Аромат Эдельвейса

***

      Она смутно помнила первую неделю, проведённую в больнице. Лорелин прекрасно понимала, что была на грани жизни и смерти. Да ей и не хотелось жить после всего случившегося. Наверное, Пэнси права: она ошибка природы, по-другому жизнь не сложится.       Когда болезнь отступила, и девушка в первый раз смогла встать с кровати, пришло горькое осознание, что совершенно ничего не видно без очков. На полке она их нащупала, надевая дрожащими руками. Ничего не поменялось. Всё было также размыто.       Через мгновение в палате появилась целительница-стажёр, но Лорелин не разглядела её лица. Женщина поинтересовалась о её самочувствии и очень обеспокоилась, услышав, что пациентка ничего не видит.       В этот день её палата была как проходной двор. Волшебники в жёлтых халатах с задумчивым видом подходили к пациентке, спрашивали о зрении и, не сказав ни слова, удалялись. Так продолжалось долго. В итоге все собрались неподалеку у кровати Лорелин, которая могла различить по меньшей мере семь фигур.       Они что-то громко и с жаром обсуждали. Девушка периодически различала силуэты направленных в её сторону рук, но не могла и слова разобрать. Лорелин знала, что это конец. Ей не нужны всезнающие целители, чтобы понять, что зрение больше не вернётся. После пережитого ею, этот исход был самим собой разумеющимся.       На следующее утро всё тем же составом целители пришли в палату к юной пациентке. Они что-то говорили об ухудшении зрения, а по щекам девушки дорожкой бежали слёзы. Ей дали новые очки. Ещё держа их в руках, студентка почувствовала очень толстые линзы. В них она смогла увидеть задумчиво-удрученные лица врачей.       — Сколько осталось времени, прежде чем я ослепну? — нарушила тишину Лорелин, почувствовав комок в горле.       — Максимум полгода. — Приговор был вынесен. Девушка вымученно улыбнулась, и слёзы хлынули нескончаемым потоком. Жизнь сама добивала её. Почему она осталась в живых? Для чего это существование?       Делегация сообщила, что эти очки созданы специально для Лорелин. Они подстраиваются под зрение, поэтому в них студентка сможет видеть до того момента, пока не ослепнет.       Лорелин попросила их лишь об одном: чтобы ей позволили остаться в больнице до конца каникул. Просьбу осуществили.       Девушка была в полнейшем отчаянии. Через полгода она полностью ослепнет. У неё нет родителей, нет друзей, и совершенно отсутствует желание возвращаться в Хогвартс.       Лорелин ревела днями напролет. Она не знала, что ей делать. Целительница-стажёр, которая частенько навещала её, предложила написать родным, но девушка лишь грустно улыбнулась, нехотя проговорив, что она сирота.       Однако студентка вспомнила о своих старших братьях и сёстрах. Когда родители были живы, от одной из сестёр, которая старше Лорелин на десять лет, пришло письмо с приглашением на свадьбу. Девушка смутно её помнила, однако понимала, что больше ей рассчитывать не на кого. Из разговора мистера и миссис Ребель, студентка знала, что муж Жаклин занимает высокую должность в Министерстве магии. Пуффендуйка порылась на полке в поиске своего ежедневника, где записаны адреса братьев и сестёр.       Лорелин написала своей сестре Жаклин Ребель-Филипс письмо, где рассказала о том, что скоро потеряет зрение, и что очень хочет провести остаток своей полноценной жизни во Франции. Девушка знала, что мужу Жаклин ничего не стоит договориться, чтобы её перевели в Шармбатон. Если это случится, то хотя бы одной проблемой станет меньше.       Лорелин передала письмо пришедшей навестить её целительнице, попросив отослать по адресу. Через несколько дней пришёл ответ. Студентка заплакала от радости. Очень давно ей никто не писал так ласково, как сестра, которая её почти не знает. Жаклин предлагала всяческую помощь. Она пообещала, что Дэниел обязательно похлопочет, и её переведут в Шармбатон. Но это будет возможно только через пару месяцев, а пока Лорелин нужно предоставить лист с хорошей успеваемостью. Также сестра предлагала жить с ними, отчего на сердце уставшей пациентки стало гораздо теплее.       Чернила на пергаменте потекли от капель слёз девушки, которая единственный раз за всё это время почувствовала облегчение. Лишь одно удручало: ей придётся вернуться в Хогвартс.       Профессор Стебль встретила ученицу вечером в последний день каникул в приёмном отделении. Женщина печально улыбнулась, обняв свою студентку. Лорелин сдержала наступающие слёзы, зажмурив глаза. Нужно быть сильной.       В кабинете директора в этот же вечер девушка обсудила своё дальнейшее нахождение в школе. Ей предстояло проучиться два месяца. Жаклин завалила письмами обе школы, но раньше середины марта её не могли принять в Шармбатон. Дамблдор с любопытством смотрел на Лорелин, он явно не поверил, что причина перевода кроется в том, что девушка хочет провести остаток своей «полноценной» жизни во Франции. Но ученице было всё неважно. Она хочтела навсегда забыть это место. Пуффендуйка натянуто-спокойно покинула кабинет директора, направляясь на ужин.       Студентка знала, что будет очень тяжело терпеть это время в школе, но когда в Большом зале она увидела испепеляющий взгляд Паркинсон и всё такого же холодного Драко Малфоя, стало очевидно, что это будет просто невыносимо. Она не знала что ест на ужин, машинально проглатывая всё, что лежало на тарелке. Ей нужны силы. Осталось немного.       Уже в гостиной Лорелин вспомнила о своём хорьке. Она горько заплакала, уткнувшись в подушку. Хоть бы эта живодёрка с ним ничего не сделала! Его нужно вернуть!       Всю ночь шрам на левой руке с надписью «Грязнокровка» ужасно ныл. Никто не знал о нём, и даже целители в больнице не заметили. Однако каждый раз, видя или ощущая его, Лорелин покрывалась мурашками, вспоминая тот вечер. Поскорее бы вернуться во Францию!

