Безумные фикрайтеры в Подземелье, или как монстров мучают спойлерами

      Я проснулась, как только меня позвал Асгор. Его голос был взволнованный и прерывистый.       — Что-то случилось? — потирая глаза, спросила я. Маффет и Санс, стоявшие рядом покачали головами.       — У нас проблемы, — начал скелет серьёзным тоном. — Ты Сашу не видела?       — Неа, — Я пожала плечами. Мое сердце на секунду замерло. — Что случилось же?       — Мои пауки… — еле сдерживала слезы Маффет. — Их растоптали!       — А Монстренок, Вошуа и Молдбигг мертвы, — вздохнул Санс. — Их не заметили в доме, а на улице Охрана обнаружила три горки праха. Фриск рядом… ты знаешь, где может находиться Саша?       — Б-без понятия, — вздрогнула я. Сбывались мои худшие опасения. — Санс? Ты что задумал?       — Не задумал, а думаю, — поправил скелет. — Мне кажется, твоя подруга тоже мертва. Рядом с горками праха находился её амулет, ещё горячий, — Он подал мне оранжевый камешек, покрытый трещинами. — Такой горячий… видимо, Фриск подобрала его в Хотленде.       Я взяла амулет и крепко сжала. Нет, Саша не могла умереть всерьёз, верно? Да даже если и случилось, то Фриск в любом случае сбросит! Мы обязаны сделать это, чтобы вернуть всех погибших монстров к жизни!       — Мы направляемся в Хотленд? — спросил скелет, сверля меня взглядом темных глазниц.       — Да. — твёрдо ответила я. — Я хочу увидеть её и понять, что привело её в Хотленд. Пусть Асгор прямо сейчас начнёт эвакуацию монстров во дворец.       Санс кивнул и, передав мои слова Альфис, взял меня за руку и быстро телепортнул на раскалённые камни. На мгновение мне показалось, что я оказалась в жарком аду, но сразу пришла в себя.       Обнаружили мы тело Саши у самого входа в Ядро, в луже уже остывшей крови. Листы и странная книга были разбросаны вокруг неё. Бока Саши слабо шелохнулись.       — А… Аня? — с невероятным трудом выдавила она. — Фриск… она…       — Шшшш, — Я погладила подругу по голове, чтобы утешить её. — Она уже в Сноудине, ищет нас. Асгор занимается эвакуацией монстров.       — Она зна… знает… — выдавила та. — Фри… иск… знает обо всем…       «Что?» — хотелось выкрикнуть мне, но я сдержалась от лишнего шума.       — То… Фокс… Пёс смог сбежать, — Саша снова издала хрип, и её тело содрогнулось в судороге. — Найдите его… и… убейте Фриск…       «Разбейте Решимость, — пронеслось в голове. — Неужели я должна сделать это без неё? Нет, сперва любой ценой заставлю её сбросить!».       Меня охватила ярость. Она была столь нестерпима, что у меня затряслись ноги.       Девушка застыла на земле и больше не шевельнулась. Санс покачал головой:       — Что собираешься делать?       Это было мне.       — Сперва отправимся в Руины, пока не поздно, — ответила я холодно. — Сегодня мы по-любому вернёмся в начало. А там-то и убьём эту тварь…       — Ты даже и не волнуешься о подруге, — немного испуганно сказал скелет. — Тебе все равно?       — Нет. Я просто знаю, что заставлю Фриск сбросить.       С этими словами я снова покосилась на труп. Ничего. Нет, я сильно волновалась, но ледяная Решимость просто не давала мне и слезы пустить. Просто гнев. Просто желание разорвать Фриск и растоптать её красную душонку в порошок.       — Нам нужно как можно скорее добраться до Руин! Фриск там и скоро начнёт убивать остальных.       Санс щёлкнул пальцами, и мы вновь очутились в доме Ториэль. Помещение уже опустело. Ладно… значит, их уже эвакуируют.       — Вот только где Фриск?       — Она может быть ещё на улице, — ответил скелет. — Что нужно делать?       — Вырвать у неё из тела душу. В прямом смысле — она материальная. И как можно быстрее разбить её, — ответила я. — План действий?       — Ты попытайся разобраться с Фриск, — начал Санс, невесело улыбаясь. Я пошлю Папса и пару воинов на поиски пса, а сам продолжу эвакуировать монстров. Хорошо?       — Договорились.       В этот момент Санс исчез, оставив меня совершенно одну. Не медля ни минуты, я создала в своих руках два кнута, прихватила с кухни нож и побежала со всех ног на улицу. Было холодно, только светало — яркие лучи утра только начали очередной поход по Подземелью.       — Ну где ты, а? Где твоя дохлая прихвостня? Может, ты ещё и Флауи оживила?! — взревела я. — Покажись, трусиха!       Я огляделась по сторонам. Но было тихо и пусто. Словно вся жизнь, что когда-то слабо, но ощутимо присутствовала в Руинах, умерла. Ни монстриков, ни Фриск, ни Ториэль… никого. Лишь я. Но и себя назвать живой я не могла.       Гнев, затопивший меня, требовал выхода. Хотелось кричать, молотить руками древние фиолетовые кирпичи, рвать на куски живую плоть. Такое чувство, будто мой УР вырос втройне, и некому было почувствовать его силу.       Саша мертва. Монстренок мертв. Меттатон, Андайн, Ториэль и многие другие. А во всем виновато лишь одно дитя, маленький мерзкий ребенок, которому надоели игрушки. Или игрок, называйте как хотите.       В отчаянии я сжала кулаки. Сияющие фиолетовые линии пронзали пространство, натягиваясь, как сталагнаты, между потолком и полом. Даже Маффет бы позавидовала.       Тихий треск. Даже не знаю, что трещало — мой амулет, старое сухой дерево или мой череп?       «Аня, — тихий голос привел меня в сознание. — Аня! Прием!»       — Что тебе надо? — устало ответила я Мике.       «Сидением на полу ты не поможешь вернуть Сашу. Так что вставай, Асгору скоро понадобится помощь»       — Он король, сам справится, — огрызнулась я.       Образ девочки в очках появился передо мной. Глаза, все так же кажущиеся огромными по сравнению с лицом из-за очков, смотрели на меня с сочувствием.       «Аня. Я понимаю, тебе тяжело это далось. Джейсон сейчас тоже истерит и пытается сломать хотя бы табуретку, хоть он и дух. Но вспомни, что сделала Саша после твоей смерти. Она встала и пошла дальше. И не потому что ты ей была не нужна, нет, а потому что она понимала, что слезами горю не поможешь. Так и ты поднимай свою задницу и отправляйся на помощь монстрам! Дальнейшее бездействие смертельно и для тебя, и для выживших»       И силуэт исчез, оставив меня глазеть на старое дерево. Я вздохнула. Она права. Нужно идти за остальными.       Вот только я не учла одного. Я не знаю, где расположен вход. Аплодисменты мне.       Спустя десять минут ходьбы я пришла к той самой поляне с золотыми цветами. Той самой поляне, где мы трое очнулись. Тогда еще Фриск казалась нам невинным ребенком с девственно-чистой душой.       Сверху на меня лился яркий солнечный свет. Настоящий свет солнца, пусть и преломленный Барьером. Я несколько секунд с наслаждением стояла под его ласковыми лучами. А потом обратила внимание на гладкую серую стену. В не теперь был открыт проход почти в три метра высотой — как раз для Асгора. Кромешную тьму там едва разгоняли недавно зажженные факела.       Откуда-то издалека доносились обрывистые фразы монстров, отраженные и искаженные эхом. Я побежала на звук — благо, туннель был без развилок. И вскоре чуть не споткнулась о Фроггита, тут же с мяуканьем откатился прочь.       — О, Аня, ты уже тут! — улыбнулся мне Асгор. В свете факелов его улыбка казалась жутким оскалом. — Санс предупредил, что ты можешь вернуться нескоро. Но раз уж ты здесь, мы можем продолжать путь.       Я сухо кивнула и, обходя монстров, прошла к началу процессии. Почему-то мне казалось, что именно там мне и следует идти. Постепенно проход расширялся, стены отдалялись друг от друга. Несмотря на факела и дыхание монстров, мне было почему-то холодно.       Мы вышли в просторное помещение. Чем-то оно отдаленно напомнило мне пещеру под озерной территорией котов-воителей. Дыры в потолке, конечно же, не было, зато была река — шумная, быстрая и грязная — и камни.       Здесь наконец я смогла полностью рассмотреть всех оставшихся в живых монстров. Как ни неприятно, но их было мало. Ничтожно мало по сравнению с тем, сколько было раньше. Амальгаметы брели позади колонны беженцев. Птица-жнец опустила голову, Эндогини что-то тихо скулил, слушая утешения своих родственников. Жалкое зрелище.       — Куда дальше, Асгор? — спросила я у короля. — Вы ведь использовали эти ходы во время Войны.       — Да, нужно только припомнить… — король морщил лоб и тер затылок. — Прошло много сотен лет.       Он смотрел на четыре прохода. Все были достаточно большие, чтобы даже самые крупные монстры смогли пройти. И все они были темными, никаких факелов — ведь их зажигали монстры по пути сюда.       — Нет-нет, не пей! — услышала я голос Догамия, старающейся оттащить Эндогини от реки. — Фу! Бяка!       Монстры перешептывались, глядя на меня. Я каждым сантиметром кожи на спине чувствовала их взгляды.       — Это все люди виноваты…       — … Нельзя было им приходить…       — … Вдруг это тоже предательница?..       — Я хочу домой!       Я даже не пыталась обернуться и утешить, не собиралась клясться в своей преданности монстрам. Все равно понимала, что это бессмысленно.       — Сюда! — наконец воскликнул Асгор указал на самый крайний. — Этот ведет в мой дворец, там мы будем в безопасности. Он хорошо защищен.       Я кивнула и первой направилась туда, наплевав на темноту, которой — смешно подумать! — раньше боялась. Я сжимала в руке факел, его жар обжигал кожу и заставлял слезиться глаза. Но черта с два я отдам кому-нибудь его и пойду следом за Асгором.       Шум реки позади затихал, но впереди усиливалось более тихое, но настойчивое журчание и плеск. Монстры зажимали лапами носы от нестерпимой вони, смешиваемой с копотью и дымом от факелов.       — Чисто для справки, — уточнила я. — В этом коридоре нет никаких огромных морских чудовищ?       — Есть, — сказал Асгор, пожав плечами. — Страж, поставленный там для защиты от людей.       Я поежилась.       — И как мы с ним разберемся? В прошлый раз он без особых проблем убил меня. мне не очень-то понравилось быть мертвой.       — Очень просто. Это чудовище — не живое существо, а защитное заклинание. А у любого заклинания есть и отменное заклинание. И я его помню.       — Гора с плеч.       И вот наконец очередному коридору пришел конец. Очень неровная и крутая лестница спускалась к тому самому берегу, куда выплыла моя мертвая туша после битвы с кракеном. Здесь было холодно, зато светло — сияющие голубоватым светом кристаллы на стенах освещали все достаточно, чтобы можно было потушить факелы.       Странно, что я не заметила этого прохода раньше. Впрочем, темная дыра неплохо сливалась со стенами, так что мне простительно. Некоторое время было тихо, даже монстры практически замолчали, ожидая появление стража. Кажется, только Асгор не испытывал никаких сомнений в том, что ему удастся усмирить монстра.       И вот наконец он появился. Вода окончательно потеряла спокойствие, добрая половина мусора была вынесена на берег. И вот показалась эта тварь — гладкое, склизкое тело и огромный глаз.       Огромные щупальца мгновенно полетели к нам. Я инстинктивно рухнула на землю, прижавшись к пропитанной влагой земле. Но Асгор стоял рядом со мной и вдруг громогласно произнес:       — Evanescet tamquam pulvis! Ea aetas tua quae supra! *       Его слова отразились эхом от стен, сотрясая своды пещеры. Щупальца замерли в воздухе, кракен отчаянно закричал. Омерзительный пронзительный вопль, разорвавший мои барабанные перепонки — и вода успокоилась. Словно ничего и не было. Кракен исчез.       — И впереди еще… — хотела было сказать я, но Асгор перебил меня:       — Я помню ваш рассказ. Да, огненные элементали — весьма непокорный вид монстров. Во время войны они отказались сражаться с людьми и просто скрылись в лабиринтах, решив жить в уединении. Судя по словам Саши, они окончательно одичали и почти погасли. С ними мы разбираться не будем — наш путь лежит не туда.       — А… Саша говорила, что это единственный проход.       — Полнейшая чушь. Есть еще очень много ходов.       Король монстров выглядел уставшим, мягкие нотки в его голосе куда-то исчезли.       — Эх, мне бы сейчас мои книги… — бормотал он, бродя по берегу. Никто не мешал ему, все понимали, что вспоминать то, что было больше восьмисот лет назад, очень трудно.       