений, - заявил Эрен, - Так вот, получите - распишитесь. Пусть первый, кто скажет, что подобное не произвело никакого эффекта и не разбавило серость будней, кинет в меня ботинок! - парень вдохновенно махнул рукой, чуть не сбив с носа проходящего мимо кругленького, похожего на колобка, мужчины очки. Пострадавший возмущенно что-то тихо буркнул, но видимо оказался слишком занят для длинной тирады, поэтому просто покатился дальше по своим делам. А вот руку в который раз будто резануло скальпелем, срезая нервные окончания, заставляя их искриться вспышками въедливой боли. - Ладно, проехали, - вздохнула девушка, - Еще и ботинки на тебя тратить, обойдешься. Эрен, не слушая, поднес руку к лицу, рассматривая бинт с проступившими на нем пятнами крови. На самом деле все это бред. Душевная боль длится всего двенадцать минут, дальше уже идет самовнушение. Так что пора завязывать. Пора остановиться, обрубив все нити воспоминаний, тянущихся к проклятому омеге, который даже не является его истинным, что объяснило бы метания души. Точнее того, что от нее осталось... - Как определить кто твой соулмейт, кто предназначен тебе судьбой? - вдруг спросил альфа, сам удивившись, что произнес это вслух. - Ты же против таких правил и всегда уверял, что никто тебе не нужен, - удивленный взгляд. - И все же, - настаивал парень. Почему-то ему был важен ответ девушки, будто она могла сказать что-то новое, о чем он раньше не знал. - По имени на запястье, а с чего это ты вдруг спрашиваешь? - спохватившись, приподняла бровь Микаса, - Неужели ты даже таких простых вещей не знаешь? - Это не доказательство истинности, есть множество одинаковых имен. Нужно что-то более конкретное, - пояснил Эрен, мельком кинув взгляд в окно, за которым окончательно проснувшийся город начинал оживать, заполняя улицы многочисленными людьми. - Говорят, что это сразу ясно. На душе становится так хорошо-хорошо и тепло. Ты твердо знаешь, что этот человек нужен тебе, ты без слов понимаешь его, чувствуешь. Это так просто не объяснить, - Микаса подошла к краю перил и посмотрела вниз, на первый этаж, сильно облокотившись о твердую опору. - Тепло и хорошо, - эхом повторил альфа, прикрыв глаза рукой, - А если ты подобное чувствуешь не с одним человеком? Вернее ты это чувствуешь не со своим соулмейтом. - Такого просто не может быть, - серьезно заявила девушка, - Ты что опять поссорился со своим этим, как его... - она запнулась, - И теперь будешь мне жаловаться на несправедливость жизни? Уж уволь меня от такого счастья. - Леви, - на автомате подсказал Эрен, даже не задумываясь. - Именно, - кивнула собеседница, - Я, конечно, это уже говорила, но раз ты так до сих пор и не понял, могу повторить: мне не интересно слушать про твои любовные похождения и мимолетные влюбленности. Прибереги это для любителей подобных баек, но никак не для меня. Ты вообще слышал о хорошем тоне, нет? Все тонуло в пучине бездонных, мертвых вод. Демоны, таящиеся в глубинах сознания проснулись и потянули свои когтистые лапы к свету. Нужен был лишь толчок, лишь повод для того, чтобы они окончательно вырвались на свободу. Неважно, слово ли, действие, жест, - результат один. От легкого толчка начнется настоящая буря, способная разрушить практически все на своем пути. Никто не смеет так пренебрежительно отзываться о Леви. Никто и никогда. Будто услышав рев его ликующих демонов, мимо протиснулась тощая, похожая на глиста, тетка с маленьким грудным ребенком на руках, сильно толкнув альфу, от чего тот, не ожидавший такого, чуть не упал, в последний момент вцепившись в перила. Может он бы еще и проигнорировал это обстоятельство, но эта старая карга начала наезжать на него с претензиями, ругаясь и брызжа слюной, качать права, доказывая, что это Эрен ее толкнул. Ее искаженное раздражением и злостью лицо было просто отвратительно. В мозгу что-то щелкнуло. Все застлал красный туман - предвестник разрушительно шторма. Парень подался вперед и, выхватив из рук женщины ребенка, подскочил к перилам, вытянув руку, подвешивая живой кокон над пропастью. Будет забавно смотреть, как эта личинка будет падать. Жаль, что это только второй этаж, так что зрелище будет не долгим. Женщина оглушительно завопила, запричитала, резанув по ушам и звуковой волной, умоляя спасти ее ребенка. Слезы встали в уродливых, водянистых глазах. Эрен смотрел на нее с превосходством, не обращая внимания на начавшую быстро собираться вокруг толпу и на то, как ребенок наивно хлопает глазами, явно не понимая куда делась его мама, но пока что не собираясь плакать. Микаса, оттесненная от альфы, не