***

      Девушка спланировала свой день так, чтобы встречать ненавистных слизеринцев как можно реже. Ей нужно посещать Большой зал, чтобы питаться. Этого никак не изменить, однако свести к минимуму эти визиты можно. Студентка планировала посещать завтраки ранним утром и очень быстро. Обеды же, наоборот, под конец. А ужины Лорелин вообще вычеркнула из своего распорядка. Так даже лучше.       С утра она брала необходимые книги в библиотеке, чтобы вечером в гостиной выполнять задания. Первые два дня прошли спокойно. Она почти не встречала студентов со змеиного факультета, полностью погрузившись в учёбу.       Совместный урок Истории магии очень напрягал студентку. Весь вечер Лорелин размышляла над своими действиями. Слизеринцы сидят в первых рядах, поэтому, в принципе, она сможет незаметно проскользнуть в кабинет и затеряться на последней парте.       Но всё пошло совсем не так, как запланировала девушка. После звонка она оглядела класс. Да, слизеринцы находились на привычных местах, однако шевелюры Малфоя она не увидела. Лорелин вздрогнула, заметив, что парень сидит на последнем ряду, совсем близко, и внимательно на неё смотрит. Она убежала к себе в гостиную. Нет. Она не будет ходить на Историю магии!       Вечером студентка взяла у профессора Биннса задания на ближайшие два месяца, обещав их вовремя выполнять и приносить на проверку. Приведению было безразлично, будет ли пуффендуйка присутствовать на занятиях или нет. Реальная жизнь настолько далека для Биннса, что он даже не помнил имён сидящих на его уроках учеников.       Лорелин с содроганием понимала, что занятие по Зельеварению неминуемо приближается. Как бы она не старалась, Снейп точно не разрешит ей заниматься самостоятельно. Кто угодно, но не он. Однако попросту игнорировать эти уроки студентка не могла. С плавающей от «удовлетворительно» до «слабо» успеваемостью она точно может не рассчитывать на Шармбатон.       Но всё же Лорелин тешила себя надеждой на почти невозможный шанс, что профессор Снейп поменяет ей напарника. Терпеть Драко Малфоя было невыносимо. От всего его вида каждая частичка тела девушки ломалась, будто от Круциатуса, а мерзкое клеймо, поставленное Паркинсон, начинало ныть. Она больше никогда не будет такой наивной дурочкой.       Лорелин дожидалась Снейпа у кабинета. Естественно, он не пропустит обед, но она знала, что преподаватель всегда возвращается в класс гораздо раньше, чем закончится перерыв.       — Профессор, — голос девушки дрожал, когда она увидела его за поворотом.       — Да, мисс Ребель?       — Я хотела… — студентка совершенно растерялась, глядя на учителя. В голове этот разговор звучал очень складно, но на деле она не увидела со стороны Снейпа и капли желания слушать.       Из-за поворота появились пуффендуйцы, и Лорелин окончательно потеряла свою мысль, умоляющим взглядом осматривая учителя.       — Пройдёмте в кабинет, — нарушил молчание Снейп. Девушка дрогнула, неуклюже засеменив следом.       Ученица прикрыла за собой дверь, направляясь к преподавательскому столу, где Снейп, совершенно не замечая её присутствия, разбирал кипу свитков.       — Сэр, — Лорелин пыталась взять себя в руки. Ей хотелось, как всегда, в моменты переживания ухватиться за свою косичку, но той не было. Вновь нахлынули воспоминания, и девушка не смогла подавить слёзы, — пожалуйста, поставьте мне в пару кого-нибудь другого…       Профессор обернулся в сторону студентки, вопросительно изогнув бровь, к этому моменту Лорелин уже успела утереть подступившие слёзы.       — Почему же?       — Через пару месяцев меня должны принять в Шармбатон, — девушка совершенно не умела лгать, поэтому более правдоподобного аргумента, чем часть правды, она не могла придумать, — но для этого мне нужен лист с хорошей успеваемостью, а в паре с Малфоем я вряд ли смогу получить выше «удовлетворительно»…       — Что же вам мешает получать хорошие оценки в паре с мистером Малфоем? — удивился преподаватель. — Если вы и правда хорошо владеете моим предметом, отсутствие всяких знаний у Драко не может вам помешать.       — Пожалуйста, сэр. — Лорелин почувствовала, что земля уходит из-под ног. Нет. Снейп никогда на это не согласится, однако девушка всё же предприняла эту последнюю попытку мольбы. — Поставьте меня с кем угодно, только не с ним.       Студентка сильно рисковала. Она не сможет находиться рядом с Паркинсон и её бугаями-подпевалами, если Снейп распределит к кому-то из них в команду.       — Хм… — От страха оказаться в паре с Паркинсон, Лорелин сжалась в комок, однако не прекращала прожигать учителя умоляющим взглядом. Профессор задумчиво молчал некоторое время, показавшееся студентке бесконечностью.       Еле заметно Снейп кивнул, и девушка почувствовала секундное облегчение. Профессор недовольно посмотрел в сторону двери, и Лорелин машинально обернулась в ту же сторону.       Драко Малфой с каким-то непониманием смотрел на неё, не моргая. Девушка вздрогнула и тут же отвела взгляд.       — Мистер Малфой, родители не учили вас, что совать нос в чужие дела плохо?       Драко не ответил на вопрос. Лорелин спиной чувствовала, как он испепеляет её взглядом. Ей захотелось убежать, однако от этого её предостерёг голос Снейпа и последовавший за ним звонок на урок:       — Минус десять очков. Жду вас вечером в своём кабинете.       Студентка продолжала стоять на том же месте, ожидая, распределения на новое место к новому слизеринцу. Тем временем класс шумно наполнялся. Где-то рядом прошла Паркинсон, недовольно фыркнув, чем заставила девушку поёжиться.       — Мистер Райт, — проследив за взглядом профессора, Лорелин заметила своего невысокого однокурсника Чарли. Девушка совсем не знала его, но парень был из числа тех, кто не издевался над ней, поэтому она заочно испытывала к нему уважение и симпатию. Не повезло ему с будущим напарником, — с этого дня вы работаете в паре с мистером Малфоем.       Лорелин заняла вторую парту, заметив с каким отвращением на неё смотрит новый сосед. Девушка была рада, что он не из шайки Паркинсон.       Снейп огласил задание на урок, и студентка без желания уткнулась в книгу, лишь бы не возвращаться в реальность.       Всё занятие пуффендуйка чувствовала на себя тяжёлый взгляд. Она не оборачивалась, догадываясь, что это Паркинсон. Теперь Лорелин сидит впереди, и в одно мгновение покинуть кабинет у неё не получится.       В этот раз девушке было не важно какое у их пары получится зелье. Она никак не могла прийти в себя. Напарник что-то мешал в котле, на глаз подсыпая ингредиенты. Это варево будет провальным, поэтому ученица с готовностью ждала окончания урока.

