Цена жизни короля

Две недели спустя. - Куда ты меня ведешь? Гвейн раздраженно бубнил в широкую спину Персиваля, идущего впереди. Рыцари спускались в подземелье замка, туда, где в склепе королей и рыцарей было установлено четыре статуи погибших друзей короля. Только двое оказались живы, вопреки всему. Статую Мерлина из склепа убрали, как только он вернулся в Камелот. Магу было неприятно думать, что под полом, по которому он ходит, стоит его собственный похоронный монумент. Поэтому теперь памятник стоял в мастерской камнетеса и скульптора по совместительству. - Персиваль, ты меня слышишь? - Я хочу тебе кое-что показать. И, кстати, мы уже пришли, - Персиваль поднял факел выше, освещая своды огромного зала. Рыцарь зажег еще несколько факелов, но склеп оказался залитым неестественным голубовато-зеленым светом вместо теплых отблесков живого пламени. - Ты привел меня сюда, чтобы полюбоваться на величественных дохликов? – Гвейн скривился и скрестил руки на груди. - Нет. Чтобы ты посмотрел на себя, - Персиваль кивнул головой в сторону трех статуй и сам направился к ним. Гвейн не отставал. Любопытство снедало его, сильнее, чем раньше. Когда рыцарь, наконец, увидел лицо статуи, он сам застыл, став точной копией изваяния. Персиваль пристально следил за эмоциями на лице друга. Интерес, растерянность, задумчивость и страх. Страх? Почему на мгновение в глазах Гвейна промелькнуло именно это чувство, рыцарь понять не мог. - У этой дружбы такая мощь… Сильнее всякой магии, - Гвейн пробормотал себе под нос, чтобы Персиваль не услышал. - Ты что-то сказал? - Да. У статуи нос чуточку больше, и глаза глубже посажены. - Гвейн?! Рыцарь усмехнулся. - Шучу. Это очень… Я польщен. Персиваль прищурил глаза и смерил друга скептическим взглядом. - И это все? - Ну, да… А почему тут такая странная надпись? «Ты не проиграл». Бессмыслица какая-то. У всех такие хорошие…эпитафии. А я что? - Ты, правда, не понимаешь? Гвейн заметно занервничал и постарался спрятать нервозность за легкой усмешкой. - Понимаю. Камлан, Моргана и все такое… - Все такое? Да, точно…все такое. *** - Мерлин, с ним что-то не так, - спустя час Персиваль сидел напротив бледного мага в покоях придворного лекаря. Несмотря на новую должность, из своей коморки Мерлин съезжать отказывался. - Персиваль, ты даже не представляешь, насколько все плохо. - Представляю. Он не понял… Его последние слова. Но он не понял. Там, в склепе. Почему?! Мерлин устало запрокинул голову, смотря в потолок. - Не знаю. Он не дух, не тень, не обычный оживленец, я проверил. Я знаю только одно - он предатель. Персиваль грохнул кулаком по столу. - Этого не может быть! Черт, Мерлин, ты говоришь о Гвейне! - Я знаю. Но я видел его своими глазами. Он приходил к людям, которые являются глазами и ушами Гвидиона в Камелоте. - Ты про близнецов? Мы не знаем этого наверняка. И, Мерлин, ему просто могла приглянуться служанка. Мерлин удрученно вздохнул и обхватил голову руками. - А еще прежний Гвейн не умел гасить факелы движением руки. Персиваль застыл с открытым ртом, а потом сжал кулаки до хруста костяшек пальцев. - Я его убью…сам. - Не дури. Сейчас нам нельзя открываться ему. Персиваль встал из-за стола и нетвердой походкой направился к двери. Предательство друга подкосило его, но он старался крепиться. - Мне нужно подумать… Мрачный рыцарь распахнул дверь и даже не заметил стоящую за ней Моргану, которая держала за ручонку маленького принца Марка. Мерлин посоветовал Гвен не доверять мальчика заботам Эйлит, пока они во всем не разберутся. Это вызвало возмущение королевы, но с мнением Мерлина она считалась всегда. И сегодня она решила дать Моргане возможность поближе познакомиться с племянником, и отправила их гулять по замку. - Мерлин… Можно? - Моргана. И Марк? Проходите, Гаюс отправился к больному в нижний город. Так что, если вы к нему… - Мы к тебе, - Марк забрался на невысокий стульчик и показал Мерлину свой кулачок. – Дай руку. Мерлин послушно подставил ладонь, и мальчик разжал руку. Из кулачка выпал большой рубин в оправе в форме странного Мерлину узора. - Откуда у тебя это? – Мерлин улыбнулся малышу, приободрив