Падение

Сев в машину, Леви сразу понял, что что-то не так. И имеется ввиду не практически совсем матовое ветровое стекло в густой сетке мелких трещин. Это-то понятно, омега сам и натворил подобного безобразия. В комплекте с лысыми покрышками и заржавевшей, вмятой в транспорт, не открывающейся дверью, это смотрелось весьма уместно. И даже не то, что сидение рядом с шофером оказалось не закреплено, а просто поставлено и упало назад, когда омега на него опустился. Хотя в этом тоже приятного мало. Глазом моргнуть не успел, как ноги задрались к потолку, затылок уперся в заднее сидение, и парень обнаружил себя лежащим на спине. Фарлан, конечно, предупредить его не догадался и теперь виновато теребил рукав своего плаща. Ладно, хотя бы раскаивается и то хорошо. Но самое ужасное не это... Леви чихнул, поднес руку к лицу и остервенело потер нос, прикрывая его рукавом свитера. Запах тления. Вот что напугало и смутило омегу. Он был слишком сильным и отчетливым, въевшись в сидения, металл и даже в Фарлана. Этот аромат ни с чем нельзя было спутать. У Леви помутилось в глазах. К горлу подступила тошнота. Неужели Фарлан также, как и Эрен убивает людей? И нормальным он просто притворяется, являясь на самом деле жестоким монстром, не ведающим пощады? Вдруг он тоже решит замучить омегу до смерти? Ведь Леви и так уже на пределе, тело вымотано и ослаблено, сознание разбито на осколки. Долго возиться не придется. Легкий поворот головы. Взгляд опасливо устремился в сторону. Зрачок медленно сузился, практически растворившись на фоне радужки. Рот открылся в немом крике. По телу пробежала дрожь, дыхание сбилось. Леви резко сел, вернув кресло в исходное положение, и порывисто высунулся в практически целиком разбитое окно. Его рвало. Рвало так сильно, что казалось сейчас все внутренности полезут через рот наружу и упадут отвратительной, кровавой массой на асфальт. Если бы мог, омега закричал. Но он захлебывался в собственной блевотине, не в силах выдавить ни звука. Из глаз помимо воли потекли слезы. Голову казалось раздирало на части. Это было слишком даже для него, видевшего уже не мало мерзкого и жуткого. Пытки Эрена над омегой не идут с этим ни в какое сравнение. Это как игра в песочнице глупого дошкольника... Хотя, Леви, конечно, преувеличивает, альфа нагнал на него страху и он по сути мастер своего дела, но увиденное уж слишком поразило. - Тебя укачивает в транспорте? - обеспокоенно поинтересовался Фарлан. Леви, тяжело дыша, обернулся, наткнувшись взглядом на руку парня, протягивающую ему пачку обычных и пачку влажных салфеток. Его лицо выражало искреннее волнение. И он похоже правда не замечал ничего необычного, либо же умело делал вид. Омега взял одну упаковку, рывком вытащив бумажный кусочек, чуть не разорвав его, и приложил к губам, стирая с них всю мерзость. Жаль нельзя избавиться от появившегося неприятного привкуса во рту. - Прости, но воды у меня нет. Придется тебе немного потерпеть. Я знаю, где находится родник, но это за городом. Продержишься? - в голосе слышалась забота и это почему-то пугало, - Изабель, приглядишь пока за Леви? Последние слова резанули по мозгу острым скальпелем, звуча как откровенное издевательство, жестокая насмешка. Вот только Фарлан никогда не страдал черным юмором. Так что, наверное, его слова искренние. Но... Омега вновь устремил взор на заднее сидение, разглядывая Изабель, прижимая руку с салфеткой сильнее к лицу, буквально сжимая губы, не давая хриплому стону боли и отчаяния вырваться наружу. Он не должен выдавать свое состояние. Это ничего не изменит, только напугает спутника. Леви сильно зажмурился, досчитал до десяти и вновь открыл глаз. Картинка не изменилась. Да, это была Изабель. Вот только, не такая как раньше. Совсем не такая. Ее черты были застывшими, кожа болезненно бледная с синюшным отливом, даже светлее чем у самого омеги. Фарфор, слоновая кость, мрамор, что угодно, но не живая человеческая плоть. Глаза - настоящее стекло. Поблекший, выцветший витраж. Покрывшиеся вечным слоем льда до самого дна озера. На руках нескольких ногтей не хватает. На их месте остались бурые отпечатки в окружении немного слезшей, содранной кожи. Вообще создавалось впечатление, будто девушка надела перчатки, имитирующие человеческую конечность после очень и очень долгого прибывания на холоде. Нижняя губа чуть рассечена, будто от пореза ножом. На ключицах уродливым отпечатком застыло трупное пятно. И как будто в насмешку над всеми этими жуткими отпечатками насилия и смерти, волосы девушки аккуратно причесаны и собраны в два озорных хвостика, совсем как при жизни. Одежда чистая и красивая, идеально выглаженная. Видимо Фарлан постарался, позаботившись о Изабель как мог. Вот только частично выпавшие из распоротого живота внутренности он убрать как-то не догадался, что прибавляло всему происходящему еще более жуткий оттенок. Все таки она не выбралась из того притона. Не дождалась того момента, когда снова увидит солнце вместо тусклых, потрескивающих и мигающих ламп и вдохнет чистый, морозный воздух, после бесконечной, тяжелой затхлости застывшей в подвале навечно. Она ведь так не подходила тому миру, именуемому адом. Она была слишком жизнерадостной и наивной. К Изабель будто и вовсе не приставала вся та грязь и мерзость, не смея запачкать невинного ангела. Роковой нож настиг свою цель. Бессердечный монстр растерзал неземное создание. Все кончено. Леви, конечно, понимает Фарлана, он бы тоже не хотел вновь запирать девушку под землей в импровизированной могиле. Но и таскать ее за собой тоже не вариант. Смерть уж слишком быстро уродует хрупкое и совсем недолговечное человеческое тело, искажает черты, рисуя их заново в своем извращенном стиле. И еще, раз Фарлан обращается к Изабель, говорит с ней и вообще ведет себя так, будто