А я нашла в кучах мусора более-менее чистую и сухую картонку и с наслаждением села на нее, протянув ноги. Как же я устала…       Спустя несколько минут Асгор все же нашел проход.       — Раньше здесь была тропинка, — сказал он, указывая на поверхность воды. — Но ее, судя по всему, затопило. Придется идти вброд — здесь неглубоко.       «Неглубоко», как оказалось, означало полметра грязной вонючей воды. Я с отвращением поморщилась, когда поняла, что мне придется почти по колено погрузиться в эту гадость. Да еще и ноги продолжали гудеть от усталости.       — Эй, человек! — окликнул меня Догами. — Иди сюда!       Я подошла к ней и амальгаметам.       — Забирайся на наших родителей, — предложил он, указывая на Эндогини, уставившегося на меня (если можно так сказать — глаз-то у него не было). — Они подвезут тебя и остальных малышей.       Я про себя фыркнула, немного обидевшись, что меня (с моим-то ростом выше среднего!) отнесли в группу «малышей», но предложение приняла.       — Спасибо, Догами. Как ты?       — Жить буду, — отмахнулся он. — Давай помогу взобраться.       Он сложил лапы перед собой. Я встала на них одной рукой, и гвардеец резко поднял ее, чтобы я в полете зацепилась за шерсть этого «мультипса». Шерсть Эндогини была жесткой и щетинистой, но все же лучше, чем купаться в помоях. Я покрепче вцепилась в шерсть, моля всех богов, чтобы монстр не рванул на всех парах и не поднял кучу брызг.       Вместе со мной ехали еще несколько Фроггитов, один Плакселот и Фуку Файер вместе с Гриллби — последние двое были достаточно рослые, чтобы пройти через реку, но и так понятно, почему не хотели заходить в воду.       Все обошлось. Эндогини под предводительством Догами медленно прошел вслед за остальными в проход. Я решила не слезать с амальгамета — уж больно удобно было. Медленная качка, теплая шерсть и стук сердца под ухом…       Я сама не заметила, как задремала. Конечно, сном это назвать было трудно, но какой-никакой отдых. Когда я проснулась, к своему удивлению, меня нес сам Догами. Он шел рядом с Гриллби, у которого на руках дремала Фуку. Заметив, что я открыла глаза, Гриллби кивнул мне.       — Эм… Догами, — тихо сказала я псу.       — О, с пробуждением! — сказал пес, останавливаясь и опуская меня. Мы отделились от основной толпы. — Ты чуть не упала с наших родителей. Ты так сладко спала, что мне не захотелось тебя будить. Как ты себя чувствуешь?       — Я в порядке, спасибо тебе, — смущенно улыбнулась я и в благодарность потянулась к загривку Догами. Тот с довольным сопением принял поглаживания, наклонившись ко мне.       — Кхм… до сих пор не верю, что люди могут меня гладить. Ладно, пойдем, человек, — сказал он, выпрямившись. — А то отстанем.       Монстры продолжали перешептываться. Лишь некоторые брели молча, поодиночке, не собираясь заводить разговор. Я была в рядах этих одиночек, идя у стены. и вот очередной коридор кончился.       Я быстро прошмыгнула сквозь толпу к Асгору.       — Ну и где мы? — спросила я. Воздух здесь был гораздо свежее и прохладнее, мне даже стало холодно после душного коридора. Но ничего не было видно, сплошная тьма.       Асгор не ответил, вместо этого вдруг постучал по стене. В стуке был определенный ритм — «тук-тук-тууук, ту-ту-тук-тууук…». Почему-то мне показалось, что Асгор наигрывает собственную музыкальную тему в замедленной версии. Но это, скорее всего, просто шутки моего сонного мозга.       И вдруг тьма рассеялась. Словно по команде на стенах и вдоль перил огромного моста загорелись большие, размером с мою голову каждый, зеленые грибы. Они росли прямо из каменных стен, словно часть архитектурного шедевра, а не живые организмы. Их мягкий зеленый свет прекрасно освещал действительно большую пещеру.       Своды пещеры были где-то в десяти метрах над моей головой, столько же влево и вправо. В двух метрах от меня распахнула жадную пасть пропасть, через которую вел каменный мост. Он был идеально обработан и гладок, но могло показаться, что он выбит из единого куска камня. Черные подпоры уходили далеко вниз поглощенные тьмой, сколько я ни вглядывалась, я не могла разглядеть дно пропасти.       — Это почти конец, — сказал король Подземелья. — Последний зал. Честно говоря, я не слишком хорошо помню эту часть лабиринтов, но уверен, что препятствия окончены.       — Да их не так уж много было, — заметила я.       — Пока ты спала, мы прошли еще три зала, — покачал головой Асгор. — Кстати, как ты?       — В порядке.       Асгор кивнул и повернулся к толпящимся позади нас монстрам.       — Мой народ! Наш путь почти окончен — осталось пройти этот мост и еще несколько коридоров.       Из десятков глоток синхронно вырвался вздох облегчения. Видно, монстры устали от долгой ходьбы по недрам горы. Асгор, Папирус и Догами шли первыми, в то время как Альфис, я и Санс остались на этом краю, чтобы проследить, что никто не отбился от толпы. Впрочем, случайно отойти было трудно — вдоль высоких перил моста росли все те же зеленые грибы, выстраивая два ровных ряда света. Такое трудно не заметить.       Монстры тянулись длинной вереницей, но выйдя к мосту, перегруппировались в более широкие ряды — мост был достаточной ширины, чтобы там смогли встать бок к боку как минимум три Асгора.       Некоторое время все было спокойно, мне даже стало скучно. Вот монстры закончили выходить из коридоров, и мы собирались было пристроиться в хвосте и ступить на мост… но не успели.       Раздался грохот. Сначала он был тихий, почти незаметный, но он все усиливался и умножался эхом. Казалось, я могла почувствовать этот звук физически, а не только уловить ушами.       — Назад! — закричал Санс и схватил меня за толстовку, оттягивая назад.       — Эй! Осторо… — хотела было возмутиться я, но вдруг поняла причину его неожиданного поступка. В том самом месте, где только что была моя нога, теперь была пропасть — мост обрушался!       Монстры, заметившие это, тут же рванулись бежать к другому краю. Но стоявшие впереди еще не поняли ничего, а потому началась жуткая путаница — монстры метались кто куда, не зная, что делать.       — БЕГИТЕ! — во всю силу своих легких закричала я. Это подействовало — толпа задвигалась, но до конца моста было еще далеко, а мост продолжал обрушаться. Вырвав из рук Санса край своей толстовки, я вытянула руки, выпуская фиолетовые веревки.       Но… увы! Их длины не хватило до конца пропасти, и веревки просто упали в пропасть. Раньше я думала, что длина нити может быть очень большой… я ошибалась!       С ужасом, умирая от бессилия я смотрела на то, как монстры один за другим падали в пропасть. Лишь один умудрился уцепиться за мою веревку и начать взбираться — это был маленький Плакселот, прижавший к тельцу маленькие слабые крылья, которые даже при всем желании не смогли бы помочь ему без чужой помощи взлететь.       Они падали, кричали, цеплялись за подпоры моста, но никому не удавалось удержаться на их гладкой мраморной поверхности. С отчаянным визгом и лаем скрылся в пропасти Эндогини и другие амальгаметы, с веселым визгом не понимающие всего ужаса происходящего летели, размахивая лапками, Темми. А я стояла и смотрела, не отрывая взгляда, туда, где все скрылись.       Плакселот довольно быстро вылез, и как только Санс схватил монстрика за ручку, магия рассеялась.       Мгновенно стало темно. Грибы на стенах все еще освещали достаточно, чтобы можно было видеть пропасть и едва успевших добежать до конца моста Догами, Асгора и Папируса. Они — единственные, кто преодолел мост.       Когда мы, три последних человека упали в Подземелье, монстров были сотни. Сейчас их осталось шестеро. И все по нашей вине. Этого отрицать нельзя — виноваты все.       С тихим стоном я осела на землю, почувствовав, что если не сделаю это, просто упаду. Альфис дрожала, пытаясь выговорить хоть слово.       — Эй, там! — донесся до меня крик Папируса. — Есть кто живой? Санс?       Они нас не видели. Зеленые грибы, которые росли на этой стороне, по большей части осыпались, да и светили очень тускло.       — Мы живы! — крикнула я в ответ. — Я, Альфис, Санс и один из Плакселотов!       — Ну, хоть что-то… — услышала я слова Асгора. — Никто не ранен?       — П-п-п-плаксел-селот помял к-к-крыло… — громко, почти срываясь на истерический крик, сказала Альфис. — В… в остальном все це-цел-лы.       «Нельзя раскисать, — напомнила себе я, сделав глубокий вдох. — Нужно просто… собраться, позаботиться о выживших и заставить Фриск сбросить. Нужно оставаться Настойчивой»       Медленный вдох. Выдох. Снова вдох. Я встала.       — Как тебя звать, малыш? — спросила я у Плакселота. Не может же быть так, чтобы их всех звали одинаково.       — М-м-меня? — тихо переспросил малыш, указывая пальчиком на себя.       — А кого еще?       — Вис-сми…       — Приятно познакомиться, Висми. Не бойся меня, — я пожала крошечную ручку монстрика. — Сейчас Санс поможет тебе перебраться через пропасть.       — Ну… — почесал затылок Санс. — Есть один минус. Мои «короткие пути» — довольно энергозатратная штука, так что если мне пользоваться ими в одиночку — еще ладно, но если возить других — тогда на восстановку энергии уйдет где-то полчаса. Так твои веревки не достают до края? Они бы могли помочь нам перебраться.       — По крайней мере, сейчас не достали, — устало сказала я. Свет огоньков в глазах Санса раздражал глаза, заставляя щуриться. — Сейчас могу попробовать еще.       Я сосредоточилась. Мне нужно достать до края. От этого зависит наша скорость. Каждую минуту Фриск ходит по Подземелью в поисках халявного ОП, она может вскоре найти нас, поэтому я просто обязана достать.       Амулет под моей футболкой засветился теплым фиолетовым светом, кончики пальцев, кажется, тоже стали слегка фосфоресцировать. И веревка толщиной как минимум с половину моей кисти резко вылетела из стены пропасти. Ей потребовалось около пяти секунд, чтобы протянуться через пропасть. Под конец, кажется, она не дотянет, но я напряглась и даже задержала дыхание — и у меня получилось!       Теперь между сторонами пропасти протянулся канат. Но он все еще слишком тонкий и не слишком надежный, а потому я выпустила еще одну нить — она появилась рядом с первой, сплетаясь с ней в одну, и тоже натянулась через пропасть. Так, нить за нитью, через пропасть протянулся достаточно крепкий канат.       — Получилось! — выдохнула я, стерев капельку пота со лба.       — Кто первый? — спросил Санс. Тишина.       — Я, — сказала я, стягивая с себя толстовку. Все же я чувствовала какую-никакую, а вину за то, что произошло. И потому если мои канаты окажутся ненадежными или исчезнут в самый неподходящий момент, буду виновата я.       — Я перевезу Висми, а ты телепортируешь Альфис. Так мы сэкономим время и тебе не придется возвращаться.       Санс кивнул, не став возражать. Альфис с опаской дала ему все еще трясущуюся руку.       — Будь осторожна, — сказал он мне напоследок. И беззвучно исчез вместе с Альфис.       Оставаться Настойчивой. Оставаться Настойчивой.       Толстовку придется использовать для того, чтобы не стереть в кровь руки и заодно ускориться.       — Цепляйся за меня, — сказала я Висми. — И ни за что не отпускай, если хочешь остаться в живых.       Монстрик кивнул и прижался ко мне так крепко, что я отчетливо могла различить стук его крохотного сердечка.       По пути к пропасти я быстренько приняла буддизм, на всякий случай.       — Была не была, — выдохнула я, попрощавшись с толстовкой. Я была уверена, что переход она выдержит, но после того ее можно будет смело сдавать на помойку.       Один край толстовки я держала в руке, другой перекинула через нить. Спрыгнула, одновременно схватила рукой переброшенный конец, оттолкнулась от стены и полетела.       С ужасом я слышала, как трещит ткань толстовки, чувствовала холодный воздух на коже. В одной только футболке было очень холодно.       Висми жался ко мне, вцепившись в мою футболку, как утопающий в соломинку. Впрочем, примерно так оно и было.       А потом весь воздух был выбит из моих легких — я со всей силы налетела на стену на том конце. Неожиданно, оглушающе, но пальцев я не разжала. Не хватало после всего этого погибнуть, да еще и Висми унести за собой.       