Секретные агенты

С того дня Папирус стал проводить время с Меттатоном чаще, даже больше, чем обычно. Если прежде братья оставляли МТТ, чтобы позволить ему снять эпизод шоу или сделать перерыв пораньше, то теперь Папирус была как третья рука короля, полностью и совершенно неотделимая. Меттатон даже заставил агента сняться в передаче, открыто предоставив ему лучшие роли, которые Папирус сыграл с гордостью и преданностью. И они без колебаний прерывались, чтобы поцеловаться. Меттатон был королём, а правители могли делать на своих шоу всё, что захотят, и, конечно, хотел, чтобы все знали, что ему очень нравился этот милый скелет. С другой стороны, есть ещё Санс. Правда, у него не было проблем с поиском новых знакомств (он на самом деле казался всеобщим другом, что впечатляло), но МТТ уверен в том, насколько Папирус значим для него и то, что его отсутствие не могло оставить Санса равнодушным, даже если бы тот хорошо к такому относился. Папс проводил ночи с Меттатоном, целовал Меттатона, говорил о Меттатоне, он был слишком опьянён своим кумиром, чтобы быстро остановиться. И хотя улыбка Санса была искренне счастливой, когда он наблюдал за волнением Папируса, но почти выглядел… смирившимся. Меттатон заметил этот взгляд, но не хотел повторяться. Им нужно было поговорить. Его агенты имели свои привилегии, например, бесплатную еду и напитки в курорте МТТ, что вызывало восторг у Санса. Меттатону даже пришлось ограничить ему перерывы, чтобы Санс не тратил половину рабочей смены на распитие кетчупа с покупателями. Но всегда представлялась определённая возможность, чтобы Санс находился на месте, если действительно нужен, и на этот раз все сложилось кстати. — Санс, дорогой, — начал Меттатон, садясь рядом с ним. Скелет кивнул, жуя хот-дог и даже не повернулся к МТТ. — Я стал замечать, что в последнее время ты… казался мне таким одиноким. Может быть, захочешь выпить с нами как-нибудь… — Привет, приятель, — ответил ему Санс, глядя на короля с бесстрастным оскалом. — Я думал, что ты веселишься с Папирусом. Меттатон почувствовал себя немного неуютно, но быстро взял себя в руки. — Так и есть, но… — Тогда придерживайся его, усёк? Я знаю, это может прозвучать внезапно, но ты не должен флиртовать со всеми наёмными работниками. Меттатон рассмеялся, в основном, чтобы прогнать странную нервозность. — Оооо, я понял. Думаешь, что я ему изменяю или что-то в этом роде? Робот повернулся к входу и крикнул: — Папирус, сладенький! — Да? — с готовностью ответил Папс, терпеливо ждавший у двери. — Не возражаешь, если я поцелую твоего брата? Посетители с интересом стали наблюдать за происходящим. — Нет? Если ты не станешь обнимать его больше, чем меня? Но если в следующий раз ты меня больше обнимешь, то всё в порядке! — Спасибо, сладкий! Видишь, он сама прелесть, — продолжил Меттатон, снова поворачиваясь к Сансу. Санс кивнул, но отвернулся. — Несмотря ни на что. Меттатон нахмурился и ущипнул Санса за скулу. — Эй, дело не в том, что мне с ним надоедает или что-то в этом роде. Ты действительно выглядишь лишённым внимания теперь, когда Папс проводит со мной столько времени, и я не хочу оставлять тебя в стороне. — Хех. Значит, свидание из жалости? — Санс схватил робота за руку, но не отпустил. Он услышал монстров, которые зашептались за их спинами и не особо церемонились. Меттатон одарил скелета своей очаровательной улыбкой. — Нет, ты мне, правда, интересен. — Неужели? — улыбка Санса стала немного теплее. — Ладно, я подумаю об этом. — Отлично.

***

Через несколько дней обоих братьев вызвали в «офис» Меттатона. Это был «офис» в кавычках, потому что, честно говоря, даже люди не смогли бы работать в таком розовом блеске. Не говоря уже о том, что роскошные диваны вместо стульев скорее усыпляли Санса, чем настраивали на рабочий лад. На самом деле единственная цель «офиса» — потешить эго МТТ. Сам босс ожидал их в кресле, уложив ноги на столе, одетый в неуместно короткое чёрное платье, которое крепко облегало бёдра. — Вот, — он бросил стопку бумаг на стол. — Вам надо оформить документацию. — Делать документы сейчас? — Санс поднял брови. — С каких это пор ты начал заботиться об оформление документации? — Я дам вам вдвое больше, если ты не перестанешь допрашивать меня, — предупредил Меттатон. Папирус схватил бумаги. — Да какая разница? Просто делай свою работу и не пытайся придумывать оправдания! Санс закатил глаза и последовал примеру брата. Они сели за два разных стола. Меттатон выскочил из «офиса» и оставил их в тишине, которую прерывало только яростное чирканье ручки Папируса. Санс лениво просмотрел свои документы. Ни один из них на самом деле не выглядел важным. Он был на сто процентов уверен, что МТТ снова с ними заигрывает. Однако Санс решил не пытаться убедить Папируса остановиться, так как у него был такой запал от идеи завершить работу для Меттатона. Вместо этого старший скелет просто вздохнул и начал писать каламбуры на полях, чтобы создать иллюзию бурной деятельности. МТТ вернулся примерно через двадцать минут. Он остановился у стола Папируса и начал осматриваться. Если бы Папс ещё больше раздулся от чувства важности, то стал бы воздушным шаром. — Как идут дела? — спросил Меттатон, поглаживая его черепушку. Папирус начал объяснять. МТТ выглядел, как будто и не слушал, но вежливо кивал. — Хорошо, это прекрасно, дорогой, — король поцеловал его, прерывая слова Папса. Затем поцеловал снова. И снова. А после Меттатон просто бесцеремонно сел к Папирусу на колени и начал целоваться с ним прямо на глазах у Санса. Это полный мрак. — Что ты делаешь? Возвращайся к своей работе! — внезапно провозгласил Меттатон, отстраняясь от Папируса. Его возлюбленный на секунду застыл в замешательстве, но послушно схватил ручку. Но как только Папс продолжил писать, Меттатон наклонился и начал целовать его шейные позвонки. Да, эта хрень снова происходит. Санс попытался сконцентрироваться на своих каламбурах, но это оказалось не так просто, учитывая, что он должен был слушать звуки поцелуев, вздохи и стоны Папируса и приятный шёпот Меттатона. Это было невероятно. Юбка МТТ была такой короткой, что Санс смог видеть его нижнее бельё почти постоянно. Но не то, чтобы он подглядывал. Каждый раз, когда Папирус замедлялся или отчаянно пытался прикоснуться к роботу в ответ, Меттатон слегка шлёпал его по запястью и приказывал продолжать работу до конца. МТТ даже поменял позу, теперь полностью повернувшись к Папирусу и оседлав его, поэтому мог дразнить его, более медленно тершись о всё тело. Папс выглядел жалко. — Ты ведь не хочешь разочаровать меня, правда? — пробормотал Меттатон. — Мне действительно нужны эти документы, дорогой. — Н-нет, я сделаю это… — Папирус искренне пытался сосредоточиться на подложных документах, но едва мог сдерживать себя. Из-за того, что ноги Меттатона были широко раздвинуты, платье полностью задралось, обнажая чёрные кружевные трусики. Не-ве-роят-но. — Что, не хочешь присоединиться к веселью, а, Санс? — победно улыбнулся Меттатон, поймав его взгляд. Санс внутренне колебался, что он вроде как захотел подобного, но… нет. — Я воздержусь. Хоть КТО-ТО должен закончить свою работу. Папирус дёрнулся, как будто собирался громко возразить и, наконец, сосредоточиться, но вместо этого просто приподнялся, уронил ручку и схватил Меттатона за задницу. Санс отвернулся, когда услышал их стоны, когда они уже прижались тесно друг к другу. — Хорошо, развлекайтесь, — сказал старший скелет, после чего встал и вышел из комнаты. Никто не обратил на это внимание, поскольку Меттатон был слишком увлечён тем, чтобы задрать рубашку Папируса до челюсти. Меттатон какое-то время перестал приставать к Сансу, так как тот все еще не ответил утвердительно на предыдущее предложение. Скелету действительно нужно было время, чтобы обдумать всё и не хотел торопиться с решением. Он не был влюблён в Меттатона как Папирус, не находил высокомерие робота таким очаровательным и даже думал, что МТТ временами надоедлив, но… С другой стороны, предложение звучало очень заманчиво по какой-то необъяснимой причине. У Санса не было проблем с признанием самому себе, что тело Меттатона было весьма привлекательным творением, но он все же не хотел терять бдительность. Ах, лёгок на помине. — Санс, милый, солнышко, любовь всей моей жизни, сделай мне одолжение! Санс вздохнул, чувствуя, что его умиротворяющий взгляд в потолок не имеет шансов возобновиться. — Что случилось? — Мне нужны твои блестящие навыки инженера. Поскольку Альфис больше не было рядом, чтобы технически поддерживать тело Меттатона, Сансу пришлось неохотно раскрыть свое хобби и взять данную задачу на себя. К счастью, робот слишком ценил свое тело, чтобы причинить ему серьёзный вред, поэтому весь ремонт сводился к периодической смазке деталей и осмотру. — Сможешь ли ты сделать дополнения для моего тела? — лицо Меттатона выглядело взволнованным. — Эй, я не Альфис. — Но ты сможешь? Санс почесал в затылке. — Я могу попробовать? Чего ты хочешь? — