Безумные фикрайтеры в Подземелье, или как монстров мучают спойлерами

      — Аня, ты чего орешь? — пропыхтела Фриск и крепко обняла замершую на месте подругу. Я же с недоверием посмотрела в глаза Ани — что-то в них меня настораживало. Подозрительная пустота в черных расширенных зрачках. Мне даже показалось, что радужка ее глаз стала чуть-чуть бледнее…       — Фриск, отойди! — заорала я, поразившись внезапному крику инстинктов. В ту же секунду Аня резко оттолкнула Фриск, да так, что та отлетела на тот конец комнаты, сбив со стола несколько бутылок, разбившихся вдребезги.       Из горла Ани вырвалось тонкое и быстрое: «Бегите!», наполненное искренним ужасом.       Мои кулаки стали ярко-оранжевыми, я подскочила к блондинке.       — Что с тобой творится?! — рявкнула я и замахнулась, приготовившись в случае чего атаковать. Но этого не произошло — ярко-фиолетовые, чуть светящиеся в полумраке нити обхватили мои запястья и резко дернулись. Я не удержала равновесие и упала на холодный жесткий пол.       — Сотню лет я провел, стертый из всех таймлайнов, из истории… — хриплый голос, совершенно не похожий на голос моей подруги, заставлял холодеть кровь. — И наконец, подходящая физическая оболочка!       Теперь я точно убедилась, что это не Аня. Это не могла быть она. Но кто же?       Подумать я не успела. Пришедшая в себя Фриск со всей силы швырнула в Аню — или кого? — большую стеклянную колбу. Увы, она не долетела до цели — стена из паутины остановила ее, и колба просто ударилась об пол, чудом не разбившись.       Надо что-то делать. Я напряглась и огромным усилием разорвала прочные фиолетовые нити. Подскочив, я прыгнула на Аню. На секунду в серо-зеленых глазах мелькнул страх. Я занесла руку и приготовилась нанести коронный удар, а за ним и похоронный в черепушку.       Но моя рука неожиданно остановилась в нескольких сантиметрах от лица Ани. Я застыла, мысленно крича себе, что нельзя терять времени. Но глядя на лицо подруги, я видела целую гамму эмоций — ее лицо стремительно менялась. В глазах мелькали то уверенность и злость, то неподдельный ужас и мольба о пощаде. Чувства сменяли друг друга каждую миллисекунду.       Фриск, сжимающая в руке штатив для пробирок, подбежала ко мне.       — Аня! Ты нас слышишь? — попыталась докричаться она до обладательницы души Настойчивости. — Прошу, отзовись!       В ответ ей был злобный рык. Глаза загорелись ненавистью, а волосы растрепались — выглядела светловолосая как самая настоящая дикарка. Я почувствовала, как все тело Юдиной напряглось в попытках вырваться из моей крепкой хватки. Но я только крепче сжала ее ногами и руками, не давая вырваться.       — Ну же, Книжная Звезда, — прошептала я, не понимая, зачем это произнесла. В следующую секунду мою спину пронзила боль, меня отшвырнуло в сторону. Дальше несколько цепких веревок спустились с потолка и связали мне руки и ноги, я не успела даже сообразить, как оказалась под потолком лаборатории. Фриск же была прикована к полу.       — Д-д-дур-ры… — хрип, тихий и злорадный, с трудом складывался в слова. Аня встала. — Вы действительно думали, что в-ваша подружка з-здесь? Ах да, — он сделал паузу. — Она ведь здесь. Смотрит и сейчас кричит, ревет. Я чувствую, как она бьется… но скоро она устанет… когда поймет, что вас нельзя будет вернуть.       — Мы вернемся, можешь убивать нас, сколько хочешь! — решительно сказала Фриск, гордо подняв голову.       — О да, Решительность… — враг улыбнулся. На лице Ани это выглядело очень жутко. — Что ж, Альфис весьма преуспела в своих опытах над этой силой. Но не сильно надейтесь на такую легкую победу, — он взял со стола большой пугающий шприц с очень замысловато изогнутой иглой. — Возможно, ты согласишься поделиться своей Решительностью со мной…       Он направился к обездвиженной Фриск. Та еще сильнее стала сопротивляться, но вот Аня уже наклонилась над ней, завязанные в хвост волосы упали Фриск на лицо…       Внезапно ее рука дрогнула. Шприц вывалился из руки, со звоном упав на пол. Фиолетовые нити, что держали меня в двух метрах над землей, исчезли, и я едва успела сгруппироваться и не сломать себе что-нибудь.       