Лисица

— Где же наша долгожданная гостья? — спросил черноволосый юноша, шумно выдыхая воздух. — Времени предостаточно, так что не ворчи, — ухмыльнулся кудрявый парень. — Как думаете, какой она будет? — девушка сидела возле окна, с интересом наблюдая за своими товарищами. — Не знаю, но по ее досье могу сказать лишь одно – это еще тот орешек, — кудрявый блондин пожал плечами, беря яблоко. — Досье еще ни о чем не говорит. Просто сбор сухих фактов. А понять натуру человека можно только пообщавшись с ним в живую, — второй молодой человек выхватил фрукт из рук друга, жадно откусив и блеснув своими золотыми глазами. — Не наглей, Клод. Ты все-таки гость в моем доме и младше меня, — Филипп дал легкую затрещину наглецу, улыбаясь. — Мальчики прекратите! — аристократка выглянула в окно, услышав шум мотора их личного автомобиля, — Приехала! Пойдем ее встречать! — она живо подскочила с подоконника, с ожиданием смотря на ребят. — Идем, Джулия, идем, — Фил подошел к девушке, — Клод, не начинай ворчать, как старый дед, пошли, нельзя заставлять гостей ждать, — черноволосый юноша ехидно улыбнулся, крутя в руках откусанное яблоко. — Ладно, пошли. — Прошу, будь приветлив с Элизабет! А то я тебя знаю! — Джу нахмурила брови и погрозила пальцем брату, идя возле него. — Посмотрим, — на слова Клода девушка закатила глаза. Тем временем у дверей огромного и роскошного особняка стояла Элизабет, ожидая отца, который объяснял, что делать с грузом. Она была благодарна ему, что он не заставил ее наряжаться, как на светский прием. Ли была одета просто: мужская белая рубашка, небрежно расстегнутая и заправленная в джинсы, на шеи красовался кулон, подаренный Драко, который она всю дорогу гоняла по цепочке, пытаясь так усмирить свои нервы. На ногах были бежевые замшевые туфли с небольшими кисточками. Волосы вились в пышные кудри, которые не хотели спокойно лежать за ухом. Но лицо у Бетти было уставшим. Ее надежда на успокоительную настойку была опрометчива. Спала и питалась девушка плохо. Взгляд был отрешенным и стеклянным, несмотря на старания Элизабет сделать его живым. Каждый раз, пытаясь натянуть на себя улыбку, прежнюю живость и любознательность, Элизабет все больше уходила в себя, так как очередная попытка не приносила результатов. Она уповала на смену обстановки, на новые знакомства, общение, но и эти мысли начали потихоньку затухать под гнетом огромного вороха нерешенных вопросов, которые давили на нее. Из принципа Бетти не стала обращаться к своей бабушке за помощью, так как была обижена на нее до сих пор. Ей казалось, что лучше мучиться так, чем попросить о помощи человека, который вытворяет непристойные вещи за спиной у своей семьи. Принципиальность и честолюбие стали главными врагами Элизабет. — Волнуешься? — Виктор обеспокоенно посмотрел на свою дочь. — Как тебе сказать… Не знаю, — пробурчала Ли, хмуря брови. Она поежилась, обнимая себя. Мистер Берк понурил голову, поджимая губы, так как ощущал свою вину в том, что Элизабет находилась в таком состоянии. Он громко постучал в дверь, которую открыл домовик. Гостей уже ждали в холле, который была сделан в стиле рококо: различные вензеля, круглолицые ангелы, множество золотых элементов, которые, мерцая на солнце, ослепляли глаза. Все было роскошно. Входя в это поместье, казалось, что ты возвращаешься в семнадцатый век, когда миром аристократов правили балы, светские рауты, прогулки верхом и охота. Хотя большая часть этих «развлечений» осталась в высшем обществе до сих пор. — Как я рад вас видеть, мистер Жуанвиль! С каждым годом все моложе! — Виктор подал руку пожилому человеку, который добродушно улыбнулся иссохшими губами. — Ох, только душой молод, а тело уже дряхлое! — пожилой мужчина глухо засмеялся, пожимая руку в ответ, — Добро пожаловать в мое пристанище, — он обвел рукой помещение. — Благодарю вас, — как только взгляд Виктора перешел от дряхлого старика к мужчине его возраста, он, как ребенок, подпрыгнул, раскрыл широко руки и обнял его, громко стукая по спине. — Сколько лет, сколько зим! — выкрикнул незнакомец, расплываясь в лучезарной улыбке. — И не говори! Чарли, столько лет прошло с той битвы?! Рад, что находишь во здравии!