она жива, получается он сошел с ума и ловит галлюцинации? Не хочет признавать, что девушку больше не вернуть и хватается за иллюзии, которые сочатся сквозь пальцы, окрашиваясь красным. Он как и Леви зашел в тупик, из которого не может выбраться. И завела его туда любовь. Неужели это чувство проклято и заставляет проходить через невыносимые муки всех, кто испытывает искреннюю и теплую привязанность по отношению к другому человеку? - Она все время говорила о тебе, - вдруг сказал Фарлан, - Считала, что мы как можно быстрее должны тебя найти. Именно она и заметила твою печальную фигуру на остановке, да, Изи? Леви медленно вдохнул и выдохнул, собираясь с мыслями. Он намеревался сказать собеседнику правду. Открыть ему глаза. Вот только лицо парня, светящееся радостью, остановило его. Раньше Леви никогда не видел Фарлана таким счастливым, таким живым. Расстраивать его, нанося новые душевные раны, от которых наверняка останутся уродливые шрамы невидимые обычному глазу, совсем не хотелось. - Правда? Но, Изабель, все же не стоило так волноваться. Видишь, со мной все в порядке, - слова сами сорвались с языка. Были сказаны только для Фарлана, только чтобы поддержать его воображаемое счастье, не разбить хрупкое спокойствие и умиротворение, - И все же спасибо, что бы я делал без тебя. Заставить себя докоснуться до трупа омега не смог, поэтому пришлось отказаться от дружеского рукопожатия или даже объятия и ограничиться натянутой улыбкой. Все хорошо. Пусть даже от этого "хорошо" хочется орать и рыдать в голос, его нельзя ничем омрачать. - Как там, кстати, твой Эрен поживает? - безобидный вопрос. За ним нет желания задеть или унизить. - Он не мой, а свой собственный, - медленно произнес омега, зябко поведя плечами, - И, думаю, поживает он очень даже неплохо. Намного лучше, чем Леви, который устал терпеть незаслуженные оскорбления, презрительные взгляды и безразличие. Он сломался. Боевые позиции сданы и утеряны навсегда. Омеге больно. Всегда больно, когда альфа рядом. Потому что он никогда не был нежен и добр по-настоящему. Всегда искал способ унизить, придраться или причинить страдание. Он холоден, жесток, постоянно вызывает только негативные чувства и эмоции, заставляя кричать от раздирающей душу и тело боли. Он избегает ласковых касаний, предпочитая грубо трахать и избивать свою зверушку. Наверное, он ненавидит Леви, презирает. Ведь если бы испытывал хоть немного теплых чувств, то не измывался бы с такой жестокостью, не давил на больные места, растравливая раны. - Вот и славненько. Мы с тобой тоже заживем как короли. Погоди, мы еще такое отожжем, что весь мир будет на ушах ходить, - оптимистично заявил Фарлан, - Покрывало, если что, сзади. Леви благодарно кивнул, стянув указанный предмет и закутавшись в него с головой. Сразу стало немного теплее. Но недостаточно для того, чтобы перестать подрагивать от холода. Тут как минимум обогреватель нужен, а не какая-то тонкая, рваная тряпка. Но, как говорится, придется довольствоваться тем, что имеется и не вякать почем зря. Сразу как-то потянуло в сон. Наверное, из-за переживаний и стресса организм просто вырубался, не выдерживая такого напряжения. Омега слегка поерзал на своем неудобном сидении, устраиваясь получше, сжимаясь в маленький комочек, стараясь занимать как можно меньше места. - Я тут кое-что обнаружил, - внезапно подал голос Фарлан, чем-то щелкнув. Леви поднял на него усталый взгляд, вопросительно приподняв бровь. В руках беты были сигареты весьма подозрительного вида, - Не хочешь попробовать? Леви растерянно моргнул. Похоже полная свобода отрицательно влияет на Фарлана. Вон, уже и курить начал. Потом еще сопьется, начнет колоться и в итоге сыграет в ящик. Мда, что-то какие-то совсем не радостные перспективы вырисовываются. Хотя, если учесть, что он разъезжает везде в компании трупа, такой поворот событий не удивителен. Леви зябко поежился, все еще сомневаясь. Но все таки протянул руку вперед, беря одну сигарету. Может она хоть сможет перебить отвратительный запах разложения.

***

Фарла вел машину самым непредсказуемым образом. Вниз по склону он, словно зачарованный пейзажем, ехал медленно, упершись локтями в рулевое колесо и сжав подбородок ладонями. У подножия холма он будто пришел в себя и рванул вперед с огромной скоростью. Искалеченная машина тряслась на узком шоссе, и, как Леви ни упирался ногами в пол, его подвижное сидение все равно моталось из стороны в сторону. В конце концов пришлось перебраться назад, устроившись подле Изабель, которая уже, кстати, казалась не такой уж и мертвой. В ее застывших глазах мерещился прежний озорной огонек, губы кажется иногда слегка шевелились, произнося поначалу невнятные, но затем все более отчетливые слова. Фарлан часто тормозил, дабы показать красивый вид, и тут же прибавлял газа. На шоссе перед собой он вообще не смотрел, все его внимание было обращено на происходящее по сторонам и позади. Именно это последнее обстоятельство внушало омеге тревогу: слишком уж часто бета гнал машину на большой скорости, глядя в заднее стекло. Хотя опасения были недостаточно сильными. В голове последние несколько часов был непроглядный туман. Густой, как кисель и белый, подобно молоку. Видимо те сигареты были не такими уж и безобидными. Иначе как объяснить странные вещи, которые начали твориться вокруг, после того как от фильтра только оторвалась первая порция дымка? Машина же не могла на самом деле менять форму, становясь то неимоверно большой, что в ней кажется спокойно могли разворачиваться самолеты, то очень маленькой, что и двинуться было невозможно, металл сжимал со всех сторон, будто пытаясь раздавить. Фарлан тоже не остался не у дел, постоянно меняя очертания и форму. Изабель вообще все больше становилась похожа на себя прежнюю, с каждой секундой