Аццкий план

Ночь гриффиндорского торжества настала. В девичьей раздевалке "Грэхем Монтегю", прижав нос почти вплотную к стеклу, придирчиво изучал свое отражение в зеркале. Завершив осмотр, выпрямился и вынес вердикт своей наружности: — Ну, я и образина! — тон высказывания оказался неожиданно радостным для его содержания. "Монтегю" крутанулся на пятке, оборачиваясь к копошащемуся рядом "Блетчли": — Ну, правда же? — Страшилище, — восторженно подтвердил тот и захлопал в ладоши. — Кэти, ты только погляди, у меня все лицо в щетине! — не унимался фальшивый "Монтегю". — Фу-у! — отозвался "Блетчли", комично сморщив нос. — А мои руки! Больше похожи на грабли! — в качестве доказательства были продемонстрированы огромные лапищи с неровно обкусанными ногтями. — Бе-е! — красноречиво сморщился "Монтегю". — Гадость. — А ноги! Оба синхронно наклонились, разглядывая две пары крепких нижних конечностей, виднеющихся из-под задорных чирлидерских юбочек. — Волосатые, — сдавленно пискнул "Блетчли". Выпрямившись, "парни" поглядели друг на друга и расхохотались. — Анжелина! Иди к нам, — позвал "Монтегю". — Зацени, какие мы уродцы! — Я готова, — дверь душевой скользнула вбок, и на пороге появился "Эдриан Пьюси", одетый, как и двое его "товарищей", в маечку и юбочку насыщенно-изумрудного цвета. Алисия-"Монтегю" прыснула, прикрыв рот ладошкой размером с канализационный люк: — Ой, мамочки! А у Пьюси ноги кривые! — Точно, — хихикнула Кэти-"Блетчли". — Вечно выхаживает по школе такой гордый и весь из себя, а сам-то... — Кривоножка! Парочка верзил переглянулась и от души расхохоталась. Не то чтобы слизеринские конечности представляли из себя настолько комичный объект, но участие в запретной авантюре, ночь и таинственность делали смешным все вокруг. Бурлящее внутри веселье требовало выхода, и подружки, взявшись за руки, принялись скакать и кружиться по комнате, топоча как два громамонта и не переставая смеяться во все горло. — О, мне плохо! — Алисия-"Монтегю" утерла слезящиеся от смеха глаза и, проведя ладонью по щеке, демонстративно поморщилась. — Щетина, бр-р. — Вот лентяи! — припечатала Кэти, не уточнив, впрочем, кого конкретно имела в виду: парней в целом, слизеринцев или их квиддичную команду. — Разве трудно было воспользоваться Бреющими чарами? — Смеешься? Они и об Очищающих-то не слышали, — отозвалась Анжелина. — Не хочу вас расстраивать, девчонки, но от кого-то из вас — душок. "Монтегю" и "Блетчли" переглянулись и в который раз за вечер прыснули от смеха. — Точно, — хихикнула Кэти. — Мы уже заметили. — Только не знаем от кого, — вторила ей Алисия. Анжелина только усмехнулась и покачала головой: — Ладно, сейчас все исправим. Поднимите руки, — достав палочку, она сотворила Очищающие, и в ту же минуту в дверь постучали. — Дамы, к вам можно? — Заходите! — крикнула в ответ Алисия. — Мы уже готовы. Дверь раздевалки распахнулась и на пороге возникли улыбающиеся до ушей загонщики слизеринской команды. — Дамы, — "Деррек" обвел взглядом собравшихся. — Шикарно выглядите! — Неподражаемо! — подтвердил "Боул". — Мерси за комплимент! — "Монтегю" неуклюже присел в шутливом реверансе. — О чем болтаете? — Как раз вас вспоминали! — Правда? — Обсуждали, какие же парни грязнули! — Это клевета! — воскликнул "Деррек", театрально прижав руку к сердцу. — Дамы, и как вы только могли подумать о нас такое! — Да чистота наших тел сравнима лишь с чистотой наших помыслов! — поддержал "Боул". Закатив глаза, Анжелина сделала попытку вытолкать разошедшихся не на шутку друзей из раздевалки: — Будет вам паясничать, клоуны! Идемте на поле, Оливер и Гарри, наверное, уже нас заждались. * * * Тем