- за этим теплым приветствием наблюдал мистер Жуанвили, в его глазах мерцали слезы радости. Он с воодушевлением и трепетом следил за этой встречей, — А где твоя дорога жена Виолетта? — Она решила остаться в поместье. Сказала, что не вытерпит твоих подколов! — мужчины рассмеялись. — Ее право, но на балу в честь дня Равноденствия я ее все равно настигну! Дети наблюдали за этим с недоумением. Их учили этикету, манерам, как правильно должен проходить прием, но сейчас они наблюдали теплую семейную встречу, нежели деловую, как она позиционировалась им изначально. — Что ж, вернемся к тому, с чего начали, — Виктор подошел к дочери, — Знакомься: мистер Жуанвиль, — он показал на добродушного старика, — А это мистер Селвин, — все учтиво поклонились друг другу. — Позвольте представить моего внука. Филипп де Жуанвиль, граф де Краон, — необычайно красивый молодой человек вышел вперед и поцеловал ладонь Элизабет. Ее щеки зарделись, а место от его поцелуя начало покалывать. Филипп выглядел старше, чем Ли. Его волосы были пшеничного цвета, но под воздействием солнца, пряди приобретали золотой отлив. Они вились в аккуратные локоны, которые были опрокинуты назад, открывая прекрасное лицо юноши. Прямые брови, обрамлявшие небесно-голубые глаза, в которых было заключена сама суть неба. Вглядись ты в них подольше и увидишь, что в этом голубом пространстве, обрамленном радужкой, плывут облака, и в поднебесье летают райские птицы. Прямой нос, отчетливые скулы и волевой подбородок. Нижняя губа была более пухлой, чем верхняя, но стоило ему невольно облизнуть их, как этот нюанс терялся, включая в голове совсем другие мысли. На левой щеке были три родинки, которые по приметам сулили тяжелую судьбу их обладателю. Но в это совершенно не хотелось верить. Филипп походил на ожившую статую ангела, украшавшую этот холл. «Французский Аполлон.» — пронеслось у Элизабет в голове. Этот особняк подходил Филиппу. Ангел в золотой клетке. Грустное, но в тоже время прекрасное сравнение. Теперь Элизабет понимала, почему отец ей сказал заранее о запрете. Но от мыслей о Филиппе девушку отвлек голос мистера Селвина. — Прошу любить и жаловать: Клод и Джулия Селвин, — перед Бетти предстали близнецы, главным отличием которых были глаза: у девушки темно-зеленого цвета, а у юноши – неестественно золотого. Вдобавок у Клода на левой стороне лица был небольшой шрам, проходящий поперек брови и заканчивающийся на нижнем веке, что еще больше привлекало вниманием к его необычным очам. Джулия была небольшого роста, миловидна. Элизабет предположила, что они ее ровесники, и оказалась права. Волосы близнецов были угольно-черного цвета, как будто темнота космоса продолжалась в их прядях. Этот цвет завораживал, придавал им загадочности и недостижимости. Две похожие, но в то же время абсолютно разные галактики. Джу обладала красивыми пухлыми губами, а ее глаза были большие, округлые, из-за густых и длинных ресниц взгляд был магнетическим. Она походила на красивую и дорогую фарфоровую куклу, на прекрасную и редчайшую черную лилию, распустившуюся у побережья океана в разгар шторма. Клод был другим. Он походил на демона всей своей сутью. Хитрые золотые глаза, которые изучали тебя вдоль и попрек, наводили ужас и оцепенение. Его лицо бело-серого цвета не выражало ни одной эмоции. Но стоило пересечься с ним взглядом, то ты как будто оказывался с хищником в одной клетке, которая предательски уменьшалась, приближая тебя к опасности. Так было и с ним. Чем дольше Элизабет смотрела на него, тем сильнее ее тянуло к нему. Этот нездоровый интерес пугал, но избавиться от него было никак нельзя. Клод не был красавцем как Филипп, и он об этом знал, но это не мешало ему быть до дурмана притягательным и в тоже время недостигаемым. Черные волосы были небрежно зализаны назад, как будто он встал с утра и мокрыми руками зачесал их. Прямой и острый нос, скулы были сглажены, что придавало его лицу женоподобности, тонкие покусанные губы, немного вытянутый подбородок. Элизабет он казался темным магом, прекрасно знающим свое дело. Антуража добавляла золотая серьга в правом ухе. Заметив, как Бетти долго смотрит на него, парень лишь усмехнулся. Хотя сам не заметил, как пристально изучал гостью. — Перестань глазеть на Элизу! Ты ее смущаешь! — шикнула Джулия на брата. — О, поверь, здесь смущением и не пахнет, — Клод улыбнулся своим мыслям, поправляя на руке перстень. — Будем считать, что знакомство прошло успешно, а сейчас, господа, прошу в кабинет, — мистер Жуанвиль пошел вперед, мужчины последовали за ним. Ребята смотрели на удаляющиеся спины своих родственников, оставаясь наедине с тишиной. Возникло напряжение, которое свойственно при новых знакомствах, но предательское урчание живота заставило всех обратить внимание на Элизабет. — Черт… Где здесь можно покушать? — Ли смущенно перекрестила руки на животе. — А, ты голодна. Чего ж ты сразу не сказала? Пойдемте в трапезную, — Филипп