оживая все больше. Остервенелое проведение по своей щеке ногтями, потирание глаза, мотание головой и щипание никак не помогало избавиться от наваждения и придти в норму. Мыслить трезво и разумно получалось все хуже и хуже. Черная, полуразвалившаяся машина резко затормозила на повороте, съехав на обочину и подняв в воздух тучу брызг, заляпавших переднее стекло и пару подвернувшихся под руку прохожих. Леви кинуло вперед, но ремень безопасности героически выполнил свой долг и удержал тело на месте, больно впившись в кожу. Правда парень все равно каким-то неведомым образом умудрился удариться виском об верхнюю часть дверцы машины, но это мелочи. Крови было совсем чуть-чуть, лишь пара капель, упавших на чистый воротник свитера и оставив на нем уродливые пятна. Вот Изабель, например, повезло меньше. Ее техника безопасности в самый ответственный момент не выдержала и лопнула, от чего девушка с громким воплем врезалась в переднее сидение. Если, конечно кричала именно она. А то Леви уже не знает что и думать. - Приехали, - возвестил Фарлан, прикидывая на глаз нанесенный ущерб и в то же время пытаясь сообразить была та трещина в углу стекла раньше, или же появилась только сейчас. И если сейчас, то каким образом это произошло. Его глаза, отражающиеся в зеркальце, явно косили в разные стороны, никак не в силах собраться в кучу и смотреть нормально. Видимо им тоже очень понравился тот дымок. - А поаккуратней нельзя? Ты меня чуть не убил! Кто тебя вообще за руль пустил? - возмутилась Изабель, потирая ушибленное место и забавно надувая губки. Тот факт, что она может испытывать боль и негодование не хотел укладываться в голове. А мысли о зомби апокалипсисе становились все отчетливее. Иначе просто нельзя объяснить внезапное воскрешение. - Дальше автобус не идет, конечная. Просьба не оставлять свои вещи, - усмехнулся в ответ бета, - Все, бензин кончился, так что остаемся здесь, либо ищем деньги и заправку заодно. - А где мы сейчас? Что это за город? - поинтересовался Леви, заплетающимся языком. - Мы здесь, - это был исчерпывающий ответ. Но все же где это "здесь" находится не ясно. Омега с тоской посмотрел сквозь серое стекло, по которому то и дело ударяли мелкие капли воды, смешанные со снегом, смазывая пейзаж за окном, на мокрую, темную улицу, утопающую в грязи и снежной каше весьма непривлекательного вида. По этой безрадостной дороге нескончаемой вереницей тянулись похоронные процессии. Очевидно здешние жители больше всего ценили похороны, и каждая новая процессия казалась больше и пышнее предыдущей. Множество людей, охваченных глубокой, безудержной скорбью, следовали друг за другом впереди тела усопшего, которое покоилось в большом и очень нарядном гробу. Носильщики сгибались под такой тяжестью, но все равно тащили. Деньги-то всем нужны, так что хочешь, не хочешь, а надо довести дело до конца. Одни гробы были белые с пышными черно-алыми и синими украшениями, другие - черные лакированные, обвитые замысловатой золотой и серебряной филигранью и с блестящими медными ручками. Леви придвинулся ближе к окну с интересом разглядывая как мимо величественно проплывают гробы. "Так и надо умирать, - решил он, - Чтоб было море цветов и толпа убитых горем родственников". Вот только омега так и не пришел к окончательному выводу какой гроб ему больше нравиться. Все они были уж очень красивыми и разными. И где брать убитую горем толпу идей тоже не было. - А здесь точно все нормально? А то вдруг это эпидемия? - с опаской поинтересовалась Изабель, заглядывая Леви через плечо. - Вряд ли. Лучше не пугайся раньше времени, - заявил Фарлан, разминая затекшие конечности. Все таки несколько часов подряд проводить за рулем не так уж и просто, - Может и не совсем разбили. Ездить будет, - он будто не слышал девушку, говоря о своем. - Но почему тогда так много мертвецов? Все разом отравились праздничным пирогом? - не унималась девушка. - Может, они скапливают их, а потом хоронят всех разом, - Фарлан откинулся на мягкую спинку, прикрыв глаза. Теперь он как-то умудрялся говорить, не раскрывая рта и не шевеля губами. - Нет, это точно какая-то болезнь. А вдруг я уже заразилась? - переполошилась Изабель и, картинно схватившись за голову, рухнула на сидения, заняв сразу практически все свободное пространство. - Эпидемия? Да нет. Успокойся, скорее всего это не заразно, - оторвавшись от созерцания процессий рассеяно отозвался Леви, намереваясь успокоить подругу. - Тогда какая нафиг эпидемия, если это не заразно? Такого просто не может быть, - возразил Фарлан, проводя рукой по рулю и мельком глядя в окно, - Мне вот интересно откуда у них столько денег. Похороны как минимум стоят тысяч сто, а здесь сразу куча похорон разом. Это же сколько средств сюда вбухали. - Дорого? - немного расстроено переспросил Леви. - Конечно. Сам посуди: земля на кладбище, гроб, еще надо не забыть полежать пару дней в морге, экспертиза, цветы, носильщики и куча подобных мелочей. По моему реальней пойти к реке, выкопать яму и объявить: "Когда я умру, скиньте меня сюда". А лучше понапрасну не дергать народ и самому прыгнуть туда. Леви вздохнул, тоскливо провожая взглядом очередной гроб. Заманчивые перспективы тоже покататься в таком ящике таяли со стремительной скоростью. - Тогда что теперь? Какой у нас план? - Леви вопросительно взглянул на друзей. - Пойдемте, посмотрим что здесь, да как. Может на похоронах даже удастся поесть, - решил Фарлан, решительно распахивая дверь и вываливаясь наружу, - А машину оставляем, все равно скоро развалится, - донесся его радостный голос, практически сразу заглушенный плеском. Леви закатил глаза, отстегивая ремень. Изабель потянулась к ручке, намереваясь открыть дверцу. - Стой, эту нельзя... - запоздало сказал омега, но было поздно. Послышался лязг и дверца с грохотом