его. Обычно Марк и так был готов рассказывать о чем-то с утра и до ночи, не нуждаясь в поощрениях. – Взял у мамы? - Нет. Нашел. - А где? - А ты расскажешь мне сказку? – Марк широко улыбнулся Мерлину, демонстрируя милые ямочки на щеках. - Да, про приключения доброго волшебника и его глупого друга-принца. Моргана прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться. Только Марк из-за своей детской наивности и непросвещенности не понял, о ком говорил Мерлин. - А про храброго принца? - И про отважного, храброго принца расскажу, - Мерлин взял малыша и посадил к себе на колени. – Так откуда у тебя камень? - Я ушел от няни и хотел найти маму… А потом Гвейн… Он…он… Ну, его кинжал светился… Вот, а папа обещал мне меч, когда я подрасту. - Марк, а что потом было с кинжалом Гвейна? - К Гвейну подошел Пев..Песи.. Пер-си-валь. И когда Гвейн убирал свой кинжал… Ну… Камешек отвалился. А он не заметил. Вот. Он красивый… - Да, но что это за узор? – Мерлин посмотрел на Моргану, и девушка взяла из его рук рубин. - Это что-то восточное… Где-то я такое видела. Только где? На мгновение воцарилось молчание. Даже любопытный Марк притих у Мерлина на коленях, играя с его шарфом. - Гвидион… - Моргана и маг выдохнули это слово одновременно. - Так это не Гвейн… Слава Богу, - юноша запустил пальцы в волосы. – То есть, плохо, что это не Гвейн, вернее, что Гвейн не предатель… Ох, вы меня поняли. Девушка села рядом с Мерлином и несколько минут сосредоточенно что-то обдумывала, изредка качая головой, словно не соглашаясь сама с собой. Наконец, она нарушила молчание: - Ты понимаешь, что это значит? - Да, что мы можем положить всему этому конец прямо сейчас… Я две недели не знал, как поступить правильно, а теперь… - Мерлин, стой… - Моргана снова вскочила на ноги и нервно одернула платье. – Когда можно принять другую личину? Мерлин нахмурился, не понимая, к чему клонит Моргана. - Когда захочешь. Я, например, могу превратиться в старика, когда пожелаю. - Хм… наверно, мне не стоит говорить, что я слишком хорошо помню твоего старика? – вопреки ожиданиям Мерлина, Моргана улыбнулась, как бы стараясь убедить его в том, что прошлое осталось в прошлом. – Так вот… Старика ты придумал в своей голове. А как ты можешь превратиться в реально существующего или существовавшего человека? - Только с заклинанием, произнесенным на его кровь. Но… Ох, черт! - Не ругайся при ребенке, - Моргана сурово посмотрела на Мерлина, одновременно силясь не рассмеяться, глядя на озаренное догадкой лицо мага. Марк тем временем чуть слышно засопел, уснув от неинтересного для него разговора взрослых. - Он спит, видишь? Ладно, но как Гвидион это сделал? Неужели заклятье дало такую мощь?! - У магии есть нерушимые законы. За их нарушение последует жестокая кара. Я не думаю, что Гвидион рискнул. Он показался мне сумасшедшим фанатиком. Но в его глазах был страх, Мерлин. Он втайне боялся своего же плана! - Значит… Гвейн, действительно, жив? - Мы можем это выяснить только на месте, где он якобы погиб… Где я убила его. - Моргана… - Мерлин предостерегающе посмотрел на девушку. - Я знаю. Но слишком много зла. - Все в прошлом, Моргана. Учись жить заново. *** На следующее утро Мерлин, Артур и Моргана отправились на место, где умер Гвейн. Персиваль наотрез отказался ехать с ними, а Леон должен был отвлечь самозваного Гвейна, пока этих троих не было в Камелоте. Никто не должен был заподозрить неладное. Между братом и сестрой чувствовалась напряженность, хотя оба старались быть предельно дружелюбными и вежливыми. Первым не выдержал Мерлин: - Ребята, вы, может, перестанете? - Что? – Артур недоуменно посмотрел на друга и пожал плечами. – Что бы ты ни придумал, я ни при чем. - И я тоже, - Моргана кивнула, соглашаясь с королем. - Да вы послушайте себя! «Моргана, будь любезна, поверни туда-то», - Мерлин тоненьким голосочком спародировал речь короля. – Или еще… «Артур, пожалуйста, не мог бы ты сделать то-то». Вы мне надоели с вашими любезностями! - Мерлин, мы просто стараемся… Артур не дал Моргане закончить: - Он прав. Мы слишком стараемся, превращая наше примирение в игру… - Артур, я не