говорил на английском с отчетливым акцентов, но его можно было понять. Оказавшись в столовой, Бетти принесли еду, но начать есть она не могла, так как на нее пялились три пары глаз: — Ребят, мы вроде бы не в зоопарке, чтобы смотреть, как питаются млекопитающие, — Берк вскинула брови, ожидая действия от новых знакомых. — Извини, просто мы долго ждали тебя и много слышали о тебе. Походу наш нездоровый интерес выливается в такие странные вещи, — Джулия опустила глаза, виновато улыбаясь. — Ничего страшного. Все в порядке. И что вы слышали обо мне? — Ли с усмешкой осмотрела собеседников, кладя в рот кусочек рыбы. — Знаем, что ты учишься в Хогвартсе и что произвела неизгладимое впечатление на учеников Дурмстранга, — Клод перевел взгляд с Бетти на Филиппа. — Не стоило делать на этом акцент, — золотоволосый парень посмотрел с укором на друга. — Стоп, — Элиза проглотила пищу, — Откуда вы это знаете? Вы там учитесь? Я вас в делегации не видела, — растерянность охватила девушку. — Я закончил в этом году школу, а в той компании не участвовал, так как был занят своим исследованием, — Фил добродушно улыбнулся, — Когда ребята вернулись, они долго рассказывали о тебе и еще об одной девушке. — Гермионе Грейнджер? — Да, точно. Она понравилась Краму. — А откуда тогда Клод знает об этом? — Элизабет вскинула бровь, пренебрежительно осмотрев чародея. — Он сейчас на шестом курсе, как ты и Джулия. Так что был свидетелем этих обсуждений. Как главному хулигану школы, ему было дозволено это знать. — Ой, я не хулиган! Тихий мальчик, — Клод возмущенно взмахнул руками вверх, укоризненно смотря на друга. — Допустим, но лучше ему не верь, Элизабет, — Филипп громко рассмеялся, смотря на раздосадованное лицо юноши. — В каком месте ты «тихий мальчик»?! Настоящий говнюк! — Джулия фыркнула в сторону брата. — Вот видишь, Бетт, они меня всегда выставляют исчадием ада! — Клод нахально посмотрел на гостью. — Не трогай ее своими тупыми шуточками! — рыкнула на него сестра. — Я еще и не начинал. — Какой ты мерзкий! — Я знаю, не удивила, — перепалка между близнецами начала все больше и больше разгораться. — И так всегда? — Элизабет обратилась к Филиппу. — Да, сколько их помню. Сейчас успокоятся, подожди. — А из-за чего они так невзлюбили друг друга? — Ну, начнем с того, что они брат и сестра, а закончим тем, что еще непонятно кто из них Паладин. Клода это задевает, поэтому и злится постоянно. — А-а-а, я думала, что у них один дух на двоих, — ссора на фоне разговора все сильнее. — Нет, такое невозможно. Один дух – один человек. Извини, но пора им заканчивать, — Филипп хотел что-то громко сказать, но не успел, ссора подошла к финалу. — Это из-за тебя погибла наша мать! Это все ты! Это все ты сделала со мной! — Клод указал на всего себя, а его золотые глаза нездорово блестели. После его слов Джулия замерла. Она побледнела, в глазах в момент скопились слезы, сжав кулаки, она быстрым шагом вышла из трапезной. Девушка не хлопнула дверью и ничего не сказала напоследок, Джу просто испарилась, как будто ее здесь и не было. — Ты перешел всякие границы! — рыкнул на него Филипп, уходя из столовой за девушкой, чтобы успокоить ее. Все это время Элизабет сидела над своей тарелкой, вскинув брови вверх, смотря в неопределенную точку, помешивая вилкой салат. — Дурдом какой-то! — выругался Клод, выходя из комнаты, громок хлопая дверьми. — Вот и познакомились, но рыба здесь и правда отменная, — Элиза даже не пошевельнулась. Она понимала, что ей не хватит ни физических, ни моральных сил, чтобы ввязывать в очередной конфликт, а тем более решать его. Она хотела верить словам Филиппа, что этот инцидент обычная норма для этих двоих и что все быстро уладится. Доев свою порцию, Элизабет направилась на поиски ребят, она бродила по коридорам, прислушиваясь к звукам. — Мерлин, какой же он грубый и мерзкий… — после слов последовали всхлипы. — Джулия? — Элизабет завернула за угол и увидела заплаканную мисс Селвин. — Ой, Элиза, прости, пожалуйста, что я в таком состоянии, я не хотела. И та ссора… Ты не должна была ее видеть, хотя бы в первый день нашего знакомства, — девушка торопливо вытирала слезы. — Эй, все нормально. Мы все люди, у всех могут быть проблемы, — Ли подсела к Джу на подоконник, обнимая ее, — Тебя Филипп пошел искать, но походу я его опередила, — на слова Берк Джулия улыбнулась, на ее щеках появился легких румянец. — Допустим, что я не заметила эту реакцию, но ты по крайне мере уже не плачешь, — Бетти удалось выдавить из себя улыбку, что не могло ее не радовать, — Может, я не должна спрашивать, но все же… — Почему Клод так сказал?