***

      В воскресенье Лорелин устало мерила шагами гостиную. Она сделала уроки, прочитала несколько глав по всем предметам наперёд, а времени оставалось немерено. Как же скучно сидеть в гостиной! Она была абсолютно одна.       Если в будни время течёт незаметно, то в выходные дни, проводимые в одиночестве, оно никак не заканчивалось. Лорелин толком не ела эти дни, поскольку боялась выходить из комнаты. Она попросила Сьюзен Боунс принести что-нибудь с ужина, однако этим не наешься. Девушке очень хотелось погулять, посидеть в библиотеке, да и попросту побродить по коридорам, поскольку от вида гостиной начинало воротить.       Почему не прогуляться к башне Гриффиндор или Когтевран? Что там могут забыть сидящие в своих подземельях слизеринцы? Идея показалась Лорелин очень сомнительной, однако дальше находиться в четырёх стенах гостиной она просто не могла.       Девушка находила забавным изучение картин. Поначалу люди на них никак не реагировали, однако чем дольше она на них смотрела, тем больше те злились и ворчали. Первый раз с момента возвращения в школу Лорелин по-настоящему смеялась.       — Хулиганка! — закричала полная кудрявая дама, угрожающе погрозив студентке кулаком.       — Почему? — улыбнулась девушка. — Я же просто смотрю картины!       — Самой-то нравится, когда на тебя пялятся, а? — визжала женщина, вызывая у Лорелин лишь смех. — Заняться нечем? Ходишь здесь, как дура, житья не даёшь!       Студентка на мгновение задумалась. Да, она и правда ведёт себя, как дура, ведь ей самой хочется провалиться сквозь землю, когда на неё долго смотрят. За этим обязательно последует какая-нибудь издёвка.       — Простите, — тихо отозвалась Лорелин и направилась в свою гостиную. Она замерла на месте, поскольку у поворота, прижавшись к стене, изучающе сощурив глаза и склонив голову на бок, стоял Драко Малфой. Девушка была так увлечена рассматриванием картин, что совершенно его не заметила. Он должно быть давно стоит тут.       Пару секунд Лорелин в страхе стояла как вкопанная, вглядываясь в бездонную серость манивших глаз, не представляя что ей делать. Неужели он планирует ещё поиздеваться? Разве ему недостаточно того, что с ней сделала Паркинсон? Девушка взяла себя в руки и решила полностью проигнорировать его существование. Ей нужно в гостиную. И всё.       — Может быть, ты мне объяснишь, что вообще происходит, Лорелин? — как только студентка начала движение, слизеринец подал голос. — От тебя ни слуху ни духу после возвращения из больницы…       Лорелин вопросительно изогнула бровь.        Этот слизняк ещё смеет что-то говорить?Интересовались своей шайкой, осталась ли она жива, после всех издевательств? О-о-очень предусмотрительно! Теперь что, Паркинсон послала его для того чтобы окончательно запугать? Какие же они мерзкие!       Девушка выбросила из головы всякое желание высказать этому гаду всё, что о нём думает, с отрешением на лице продолжив свой путь.       — Лорелин! — Драко ухватил её за руку, притянув к себе.        Студентка нахмурилась, со всей возможной силой оттолкнув юношу.       — Не подходи ко мне! Никогда! — губы девушки тряслись от гнева, а в глазах заблестели слёзы. — Не трогай меня! Не разговаривай со мной! Исчезни!       Лорелин пустилась бежать, не разбирая дороги, ей было очень больно и обидно от того, что они продолжают издеваться над ней. Слёзы текли ручьем, от чего она совершенно не ориентировалась в пространстве.

***

      Учебная неделя проходила в прежнем графике, студентка ощущала мимолётное спокойствие. Нельзя придумать ничего лучше, когда всё идёт согласно плану. В среду после обеда Лорелин пришлось забежать в библиотеку, поскольку с утра она забыла взять книги по трансфигурации, поэтому на урок Макгонагалл она неминуемо опаздывала.       У самого кабинета её резко одернули за руку, и девушка еле слышно вскрикнула.       — Молчи! — прошипела Паркинсон, закрывая ей рот ладонью и оглядываясь по сторонам.       Лорелин до смерти перепугалась.       — Ничего, ты и так опоздала. Пару минут ничего не изменят. — Слизеринка отпустила ученицу, и та в страхе попятилась назад.       — Что тебе нужно? — голос девушки охрип, а метка на руке больно заныла. — Хватит издеваться надо мной и подсылать Малфоя. Отстаньте от меня!       — Заткнись, — прошипела Паркинсон, хватая Лорелин чуть ниже плеча. — Ты кому-то рассказала наш маленький секрет, Чучело?       Студентка вздрогнула, вспоминая тот вечер и пытаясь вырваться из крепкой хватки Пэнси.       — Нет!       — Учти, твоя зверюга у меня, — пуффендуйка замерла на месте, пытаясь подавить слёзы, увидев на лице слизеринки довольную ухмылку. — Если ты кому-то расскажешь, то запомни — мне всё сойдет с рук. Отец знаком с министром магии лично, он ужинает у нас на выходных. Ну, а твой несчастный хорёк поплатится за это…       — Я ничего никому не сказала! — в страхе перебила студентку Лорелин. — Верни мне его, пожалуйста… Я через два месяца переведусь в другую школу, честное слово!       — Тогда и вернёмся к этому разговору, — холодно усмехнулась девушка-мопс, — но учти: на прощание я наложу на зверюгу проклятие, сработающее в тот момент, когда ты хотя бы заикнёшься о произошедшем, — Пэнси провела ребром ладони по горлу, злобно цокнув.       — Я ничего никому не скажу!       — Молодец. — Паркинсон ослабила хватку и направилась на уроки.       — Не подсылай ко мне больше Драко, я всё поняла, — еле слышно крикнула ей в след Лорелин, на что девушка лишь по-змеиному ощетинилась в подобии ухмылки.       — Я не подсылаю. Ему показалось, что тебя мало наказали. Так что держись от него подальше, если не хочешь повторения. — По спине студентки пробежались мурашки от услышанных слов. В тот вечер, в коридоре она была в огромной опасности.       Малфою всё так же сойдёт с рук, как и этой больной Паркинсон. Боже, как же Лорелин устала выживать в этом месте! Поскорее бы уехать отсюда и никогда больше не покидать Францию!       На Зельеварении Лорелин старалась как никогда раньше. К концу занятия получилось сварить замечательное зелье, отчего напарник, который за всё время ни разу не прикоснулся к варке, довольно гоготнул. Даже этот олух понимал, что девушка выполнила их общее задание, как минимум на «хорошо».       Весь урок Лорелин чувствовала испепеляющий взгляд Драко на своей спине, но сейчас он ей не страшен. Здесь много свидетелей. У него ничего не выйдет! Девушка вылетела из кабинета раньше всех, бегом направляясь в гостиную. Ей предстояло весь вечер провести над очередной домашней работой Снейпа.       Небольшими компаниями пуффендуйцы возвращались с ужина в гостиную, где сидела на привычном месте чудаковатая девчонка, выполняя задания.        Лорелин ждала Сьюзен, которая обещала принести с ужина пирог с патокой. От него девушка отказаться никак не могла, поэтому с надеждой в глазах оглядывала студентов.       Кто-то из ребят побрёл в свои комнаты, но основная масса учеников уселась у камина и рассказывала весёлые истории. Как бы Лорелин хотелось быть своей в этой компании!       В дверях показалась Сьюзен Боунс, и девушка расплылась в улыбке.       — Прилетела сова с письмом, оно адресовано тебе, — немного взволнованно ответила студентка, протягивая конверт на котором печатными буквами написано имя и фамилия Лорелин.       — Спасибо, — удивленно отозвалась девушка, принимая письмо, позабыв о пироге.       — Знаешь, обычно в таких безымянных конвертах кроются проклятия и болезнетворные зелья. Пару лет назад одной девочке с Гриффиндора пришло такое, когда она его открыла, на руки вылился гной бубонтюбера… Лучше сожги его, — многозначительно закончила рыжеволосая девушка. Она и правда переживала за неё, отчего Лорелин стало очень тепло на душе. Да, побольше бы таких честных и добрых людей на свете. Девушки далеко не подруги, но студентке будет очень жаль с ней расставаться.       — Спасибо, Сьюзен, — улыбнулась Лорелин однокурснице, и та направилась по своим делам.       Весь вечер ученица не могла сосредоточиться на заданиях. Она сгорала от любопытства при виде конверта, хотя прекрасно понимала, что в сложившейся ситуации слова Сьюзен Боунс имеют огромный вес.       Лорелин сложила в сумку учебники и пошла к себе. В комнате она села на кровать и проверила заклинанием, имеет ли письмо какое-либо отношение к магии. Нет. Оно было совершенно обычным, написанным от руки без помощи Прытко-Пишущего пера.       Девушка без страха развернула конверт, узнав почерк. Брови в недовольстве нахмурились, но она прочитала:

«Лорелин! Я не знаю, чем перед тобой провинился, но, пожалуйста, прости меня! Я очень волновался, когда узнал, что ты в больнице. Я даже просил Снейпа, Макгонагалл и Стебль позволить мне навестить тебя, но они не разрешили. Лорелин, я очень соскучился! Прошу, напиши мне хоть строчку. Я совсем запутался в происходящем. Не молчи! Драко»

      Девушка распахнула окно и выбросила письмо.       — Инсендио! — взмах волшебной палочки, и плавно падающий пергамент сгорает дотла, развеиваясь пеплом на зимнем ветру.       Какой же он мерзкий! Так просто ей написал. Боже, для него это так обыденно! Он считает её такой наивной дурочкой, думая, что она опять на это купится? Малфой пишет, что волновался, будто не знает, что из-за него она оказалась в больнице. Скучал. Конечно, ведь на ней можно потренировать и остальные непростительные заклинания!