Прежде чем освободившаяся Фриск успела вскочить, Аня пошатнулась. Она крепко прижимала правую руку к голове, левой же нервно шарила по столу, словно ища что-то. Тут Фриск подбежала к ней и сбила с ног, прижав к земле.       — Погоди… — тяжело выдохнула Аня. Да, именно Аня — это был ее голос, напряженный, но не хрипящий. — Не мешай…       С огромным усилием она, видимо, оттолкнула девочку от себя. Та пребывала в таком шоке, что почти не сопротивлялась. Вдруг Аня резко развернулась на сто восемьдесят градусов, махнув рукой. Из ее горла вырвался жуткий крик, колбы, пробирки и измерительные приборы полетели на пол, разбиваясь вдребезги. Я смотрела, не зная, что делать.       Вдруг произошло нечто еще более неожиданное. Одна из колб, наполненная ярко-красной жидкостью, тоже полетела на пол и разбилась. Большая часть раствора попала на руки и одежду подруги. Та тихонько взвизгнула от боли, словно это были капли кислоты, и внезапно затихла. Просто упала на пол без сознания, а странная черно-белая тень вылетела из нее и растворилась в воздухе. Наступила тишина.       Я на цыпочках подошла к неподвижному телу и с опаской пнула. Даже не шелохнулась. Во второй раз, уже сильнее в ребро — опять же ноль реакции. В животе все сжалось от плохого предчувствия, и я нагнулась к подруге, перевернув её на спину.       — Ау, ты мертвая, что ли?.. — затрясла я Аню по плечу. Меня ужаснуло, что её руки, лицо и шея были в ожогах от капель Решительности, которые и прогнали того таинственного монстра. Я прислонила указательный палец к сонной артерии на шее подруги и с глубоким вздохом почувствовала пульс. — «Жива, засранка, и это главное!».       Вдохнув, я вновь перенесла силу в руки и горе-бедно взвалила Аню на спину. Фриск все также учила молитву в уголке и с удивлением наблюдала за мной.       — Ты уверена, что она нас не убьет? — пискнула девочка, удивленна изогнув бровь. — Мало ли что.       — Своими глазами видела, что эта штука из нее вылетела — теперь безвредна, — фыркнула я. — А что? Хочешь её здесь оставить?       — Д-да нет, просто… почему не подождать, пока не проснется? Вряд ли Аня обрадуется, узнав, что её несет враг!       Последнее слово она специально отчеканила, явно намереваясь зацепить меня за живое, что с успехом сделала. Я пыталась не показывать виду, но это не так хорошо получилось.       Вообще мы по чистой случайности отделились от Ани, когда любопытная Фриск дернула за странный рычаг, и стена, к которой она прислонилась, начала поворачиваться. Я было кинулась за ней, да чтобы не быть размазанной по уголкам, не подумала и перешагнула за ней. Мы оказались в темной комнате, где тотчас наткнулись на амальгаметов. Конечно, мы выбрались и пытались найти подругу, попутно перекидываясь колкими словечками и ускользая от преследующих монстров. Единственное, что помогло нам найти Аню — её дикий крик. В тот момент сердце сжалось в одну ледяную массу, и я в ужасе кинулась к двери, успешно вышибив её с петель. Ну, а дальше, все стало ясно.       Но в голове все также крутился вихрь пережитых эмоций и непонимания. Кто и как вообще умудрился захватить тело Ани, но настолько боится Решительности? С этим надо было еще разобраться, но некоторые догадки уже всплыли в голове и окончательно подтвердились прослушанными аудиозаписями.       «Гастер! Кто же еще мог быть ученым до Альфис? — задумалась я. — Но почему же он все-таки не умер, упав в Ядро, и как его дух… или он видоизмененный добрался до лаборатории? Если, конечно, не какое-то воздействие Решительности… хотя о чем, Гастер, как я поняла, боится её, как огня! Или… или это Решительность просто так действует на людей вне их тела? И от боли Ани Гастер покинул её…».       Я снова с горькой усмешкой подняла глаза ко лбу, чтобы посмотреть на спящую. Эх, и во что она только вляпалась?       