полетела в лужу, практически сразу утонув в чавкающей грязи, - Ладно, проехали. Брюнет спустил ноги на твердую почву и выпрямился, хрустнув позвонками. В ботинках тут же неприятно захлюпала вода. Отличное начало для новой жизни и место самое то! Фарлан умеет выбирать. Кстати вон он, уже открыл плавательный сезон и вдохновенно плещется в луже. Изабель стояла рядом, склонив голову и пристально смотря на небольшие ржавоватые часики в своих руках. - Ну и что это... - начал брюнет, но его тут же перебили. - Так, всем тихо! Уже ровно одиннадцать часов одиннадцать минут и я загадываю желание! - девушка мечтательно прикрыла глаза и кажется затаила дыхание. На лице вспыхнула счастливая улыбка и Изабель радостно закружилась на месте, помахивая руками на подобии крыльев, - Теперь точно сбудется! - Ты тоже самое говорила в десять десять и за час до этого и еще раньше. И вообще зачем так часто загадывать желание? - удивился омега. - А чем тебе желания не угодили? - вопросил отфыркивающийся и чихающий Фарлан, с которого потоками текла вода. - Если все время загадывать одно и тоже, тогда точно исполнится, я уверена в этом. - девушка чуть улыбнулась и хлопнула в ладоши, будто играла в какую-то игру. Леви покачал головой и устремил взгляд дальше через дорогу, к обшарпанному пятиэтажному дому, на котором красовалось гордое объявление с оторванным уголком: "Работы нет и не будет!" Это мрачное здание со всех сторон обступили деревья с грубо и уродливо обрубленными макушками. Чуть дальше зиял своей черной пастью узкий переулок, из которого только что недовольно выползла ободранная дворняга. Вид был безрадостный, даже угнетающий, навевающий тоску и предчувствие чего-то плохого, мрачного. Фарлан покопался в машине и, сделав вид, что взял что-то на руки, выпрямился. Это было странно. Омегу с обеих сторон подхватили под руки и потащили вперед, огибая похоронные процессии и выискивая путь к центру города. Правда почему-то казалось, что руки Изабель эфемерны и проходят насквозь тела омеги. Ноги то и дело оказывались обтекаемыми струями широких и многочисленных ручьев, бегущих по асфальту. Это было странно, учитывая, что еще недавно на улице царила зима, а снег совсем не собирался таять. От шагов во все стороны разлетались брызги. Противная изморось пропитывала одежду влагой, липла к волосам, неприятно облизывала кожу. И спрятаться от нее было некуда. Оставалось только идти вперед и надеяться, что там их ждет что-нибудь хорошее. Увидев большой магазин с большими окнами и шестью этажами, брюнет понял, что больше никуда не пойдет. Он останется здесь и точка. Никакие силы не сдвинут его с места. Изабель явно разделяла его мнение. Она без раздумий повернула к манящему своим теплым светом из окон зданию, потянув за собой обоих парней, но не справилась с ними и в итоге отправилась к зданию в гордом одиночестве. Из-за прозрачной двери с рекламного табло на них, улыбаясь ослепительной улыбкой, смотрел зеленоглазый парень, чуть склонив голову на бок. - Ой, это же Эрен! - восхитилась Изабель данному обстоятельству и тут же послала плакату воздушный поцелуй. - Эрен... - эхом повторил омега. - Что-что? - скептически приподнял бровь Фарлан, вглядываясь одним глазом в портрет, а другим косясь на Леви. Омега тоже смотрел как зачарованный на возникший внезапно образ альфы, от которого он так целенаправленно пытался сбежать и который достал его даже здесь, и не мог отвести взгляда. В нем была какая-то особая сила притяжения, завораживающая и манящая. Он словно магнит, который настроен на Леви. Он будто зовет его к себе. - Прости, - выдавил омега, обращаясь к Эрену, который находился сейчас за сотни километров от него. - Прощаю, - благосклонно кинул Фарлан. Леви пошатнулся. Земля поплыла из под ног, вертясь словно в карусели. Вдалеке раздались смутно знакомые голоса. Реальность поблекла. Остатки сознания обратились к Эрену, заставляя его образ ярче вспыхивать перед внутренним взором. Кажется Леви окончательно сходит с ума.

***

Голова трещала и раскалывалась. Спина и плечи ныли из-за щедро подаренных Эреном укусов. Реальность склеивалась по кусочкам и неровно закреплялась скотчем. Она казалась сломанной, неровной и странной. Леви привстал. С плеч тут же сползло грязное ватное одеяло с частично повылезшей набивкой. В открывшееся для удара места тут же жестоко вгрызся холод. Омега чуть приоткрыл окно, соскреб с подоконника снег и поднес его к губам. Какая-никакая, но это все же вода. Ледяная и твердая, но Леви так хочется пить, что он согласен уже даже на это. Зубы заныли от внезапного соприкосновения с морозным чудом. Язык словно обожгло холодным пламенем. Горло царапнуло нерастаявшими льдинками. Леви нервно облизал губы, сглотнув. Бесполезно, слюна тоже того и гляди превратиться в лед, она просто не в состоянии растопить снег. А внутреннего жара совсем нет. Омега улегся обратно, прижавшись к Фарлану, который посапывал рядом. Прогнившие доски пола жалобно скрипнули, прогнувшись, готовые проломиться и завалить своими обломками всех, кто находился здесь. Бета тяжело вздохнул во сне, но не очнулся. Его руки обвивали окоченевшее, неподвижное тело Изабель. От губ девушки не поднимался теплый пар. Все таки, все, что было вчера Леви лишь привиделось. И Эрен тоже был лишь галлюцинацией, не более. Омега прикрыл глаза, пытаясь заснуть. Не вышло. Он был слишком обеспокоен, чтобы спокойно расслабиться, позволив телу отдохнуть. Хочешь, не хочешь, а пришлось вставать, вылезая из под теплого одеяльца. Леви неловко поправил немного сползший свитер и не торопясь приблизился к сваленным в кучу вещам Фарлана. Искать долго не пришлось. Злосчастные сигареты попались ему практически сразу. Омега с пару минут разглядывал их, а затем размахнулся и вышвырнул в окно. Эту гадость даже в