временем в мужской раздевалке Оливер украдкой глянул в зеркало и невольно поёжился. Отраженный Флинт, копируя его движение, передернул плечами — увеличенная форма снова опасно затрещала по швам, прямо как несколько минут назад, когда после порции Оборотки родное тело начало меняться. Оливер склонился было к зеркальной поверхности ближе, но сразу отшатнулся. "Хватит!" — собрав волю в кулак, одернул он себя и нахмурился. В конце концов, он здесь не один, его ждет команда и сладкая месть... В смысле, справедливое, заслуженное возмездие. Зеркальный Флинт в ответ насупил брови. Гримаса получилась до того знакомой, что Оливер чуть не заржал в голос. Зеркало среагировало на перемену настроения в один миг. Разгладило складку между бровей, раскинуло веер морщинок в уголках глаз, расслабило сжатые челюсти, улыбнулось открыто и ярко. Оливер на секунду застыл, глядя на это невиданное диво, улыбающегося — подумать только! — Маркуса Флинта. Потом решительно отвернулся от зеркала, чтобы не зависнуть снова, и спешно покинул раздевалку. Выйдя на поле, Оливер в первый миг решил, что попал в цирк, а может быть, в отделение для душевнобольных Святого Мунго. Да, он ожидал чего-то подобного, но ожидать и видеть своими глазами — далеко не одно и то же. Посреди поля резвилась половина слизеринской команды. "Монтегю" и "Блетчли", взявшись за руки, изображали маленьких лебедей из знаменитого маггловского балета, при этом путались в собственных непривычно огромных руках и ногах и прыскали от смеха. Тем временем загонщики "Боул" и "Деррек" потрясали помпонами, исполняя дикие пляски собственного изобретения. — Это он, это он, Гриффиндор — чемпион! — скандировали они в такт движениям. — Ребят, а может, мы перегибаем палку? — раздалось позади жалобное. Оливер оглянулся. В дверях раздевалки, безуспешно пытаясь натянуть подол короткой юбочки на острые коленки, топтался "Драко Малфой". — Гарри, ты в порядке? — забеспокоился Оливер. * * * Гарри чувствовал себя крайне неловко. Странное дело, совсем недавно он был полон решимости вместе с командой идти до конца и показать подлым слизням, где флоббер-черви зимуют. Чуть раньше он, прячась под мантией-невидимкой, отважно подкарауливал слизеринских игроков поодиночке в коридорах, чтобы добыть у каждого по паре волосков. И пару минут назад, собираясь принять свою порцию Оборотки, был все так же убежден в своей правоте. Но проглотив зелье, оказавшееся неожиданно приятным на вкус, Гарри внезапно обнаружил, что на него из зеркала таращится Драко Малфой. Хоть он и ожидал подобного, но в первый миг изумленно отпрянул и привычным жестом запустил в волосы пятерню. Зеркальный Малфой, непривычно взлохмаченный, ответил всполошенным взглядом. Гарри, как загипнотизированный, вглядывался в лицо своего визави. Впервые за все время знакомства тот не кривился, не морщил брезгливо нос, не поджимал губы. Вот уж точно без магии не обошлось! В ответ на незамысловатую шутку зеркальный Малфой чуть улыбнулся. Гарри вздрогнул и отвел взгляд. Зеркальный Малфой выглядел таким... человечным. И это чертовски смущало. Гарри постарался собраться с мыслями и напомнил себе, что никакой это не Малфой, а он сам, его собственное отражение. Не помогло. Чтобы больше не встречаться взглядом с зеркальным двойником Малфоя, Гарри опустил глаза. Взгляд тут же уткнулся в коленки. Острые, бледные, на тощих ногах-лучинках. Стало только хуже. Казалось бы, обычные коленки, чего тут сенсационного? Они есть у всех, в конце концов. Но отчего-то из-за них Малфой казался уязвимым. И это обескураживало. Легко нести справедливое возмездие недругу, когда знаешь, что тот