***

      Всю следующую неделю Драко заваливал подобными письмами. В воскресенье вечером взволнованная Сьюзен передала Лорелин такой же конверт, проговорив:       — Ты не пострадала от прошлого письма? Выброси его и даже не вскрывай!       Девушка улыбнулась однокурснице, поблагодарив за заботу. Она знала, что это очередная попытка Малфоя вывести её на разговор. Пуффендуйка не собиралась отвечать на него, хотя ей очень хотелось высказать хотя бы в письме всё, что думает об этом пафосном слизняке. Студентка прекрасно понимала, что слизеринец только этого и ждёт: чтобы она поддалась. Потом он без труда выманит её из укромной гостиной…       Лорелин содрогнулась и выбросила эти мысли из головы. Она не наступит дважды на одни и те же грабли, как бы ласково он не пел.       Однако в своей комнате ученица не удержалась и распечатала письмо, перед этим проверив заклинанием как в прошлый раз. Обычное.       Все его фразы были однообразными и заезженными, почти как в предыдущем письме. Всё те же «скучаю», «волновался» и «прости» вызвали в девушке полнейшее отвращение. Невозможно быть настолько бессердечным и мерзким. Это послание ждала та же участь, что и предыдущее.       Каждый последующий день поздним вечером в окно комнаты Лорелин и остальных студенток скреблась ушастая сова с письмом в клюве. Девушка быстро пробежалась по очередной записке от Малфоя, закатывая глаза.       Ничего нового. Неужели на этом закончилась вся его фантазия?       Лишь под конец недели, в четверг, в письме появилась новая просьба. Драко писал, что будет ждать Лорелин в Зале наград каждый вечер с восьми до девяти, что он очень хочет поговорить. От такого нахальства брови Лорелин стремительно поползли вверх. Неужели после всего произошедшего он лелеет надежду, что в какой-то момент от непрекращающихся записулек девушка лишится рассудка и поскачет к нему?       Лорелин ужасно не хотелось идти на Зельеварение. Всю неделю ей блестяще удавалось избегать Драко Малфоя, а на уроке Снейпа это было невозможно. Девушка вошла в кабинет вместе с толпой студентов, не разглядев среди них фигуру блондинистого слизеринца. В этот раз она переборола свой страх и решила, что лучший способ уберечься от Малфоя — находиться в обществе остальных учеников.       Паркинсон по-прежнему бросала в её сторону колкие словечки, но Лорелин не обращала на неё внимания. Всё это уже не страшно, ничто не сравнится с физическими и душевными увечьями того декабрьского вечера.       Слизеринец появился через пару мгновений после звонка. Довольная собой пуффендуйка ухмыльнулась, завидев его в дверях. Да, он ожидал, что сумеет подстеречь её у кабинета, но сильно ошибся. Она больше не та наивная простачка.       Весь урок Лорелин чувствовала на себе испепеляющий взгляд. Это было просто невозможно терпеть! Так хотелось со звонком убежать из кабинета, но она, пересилив себя, осталась на месте, втиснувшись в толпу однокурсников. Драко же проводил её печальным взглядом со своей последней парты.       Лорелин отметила, что Малфой прекрасно играет свою роль. Следует вручить ему медаль за артистизм.       Вечером, как по сигналу, в окно вновь настойчиво рвалась сова. Лорелин прекрасно понимала, что ей следует просто сжигать все эти письма, но любопытство не позволяло сделать этого. Поэтому в очередной раз, совершенно не зная для чего, она читала записку.       Драко рассказывал о своём дне. Писал о каждой мелочи, растянув письмо на целый лист: о завтраке и довольно мерзком на вкус тыквенном соке, о нескончаемых домашних заданиях по трансфигурации и Защите от тёмных искусств, о посещении в скором времени курсов по трансгрессии. Юноша и правда надеялся подловить её у кабинета, о чём подробно рассказал.       Лорелин совершенно не понимала, для чего он всё это пишет и более того, почему она прочитала письмо до конца? Ведь это уловка! Однако студентка не могла не прочитать. Тут Драко был прежним. Точнее сказать, таким, каким нравился пуффендуйке.       Девушка вытерла подступившие слёзы, разрывая письмо на мелкие кусочки. Это просто издевательство! В Лорелин вновь вспыхнули похороненные чувства, и она зареклась больше не читать ни одного письма от этого мерзкого человека.       Но письма приходили каждый вечер почти в одно и то же время. Лорелин сдержала данное себе слово и не читала их. Однако не выбросила и не сожгла. С чувством ненависти она швыряла их под кровать, убегала прочь из комнаты и забывала об их существовании до следующего вечера.       Лорелин ходила взад-вперед около своей кровати, то порываясь поправить одеяло, то взбить подушку, то открыть окно. Она не находила себе места. Письма манили. Их было уже пять.       Всю ночь девушка крутилась и не могла заснуть. Под утро, истерзанная мыслями Лорелин сдалась и достала конверты, чуть не свалившись с кровати.       Все письма были абсолютно разным, но неуловимыми нитями каждый день Драко Малфоя был переплетён печалью и отчаянием. Прочитав их все, девушка уже сильно сомневалась, что написанное в них придумано. Слишком уж реалистично.       В письмах Драко было много шуток и интересных заметок из книг. Почти каждый вечер перед ужином он проводил в библиотеке, выполняя домашние задания, и ежедневно ждал её в Зале наград, о чем упоминал в каждом своем письме. В последних конвертах Лорелин находила сладости: засахаренные ананасы, лакричные палочки, шоколадные лягушки.