Добравшись до выключенных записей, расположенных у последнего коридора, я с облегчением положила Аню на пол, да и сама с удовольствием распласталась на ледяных плитах и растянулась на спине. Что еще нужно для полного счастья уставшего человека? Ну, конечно, не маленькие девочки с бесящей физиономией. Кстати, Фриск расхаживала взад-вперед, словно сторожа проход — мало ли, вдруг эти жуткие существа проследили за нами и готовятся к нападению. Ну или вообще Юдину, а то вдруг вскачет и задушит.       — Ты можешь прекратить так топать? Не видишь, младенец спит! — указала я пальцем на мирно спящую Аню. Ей богу, как годовалый ребенок уснула, после битвы. Фриск только громко фыркнула и продолжила подобно слону скакать по полу. — Ну дай хоть мне вздремнуть, я-то в чем провинилась?       — А то, что ты бесящая злюка! — на автомате сказала она. — Только и делаешь, что орешь на меня и приказываешь!       — Хэй, малая, потому что старших надо слушать, — натянула я на себя любимую нахальную улыбку. — И вообще, без нас бы ты подыхала еще больше.       — Ну, еще бы меньше умирала без тебя, — продолжила Фриск. — Ты только и делаешь, что ищешь неприятности и темы для ссор. Помнится, как ты меня тварью назвала!       — А ты… — Я быстро осеклась, решив, что лучше понизить тон. — Ты вообще у нас такой беленький ангелочек, посмотрите, я пощадила Флауи и вообще всех! Ой, я спасла Монстренка, рискуя своей жизнью, какая я благородная! Да знаю, до чего это все доведет — надо было сразу поотрывать ему лепесточки.       Фриск неожиданно резко вытащила игрушечный ножик и со скоростью звука, оказавшись у меня перед лицом, подставила его к моему горлу. Я инстинктивно подставила ей свой кинжал.       — Смеешь обвинять меня в благородстве? Тебе Аня уже говорила, никто не заслуживает смерти, даже Флауи. Можно было бы подставить на его место твое имя, с такой кровожадностью всех стереть в пыль, — прошипела Фриск. — Кстати, я бы прикончила тебя с большим удовольствием!       — Хм… а почему же? Я тебе чем-то мешаю, мисс «Всех пощадить, я такая добренькая»? Может, потому что при возможности я бы и тебя, и Флауи превратила в фарш?       Битва взглядов была прервана внезапно пошевелившейся Аней. Краем глаза я заметила, как она немного повернула голову, ресницы слабо дрогнули. Несколько секунд мы с Фриск смотрели то на нее, то друг на друга. Смерив девочку презрительным взглядом, я убрала кинжал. То же сделала и Фриск, хотя на ее лице была нескрываемая досада.       Я оттолкнула девчонку в сторону и первая подошла к Ане. «Спящая красавица» решила проснуться. Правда, выглядела она совсем не как красавица из сказки — волосы спутались и немного подпалились, синяки расцвели подобно цветам на бледной коже.       — Есть пожрать? — первое, что она прохрипела, увидев нас. Мы одновременно прыснули со смеху, но все же помогли Юдиной принять сидячее положение. Фриск протянула Ане бутылку минералки и крабовое яблоко. Расспросить Аню можно всегда, сначала пусть вернет силы.       Подруга протянула руку, чтобы взять бутылку, но вдруг поморщилась и тихо зашипела. Фриск, все еще с недоверием косящаяся на блондинку, вздрогнула. Я посмотрела на руки подруги — ранее незаметные красные пятна стали еще больше и ярче, почти полностью покрыв руки до локтей и лодыжки.       «Вот мы дуры!», — мысленно хлопнула себя по лбу я. Мы совсем забыли про ожоги!       Я начала паниковать. Я совершенно не знала, что делать в таких ситуациях, ведь всегда сталкивалась лишь с незначительными термическими ожогами, да и то рядом была аптечка — а это ведь химический ожог, вдруг они чем-нибудь различаются?       — Ну я вляпалась, — усмехнулась Аня и посмотрела на меня. — Чего ты так глаза округлила? Жить буду, просто… уй, неприятно.       — Секундочку, я где-то здесь видела аптечку, это же лаборатория, — сказала Фриск и вскочила с места. Пробежав по коридору, она поднялась по лестнице в комнату с телевизором. Спустя минуту она вернулась, держа подмышкой небольшой ящичек. Я открыла его и достала бинт.       — Ань, руководи, — сказала я. Подруга когда-то говорила, что хотела стать врачом, она-то должна представление иметь.       — Сначала нужно… — Аня помедлила, вспоминая, так и застыв с приподнятыми красными руками. — Промыть раны проточной водой, затем наложить свободную повязку.       