подлый прыщ и крысюк. И совсем не так просто сделать это, если внезапно обнаруживаешь, что он все же человек. Скрипнула дверь, и, поняв, что остальные, наверное, его уже ждут, Гарри постарался выбросить неуместные мысли из головы и поспешил к выходу. Но выскочив на поле и увидев, чем занимаются его товарищи, Гарри почувствовал, как к горлу подступает дурнота. А от мысли, что через пару минут ему придется присоединиться к ним, скакать и веселиться напоказ, сверкая белыми беззащитными коленками, стало совсем нехорошо. Показалось ужасно неправильным выставлять Малфоя не на посмешище даже — просто на публичное обозрение в таком виде. — Гарри, ты в порядке? — обернулся к нему "Флинт", и Гарри решился. — Я быстро! — крикнул он и нырнул обратно в раздевалку. * * * Что это на него нашло? Проводив "Малфоя" удивленным взглядом, Оливер пожал плечами и переключился на дурачащихся на поле соратников. — ...И красив и умен, Гриффиндор-чемпион! — Эй, а почему Гриффиндор? — окликнул весельчаков Оливер. — А про "родной" факультет речевку забацать слабо? "Боул" и "Деррек" переглянулись. — Да легко, кэп! — заявили он хором. И понеслось... — Слизерин на поле вышел, Поднимаем руки выше! Вот в атаку мы идём — Всех помпонами забьём! В ответ раздались нестройные крики одобрения и аплодисменты. — Не нужны нам больше мётлы, Бросим бладжеры и квоффлы, Всё равно как ни потеть, Гриффов нам не одолеть! — Еще, еще! — кричал "Монтегю" подскакивая на месте и хлопая в ладоши. — На фиг нам дурацкий Кубок! Мы — фанаты мини-юбок! Всей командой мы попляшем И помпонами помашем! Танцоры изобразили серию гротескных пируэтов, в завершение попытавшись выполнить сальто через голову. Но, не справившись с задачей, повалились на траву, тут же вскочили и продолжили: — Посмотрите все на нас - Мы сейчас покажем класс! Ноги дружно задираем, Стих орём и не страдаем! Потому что Слизерин Сборище тупых скотин! — Оливер! — икая через слово, простонал "Блетчли". — Вели этим клоунам прекратить! У Алисии уже истерика от смеха. Верзила "Монтегю" сидел на земле, уткнувшись лбом в колени, и, не в силах больше хохотать, тихо подвывал. "Да, этих балагуров и правда пора призвать к порядку", — признал Оливер и скомандовал: — Эй вы двое, хорош выделываться! Не забывайте, что мы здесь по делу. — Верно, кэп, — согласился "Деррек". — Розыгрыш — это дело серьезное! — Это вам не шутки! — поддержал "Боул" и добавил, глядя куда-то за плечо Оливера. — Гарри, мы так не играем! Ты нарушаешь целостность нашего ансамбля! — Через поле к команде спешил "Малфой", успевший пододеть под чирлидерский костюм маггловские джинсы и с облегчением улыбающийся. — Оставь его, — вмешалась Анжелина-"Пьюси". — Не видишь, ему неловко. — Оливер, — позвала Кэти, подпрыгивая на месте от нетерпения. — А когда нам уже можно будет начинать позировать? Капитан "Флинт" пожал плечами. — Не знаю. Наверное, нужно дождаться фотографа. На какое время вы с ним договорились? — вопрошающе повернулся он к близнецам. — Не, кэп, ты не понял, — покачал головой "Боул". — Криви — честный журналист и не согласился бы публиковать заведомую "утку". — Так что мы с ним не договаривались, — подтвердил "Деррек". — Просто намекнули, что если он прогуляется до стадиона после отбоя, то увидит кое-что интересное и заслуживающее быть увековеченным на пленке. Кто знает, может, он уже здесь, — он оглядел чернеющие в темноте трибуны. — Или скоро будет. — Что ж, — скомандовал Оливер. — В таком случае приступим к "тренировке". За дело! ** * Маркус бесшумно шёл по тёмному коридору, размышляя, как удачно всё сложилось: Снейп внезапно слёг с какой-то мудрёной простудой, и