***

      Через неделю письма прекратились. Лорелин обеспокоено стояла у окна, дожидаясь сову, но её не было. Она не смогла уснуть, не прочитав очередной день из дневника слизеринца. Утром девушка взволнованно направлялась в Большой зал на завтрак со всеми студентами, нарушив привычный ритм.       Пуффендуйка была не своя весь день. За завтраком Драко не было, а вечером письмо вновь не пришло. Лорелин совершенно не понимала, что с ней происходит. Ведь это всё обман, все эти «истории одного дня» для того и приходили к ней, чтобы она поверила ему, чтобы вновь влюбилась…       Девушка вытерла подступившие слёзы. Коварный план Малфоя вышел на славу. Она проиграла.       Лорелин уверенно вскочила с кровати. Теперь она не сможет забыть случившееся. Нужно его увидеть. Разумная часть внутри студентки металась из угла в угол, восклицая, что это огромная ошибка! Но мозг девушки был под властью сердца, которое вновь стучало под унисон двух простых слов: «Драко Малфой».       В коридоре было тихо и безлюдно. Такое позднее время студенты предпочитают проводить в своих гостиных, в кругу друзей, а не шастая по ночной школе. Лорелин спешила к Залу наград, предусмотрительно спрятав за спиной волшебную палочку. Все мысли были на пределе. Каждая клеточка тела будто горела от адреналина, а щёки окрасились румянцем. Она одновременно желала и боялась видеть его. Невероятный эффект Драко Малфоя.       Лорелин знала одно: сегодня всё решится. Если написанное в письмах правда — она узнает это, а если очередная провокация — на этот раз она сумеет постоять за себя!       Девушка замерла у входа в зал, переводя дух и унимая бешено бьющееся сердце. Нужно быть наготове, потому что неизвестно, что её ждёт дальше. Лорелин успокаивала себя тем, что умела пользоваться некоторыми боевыми заклинаниями невербально, что было преимуществом. Вот только колдовать без палочки студентка не умеет, однако об этом она вспомнила лишь в тот момент, как зашла в зал.       Вокруг полумрак, единственный источник света — неяркие лампы, освещающие награды выдающихся студентов Хогвартса. Лорелин остановилась на месте, перепугано оглядываясь. Звенящая тишина гудела в голове, от чего в девушке возрастало желание пуститься бежать.       — Лорелин? — усталый голос донесся из темноты, и студентка воинственно выставила перед собой палочку, нахмурив брови.       Драко с выражением недоверия смотрел на ученицу, чуть наклонив голову на бок. Он явно сомневался, не мерещится ли она ему.       — Да, это весьма предусмотрительно, — через некоторое мгновение отозвался парень, заметив в руках Лорелин палочку. На его губах скользнула секундная улыбка.       Юноша был необычайно бледным, что бросалось в глаза даже в полумраке. Под глазами залегли тени синяков, а острый подбородок ещё сильнее выделялся. Слизеринец не выглядел враждебно, более того, в его руках не было палочки.       — Спасибо что пришла, — нарушил молчание Драко, поскольку девушка продолжила стоять в оборонительной позе, будто онемев.       — Я не знаю, зачем тебе палочка, Лорелин, — спустя некоторое время устало продолжил юноша, — не думаешь ли ты, что я буду нападать на тебя?       Студентка молчала и лишь сильнее напрягла руку с волшебной палочкой. Движение было заметным и сочтено парнем за положительный ответ.       — У тебя нет абсолютно никаких причин и поводов меня бояться, — Драко выставил руки вперёд, показывая, что он безоружен. — Но если тебе с ней спокойно, я не возражаю.       Лорелин в недовольстве снова нахмурилась. Складывается такое ощущение, что перед ней стоит милый ангел, беззащитный барашек и просто жертва, а виновной во всём выставлена она.       — Я очень надеюсь, что ты получила мои письма и прочитала хотя бы некоторые из них, — девушка еле заметно кивнула, ещё больше напрягшись.        — Что случилось, Лорелин? — выдохнул Драко через некоторое время, устало поправляя волосы.       — Что случилось? — прошипела пуффендуйка, совершенно не узнавая своего голоса. — Ты шутишь?.. Что случилось?       Зависло молчание. Драко в полнейшем непонимании старался по лицу бывшей напарницы по зельям прочитать в чём его вина. Однако легилименцией он, увы, не обладал.       — Лорелин, прости меня, если я что-то сделал не так… — замялся парень, переступая с ноги на ногу. — Я не думал, что обидел тебя, и из-за меня ты не захочешь возвращаться на каникулы в школу…       — Это ни капли не смешно! — перебила его девушка, сделав шаг вперёд. — Ни капли! Ты знаешь, о чем я говорю! Хватит притворяться и строить из себя святого! Я всё знаю!       На лице юноши читалось абсолютное непонимание, однако секунду спустя он удручённо опустил голову.       — Нужно было сразу тебе всё рассказать… Прости, я не знал, как это сделать. Мне было стыдно! — Драко набрал воздуха в легкие и быстро заговорил: — Я знаю, кто убил твоих родителей. Я знал с самого начала, прости, что не сказал тебе. Мне очень стыдно, Лорелин…       Девушка замерла на месте в удивлении. Что он несёт? Она же сама ему сказала, что их убили пожиратели! Сколько он будет юлить?!       — Что? — тихо отозвалась Лорелин. — Это всё, что ты хочешь сказать?..       Пару секунд студенты, не моргая, сверлили друг друга взглядом, после чего девушка взорвалась:       — Я знаю, что всё это было подстроено, что ты мне врал обо всём! Я знаю, что всё это было необходимо лишь для того, чтобы поиздеваться надо мной!       — О чём ты? — в ответ прокричал парень. — Ты с ума сошла? Что я подстроил? Я не врал тебе. Всё, что я говорил, правда. Я с тобой откровенен, как ни с кем другим! Я пригласил тебя в хижину, потому что ты мне нравишься, а не для того, чтобы издеваться!       — Вот чем я поплатилась за то, что поверила тебе! — Лорелин задрала рукав левой руки, поднеся вырезанную надпись к глазам слизеринца.       — Что произошло? — Драко замер на месте, а слова больше походили на какой-то стон. Девушка остолбенела рядом с ним, на секунду опешив. В его голосе не было ни капли фальши. Ни капли лжи. — Что произошло, Лорелин? Кто это сделал? — Юноша схватил озадаченную студентку за плечи, чуть приподняв над полом.       В в жемчужно-серых глазах ясно читалась готовность рвать и метать вперемешку с безграничной болью и нежностью. Лорелин не знала, что и подумать. Разве можно так правдоподобно врать? Зависла недолгая тишина, нарушаемая лишь сбивчивым дыханием Драко.       — Лорелин, расскажи мне. Немедленно! — на выдохе, проговаривая каждое слово, отчеканил парень, опуская собеседницу на пол.       — Я… — перепугано промычала девушка, забыв родную речь. Она не ожидала такого поворота и совсем не знала, как ей быть.       — Ну! В этом ты меня обвинила и теперь думаешь всё замять? — в нетерпении Драко вновь одёрнул рукав Лорелин, с болью взглянув на метку. — Прекрати, пожалуйста, делать меня врагом.       Студентка неуверенно переступила с ноги на ногу, вновь пряча позорную надпись на руке. Через несколько мгновений она рассказала юноше о том вечере.       Воспоминания были ничуть не легче самих пыток Паркинсон. Всё всплывало в голове так ярко и правдоподобно, что по спине девушки поползли мурашки. Хоть бы кто-нибудь стёр ей память!       Драко бледнел с каждым сказанным Лорелин словом, отчего ей стало сильно не по себе. Всё слишком запутанно. Неужели он и вправду ни при чём?       Зависло гробовое молчание. Казалось, собеседники совсем не дышат и не моргают, пронзая друг друга взглядами. Лорелин силилась понять мысли Драко, желая хоть на секунду оказаться в его голове. Сразу станет всё понятно. Как жаль, что она не умеет читать мысли.       — Она сказала, что ты всё подстроил, — нарушила молчание девушка, подводя итог своим воспоминаниям. Парень очнулся, умоляющим взглядом оглядев собеседницу. Лорелин будто обдало морозом, она сама уже не верила в сказанные слова.       — Я ничего не знал. Меня не было в воскресенье в школе, — юноша говорил совсем по-другому, будто постарев на десятки лет, будто жить оставалось пару мгновений, и магический блеск в серых глазах оттенка цветка Эдельвейса навсегда потухнет, а он силится на последнем вздохе произносить слова. — Прости, Лорелин, это всё из-за меня…       — Я поверила ей, — по щекам девушки текли слёзы, а очки запотели, — а не тебе. Какая же я глупая!       Через мгновение она оказалась в крепких объятиях, абсолютно растеряв всякое самообладание, зарыдав навзрыд.       Она не одна. Больше не одна. Он не предал.       Никогда.