О зельях и призраках

Когда шок, вызванный присутствием профессора в виде призрака, прошел, Гарри попытался уговорить его встретиться с преподавателями или хотя бы с Директором МакГонагалл. Но тот был непреклонен, его существование должно было остаться тайной. Но в какой-то момент, насмотревшись на бездарные, по его словам, попытки Поттера сварить приличные зелья для защиты сознания, скрепя сердце, согласился помочь. - Поттер, если вы думаете, что я сейчас представляю собой полноценного зельевара, то вы ошибаетесь, - шипел профессор, после того, как Гарри нарезал корни имбиря кусочками по 4,5 см вместо положенных 4,2 см. – Я могу отлеветировать вам в голову что-нибудь тяжелое, для прочищения мозгов, хоть у вас их сроду не было! Но не могу подготавливать за вас ингредиенты. - Так расскажите в чем суть! – крикнул Гарри, отчаявшись понять почему так важно соблюдать размер нарезки. – Или дайте линейку! Буду отмерять… Вместо ответа Гарри получил по голове папкой ЗЭ № 17, прилетевшей со стороны Снейпа. - Читайте. Вслух и с выражением. Может, тогда в вашей дырявой голове хоть что-то останется. «Все существующие рецепты содержат строгие указания, каким именно должен быть размер частиц вносимых ингредиентов. Кроме того, существуют стандарты подготовки ингредиентов, которую можно проводить заранее, а не прямо перед добавлением. Однако, мало где поясняется с какой именно целью стоит подготавливать частицы указанного размера, а не другого. Разумеется, составители учебников считают, что необходимо просто вызубрить оптимальный размер. По не ясной для меня причине, ученики так не считают (какая досада!). Как бы я ни исходил ядом по поводу безмозглости нерадивых студентов, вывести некие, хотя бы примерные, закономерности подготовки ингредиентов необходимо. А также установить пределы ее допустимой погрешности.» - Вы согласны со мной про погрешность! – На миг Гарри оторвался от чтения. Он жалел, что не видел выражение лица Снейпа, которого уличили в согласии с Поттером. – Ведь правда? «За годы практики я смог сформулировать только два закона, которые бы назвал законами для ленивых. Во-первых, хорошая новость: чем меньше ингредиентов в зелье, тем больше может быть погрешность их подготовки. Во-вторых, каждый добавляемый ингредиент несет в себе необходимый заряд магии, который должен быть преобразован в зелье в строго определенный момент и в нужном количестве. Именно подготовка позволяет добиться правильного взаимодействия ингредиентов. Так, нарезка ускоряет «вливание» магического заряда в зелье, однако, стоит помнить об опасности слишком сильно измельчить ингредиенты и получить неверный, а чаще всего опасный результат. Или же не получить результата вовсе, если измельчение недостаточное.» - Неужели какие-то жалкие 3 мм так влияют? – был удивлен Гарри. - Поттер, зельеварение – тонкая наука, о тонких материях. Каждая мелочь важна, - Снейп уже не шипел, он сдался и смирился с судьбой, которая, видимо, сочла, что адом его не удивить и послала на вечные муки в обществе Поттера. – Особенно в зельях, которые манипулируют сознанием. - Иногда мне кажется, что я никогда этого не постигну. Даже с вашими записями… Некоторое время Гарри сосредоточенно нарезал ингредиенты, предельно аккуратно отмеряя куски. Ему вовсе не хотелось стать слюнявым идиотом или бесчувственным монстром из-за неправильно сваренного зелья. К сожалению, он быстро утратил концентрацию и мысли его потекли в совсем другое русло. - Профессор, скажите… - решился он. – Вы говорили, что с какими-то предметами вам легче взаимодействовать, чем с другими. Может быть, есть какой-то способ… Скажем… Усилить ваше влияние на материальный мир. - Мечтаете, чтобы я стал вашим лаборантом, Поттер? – вопреки ожиданиям, никаких предметов в Гарри не прилетело. Кажется, Снейп исчерпал свою норму злости на сегодня. - Профессор, я еще неизвестно когда достигну уровня, необходимого для зелий Сознания, а они мне необходимы сейчас. – в голосе Гарри были слышны умоляющие нотки. – И я подумал, что вдруг есть какое-нибудь зелье… - Поттер, когда вы успели заразиться от меня верой во всемогущество зельеварения? – перебивает Снейп. – Тем более, что я ее давно утратил… Но Гарри, обдумывая захватившую идею, уже не слушал его. Он давно бросил нарезку и сейчас упоенно чиркал что-то на листочке. - Если в качестве направляющих мы возьмем руту и аир, что значит оживление, и добавим пластинки слюды для стабилизации… - бормотал Поттер, глядя в пространство безумным взглядом. – Нет. Никак не обойтись без… Профессор, я понимаю, что вам может быть неприятно об этом говорить, но… - Гарри замялся, пока Снейп не рявкнул: «Ну же!» - Когда хоронили погибших в Битве, вашего тела так и не нашли. – тараторил Гарри. – Может быть, вы чувствуете, что стало с вашим телом? Гарри зажмурился, ожидая взрыва, но Снейп молчал. Только шуршал мантией, словно не в силах остановиться, он размеренно измерял шагами комнату. - Мое тело, - наконец произнес он бесцветным голосом, - сгорело вместе с Визжащей Хижиной. Оно рассыпалось пеплом. - Простите меня, простите. Я не хотел… Гарри в который раз подумал о недостатках разговора с невидимым собеседником. Если бы он видел выражение лица Снейпа, если бы он мог показать, что ему не все равно. Впрочем, сам Снейп в такой момент, наверняка, рад своей невидимости. - Ничего, Поттер. Как вы понимаете, я не испытывал особой любви к своему телу. Тем более, что оно было чрезмерно отравлено змеиным ядом. - После Победы Директор МакГонагалл сказала не трогать развалины Хижины. Они были обсажены голубыми елями, чтобы туда не ходил кто попало, - Гарри старался поддержать легкий тон Снейпа, который с сарказмом говорил о собственной гибели. – Мы можем попробовать найти пепел или кость, в общем… - Сначала. Думаю. Вам. Стоит, - Северус медленно ронял слова, его мысли находились очень далеко в этот момент. – Рассказать мне о составе, придуманного вами зелья. Прежде чем тревожить мою… могилу. - Конечно. Аир, рута, слюда, ваша частица. Я только не знаю, что взять в качестве энергетического компонента. Пока приходит в голову только кристалл кварца. Если растереть его достаточно мелко… - Не подойдет, - безапелляционно заявил зельевар. - Его мощи не хватит для того, чтобы заставить взаимодействовать живые и «неживые» компоненты. - Тогда… Тогда… - размышлял Гарри. – Мы возьмем перо феникса! Идеально! Фениксы возрождаются из пепла. Оно подойдет как энергетический компонент и как направляющий. То, что нужно! - А вы не безнадежны… - протянул Снейп. - Может быть со временем из вас выйдет толк, мистер Поттер. Пять очков Гриффиндору за хорошую идею. - Думаю, вам стоит меньше меня хвалить, иначе вы привыкнете, - усмехнулся Гарри.

***

Гарри легко вскочил на метлу и полетел в сторону Визжащей Хижины. Профессор обещал добраться до нее самостоятельно. Во время обсуждения плана выяснилось, что призрак профессора привязан к замку, но добраться до места гибели все-таки может. Как только Гарри не уговаривал Снейпа дождаться в подземелье. Тот же настоял на своем присутствии, в своей излюбленной манере отмечая неумение Поттера, в случае чего, разобраться с простейшими проблемами. Плотное кольцо голубых елей будто делило мир на две части. Во внешней – царили жизнь и безупречная белизна зимнего леса, внутренняя – казалось, навсегда застыла в темноте и серости горя. - Профессор, - позвал Гарри, - вы уже здесь? Вместо ответа над одной из куч пепла, в которые превратилась Хижина, зажегся тусклый огонек. Гарри трансфигурировал из метлы лопату и начал копать. После пары часов работы: разбирания завалов и тщательной сортировки, ему удалось отобрать несколько фрагментов костей и более жирный, чем весь остальной, пепел. Никакие признаки не указывали на то, что найдены были именно останки Снейпа, оставалось надеяться, что профессор указал правильное место и поблизости не было больше ничьих костей. - Профессор, - начал Гарри, - может быть, вы хотите, чтобы я как-то особенно похоронил… - Не глупите, Поттер, - как и всегда он не смог договорить, так как был перебит, - неизвестно, сколько еще нам придется экспериментировать с зельем. И в каждую порцию нужно будет добавлять ВСЕ ингредиенты, - пробурчал Снейп, пытаясь с помощью ледяных интонаций доказать собеседнику, что ему ни капельки не тяжело находиться здесь. - Почему вы остались? – голос Гарри дрожал, он не мог также равнодушно, как Снейп, относиться к его смерти. - Я не знаю. Я отдал все, что у меня было, всего себя… - голос Снейпа звучал глухо, словно в этом месте было сложно использовать Легиллименцию или же ему было непрятно говорить об этом. - Меня ничего уже не могло удержать. - Может быть, мечта? – интересно было бы узнать, чего хотел бы этот замкнутый человек. - Заветное желание, которое вы всей душой хотели исполнить? - К моменту моей смерти все мои «выполнимые» желания были исполнены. Я верил в вашу удачу, мистер Поттер, – светским тоном ответил Снейп, желая отвлечь Поттера от неприятной темы. Он не собирается делиться с мальчишкой наболевшим. – Однако… Ладно. В конце концов, вы не сможете мне навредить этим знанием... Хоть и не знаю, зачем я буду тут перед вами распинаться... - Может быть, даже вам нужно, чтобы вас выслушали? - Гарри затаил дыхание. Он не ожидал от Снейпа откровенности. - Может быть, вам нужно, чтобы кто-то увидел в вас человека? Кинув на него странный взгляд, профессор удивился, что именно Поттер оказался тем человеком, которому не плевать на его мысли и чувства. - Вы удивитесь, если я скажу, что ненавидел преподавание? Не надо делать такое лицо… Так вот. У меня была причина. Гарри казалось, что голос профессора отдалялся, словно тот отходил подальше, чтобы иметь возможность смотреть на ели, а не на пепелище. - Мне за первые пять лет преподавания опостылело вбивать одно и то же в головы учеников, не имеющих способностей к предмету. Да, данную мысль я неоднократно доносил до вас на занятиях, - усмехнулся он. - Но дело еще в том, что зельеварение тесно переплетается с многими другими школьными предметами. Причем, программа составлена таким образом, чтобы не помогать, а только ухудшать ситуацию. Мне всегда хотелось заниматься не с толпой расхлябанных идиотов, а с маленькой группой искренне заинтересованных, образование которых можно полностью взять под свой контроль, - из голоса Северуса исчезли усталость и равнодушие, он начал звучать даже воодушевленно, но уже в следующую секунду он одернул себя. – Уже поздно, Поттер, нужно возвращаться. Гарри залез на метлу, озадаченно размышляя, что замкнутый и нелюдимый профессор, оказывается, всю жизнь мечтал о друге и единомышленнике, с которым мог бы разделить страсть к зельеварению.