Песнь без слов

Непослушные кудри каждое утро выглядели так, словно по рыжей голове пронесся безжалостный смерч. Как и всегда, они не желали укладываться с первого раза и лезли во все стороны. Однако уже привыкший к ежедневному ритуалу Чуя порой даже не успевал проснуться окончательно, механически выполняя необходимую последовательность действий и получая нужный результат. Стараниями наставницы он привык следить за собой, пусть даже еще четыре года назад Дазай частенько подшучивал над ним по этой причине. Порой Чуе слегка не хватало этих споров, однако почти сразу он вспоминал о том, как бывший напарник мог невзначай опрокинуть в шампунь баночку с краской… И желание скучать пропадало в один миг. Когда Чуя был младше, Кое очень любила возиться с его волосами. Она плавно водила расческой, изумляясь мягкости прядей, и не позволяла никому другому их стричь. Крайне редко Кое вооружалась ножницами, да и то лишь слегка равняла концы, а после вновь, тепло усмехнувшись, упоминала о том, что природа сделала Чуе прекрасный подарок. Тогда мальчик мог лишь смущенно отвернуться, пробурчав в ответ что-то непонятное, и неуверенно посмотреть в зеркало. Кое никогда не оставляла его с короткой стрижкой. Поначалу он ничуть не возражал, однако со временем волосы, что уже касались плеч, начали мешать ему. А когда однажды Дазай во время их очередного спора выпалил, что теперь он выглядит как девчонка, Чуя едва проглотил подкативший к горлу комок обиды. Причина, по которой Чуя никак не мог поменять прическу, могла показаться до ужаса простой и, наверное, слишком глупой и сентиментальной для мафиози. Он не хотел расстраивать Кое. Чем старше становились они с Дазаем, тем более сложные миссии им поручали. Мори прекрасно понимал, что потенциал их дуэта может раскрыться лишь в самых экстремальных условиях, и будто нарочно преподносил им все новые испытания. После них Чуя падал на колени, сплевывая кровь, и даже Дазай, умудряющийся всегда выходить сухим из воды, в изнеможении садился рядом, странно улыбаясь. И тот раз, которым ознаменовался канун восемнадцатилетия Чуи, исключением не стал. Вслед за прогремевшим взрывом, едва не разорвавшим барабанные перепонки, с оглушительным грохотом начал проваливаться пол. Чуя успел отпрыгнуть к ближайшей стене в последний момент, но даже отточенные рефлексы не смогли спасти его от падающей загоревшейся балки. Огонь перекинулся и на рыжие волосы, сливаясь с ними… Увидевший это Дазай, который лишь чудом не отправился вниз вслед за обломками пола, бросился к напарнику, перепрыгнув через огромный пролом. Украденный у Чуи нож он вытащил уже на ходу – вспоминая об этом, рыжий мафиози с легкой усмешкой отмечал, что хотя бы один раз идиотская привычка Дазая смогла им пригодиться. Пока жадные языки пламени не успели добраться до бледной кожи, Осаму взмахнул оружием. Избежать ожогов, конечно же, не удалось. Но все это казалось таким огромным пустяком по сравнению с тем, что могло произойти! Кажется, Дазай слезно причитал о несправедливости этого мира, ведь не он сам обкорнал рыжие патлы, но Чуя в кое-то веки пропустил все его слова мимо ушей. Когда Кое увидит, что стало с его волосами, она непременно огорчится. Уже давно привыкнув к тому, что она всегда приглашала его на чай после успешно выполненных миссий, сейчас Чуя с огромным трудом заставил себя пойти. Непривычно мяться у порога наставницы, нервно поглядывая вокруг и порываясь сбежать в любой момент, однако Кое словно почувствовала его внутренние терзания. Иначе как объяснить то, что дверь распахнулась ровно в тот момент, когда Чуя окончательно пал духом и даже успел развернуться в противоположную сторону? Вопреки его ожиданиям, Кое почти не изменилась в лице. Она сделала шаг к нему навстречу и медленно прикоснулась к обгоревшим кончикам. Чуя мог бы уже самостоятельно избавиться от раздражающей асимметрии, просто срезав оставшиеся длинные пряди, но он слишком привык к тому, что только наставнице позволял прикасаться к своим волосам. – Присядь, пожалуйста, – негромко попросила она, улыбнувшись лишь краешками губ. Минуту спустя Кое уже осторожно орудовала ножницами. Чуя не мог видеть ее действий, однако сложно не заметить того, что наставница в первую очередь не взялась за резко выделявшуюся из общей копны волос прядь. Разве не стоило избавиться от нее в первую очередь? Удивление Чуи лишь возросло, когда Кое отложила ножницы в сторону. – Готово. – Вы уверены в этом? – осторожно поинтересовался Чуя, однако чуть прищуренный взгляд Озаки стал ему лучшим ответом. – Мне кажется, что тебе очень идет, милый, – с более теплой улыбкой заметила Кое. Основная длина волос и в самом деле стала заметно изменилась так, как уже давно хотелось Чуе. Ложившаяся на плечо прядь, которую Кое оставила слева, выглядела необычно, но… К этому он мог привыкнуть. – Знаете… Похоже, вы правы, Кое-сан. – В подобных вопросах я никогда не ошибаюсь.