- Элизабет опустила глаза, понимая, что не стоило затрагивать в разговоре данную тему, но уже было поздно что-то менять. — Да. — Мы близнецы. На свет первая появилась я, но во время прохождения по родовым путям что-то пошло не так. У матери открылось сильное кровотечение, целители растерялись, не знали, что с этим делать. Ворковали над ней, но все становилось хуже. Все это время Клод оставался в утробе. Мать очень быстро умерла от потери крови, а моего брата достали из чрева с помощью кесарева сечения. Он был весь синий, целители говорили, что он уже мертв. Отец не хотел в это верить, он обратился к знакомому темному магу, чтобы спасти сына – наследника рода. У Клода была очень большая магическая сила, что ставило его под риск перерождения в обскура, поэтому чародей забрал ее половину, переделав в жизненную энергию, чтобы воскресить брата. Его золотые глаза, бело-серый оттенок кожи – это все результат черной магии. А за любое колдовство нужно платить… — Джулия тяжело выдохнула, поправляя волосы, — Не знаю, зачем все это тебе рассказываю. Знакомы меньше часа, а тут такое. Извини, если утруждаю тебя этим, просто… — Просто малознакомым людям проще все рассказать. Я все понимаю, не переживай. А кто такая Виолетта? — Она вторая жена отца. Клод ее терпеть не может. У них постоянные конфликты. Он иногда нестабилен из-за черной магии, так что не пугайся его перепадов настроения. Это нормально в каком-то роде. — Хорошо, я поняла. Не расстраивайся. Если он нестабилен в эмоциях, то это, наверное, было сказано сгоряча. — Да, но все равно ранит. Клод знает, что это мое слабое место, поэтому всегда туда бьет, когда сказать нечего, — фыркнула Джулия. — А какой он без этих перепадов? — Честно, я и не помню истинную натуру моего брата. Эти эмоциональные качели начались у него во время подросткового возраста. Отец не знает, что с ними делать, просто пытается ужиться с этим. Я помню, что в некоторые моменты Клод был очень спокойным и рассудительным, наверное, это и есть его настоящая сущность. — Тогда есть свет в конце туннеля. Всегда есть способ сгладить или убрать эффект темной магии, главное – его найти. — Очень хочется в это верить, но я сомневаюсь, что есть такая возможность. — Есть способ, я уверена. Вещи, которые очень долго ищешь, обычно лежат у тебя под носом. — Достаточно оптимистичный настрой! — Джулия заулыбалась. — Вот, ты уже не плачешь и не грустишь, значит все хорошо! Не расстраивайся из-за брата так. Он тебя любит, я уверена, просто пока не знает, как правильно проявить свои чувства. — Спасибо большое за поддержку. Ты так добра ко мне! — Джулия на эмоциях обняла Элизабет. Девушка улыбнулась, отвечая на объятия. Бетти знала, что такое боль, грусть и разочарование не понаслышке. Она не хотела, чтобы этот ореол липких, затягивающих в депрессию вещей, коснулся Джу. Для Элизы она была настолько светлым и добрым человеком, что воздействие негативных эмоций, по мнению Берк, могло бы погубить хрупкую девушку. Когда ты чувствовал боль, то причинять ее никому не хочется. Тебя окутывает дикое желание всех оградить и спасти от того, что может ранить и причинить страдания, которые будут медленно и верно убивать тебя без какого-либо сожаления. В таком состоянии ты находишься один, полностью опустошенный, не в силах позвать на помощь, чтобы тебе протянули руку и вытащили из этого нескончаемого болота, которое не хочет отпускать. Вместо крика из легких выходит тихий хрип, который издает человек в последние секунды своей жизни. А если и удается подать какой-то знак, то его не воспринимают всерьез. Людям хватает наглости шутить над этим и говорить, что все пройдет, что это выдумки, когда внутри ты умираешь от дыры в груди, которую ничего не может заполнить. Она как ненасытный демон забирает у тебя все, требуя еще больше. Но, чтобы ты ей не давал и не предлагал, ей будет все мало и мало. И тогда вместо тебя остается огромная пробоина, поглощающая в себя все без разбора, преследуя цель насыщения, потакая греху чревоугодия. Становится страшно, что это пространство в груди ты не можешь заполнить ничем. Оно посасывает тебя изнутри, напоминая тем самым, что ты еще живой, что ты еще дышишь, несмотря на то, что психологически и морально ты истощен. Этот нескончаемый и цикличный кошмар прекращается, когда ты попадаешь в заботливые и любящие руки, которые с трепетом и благоговением зашивают эту полость в груди, давая тебе возможность почувствовать себя полноценным и живым. — А мы вас