знаю, как вести себя с тобой. Ты смотришь на меня и видишь не того человека, которого знал десять лет назад. А злую ведьму с жаждой власти, готовую пролить реки крови. Но я… Сейчас я другая. Не Верховная Жрица и не колдунья, но и не та наивная девушка. Я взрослая женщина с тяжелой ношей вины и длинным шлейфом злых дел. Скажи мне, что я должна сделать, чтобы заслужить твое доверие? Снова… Мерлин предпочитал молчать и не вмешиваться в семейный разговор. Этим двоим мало простить друг друга на словах. Им необходимо было вывернуть друг перед другом души наизнанку. Артур подъехал ближе к Моргане и жестом попросил ее наклониться к нему. Когда девушка сделала это, король прошептал ей на ухо: - Будь собой. Не нужно мне ничего доказывать. Ты моя сестра, и отныне только этот факт имеет значение. Ничего больше… Я не позволю прошлому снова разбить мою семью, - Артур улыбнулся Моргане, а напоследок уже громче добавил, шутя. – И, пожалуйста, не пытайся больше меня убить. Для этой цели я обязательно найду тебе мужа. Артур пришпорил коня и поскакал вперед, обгоняя друзей. - Что он только что сказал?! Мужа? Мне?! Нет, пожалуй, я все-таки должна его убить. Через час они, наконец, добрались до нужного места. Моргана поежилась от нахлынувших воспоминаний, а Мерлин взял ее за руку, пытаясь подбодрить. Персиваль рассказал магу, что отнес тело Гвейна в небольшую пещеру, вход в которую завалил камнями. Ему, храброму рыцарю Камелота, не хватило духу похоронить друга. Символическую могилку, выложенную небольшими камнями, он показал Артуру и Леону, не сказав всей правды. Теперь же Артур, Мерлин и Моргана стояли перед большим завалом, не решаясь что-то предпринять. - Мерлин, я ничего не чувствую… - Моргана, ты же говорила, что можешь чувствовать только несчастья других людей. Живых людей. - Да, говорила. Но это не значит, что я перестала чувствовать мертвых. Но сейчас я не чувствую ничего. - Эй, маги бывшие и настоящие, вы мне что-нибудь объясните? – Артур недовольно посмотрел на Мерлина и Моргану и кивнул в сторону пещеры. – Будем разбирать? - Зачем? Я же все-таки придворный маг. Только отойдите подальше. А, желательно, спрячьтесь за деревьями. Когда король с сестрой так и сделали, Мерлин вытянул руки ладонями вперед и что-то тихо прошептал. В его глазах полыхнуло золотое пламя, и после этого камни с гулом начали вылетать в разные стороны, как при пороховом взрыве. Только самого мага не задевало. Когда все улеглось, а пыль рассеялась, Мерлин увидел, что пещера была пуста: ни останков Гвейна, никаких следов, кроме… - Это талисман Гвейна. Цепочка оборвана… Неужели, он жив? – Мерлин, который вначале обрадовался такому предположению, тут же сник. – Или был жив, пока в нем нуждался Гвидион. - Если он жив, мы его найдем… - Артур подошел к другу и положил руку ему на плечо. В этот момент Моргана обхватила руками ствол тоненького дерева, чтобы не упасть. Девушку пронзила дикая боль, нахлынувшая из-за чужих эмоций. Злоба, ненависть, страх, жажда убивать… Эти чувства пронзали Моргану, словно острые пики. - Мерлин… Девушка упала, и в этот момент на поляне появилась тень. Бесшумно, словно из ниоткуда. Это бы Гвейн. Без сомнения. Гвидион задействовал его в своем ритуале, превратив в это существо. Тень кинулась сначала на Моргану, но Мерлин отвлек на себя внимание, бросив камень в голову того, что когда-то было рыцарем Камелота. Существо оскалилось и бросилось к магу. До Мерлина оставалось пара шагов, когда Гвейн остановился, привлеченный блеском металлического талисмана в руках мага. Тень попятилась, мотая головой. Видно, Гвидион не смог до конца вытравить душу рыцаря из тела… Он вспоминал. Но демон внутри подавлял человека. С диким воем существо скрылось в лесу, оставив ошарашенных друзей на поляне. - О, Боже… Неужели это?.. – Артур, сжимал рукоять меча так, что побелели костяшки пальцев. - Да, это Гвейн. Его чувства или чувства демона меня чуть не убили, - Моргана с трудом поднялась, хватаясь за дерево. Мерлин молчал. Он обернулся и посмотрел на «склеп» и глубоко вздохнул: - Если мы сможем разрушить этот ритуал, обратить его… Этим мы уничтожим Гвейна.