руки брать опасно, не то что использовать по назначению. Он можно сказать спасает Фарлана от страшной участи. Омега поднес руки ко рту, тепло дыша на озябшие пальцы. Ужасно хотелось есть. Просто невыносимо. Он уже и не помнит когда подкреплялся в последний раз. День или два назад? - Фарлан, - слишком тихо, такой зов просто невозможно услышать, - Фарлан! - уже громче. Леви приблизился, склонившись над парнем, взяв его за плечо и несильно тряхнув, стараясь избегать взгляда на рядом лежащую девушку. Фарлан отреагировал на это действие слишком непредсказуемо. Он сразу резко подскочил с воплем: - Пончики атакуют! И врезался лбом в лоб омеги, притом не хило так. В глазах на мгновение потемнело и Леви рефлекторно поднес руку к ушибленному месту, проверяя силу повреждений. - А, это ты, - с неким разочарованием протянул Фарлан, отойдя от удара, - А я надеялся, что пончик. Или хотя бы гриб, мы с ним так весело ламбаду танцевали, - он откинулся назад, вновь улегшись и видимо совсем не собираясь сейчас вставать и куда-то идти. - Здорово, - кивнул омега, наблюдая за тем, как бета пододвинулся ближе к Изабель, обнимая ее еще более страстно и, как это не мерзко, прикоснулся к ее губам своими. Его язык раздвинул белые, деревянные губы, оглаживает рот. Омегу передернуло. Все внутренности связались в тугой узел. К горлу в который раз подступила тошнота. Разве можно так запросто целовать труп? Прикасаться к нему? Это же страшно. Еще и заразу какую-нибудь можно подхватить. Леви попытался представить относился бы он так же к Эрену, если бы альфа умер. Вопрос весьма сложной. Поскольку отвечать категоричное "нет" нельзя. Кто знает, возможно омега бы сошел с ума от горя и потрясения, стал видеть своего возлюбленного не таким, какой он есть на самом деле, то есть живым. Как было вчера с до боли реалистичным видением Изабель. В крайнем случае отыскал бы те сигареты. Леви резко развернулся и вышел из комнатки, сбежал по скрипучей лестнице, наконец выбравшись наружу. Чистый воздух сразу хлынул в легкие, очищая их от трупного смрада. Омега с наслаждением вдохнул полной грудью и устремил глаза вверх. Он был потерян и совсем не знал что делать. Он сбежал от Эрена не в поисках счастья, не для того, чтобы найти его, но и не оставив его позади. Ведь если быть откровенным, он не был счастлив с Эреном. Альфа держал его в постоянном страхе, унижал, издевался. В нем нельзя было отыскать опору, защиту и покой. Он жестокий король, что казнит всех неугодных, святая инквизиция, уничтожающая ведьм, пытающихся опоить любовным зельем людей, и грешников, вершащих страшные поступки. Омега попытался посчитать сколько у него смертных грехов, насколько правдивы обвинения против него, но вспомнить все не смог. Хотя, возможно, главный его грех - блуд, ну или похоть как его еще называют. Правда для этого все должно быть с взаимного согласия. Но это не так уж и важно. В конце концов если альфа не видит в случае Леви разницы между сексом и изнасилованием, то и омега не должен этим заморачиваться. Сделав вывод, что он развратная тварь, Леви немного расстроился. Неприятно открывать в себе такие отвратительные стороны. Тем более он и раньше знал, что состоит из одних недостатков, прибавлять к их числу еще и такие страшные весьма болезненно. Омега поднес руку к лицу, смотря сквозь растопыренные пальцы. Нужно, чтобы хоть что-нибудь случилось. Буря, шторм, катастрофа. Душе нет покоя, так пусть хоть так отвлечется от мрачных мыслей. Пусть позволит поглотить себя неконтролируемым, неподвластным человеку стихиям. Заполыхает, сгорая вновь и вновь. Хотя Леви не уверен, что пепел способен загореться повторно. Но попробовать все же можно... - Не стой на ветру, - сзади неслышно подошел Фарлан, - Ты чего так быстро убежал? И даже куртку не надел, кошмар! За тобой глаз да глаз нужен, - он накинул на плечи омеги куртку огромного размера, пропахшую сигаретным дымом, апельсиновыми корками и немного испорченными помидорами. Похоже бета нашел ее на мусорке. Хотя какая теперь разница? Главное тепло. - Зачем ты пришел? - устало спросил Леви. Он не понимал к чему такая забота. Он ее точно не заслуживает. - Так, - бета с сосредоточенным, умным видом потрогал лоб омеги, - Кажется у тебя горячка. Вот уже и бредить начал. Что значит зачем пришел? Мы ж в конце концов друзья, не могу же я допустить, чтобы ты замерз до смерти. Эрен бы допустил. И подобная смерть уже не представляется такой уж жуткой. Незачем спасать омегу от внешних опасностей. Его необходимо спасти от самого себя и от мыслей, что грызут изнутри. Живот тихо, жалобно заурчал, видимо уже не особо надеясь, что на него обратят внимание. - Есть хочешь? - спросил очевидное Фарлан. Леви виновато кивнул, считая потребности своего искалеченного тела слабостью. Почему оно вечно предает его. - Не обращай внимания, - омега опустил голову, разглядывая снег под ногами, - Хочется, да перехочется. - Ты чего, нельзя так со своим организмом обращаться. Потом лечить замучаешься, - с горячностью возразили в ответ. - И что ты предлагаешь? - приподнял бровь омега, - У меня есть немного денег, но этого не хватит на дво... на троих, - запнувшись произнес он. - А мы и не будем ничего покупать, - жизнерадостно заявил Фарлан. - А как тогда? Милостыню, если что, я просить не буду, - осторожно заявил Леви, представив себя сидящим на площади возле оживленного магазина и выпрашивающего мелкую монетку. Как же это унизительно. Он мотнул головой, отгоняя неприятные мысли. Парень в ответ весело рассмеялся. - Зачем же впадать в такие крайности. Пойдем на кладбище. Там вечно оставляют вкусняшки птичкам и белочкам. А чем, спрашивается, мы хуже них? Коты почти как белки, только еще круче! Мы быстро обернемся, только туда и обратно. А Изабель пока за вещами приглядит. Фарлан