весь факультет Слизерин в кои-то веки остался без надзирателя. — Ясен хер, такой здоровенный шнобель, — бормотал себе под нос Маркус. — Там соплей целая бочка поместится. Не удивлюсь, если завтра эльфы начнут расхаживать по Хогу голышом, пожертвовав все свои полотенца на носовые платки профессору. Маркус ухмыльнулся. Жаль, что такая лафа всего на одну ночь, не больше. Наверняка уже завтра их высокопрофессиональный зельевар-декан наварит себе дюжину котлов лечебных снадобий, упьётся ими под завязку, стремительно выздоровеет и установит свой обычный тотальный контроль над подопечными. Поэтому надо ловить шанс и нарушать правила сегодня, пока выпала такая редкая возможность. И Флинт, дождавшись, пока парни задрыхнут, тихо выбрался из спальни, планируя пробраться на квиддичное поле — полетать в одиночестве. Ему, ввиду последних событий, позарез необходимо было подумать и проветрить мозги, а лучше всего ему всегда думалось на метле. Только днём такое удовольствие не светило, ведь на поле вечно кто-то ошивался: то тренировки там, то матчи, то занятия первокурсников, никакого покоя! Впереди послышался неясный шум, и Маркус молниеносно метнулся к стене, вжимаясь в неё спиной и сосредоточенно вглядываясь в полумрак. Буквально через несколько секунд из-за поворота вывернул какой-то мелкий кудрявый пацан, почти вприпрыжку скача по коридору. Выглядел пацан не слишком адекватно: встрёпанный как боевитый воробей, глазищи в пол-лица горят нездоровым экстазом, а на мордахе написан такой неземной восторг, что в первую секунду Маркус не испытал ничего кроме лютой зависти: что бы там сопляк ни натворил, но если оно приносит такой кайф, Марк тоже это хочет! Правда, он сразу же опомнился и подозрительно нахмурил брови, наблюдая, как борзая мелочь беспечно топает ему навстречу, восхищённо посвистывая и размахивая на ходу колдокамерой. "Это ж тот придурковатый гриффиндёныш, помешанный на колдофото!" — опознал Маркус ночного прогульщика. Обычно у него была очень плохая память на лица и имена, он и своих-то змеят через раз узнавал, но конкретно вот этого малолетнего фотодрочера трудно было не запомнить — его знал весь Хогвартс. Марк злорадно потёр руки, предвкушая развлечение. Плохо, что он не староста: оштрафовать бы сейчас эту козявку, да жаль, полномочий не хватает. Ну ничего, зато он может как следует его шугнуть! Будет знать, как по ночам по замку шастать! Маркус дождался, когда нарушитель почти поравняется с ним, и неожиданно вышел из темноты, перегораживая ему путь. Мелкий застыл на месте и так вытаращился, что приятно было посмотреть. Явно в штаны уже со страху наложил. — Фли-инт?! — с безмерным удивлением воскликнул предположительно устрашённый пацан. Правда, к великому неудовольствию Маркуса, на устрашённого тот не очень походил, скорее, на изумлённого до печенок и подколенок, словно Мерлина перед собой увидел. — А что ты здесь делаешь, ты разве не должен быть на поле? Вот тут Маркус уже всерьёз забеспокоился. Откуда этому огрызку известно, что он собирался на поле? Он что, шпионил за ним? Да ну, бред! Марк ни с кем не делился своими планами, даже с парнями из команды, а в первоклассные способности к легиллименции у этого недоноска с вечно дебильно-восторженным лицом что-то не верилось. Да его ж никогда ничего не колыхало, кроме его камеры. Ну и Поттера, конечно, за которым он всюду таскался как заправский маньяк. — Ты откуда знаешь? — малость ошалев, на автомате спросил Маркус. — Ну как же! — совершенно безбоязненно, словно так и надо себя вести со старшекурсником (ещё и с враждебного факультета), которому попался ночью с поличным, заявил этот... как