нашли! — Филипп заулыбался, увидев девушек. Позади него плелся недовольный Клод. Подойдя ближе, парень продолжил, — Как ты, Джулия? Все хорошо? — Да! Элизабет успокоила меня. Она очень хорошая! — Джу посмотрела на приятельницу и широко ей улыбнулась. — Ой, не преувеличивай, — Элизабет отмахнулась, а потом звонко рассмеялась. — Рад, что вы поладили. Клод, ты ничего сказать своей сестре не хочешь? — Фил покосился на черноволосого юношу. — Да, — пробурчал он, — Прости, Джулия, я перегнул палку, — прося прощение, Клод не смотрел в глаза Джу, так как не ощущал за собой вины, он не раскаивался, несмотря на это, сестра приняла его извинение. — Вот и славно, а то ведете себя, как два взбесившихся орка. Элизабет, извини, что так сложилось. Мы хотели все сделать иначе, но… — Фил почесал затылок, было видно, что ему стыдно за поступок своих друзей. — Ничего страшного, все в порядке. Главное, что они помирились. — Поверь, это временное перемирие. — Хоть какой-то промежуток времени сможем побыть в тишине, — Элизабет обернулась, улыбаясь, смотря на реакцию Джулии. — Эй, несмешно! — мисс Селвин легонько пихнула новоиспеченную приятельницу и звонко рассмеялась. — Кстати, а где ты учишься? Ребята рассказали, а ты нет, — Элиза вопросительно посмотрела на девушку. — В Шармбатоне. После хочу стать лекарем. — О-о-о, тогда тебе стоит познакомиться с моей бабушкой. Она мечтает найти достойную преемницу, после моего отказа обучаться этим направлениям. — Серьезно?! Ты упустила такой шанс! Она ведь так уважаема в этой сфере! — Меня просто к этому не тянет, но я поговорю с отцом по поводу тебя. Думаю, что все получится. — Если это и вправду случиться, то я умру на месте! — Джу, будь тише! Начинаешь уже верещать, — буркнул на нее Клод, строго смотря на сестру. — Извините, просто, когда меня переполняют эмоции, я могут быть очень громкой, — Лия виновато посмотрела на ребят. — Все в порядке. Не переживай. Да и мне нравится, когда ты в таком расположении духа. Это куда лучше, чем видеть твои слезы, — Филипп нежно улыбнулся девушке, вызывая румянец на ее лице. — Не начинай подкатывать к моей сестре, когда я рядом! — Та ладно тебе, что тут такого?! — рассмеялся Фил, потирая плечо, в которое Клод его легонько ударил. — Даже я успела понять, что между вами происходит какая-то химия, — Элизабет осмотрела парня и девушку, хитро щурясь на них. — Поддерживаю, — Клод встал возле Ли, направляя взгляд на предмет обсуждения, — Я не против тебя, но не надо проявлять свою любовь на глазах у всех. А вдруг это обидит нашу гостью? — Чего?! Стрелки на меня не переводи! — Элиза удивленно посмотрела на юношу, пихая его в бок. — Могла бы и подыграть мне! — буркнул Клод. — А, простите, сейчас! — Элизабет громко застонала, повиснув на плече черноволосого парня, — Как я страдаю от того, что вижу двух прекрасных молодых людей, влюбленных друг в друга! Как мне больно! Мое разбитое и такое ранимое сердце не сможет перенести такого удара! — Бетти театрально вскидывала руки вверх, а после хваталась за пиджак Клода, утыкаясь в его плечо, но после с серьезным выражением лица продолжила, — Нормально сыграла? — Ты переиграла, — улыбнулся парень, скидывая девушку с плеча. — Походу у нас образовалась еще одна парочка, — Филипп злорадно улыбнулся. — Что?! Ничего подобного! — в один голос произнесли мисс Берк и мистер Селвин. — Ха-ха, кажется, я попал в десять из десяти! — Клод лишь закатил глаза и последовал за другом. — Извините, милорды, миледи! — писклявый домовик окликнул их в поклоне, — Ваши близкие зовут вас в катакомбы поместья для обряда с рунами. — Так рано? Странно… Пойдемте, ребята, я проведу вас, — Филипп резко вышел вперед, завлекая за собой остальных. Спустившись в подвал поместья, взору предстали множественные коридоры, которые как змеи переплетались в клубок, распутать который мог не каждый. Но Филипп уверено шел по старым каменным проходам, обгоняя домовика. Остальные ребята шли неуверенно, пытаясь рассмотреть окружающее пространство с помощью света факелов. Серы камни, составлявшие такую же серу стену, сырость, холод. Ничего прекрасного и величественного здесь не наблюдалось. За резким поворотом вдруг открылось большое помещение, украшенное статуями, которые Элизабет видела у себя в семейном хранилище. Они также были расположены в виде коридора, подпирая стену своими громоздкими телами. Окон нигде не было. Солнечным лучам не оставалось никакой возможно пробиться в это темное и загадочное пространство. В центре зала стоял округлый стол, возле которого собрались старшие. Они