потянул омегу за руку, принуждая идти с ним. Пришлось с неохотой подчиниться. - Воровать еду у покойников будем? Ну-ну и куда только катится этот мир, - безо всякого воодушевления огрызнулся Леви. - В тартарары. И можно еще цветочки-веночки прихватить и толкнуть их за определенную сумму кому надо. Вообще шикоз будет, - подмигнули в ответ. Омега устало закатил глаза, позволяя утягивать себя дальше и дальше в переплетения узких улиц. Заниматься подобным актом вандализма совсем не хотелось. Но голод - не тетка. Тут уж выживай как можешь, впивайся зубами в куски хлеба и не отпускай. Даже с собакой уже можно поспорить из-за съестной добычи, что уж говорить о покойниках. На кресты и могильные плиты они наткнулись довольно быстро. То ли омега так задумался, что не заметил как пролетел весь путь, то ли они располагались совсем близко. А возможно и то и другое одновременно. Фарлан сразу оживился, поспешил вперед, увязая в непроходимых сугробах, барахтаясь, фыркая, но не отступая. Леви полз за ним, правда без такого рвения борясь со снегом, лишь слегка, для виду ворочаясь. Бета прытко достиг первого огражденного заборчиком кусочка земли и сцапал с изящного железного столика две практически совсем обледеневшие конфеты и половинку яблока, до которых не успели добраться прожорливые животные. - Вот и первый улов. Держи, - Фарлан шустро развернул одну из конфет и бесцеремонно сунул ее омеге в рот, попутно откусывая большой кусок яблока, - Глянь, там дальше еще что-то есть. Спутник сунул в руки Леви оставшуюся часть яблока, а сам побежал дальше, радуясь как ребенок внезапным находкам. Омега чуть стиснул зубами кусок льда по ошибке именуемый конфетой и сглотнул, чувствуя шоколадный вкус, который будто вливал в него силы. Он разогрел голод, заставил вспыхнуть его с новой силой и сподвиг к решительным действиям. Брюнет кинулся вслед за бетой, оглядываясь по сторонам. Временами сбиваясь с заданного маршрута, отвлекаясь на уцелевшую еду, которую хватали озябшие, побелевшие пальцы, рассовывая по карманам старой, потрепанной куртки. Он хватал все без разбору, решив, что разобраться что к чему можно будет позже. Ходили они долго. Ботинки и одежда уже промокли насквозь и заледенели, снег добрался до кожи. Они бы, конечно, не обратили на это внимания и продолжили свою миссию, но тут на нос опустилась снежинка и Леви недовольно чихнул. Фарлан воспринял это как начало заражения, воспаления легких и первые симптомы начинающейся горячки. Похоже его очень сильно подкосила смерть Изабель, раз он пугается каждой мелочи. Спорить с пеной у рта и доказывать, что с ним все в порядке и лучше просто продолжить свое занятие не хотелось. Поэтому омега, тяжело вздохнув, согласился вернуться в дом. Тем более такая забота была очень приятна и грела оледеневшую душу. - Ты сказал, у тебя есть немного денег. Можешь отдать мне их? Пожалуйста, - внезапно попросил Фарлан, лихо перемахнув через очередную оградку и распугав стайку озорных воробьев. - Что? - не сразу понял Леви, что от него хотят, - А, да, конечно, - он опустил руку в карман штанов выуживая оттуда несколько бумажек. - Мерси, - кивнул собеседник, выхватывая из подрагивающих от холода пальцев предложенные предметы, - Ты иди вперед, а я скоро нагоню тебя. Омега не успел согласиться, как Фарлан уже целенаправленно полез куда-то в сторону, чуть ли не снося памятники и кресты на своем пути. И что он за человек такой. Наверное при случае даже в гробу мог бы спокойно спать. Совсем бесстрашный. Хороший, но уж очень странный. Леви немного помедлил, глядя вслед удаляющемуся парню, пока пальцы на ногах совсем не потеряли чувствительность. Только тогда он наконец сдвинулся с места, неуклюже перелезая через очередную оградку. Раны, до этого затмеваемые чувством азарта, со злорадством напомнили о себе, вгрызлись в плоть тупой болью. Укусы на плечах и спине запульсировали. Создавалось ощущение будто в них впились зубами повторно, прокусывая кожу, раздирая ткани. Между бедер словно разлили серную кислоту, разъедающую изнутри. Боль просто адская, хоть на стенку лезь. Мягко упали на снег случайно задетые, запорошенные белой пудрой цветы. Несколько лепестков, оторвавшись закружились в порывах ветра. Печальная картина. Они как забытые легкие бабочки, осколки яркого счастья, несбывшиеся поцелуи. Правая нога внезапно наткнулась на что-то твердое в снегу, практически сразу провалившись в небольшую ямку. Леви качнулся, взмахнув руками, пытаясь вернуть хрупкое равновесие, уж очень не хотелось падать. Но момент упущен. И вот уже снег забивается за шиворот, в рот, нос, глаза. Омега барахтается в нем, пытаясь подняться. Еще и ногу как на зло прошила резкая боль, похожая на удар острым ножом. Леви все таки удалось ухватиться за ствол тонкого близстоящего деревца и подняться. Он немного перевел дух и посмотрел вниз, замерев. Снег был окрашен в красный. Словно здесь только что совершили убийство, оставив страшные улики, либо пролили краску, варенье, сироп, кетчуп и что еще там есть алого цвета. Еще и железка, торчащая из сугроба, очень походила на орудие пытки, подтверждая страшные догадки. Омега растерянно коснулся порванной брючины, отодвигая обрывки материи чуть в сторону. Открывшееся зрелище впечатлило. Пришлось закрыть глаз, глубоко вдохнуть и выдохнуть, досчитав до десяти. Затем он снова уставился вниз. Картина не изменилась. Длинная, рваная рана шла от колена до щиколотки. Создавалось впечатление будто ткань распороли или разрезали железными ножницами. Края уродливо расходились, а кровью, кажется, можно было захлебнуться. Леви, недолго думая, оторвал штанину окончательно, благо это было сделать не сложно, она и так держалась на паре ниток. Он слегка расправил мокрую, уже успевшую частично пропитаться красным ткань, обматывая ей место