И через несколько секунд я почувствовала мягкие пальцы, сжавшиеся на моей руке. Словно котенка меня подняли и поставили на твердый пол. Как же я скучала по опоре под ногами…       Я не стала ждать, пока мозг сообразит, что происходит, и плюхнулась на камень. Это можно делать вечно. Правда, больно…       — Вы двое в порядке? — спросил Асгор. Голос его был мрачным и тусклым, если так можно описать голос.       Я покивала и встала, отряхиваясь и растирая успевшие замерзнуть руки.       — Пора идти дальше.       Плакселот наконец соизволил оторваться от моего бока и плюхнулся прямо в широкую ладонь короля.       — Папирус — позаботься о выжившем, Аня — иди со мной, остальные позади, — тихо распорядился король и, не став ждать ответа, двинулся вперед.       Коридор. Коридор. Поворот. Темный зал. Коридор. Поворот. Теперь в лабиринтах было не так душно, как раньше — я дрожала, по коже проходили мурашки.       — Человек, возьми, — сказал Папирус, здоровой рукой развязывая свой шарф. — Тебе он сейчас нужнее.       Он протянул мне большой алый кусок довольно плотной ткани. В некоторых местах шарф был порван, но все же цел.       — Папирус, тебе не стоило… — начала было я, но скелет покачал головой и опять повернулся к до сих пор сильно дрожащему Висми, шепча ему утешающие слова и всем видом показывая мне, что возражения не принимаются.       Я мягко улыбнулась и надела шарф, с трудом завязав его на шее. Как ни удивительно, но мне действительно стало гораздо теплее — шарф был теплый и достаточно большой, чтобы окутывать еще и мои плечи.       И вот спустя столько времени мы вышли… в Тронный Зал. По крутой лестнице мы поднялись и, отодвинув несколько кирпичей, освободили себе проход. Все было точно так же, как я и помнила. Золотые цветы, правда, немного опустившиеся из-за неполива, обитый фиолетовым бархатом трон в самом центре и серый пыльный брезент, прикрывающий трон королевы. Какие же воспоминания…       Мы прошли в Последний Коридор. Место, где безызвестный Судья, Санс осуждает Игрока за его грехи. Там мы обнаружили Надоедливого Пса. Разработчик игры лежал на полу в свете заходящего солнца, на шерсти запеклась кровь.       — Бегите отсюда… глупцы… — кашляя, сказал пес.       — Тоби!       — Тоби? — недоуменно повторил Санс, но я не обращала на него внимания и побежала к псу. Жалкое зрелище.       — Я… теряю свою силу, — тихо прохрипел он. — Таймлайн сломан…       — Не умирай!       — Да не умираю я, просто шерсть в горле застряла, — отмахнулся пес. — Вам нужно уходить — они могут прийти в любую секунду…       Но Асгор его не слушал и отдавал приказы:       — Догами, Папирус, идите к выходу. Нужно как можно быстрее закрыть ворота в замок. Аня, сходи и проверь, на месте ли души — контейнеры выдвинутся, если дважды наступить на пластину на полу, заодно отнеси пса в Тронный Зал. Санс, ты со мной в библиотеку, надо разработать пл…       — Вы опоздали.       Два тихих голоса оборвали слова Короля. Фриск стояла у входа, сжимая в руках острый нож, на ее шее был золотистый Медальон в форме сердца. А рядом с ней парил, так же злобно улыбаясь, дух Чары. Демону было плевать, что перед ней стоит ее приемный отец, всегда любивший ее, плевать, что она убивает и убивает. Она была одержима своей идеей, а Фриск, словно марионетка, повторяла даже каждый ее жест…       Нет, что я говорю? Фриск действовала сама, пораженная безумием, захватившим ее разум. Разум ее прогнил, и теперь милая и добрая девочка была словно зомби, множество сотен раз умиравшая и оттого лишь больше наполняясь желанием убивать.       Разумеется, монстры видели лишь Фриск. Разве что Тоби Фокс мог видеть обеих.       — Уходи, человек, — сказал Асгор, выпрямляясь. Его лицо словно окаменело.       — Вы посмотрите! — захохотала Фриск. — Король Пушистик просит меня уйти? А где же гостеприимство, чай из золотых цветов?       И вдруг Фриск рванулась в нашу сторону. Нож сверкнул, лезвие, направленное на Тоби, отразило свет и на мгновение ослепила меня. Я дернулась.       И нож по рукоять вошел в мою грудь.