с благоговением и с нескрываемой гордость смотрели на детей. — Филипп, это ваше семейное хранилище? — Элизабет поравнялась с молодым человеком. — Нет, это зал Паладинов. Раньше здесь проводился общий сбор участников ордена. А то, о чем ты спрашиваешь, находится в другом месте, — Бетти хотела еще что-то спросить, но ее прервал старик. — Прошу положить все ваши украшения в эту емкость с водой, — он указал на огромный серебряный чан с голубым содержимым. — Зачем? — спросил Клод, недоверчиво посматривая на пожилого мужчину. — Ваши семейные реликвии, любые украшение могут носить на себе защитные заклинания, которые способны нарушить работу рун. В этом обряде нужна ваша чистая энергия, а обереги могут этому помешать, — ребята поголовно начали класть в чашу кольца, серьги и подвески. Элизабет была одной из последних. Она аккуратно опустила в воду семейный перстень, а затем колье с жемчугом. Но, как только последнее украшение коснулось голубой глади, в помещение возникла яркая белая вспышка. Девушка от испуга отдернула руку и отшатнулась от сосуда с водой. Виктор тоже встрепенулся, ведь это был подарок от Драко, что еще больше насторожило его. — Поразительно… — прохрипел мистер Жуанвиль. — Что такое?! Оно проклято?! — мистер Берк моментально подошел к старшему наставнику. — О, нет-нет, мой друг. Человек, подаривший эту подвеску вашей дочери, очень сильно ей дорожит, — старец указал своим трясущемся пальцем на жемчужину, — Этот драгоценный камень был извлечен из моллюска, обитавшего в водах Белого озера. Ловля и добыча этих существ была давно прекращена, так как маги истребили данный вид из-за защитных свойств их жемчужин. Найти такую вещь – большая редкость, а обладать ей – это что-то из области фантастики. Одному Мерлину известно, где человек смог найти такую дорогостоящую находку! — Но почему тогда возникла вспышка?! — Виктор все не унимался. — Эта вода обладает магией очищения. При контакте с сильным защитным заклинанием происходит такая реакция. — Но почему с семейным кольцом такого не произошло? — Бетти подошла к отцу. — По сравнению с подвеской кольцо обладает менее сильной защитной магией, поэтому вспышки не произошло. Будьте благодарны тому человеку, который преподнес вам это колье, — старик по-доброму улыбнулся, посмотрев на Виктора и Элизабет, а затем вернулся к рунам. Было видно, что мистер Берк был в сомнениях, но не верить своему старшему наставнику он не мог. Мужчина вернулся на свое место, погруженный в свои мысли. — И кто же соизволил сделать тебе такой подарок? — ухмыльнулся Клод, становясь возле Элизабет. Он сказал это шепотом, чтобы его услышала только девушка. — Тебя не касается! Стой и слушай указания мистера Жуанвиля, — слащаво протянула девушка, наигранно улыбаясь. — Итак, попрошу вашего внимания! Каждый из вас по очереди подойдет к этому столу, проткнет палец иглой и опустил ладонь в этот мешочек, взяв одну из рун. Кулак не разжимать, пока я к вам сам не подойду и не попрошу это сделать. Этот обряд делается для того, чтобы понять предназначение вашего духа в вашем воплощении. В дальнейшем это поможет нам сформировать из вас команду, в которой у каждого буду свои задачи и обязанности. Начинаем! — каждый из ребят строго соблюдал правила. Сделав все по сухому регламенту старика, молодые люди стали в строй. Мистер Жуанвиль шоркающими шагами направился к ним. Он подошел к Филиппу, тот в свою очередь покорно раскрыл кулак: — Руна Защитника! Старик направился к близнецам, начал рассматривать кровь, которая испачкала большую часть ладони. Он нахмурился, еще раз все осмотрел, осторожно провел палочкой по кулаку Клода, а потом громко воскликнул: — Поздравляю, Чарли! Твой сын Палладин! — юноша и его отец были переполнены гордость, — Ваши ладони,— небольшая пауза, за которой последовал ответ, — Джулия – руна Целителя! Клод – руна Охотника! Мистер Жуанвиль подошел к Элизабет. В его глазах читалось удивление. Ничего не говоря, он достал палочку и провел по небольшой струйке крови. Она замерцала голубым свечением, которое быстро поменяло эмоцию на лице старика. Он стал беспокойным, с опаской взглянул на девушку, молча раскрывая ее ладонь: — Руна Короля! — после последнего возгласа раздались аплодисменты родителей и самого старца. Но с его лица не сходила печаль и удрученность, что еще больше озадачивало девушку. Она с испугом смотрела на белый камушек, который сиял голубым светом, окрашивая ее кровь в такой же цвет. — Это еще не все, разберем кратко ваши предназначения, — мистер Жуанвиль продолжил, — Филипп – защитник. У тебя хорошо развита магия и навыки, которые касаются этой стези. Твоя основная задача на поле боя – обеспечивать безопасность соратникам. Клод – охотник. В твои способности входит преследование, убийства, отравления. Ты смертоносная тень, которую никто не должен видеть. Джулия – целитель. Ты не являешь паладином, но навыки, которыми ты обладаешь, очень пригодятся ребятам. Думаю, что твои цели тебе понятны, — девушка кивнула, — Продолжаем. Элизабет – Король. Она ваша глава, руководитель. Вы должны выполнять ее приказы беспрекословно. Главная задача – массовые убийства. Ваше ускоренное обучение будет проходить этим летом. Вашим учителем будет Аластор Грюм. Сейчас он находится на спецзадании, поэтому лично вы познакомитесь с ним позже, — старик быстро собрал руны, опустошил чашу с украшениями и командным голосом произнес, — Виктор, Чарли в кабинет! — все трое быстро трансгрессировали из подвального помещения. Элизабет в полнейшем недоумении забрала свои принадлежности из серебристого чана. Она была в тумане мыслей, пытаясь понять реакцию старца. На фоне ребята дружно что-то обсуждали, радовались проведенному обряду, представляли себя в своих ролях на поле боя. — Эй, король! Что-то случилось? — Клод ехидно посмотрел на Элизу. — Наверное, не знаю… — Выкладывай, — Филипп стал серьезный. От недавнего веселья и восхищения ничего не осталось. Джулия взяла Бетти за руку, выказывая поддержку. — Ваша кровь светилась голубым светом, когда вы увидели свою руну? — Нет, — громогласно ответили ребята. — А у тебя было так? — Джулия с опаской посмотрела на Ли. — Да, это заметил и твой дедушка, Филипп. Он был обеспокоен, когда увидел эту картину. — Может ты просто голубых кровей? Ты же наш король! — Клод изобразил неглубокий поклон, ухмыляясь. — Это дурацкое самодовольное выражение его лица когда-нибудь проходит? — Элиза пострела на Фила и Джу, на что они отрицательно покачали головой. — Ладно, не обижайся, королевна. Если с тобой что-то не так, то сейчас это обсуждается в кабинете мистера Жуанвиля. Как мы можем туда попасть, чтобы нас не заметили? — Клод обратился к Филиппу. — Есть один вариант, идем. Только тихо, чтобы нас не услышали. — О-о-о, первое совместное задание. Надо же с чего-то начинать! — Клод вприпрыжку направился за другом. — Главное, чтобы это благополучно закончилось, — отчитала Джулия ребят. — Идем, не волнуйся, — Элизабет потянула за собой девушку в узкий проход, в котором уже скрылись юноши. Ребята шли по маленькому пыльному коридорчику, который был полон паутины. Вскоре послышались знакомые голоса. Несколько шагов, и Филипп показывает рукой знак стоп. Они сидели возле запасного выхода из кабинета, поэтому разговор был отчетливо слышен, а через маленькие щелки проникал свет. — Виктор, я очень обеспокоен будущим состоянием Элизабет! — Расскажите в чем дело! Вы только и ходите из стороны в сторону, повторяя эту фразу несколько раз подряд! — мистер Берк был зол, так как не знал, что с его дочерью. — Тихо, сейчас все узнаешь, — мистер Селвин попытался успокоить своего друга, что было опрометчиво. — Чарли, прошу!.. Мистер Жуанвиль, рассказывайте. — Элизабет единственная волшебница в десятом поколении семьи Берк, верно? — Так и есть, но я не понимаю, к чему вы клоните. Да, в данном поколение рождаются одни из самых сильных волшебников в роду, но это известно всем. Что в этом такого?! — В этом и проблема. Ее кровь была окрашена в голубой цвет. Ты знаешь, что это значит?! — Нет. — Так слушай и не попрекай в том, что я так взволнован! Она имеет огромный магический потенциал, сильную магию. Все бы ничего, но голубая кровь при обряде с рунами, говорит о том, что и дух, избравший ее, очень мощный. Его силы ужасающе. Ее магическое ядро может не выдержать, если дух решит себя проявить. Она может просто выгореть от силы магии, которая заключена в ней. Попросту погибнуть от своей силы. Уже сейчас в ее кровь проникает больше магии, чем должно, поэтому я и обеспокоен. Ты сам знаешь, Виктор, как это быть руководителем! Все жертвы, все неудачи, все убийства лежат на тебе, ты несешь за них ответственность! Я очень боюсь, что она не справится, что эти факторы просто выбьют ее из калии, и случится самое ужасное – смерть, — после этих слов Виктор сел в кресло, тяжело выдохнул, потерев виски. Элизабет же за стеной окутал ужас, ребята на нее смотрели с неподдельным сочувствием и состраданием. Даже Клод сидел, молча, переживая за свою новую приятельницу. Они только познакомились, а сейчас узнали такие новости. Сердце в груди девушки