повреждения. Пальцы скользили в крови и никак не могли нормально закрепить импровизированную повязку, постоянно упуская концы. Омега с трудом затянул узел и откинул прилипшие ко лбу волосы назад. Нужно было спешить. Истечь кровью здесь или по пути к дому, порадовав тем самым своих врагов и недоброжелателей, сделав им такой неожиданный сюрприз, совсем не хотелось. Пришлось заставить себя сделать несколько шагов вперед. Пострадавшая нога подворачивалась и дрожала, готовая подломиться в любой момент. Плохо. Такими темпами он даже с кладбища не уйдет и подохнет прямо здесь. Во весело будет. Леви сделал еще один рывок, уговаривая себя не сдаваться и боясь, что сейчас он может упасть. Если это случится, встать уже вряд ли получится. Леви шел на автомате, механически передвигая ноги, всеми силами стараясь абстрагироваться от действительности. Удавалось плохо. Боль никак не хотела утихать. Но путь хотя бы проходил быстрее. Наверное. Примерно через вечность он ввалился в нужный полуразвалившийся дом. Подниматься по лестнице омега не стал, понимая, что это бесполезно. Просто сел на ступень, ожидая непонятно чего. Хотя нет, понятно. Он ждал Фарлана, который ушел, но обещал вернуться. Почему-то именно сейчас вспомнилось презрительное лицо Микасы. Умирать сразу расхотелось. Делать ей такое одолжение совсем не входило в планы Леви. Придется еще пожить, хотя бы из вредности. - Это еще что? - хороший вопрос. Просто замечательный. Омега и сам не прочь узнать, что это такое творится, а лучше когда все наконец закончится. - Ты быстро, - отстраненно заметил Леви, отодвинув покалеченную конечность от греха подальше, а то мало ли что. - Я ж говорил, одна нога здесь, другая там. И где ты так покалечиться успел!? Тебя даже на минуту оставить одного нельзя! - возмущенно воскликнул Фарлан. Он присел перед омегой на корточки, заглядывая в лицо, - Горе ты мое луковое, - вздохнул он, - Давай, помоги мне. Бета перекинул одну руку омеги себе через плечо, обхватил за пояс, поднимая. Брать Леви на руки он не решился, видимо, боясь уронить, но держал крепко и уверенно. Он фактически самостоятельно втащил наверх свою едва живую ношу, водрузив рядом с Изабель на тонкий матрас. Фарлан взял пострадавшую ногу в руки, щупая, оценивая повреждения, стягивая повязку. Омега прикусил язык, практически взвыв от боли, но сдержавшись от того, чтобы заехать здоровой конечностью другу по лицу. - Я не знаю что делать, - как-то жалобно сказал Фарлан, - Кровь не останавливается. Может попробовать зашить, но... - Какие еще "но"? Просто зашей и все, - выдохнул омега, чуть щурясь. - Я этого никогда не делал, - виновато заявил парень, - Боюсь сделать хуже. - Вот как раз и научишься. Или ты собрался ждать пока я умру от потери крови? - Хорошо, убедил. Аргументы приняты, - согласился собеседник. Он порылся в принесенном пакетике, которого Леви раньше не заметил, выудив иголку с ниткой, - Вот, закуси, - он сунул омеге под нос край одеяла, - Если будет совсем плохо, ты скажи, я остановлюсь. - Даже если я буду орать от боли, не смей останавливаться, - грозно шикнул Леви, - А теперь на старт, внимание, марш. Можешь начинать играть в хирурга. Фарлан слегка свел брови. Продел нитку в иголку. Поглядел по сторонам, выудил откуда-то спирт и щедро плеснул его на рану. Леви стиснул зубы, практически разрывая несчастную материю. В глазах запрыгали искры. Казалось клетки выжигают кислотой. Кожа горела. Пламя прожигало плоть, облизывало своими языками хрупкие кости, стараясь уничтожить, превратить все в черные угли. Тело само собой выгнулось, дернувшись, как у игрушки, у которой кончается завод, из-за чего она будто бьется в предсмертных конвульсиях. Пришлось силой заставлять себя лежать смирно и не двигаться. Фарлан вколол иголку в плоть. На его лице выступил пот. Он нервно облизал губы, осторожно протягивая нитку. - Это почти то же самое, как зашивать носки, - неуверенно заявил он. Омега надрывно фыркнул. Какие носки? Он тут рану штопает и вдруг такой бред ляпает. Это что, способ поддержать Леви? Спасибо, конечно, но брюнет обойдется и без этого. Крик рвался наружу, глох в одеяле. Он звенел в ушах, перекатывался в голове тяжелыми камнями. Но Леви пока терпел, понимая, что во всем случившемся сегодня только его вина. Он заслужил подобную пытку. Нельзя было быть таким легкомысленным и невнимательным. Руки скребли пол ногтями, будто пытаясь продрать насквозь. Так кажется было легче сносить боль. Она раздваивалась отдаваясь в разных местах и немного ослабевая. Либо омеге только хотелось в это верить. Бета явно нервничал и волновался. Нанеся последний стежок, он откусил зубами нитку, вытер сильно вспотевшие руки о свои штаны. - Надеюсь заражения не будет, - вздохнул Фарлан, - Может лучше показаться врачу? - Нет необходимости, - Леви приподнялся, разглядывая неумело, но старательно зашитую рану. Собеседник тем временем вытянул из пакета бинты и принялся закрывать ими место повреждения, крепко обматывая конечность, - Что ты там еще накупил? - Спирт, который уже я вылил на тебя. Чуть-чуть бинтов, уже теперь тоже израсходованные на тебя, - Фарлан закрепил бинт и слегка отстранился, оценивая проделанную работу и явно гордясь собой, - Смотри как я все хорошо сделал. - И? - не понял омега. Но грустный взгляд напротив говорил красноречивее слов, - Спасибо, - добавил он тихо. - А похвалить меня! - возмутился Фарлан. Леви закатил глаза к потолку. Ну как ребенок, честное слово. Но это даже немного мило. Омега протянул руку вперед, погладив собеседника по волосам. - Ты просто волшебник. Что бы я без тебя делал. Фарлан тут же оживился и расплылся в довольной улыбке, похожий на объевшегося сметаной кота. Как мало нужно человеку для счастья. - Вот, другое дело, - одобрительно кивнул парень, - А теперь сними