пыталась приблизиться и остановить его. Она спокойно стояла, скрестив руки на груди, и с неприкрытым интересом и восхищением наблюдала за происходящим. Ее губы чуть искривились в жестокой ухмылке. Она явно наслаждалась ситуацией, смакуя каждое мгновение, боясь упустить малейшую деталь. Казалось, будто из под идеальной маски хорошей девочки проступила истинная, уродливая, животная сущность. Эрен никогда раньше не считал Микасу жестокой в прямом смысле этого слова. Высокомерной, эгоистичной и самовлюбленной - да, любительницей поиграть чужими чувствами - тоже да, но никак не бессердечной тварью, наслаждающейся чужими страданиями. Эту сторону ее личности он видит впервые. Кто-то приблизился, видимо пытаясь образумить парня или же намереваясь вырвать ребенка - это на самом деле не так уж и важно. Главное, что Эрен, уловив это движение, разжал уставшие держать ребенка чуть подрагивающие пальцы, позволив маленькому существу устремиться вниз, прорезая воздух и истошно крича. Дальше все было смазано. Множество лиц, мелькающих перед глазами, голоса, ввинчивающиеся в уши раскаленными сверлами, шелестящие складки одежды, движения тел, грубые пальцы, выкручивающие руки Эрена и заставляющие куда-то идти - все слилось в одно сплошное пятно, закрутилось, завертелось и растаяло, словно страшный сон. Казалось, будто система дала сбой, перегрелась, забурлив раскаленными, плавящими деталями внушительная машина мозга. Пришел в себя альфа только в участке полиции. Он постарался собрать расползающиеся мысли воедино, пытаясь не обращать внимания на кричащую на несчастных полицейских Микасу, похожую сейчас на самого дьявола. Наконец, устав, она сунула мужчинам пачку банкнот и, порывисто схватив Эрена под локоть, потащила его к выходу. - Знаешь, а ты не перестаешь удивлять, - девушка с ноги распахнула входную дверь. Прохладный воздух потек по носоглотке, отрезвляя и позволяя немного отдышаться и придти в себя, - Тебе повезло, ребенок не пострадал, а то так просто ты бы не отделался, - продолжила Микаса, - Там внизу оказалась выставка походных тентов или что-то типа того. Не знаю какой идиот до подобного додумался, ведь любителей туризма не так уж и много, но это и спасло все положение. Мелкий упал прямо на брезент, словно специально для него подвешенный, и отделался легким испугом. Эрен неопределенно повел плечами. Ему было откровенно плевать на судьбу малыша. Умер, жив - какая к черту разница? С чего это вообще должно его волновать? - В следующий раз вытаскивать тебя не буду, - серьезно выдала девушка, - Уж слишком много неадекватности за один день. Ты словно специально нарываешься. Я, конечно, не против, но уж слишком это напряженно. Лучше посиди, успокойся, повышивай крестиком - говорят это умиротворяет и помогает сосредоточиться. - Какой на фиг крестик? - отмер Эрен, тут же возмутившись, - А нолик заодно не надо? Что за бред ты вообще несешь?! - А, так ты все таки слышишь меня, - протянула девушка задумчиво, - Я уж было подумала, ты опять отъехал и находишься в Нирване. - Какая Нирвана? Это же уже прошлый век, в Нарнии я был. Нормальные люди только туда и шастают, потому что седьмое небо уже несколько лет как закрылось на временный ремонт. - Лучше тебе так не рисковать, - голос приобрел стальные нотки, глаза вновь заледенели, стали серьезными. Девушка явно не одобряла такого легкомысленного отношения. - Я и не рискую, - огрызнулся Эрен. - Кому ты пытаешься соврать? - краешек тонких губ дернулся в презрительной ухмылке, - Утром по новостям прямиком с места событий сообщили, что обнаружен труп человека, разорванного собаками. Личность пока установить не удалось. Но думаю, что это недавно пропавшая Криста. Тут и экстрасенсом быть не надо, чтобы догадаться. Два плюс два всегда четыре - простая арифметика. Даже полиция могла бы уже догадаться, - девушка придвинулась ближе, ее губы практически коснулись уха альфы, а тихий шепот обжог прерывистым от быстрой ходьбы дыханием, - Не стоит так откровенно развлекаться. Люди, конечно, идиоты, но далеко не все. Скажи, чем тебе насолила эта несчастная девушка? - и уже громче, - Ладно, чао, котик, я еще в двенадцать должна была быть на курсах по рисованию, а сейчас уже час. Она легко отстранилась, отбегая вперед и махнув на прощание изящной рукой. Эрен стоял в легком ступоре. Как Микаса могла обо всем узнать? Просто догадалась? Но как? Или же это просто блеф? Попытка подловить его? Нехорошее предчувствие заскреблось в душе острыми коготками. Нужно будет пока что по возможности залечь на дно. Уж слишком опасной и непредсказуемой стала игра.