билось быстро и оглушительно громко. Ничего не говоря, девушка встала, покачиваясь из стороны в сторону, опираясь на пыльные стены, и пошла прочь от кабинета. Филипп мигом подхватил ее, став ее опорой. Элиза не помнит, как и какими путями ее вывели на свежий воздух. Она не могла надышаться, делая все более глубокие вдохи, которые начинали приносить ей боль. Филипп и Джулия мельтешили вокруг нее как новоиспеченные родители, а Клод стоял в стороне, наблюдая за этим. — Хватит! От того, что вы сейчас вокруг нее носитесь, толку не будет! — прорычал чародей. — А что ты предлагаешь?! Оставить ее с этой проблемой наедине?! Она тогда с ума сойдет! — ответила брату Джу. — Оставьте нас двоих. Я с ней поговорю. Мне ведь не понаслышке знакома данная ситуация, когда каждый день может стать последним. — Пойдем, Фил, он прав, — двое покорно ушли, оставляя Клода и Элизабет одних. — Эй, королевна, приходи в себя! — он пощелкал пальцами возле лица девушки. — Хватит! Сейчас не до твоих шуток! — Ли убрала его руку от себя. — Я и не собирался шутить. Послушай, с самого рождения мне говорили, что я могу умереть. Каждый день эти слова преследовали маленького Клода по пятам, но как видишь, я здесь. Только ты решаешь, что делать с той информацией, которую тебе дают. Они могут говорить всякое, главное то, во что ты веришь сама. Если ты будешь крутить эту мысль у себя в голове, то лучше не станет, поверь, проходил этот этап. Смерть должна заставлять тебя жить каждый день, как последний, тогда в этом будет больше пользы. Ты сама делаешь выбор. Все в твоей голове, — Клод тыкнул указательным пальцем в лоб Элизы, — Да и вообще, может все не так плохо?! Мы знаем только определенный факт. А вдруг есть решение? Мы же ушли на середине разговора! Могли что-то не услышать и не так понять в целом мысль, которую они обсуждали. И да, за таким лидером я не пойду, если не соберешься с мыслями, — Клод ухмыльнулся, посмотрев на девушку. — Ладно, ты прав, — Элизабет вытерла слезы, которые самопроизвольно бежали из ее глаз, — Мы знаем только факт, возможно, есть и решение. Все-таки ты умеешь говорить дельные слова, а не только подкалывать и шутить. — Я много чего умею, просто ты этого еще не знаешь. Пошли, нас ждут ребята, а то они подумаю, что я тебя убил, чтобы ты больше вообще ни о чем не думала и не мучилась. — Ха-ха-ха, шутник. Идем, — Бетти пихнула его в бок и улыбнулась. Мысли не покинули голову Элизабет, но хотя бы поменяли свое русло. — Элиза! Стой! — к ней направлялся отец. — Иди, Клод. Я потом к вам приду. — Удачи, — черноволосый парень направился к Филиппу и Джулии. Отец подошел к дочери и, увидев ее отвратительное состояние, понял, что она уже знает о своей проблеме: — Как понимаю, ты уже в курсе… — Да, пап. Мы решили подслушать ваш разговор, походу это было зря. — Первое совместное задание не окончилось провалом, похвально, — Виктор улыбнулся Ли, обняв я ее за плече, — Касаемо твоей проблемы, не все так однозначно. Риск есть, да, не спорю, но пока ты стабильна. Мы будем наблюдать за твоим взаимодействием с духом, если оно будет происходить. В дальнейшем, в зависимости от развития ситуации, будем предпринимать необходимые меры. Так что все относительно в порядке. — Это обнадеживает. Я думала, что уже все. Конец. — Ох, Элиза, Элиза, — Виктор потрепал свою дочь по волосам, — Собирай информацию всегда до конца и целостно, а не какими-то огрызками. Есть еще одна новость. — Надеюсь, что она будет хорошая. — Мы с Чарли должны вернуться в Англию, подключиться к спецзаданию мистера Грюма, поэтому ты останешься во Франции с ребятами. Поближе познакомитесь, погуляете в Париже, с бабушкой будешь меньше контактировать, может это тебе поможет быстрее восстановиться. По окончанию каникул вернешься в Хогвартс. Как тебе такой расклад? — Мне нравится. Но почему нас будет учить Аластор Грюм? Из него преподаватель так себе. — Мы ваши родители – это основная проблема, почему мы отказались вас тренировать. У вас есть база, которую будет продолжать развивать ваш новый преподаватель. — Поняла. Вы не сможете нас обучить по всей строгости, так как будете сострадать нам. — Да, верно. Продуктивности в таком обучении будет очень мало. А мистер Грюм пережил многие сражения, так что ему будет чему вас научить. Мне уже нужно отправляться. — Хорошо, пап. Береги себя, — Элизабет крепко обняла отца. — Ты тоже будь осторожна. Как будет свободная минута, то отправлю письмо. Все будет хорошо, как и всегда. — Верю, — Бетти улыбнулась на прощание отцу, который отправился обратно в поместье.