куртку и свитер тоже. Мне тут еще какую-то мазь всучили, отлично помогающую при ранах. А у тебя там вся спина искусана. Я все видел, - он вытащил на свет пузырек и помахал им в воздухе. Омега пораженно выдохнул. Фарлан заметил? Но как? Все было скрыто под одеждой. Да и бета обычно не настолько внимательный, чтобы замечать подобное. Особенно у других. Так в какой момент все пошло не так и тайное стало явным. Собеседник нетерпеливо принялся расстегивать пуговицы чужой куртки, резко дергая и практически отрывая их. Это тут же заставило очнуться от оцепенения и отвести руки Фарлана в сторону, подальше от многострадальной одежды. Бета подчинился. Он выжидательно скрестил руки на груди, всем своим видом показывая, что Леви необходимо поторопиться. Омега ловко стянул куртку. Она, мягко шурша, опустилась на пол. Сразу стало холоднее. Пришлось приложить немало усилий, чтобы не облачиться в ставший таким желанным элемент одежды вновь. Вместо этого Леви с силой потянул вверх свитер, стягивая его через голову, не давая себе времени колебаться. Просто если еще немного промедлить, снять его станет практически невыполнимой задачей. Во всяком случае самому справиться с этим будет уже не под силу. По телу пробежал озноб. Кожа мгновенно начала холодеть, покрываясь пока невидимым льдом. В омегу будто впились сотни острых игл, впрыскивая в кровь яд, заставляя все процессы затормаживаться, а тепло улетучиваться, рассеиваясь в окружающем пространстве. Леви обхватил себя руками за плечи. Теплее не стало. Лишь в местах прикосновений кожу словно обожгло от холода пальцев. Безумно захотелось в горячую ванну. Чтобы вода была обжигающей, а к потолку поднимался пар. Так можно будет наконец согреться, разогнать застывающую кровь. Как жаль, что теперь о подобном можно только мечтать. - Фарлан, как ты думаешь, можно ли омеге как-нибудь подняться с низшей ступени на высшую, - брюнет ощутил, как спины осторожно коснулись пальцы, измазанные в ледяной мази и принялись растирать ее вокруг раны, распространяя легкое жжение. - На самую высшую нельзя, - помедлив, отозвался парень, сосредоточенно, обрабатывая повреждения, - Но оказаться примерно по серединке вполне возможно. Леви встрепенулся, чуть повернув голову в бок, глядя прямо на бету, проверяя, не издевается ли он. Но лицо не выражало насмешку или презрение, так что пришлось поверить. - И как же? - осторожно уточнил омега, слегка прогнувшись в спине из-за болезненных ощущений. - Ты, наверное, знаешь, что омега, рожденная в богатой семье может считаться полноценным членом общества. Если, конечно, выкупить ее недешевые права и рассчитаться с приютом, в который она была перераспределена. Но, согласись, если есть деньги, почему бы не сделать своего ребенка свободным и счастливым, - Фарлан аккуратно коснулся порванного кошачьего ушка, пачкая шерстку мазью, с сожалением добавил, - Такую красоту изуродовали. Болит? Леви раздраженно дернул ушками, совсем не намереваясь развивать эту тему. - Нет. Уже нет. И вообще то, что ты говоришь... Мне подобного точно не светит. Причем с самого рождения. За омегу никто не заступиться. Не будет тратить на него деньги. Это просто глупо и бессмысленно. - Ты забыл о еще одной прекрасной возможности, - собеседник выдержал картинную паузу, - Брак. - Что? Ты издеваешься! - Леви резко развернулся, глядя прямо в глаза Фарлана, перехватив его руки, не позволяя им продолжать свое занятие, - Все альфы презирают омег. Никто не подпишется на подобное. Укор со стороны общества гарантирован. Никто не захочет накликать на свою голову лишних проблем, - голос стал немного громче и пропитался бессильной злостью. - Если очень захотеть - возможно все. Даже невозможное, - бета чуть склонил голову, - Что если омега и альфа истинные? Что если они соулмейты, разделенные многие годы и наконец сумевшие встретиться? Да, такой шанс выпадает раз на миллион, но кто сказал, что его нельзя подстроить. Разумеется партнер выкупит свою вторую половинку, будет холить и лелеять, выведет в свет. - Не может быть. Омега был окончательно потерян. Он верил и не верил словам друга. Ведь тогда получается, что Эрен все это время мог спасти его. Освободить от клейма рабства. Вряд ли он боялся, что Леви от него уйдет. Альфа не мог не заметить направленных на него бесконечной привязанности и любви. Так почему же тогда он оставил все как есть и только постоянно пытался унизить или вовсе избавиться... Хотя, ответ очевиден. Леви перевел взгляд на руку, поднеся ее ближе к глазу, погладив кончиками пальцев второй конечности буквы "Эр". Такие лживые, такие желанные и прекрасные. Дарующие призрачную надежду, которая никогда не сможет стать правдой. В горле встал горький ком. Глаз защипало. Слезы давили на внутреннюю сторону глазного яблока, пытаясь вырваться наружу. Все же они с Эреном не истинные. Омега, конечно, не спрашивал... Но он точно знает, что у альфы на запястье выгравировано не его имя. Это факт, не требующий доказательств. Как жаль, что желания никогда не совпадают с возможностями. Альфа мог подарить свободу, он имел такую возможность, но не имел желания. Фарлан хочет помочь Леви, но не имеет возможности. Почему в жизни все так несправедливо. И если омега вдруг возвыситься, перестанет быть немым рабом, тогда Эрен примет его? Будет относиться по другому? Может тогда стоит попросить о помощи Эрвина? Хотя нет. Его просить точно не стоит. Он потребует вознаграждение, захочет заполучить омегу себе. - Может, - спокойно возразил Фарлан. Впереди забрезжил лучик надежды. Выход из тупика был близок. - В этом городе есть какой-нибудь важный, богатый человек? - осведомился Леви. - Если поискать - найдем, - заверил его собеседник, - Что ты собираешься делать? Омега невесело усмехнулся краешком губ. Фарлану это точно не понравится.