Это мы и сделали. Правда, вместо проточной воды пришлось использовать обычную питьевую воду — идти на поиски водопроводного крана никто не собирался. Когда первая помощь была оказана, мы все свободно выдохнули и смогли перекусить все втроем. Лишь тогда, запихнув в желудок еды, Аня согласилась рассказать нам, что с ней произошло:       — Ну, когда мы были в спальне амальгаметов, я думала, что вы идете за мной. Тогда я пошла направо. Там было еще несколько записей и очень много золотых цветов. Ну, там мне пришлось немного побегать от Птицы-жнеца. Когда я поняла, то вас нет, я пошла по вашим следам — сначала направо. Там пришлось поиграть с шестью собаками по цене одной. Не обнаружив вас, я пошла к этой странной машине для извлечения Решительности. Ну и совершенно случайно наткнулась на этот коридор… Фриск, можешь не чавкать?       — Сорян, — пробурчала девочка, проглатывая коричного зайку. — Продолжай, продолжай.       — Так вот, думаю, смысла говорить вам о записях на стенах не нужно. Вы ведь их видели? — мы утвердительно кивнули. — А когда я вошла в ту лабораторию, появилась очень странная тень, — голос Ани стал тише и мрачнее, так что мне пришлось наклониться, чтобы слышать ее. — Я не могла сопротивляться. Он говорил мне не бояться его, а затем… мне очень жаль, что я чуть не…       Ее голос дрогнул. Я успокаивающе коснулась ее плеча.       — Ты не виновата. Я верю, что ты не хотела этого.       Зажмурив глаза, я снова окунулась в омут мыслей. Мне казалось, что мы обе и забыли о недавних разногласиях, и, наверное, это действительно было к лучшему. Где-то в глубине души все также зияла злость, но теперь она была полностью обращена на Фриск, а Аню я… простила? Да, так, наверняка, так, потому что просто было невозможно злиться на неё долго, пусть я из-за неё чуть не погибла.       — Ну все, хватит ныть, пора в путь! — нагло вышвырнула меня из размышлений Фриск, отпихнув от Ани. — Шевелимся, скоро прибудем к Тронному Залу!       — Малявка, тебе не кажется, что больная должна ещё немного отдохнуть? — рыкнула я, грозно глядя на девочку.       — Так если говорит — значит, здорова! — огрызнулась она. — Не правда ли, Аня?       Мы устремили глаза на девушку.       — Фриск права, мне уже лучше, — встала на трясущихся ногах Аня. — Эта забота явно лишняя на фоне приближающейся Лучшей Концовки!       — Дело говоришь! — восхищенного усмехнулась Фриск. — Вперёд!       «Это до добра не доведёт», — закатила я глаза и поспешила за подругами, достаточно живо передвигающимися ко входу в лифт.       Пихнув Фриск в бок, что та чуть не упала, я поравнялась с Аней.       — Раз уж скоро все закончится, наверняка стоит подумать над дальнейшим планом ЯЛХП, ведь те листы мы утеряли, — попыталась я завести разговор. Аня только округлила глаза, но потом также улыбнулась.       — Предлагаю Ночное Сердце отправить в космос! — с умным видом объявила она. — Давно пора спасти планету от этой психопатки.       — По моему, лучше бы было раскрыть поступки Алисы, в старом плане этому так и не нашлось места…       — Хэй, остров и пророчества?       — А, точняк! — ударила я себя по лбу. — Давно же планировали… Кстати, а что с Эдиком сделаем?       — Да вот сама думаю, правда, не особо его убивать хочется.       Юдина актерски потупила взгляд.       — Эй, Сань, ты вроде говорила что-то про эту… Золотую Гвардию! Типа они ещё во второй части появились.       Мы бы так ещё очень долго говорили, пока не дошли до дверей. В этот момент что-то маленькое со всей силы врезалось головой мне в спину, и я покачнулась. Фриск, после неожиданного удара, подставила подножку. Я с визгом не успела зацепиться за её свитер, чтобы потянуть за собой и поотрывать волосы, и грохнулась на пол, сильно отбив лопатки и ребро.       — Ой, прости, вы так медленно шли, я не хотела! — едва сдерживала злорадный смех Фриск. В глазах так и читалось: «В следующий раз закончу начатое!».       «Ага, замечательная из неё пацифистка!».       С теми мыслями я распласталась на полу и похлопала глазами.       «Как же больно… кажется, я что-то вывихнула».       — Саш, ты живая? — наклонилась Аня. Она протянула мне руку и помогла встать. Судя по ее лицу, она очень старалась не морщиться. Меня, в отличие от Фриск, серьезно волновали ее ожоги. Скорее бы добраться до остальных монстров — ей бы пригодился врач, даже если это значит, что нам придется отложить поход к Асгору…       — Да, в норме, — проворчала я и пошла вперед. Мы прошли мимо больших холодильников и пары записей Альфис, но вдруг я увидела, как один из холодильников стал быстро менять свою форму, превратившись в жуткое существо, похожее на смесь нескольких Вегетоидов и Сноудрейка.       — Так… холодно… — слабо прошептало существо, подходя к нам, словно не понимая, зачем и куда.       Не смотря на то, что мать Сноудрейка выглядела очень печальной и жуткой, я все же улыбнулась ей.       — Я весьма… хладнокровно отношусь к Доброженому, а вы?       В ответ был слабый смех. Несколько вертящихся лезвий, похожих на петушиные шпоры, пролетело мимо нас, даже не задев.       — Хах… я… вспомнила…       Жуткие лица миссис Сноудрейк и еще шестнадцати монстров улыбнулись. Кажется, Аня поняла, что делать.       — Да, я тоже. Остыньте, и ваши ледяные проблемы скоро исчезнут.       Мне кажется, или она мне бросает вызов?       — Ха-ха… спа…сибо…       — Ага, важные решения нужно принимать на холодную голову! — добила я.       Кажется, миссис Сноудрейк счастлива. Она опять просипела «спасибо…» и исчезла, разлившись белой лужицей. А там, где она только что стояла, лежал синий ключ.       Мы прошлись по всей лаборатории, вставляя все ключи в слоты. Когда мы проходили мимо той комнаты, где обнаружили химическую лабораторию, Аня невольно вздрогнула. Но вот все четыре ключа были вставлены в слоты, и можно было войти в Генераторную.       «Осталось совсем немного, и мы свалим отсюда», — с надеждой думала я, идя позади Ани, которая упрямо отказалась от помощи и шла самостоятельно, хоть и прихрамывая на обожженную ногу.       Вот мы оказались в большой комнате. У противоположной стены было что-то, похожее на пульт управления питанием лифта. Фриск нетерпеливо подбежала к нему и со всей силы врезала кулаком по кнопке включения. Мы подошли к ней, но тут я услышала позади шорох.       Мне не нужно было поворачиваться, чтобы понять, что это.       Да, опять Мэморихэды. Их было четыре, четыре жутких шара из глаз и ртов, паривших над землей. И они очень быстро приближались к нам.       — Эй! Остановитесь! — раздался голос Альфис. Ну наконец-то!       Королевская ученая забежала в комнату, запыхаясь и пыхтя. Амальгаметы расступились перед ней.       — Я принесла вам немного еды, хорошо?! — обратилась она к монстрам. Те переглянулись, что-то пробурчали и всей шумящей толпой побежали прочь. Ей-богу, как мой песик при слове «еда»! затем Альфис повернулась к нам. В ее глазах было смущение и небольшой стыд. — И-извините за это… они становятся нахальными, если вовремя не поедят. Я думаю, они учуяли вашу еду и… в любом случае! Питание отключилось, и я собиралась включить его обратно, но похоже, вы меня опередили. Это, наверное, причиняло вам неудобства…       — Ага, например, парочка ранений, подпорченная психика и ожоги Ани! — проворчала я тихо, но слышно.       — Оу… что, вы ранены?! — ящерка широко распахнула глаза. — Тогда пойдем скорее наверх, у меня должны быть какие-нибудь препараты…       По пути к лифту Альфис рассказывала нам историю амальгаметов. Она запиналась и порой просто обрывала рассказ, раздумывая, но все же объяснила нам (а точнее, Фриск — нам-то все давно известно) все, что мы не выяснили раньше.       — Оу, вы… поднимайтесь на лифте, мне нужно проверить, как они поедят, — сказала Альфис и махнула лапкой в сторону лифта. Мы кивнули и зашли в него.       Несколько секунд мы ехали в тишине, но потом в кармане Фриск зазвенел телефон. Она поставила на громкую связь.       — Чара… ты тут? — раздался голос из трубки. Он был мне не знаком. — Прошло немало времени, не так ли? Но ты неплохо справилась. Благодаря тебе, все встало на свои места. Чара… скоро увидимся.       Мы не успели даже ответить. Абонент сбросил трубку.