***

Войдя в квартиру, Эрен тут же захлопнул дверь, опасаясь как бы любопытные соседи не сунули нос не в свое дело. Щелкнул включатель, зажигая одинокую, тусклую лампочку, которая героически постаралась разогнать весь мрак по угла. Правда вышло не очень. Слишком маленькая мощность. Надо бы открыть шторы, впустить серый свет безликого дня, но отодвигать их не хотелось. Пусть уж плотная ткань продолжает закрывать пасмурное небо и однотипные дома от взора альфы, это лучше, чем дать возможность людям напротив заглянуть в окно Эрена и увидеть то, что им видеть не полагается. Парень, невидяще уставился в пустоту, сделал пару неуверенных шагов и запнулся, чуть не упав. Под ногу подкатилось что-то небольшое, тихо хрустнувшее под ботинком. Взгляд сместился вниз. Тонкая рука с потеками высохшей крови и теперь еще немного выгнутыми пальцами белела нереалистично ослепительной матовостью и будто светилась потусторонним светом. Эрен чуть прищурился, вглядываясь в искаженные болью черты. Язык сам собой прошелся по сухим губам, почему-то ощущая неприятную горечь и странный солоноватый привкус. Пальцы потянулись вперед, обманчиво нежно погладили холодную кисть руки, помяли заледеневшую, словно превратившуюся в бездушный кусок льда ладонь, аккуратно переплелись с пальцами девушки - жертвой очередного срыва, легонько сжав. Романтика, что тут еще сказать... Сердце грохотало где-то в горле, перекрывая дыхательные пути и отдаваясь в мозгу похоронным набатом. Альфа медленно вытянул из кармана отжатый только что у Микасы черный лак. Забраться к ней в сумочку и вытянуть необходимый предмет не составило особого труда. Она этого даже не заметила. Легким движением парень открутил крышку и вытянул кисточку, от которой провисла тонкая, темная ниточка, медленно ползя вниз, растягиваясь и наконец упав, оставив ярко отпечатавшуюся на полу уродливую полоску, будто упал тонкий волос, легким росчерком пройдясь по линолеуму. Если подумать, пустота по-своему прекрасна. И смотреть в глаза этой бездушной куклы не так уж и неприятно, скорее наоборот. Конечно, немного жаль, что старания Эрена больше никто не оценит, даже криком не одарит, но мысли о том, что эту девчонку убил именно он, прервал ритм пульса, свершил казнь, собственноручно вынеся приговор, заставляют воспрянуть духом, вызывая чувство самоудовлетворения. Ведь она еще несколько часов назад дышала, ее сердце билось, заходилось в исступлении, легкие гоняли туда-сюда живительный воздух, губы кривились в фальшивой улыбке. Теперь же больше нет фальши. Альфа убрал ее, сделав это лицо еще более прекрасным. Осталась только откровенная, голая правдивость безразличия и открытость. Уже незачем скрывать свои секреты, смущаться. Мертвым куклам все одно. Они пустые внутри, осталась лишь красивая оболочка и могильный холод, опутывающий все вокруг своей паутиной. Хотя нет, внутри она не совсем пустая: там есть внутренности, кишки, вены, кости, артерии, капилляры и другие прелести. Можно, конечно, мумифицировать ее, избавиться от всего лишнего, Эрен ведь даже как-то практиковал это, вот только смысла в этом нет. Разве что мумию, завернутую в бинты можно подложить впечатлительной соседке и посмотреть на реакцию. Но с полицией потом разбираться не охота. Кисточка ловко прошлась по гладкой поверхности ногтя девушки, оставляя черный след, будто отражая в мокром блеске недавнюю агонию, страх, ужас, спасительное и уже вечное забытье и осознанный, насильно внушенный самому себе запрет. Этот мрак, словно поглощал все остальные цвета, подобно губке, впитывающей влагу. Запрет... То, что нельзя вспоминать... Эрен моргнул, с непониманием глядя на лак в руках. Что же он не хотел вспоминать? Это было что-то очень важное, что нельзя держать при себе и от чего нельзя окончательно избавиться... Спонтанный и необъяснимый прилив чувств, ударивший в голову. Поцелуй. Такой бессмысленный. Такой безэмоциональный. Но спасающий, помогающий отгородиться от ненужных мыслей. Это как спасительный глоток живительной воды, как призрачное спасение... Вот только от кого? От самого себя? Язык прошелся по ряду зубов, нащупав несколько щелей и неровностей, почувствовав обжигающий холод, коснувшись закостеневших щек. Отвратительный вкус утраченной и никому ненужной жизни. Бинт на руке зацепился за холодные пальцы, пачкаясь в черном лаке и медленно сползая, обнажая свежие раны, покрытые кровавой коркой. В ней смутно прослеживалось короткое имя. Леви. Эрен нахмурился. Да, этот омега был здесь совсем недавно, а потом альфа отдал его и... В глазах помутнело. За этим именем больше ничего не скрывалось. Не было никаких смыслов, никаких подтекстов. Не было ничего. Лишь образ вроде как знакомый и в то же время чужой и далекий. Альфа обессиленно упал на распростертую под ним омегу, прикрыв глаза, и потерся щекой о гладкую щеку. Пора заканчивать со всем этим.