его там?.. Маркус поднапрягся, пытаясь вспомнить. Кев... Кевин Косик, кажется. Впрочем, хер с ним. — Ты же только что был на поле со своей командой, разве не так? — продолжал тараторить "Косик". — Вы там тренировались и кричали речёвки. Круто! — мальчишка снова будто до краёв наполнился восторгом. — Я и не знал, что вы так можете! Это просто улёт! А какие колдофотки выйдут, бомба! Вам понравится! — Какие ещё колдофотки? — вконец замороченный, спросил Маркус. — Ну, вашей чирлидерской тренировки! — радостно просветил его "Кевин". — Всей команды! А что, это сейчас так модно, да? Всем юбочки надевать? Ух ты, класс! А я даже не знал. Пропустил бы сенсацию, вот была бы потеха! Какой же из меня тогда журналист, правда? — мелкий захихикал. Маркус стоял, дурак дураком, слушая этот фонтан красноречия и лихорадочно обрабатывая поступившую в мозг странную информацию. Пропустив мимо ушей все восхищённые повизгивания, которыми продолжал искрить во все стороны неугомонный Косик-или-как-там-его, Марк молниеносно выделил самое главное: оказывается, вся его команда в настоящий момент резвится на квиддичном поле. С ним самим во главе! В ЮБОЧКАХ!!! В заднице тотчас образовалось нехилое шило, которое Маркус идентифицировал как острое желание немедленно бежать туда и проверять потрясающую информацию. Он даже дёрнулся вперёд, но вовремя опомнился: чёрт его знает, где там его команда, но сам-то он точно здесь, а не на поле. А этот мелкий уверяет, что на поле. Значит... — А ну-ка, дай сюда камеру! — повелительным тоном сказал Флинт и протянул руку. Сопляк мгновенно заткнулся. Отпрянул, побелев, как полотно, и машинально прижал своё драгоценное имущество к груди изо всех сил. Посмотрел с таким отчаянием, будто Маркус потребовал не простенький и довольно дешёвый колдофотик, а, по меньшей мере, хотел отпилить ему ногу. Впрочем, судя по виду мальчишки, для него это было почти одно и тоже. Да нет, во сто крат хуже: глядя, как широко распахиваются голубые глаза, как искажается буквально первобытным ужасом лицо, можно было сразу понять, что отпиленная нога для парнишки — просто жалкий пустяк по сравнению с тем, что у него сейчас отберут его колдокамеру. Мысленно усмехнувшись, Флинт нарочито сдвинул брови, строя физиономию посуровее. — Ты что, шмакодявка, плохо слышишь? — он бесцеремонно вцепился в несчастную камеру и выдернул её из намертво сжавшихся пальцев теперь по-настоящему перепуганного мальчишки. — Отдал, живо! — Нет! — изо всех сил сопротивлялся тот, но, понятное дело, безуспешно. Потом потерянно посмотрел на свои опустевшие ладошки и поднял на Маркуса умоляющий взгляд. Лицо искривилось, губы задрожали — пацан явно собрался зареветь. Флинт поморщился. — Цыц, — как можно более миролюбивым тоном успокоил он его. — Не дрейфь, мелочь, я только гляну кое-что. Ломать не буду, — широким жестом великодушия пообещал он, поворачивая прибор в руках и нажимая на все кнопки подряд. Нахмурился. — Эй, ты, как там тебя, как эта хрень включается? — К-кнопка с-справа, — всхлипнул тот, коршуном следя за Маркусом и болезненно морщась при каждом его движении. — Т-только ос-сторожнее, пожалуйста. — Поучи ещё, — осадил его тот, нажимая нужную кнопку. Экранчик послушно засветился. Удовлетворённо прицокнув языком, Маркус погрузился в захватывающий просмотр последнего отснятого материала... чтобы буквально через минуту, бледнея от ярости, еле сдержаться и не разбить со злости проклятый аппарат! — Что за поебень?! — прорычал он, в бешенстве завращав глазами, и вперил в обмершего рядом — ни жив ни мёртв — мальчишку убийственный взгляд. — Что за херня, я спрашиваю?! — Т-т-ренировка, — заикаясь от страха, пискнул "Косик". — Чи-чи-чирлидерская. Я про-про-просто п-подумал, ч-что неплохо бы-было бы это заснять. Интересн-но же, — он шмыгнул носом, втянув голову в плечи. Маркус посмотрел на его съёженную фигурку: казалось, ещё немного и пацан грохнется в обморок. Так ему и надо, поганцу сопливому. Любопытство кошку сгубило, а уж у этого проныры большое будущее — Рита Скитер может нервно покурить в сторонке, а потом удавиться от зависти. Марк решительно поджал губы. Какого боггарта он стоит здесь и точит лясы, теряя драгоценное время! Ему нужно срочно на поле — там явно что-то происходит, а он до сих пор не при делах! — Это я у тебя забираю, — деловито уведомил он будущую звезду журналистики, на данный момент с убитым видом хлюпающую носом. — Но... — в огромных глазищах отразилась вся тоска несправедливости Вселенной. — Цыц, — на всякий случай повторил Маркус свою универсальную успокоительную фразу. — Марш в свою башню, живо! И радуйся, что не я сдал тебя профессорам. — А-атда-ай, — игнорируя приказание, на одной ноте загудел не сдвинувшийся с места мелкий. Было ясно, что он скорее умрёт на месте, но без своего драгоценного имущества никуда не уйдёт. — Я всё удалю-ю-ю, только отдай. Мне её мама подарила на день рождения. Там другие снимки, они очень ценные! А-а-атда-а-ай! Флинт, уже слегка остывший, едва подавил желание закатить глаза. Мерлин, как всё сложно с этой мелкотнёй! Вот только сопли он ещё младенцам не подтирал. — Не гунди, — он помассировал виски. — Ничего я с твоей колдокамерой не сделаю. Заберу ненадолго, а потом верну — если будешь хорошо себя вести. А теперь — брысь отсюда. И так с тобой кучу времени убил. — Маркус развернулся и, не дожидаясь ответа, на хорошей спринтерской скорости рванул вперёд. Оказавшись на улице, он со всех ног припустил на поле и в темноте почти сразу наткнулся на стайку гриффов: те, оживлённо переговариваясь, гурьбой топали к замку. А-а, так вот кто истинные звёзды этого второсортного спектакля! Флинт снова едва не взорвался от возмущения. Сомнений быть не могло — во-первых, больше вокруг никого не было, во-вторых, кому ж, как не им, иметь к слизеринцам счёты и пытаться их свести? Плюс ко всему, грифферы не просто шли, они размахивали в воздухе уликами — теми самыми уебанскими одёжками и помпонами, которые Флинт только что лицезрел на возмутительных колдофотках. А рыжие Уизелы и вовсе переодеваться не стали — так и топали в зелёно-полосатых юбочках, дурачась и кривляясь перед девчонками и весело хохоча в две глотки. Клоуны, блядь. Флинт уже вытащил палочку, чтобы обрушить достойную кару на головы вероломных заговорщиков за такую подставу века, когда обнаружил, что в этой гоп-компании кое-кого не хватает. Где Вуд, мать его за ногу? В Хогвартсе всем известно, что гриффы без одобрения своего капитана и пальцем не шевельнут, значит, всё это непотребство однозначно осуществлялось с его согласия. Вот же сучоныш! А ещё честным-благородным прикидывался! Пока Флинт топтался в стороне, исходя гневом, жизнерадостные гриффиндорцы прошествовали мимо и исчезли во тьме. Размышляя, не догнать ли их всё же и не навешать качественных звездюлей, Маркус случайно посмотрел в сторону раздевалки и зацепился взглядом за маленькое окошечко под самой крышей. Оно приветливо светилось жёлтым огоньком. — Вот ты где окопался, гад ползучий, — прошипел Маркус и ускорил шаги. Сейчас он вкатает в пол главного зачинщика, а уж после можно будет спокойно и не спеша разделаться с остальными. Мало никому не покажется. Флинт сжал деревянную ручку вспотевшей ладонью и повернул, осторожно открывая скрипучую дверь...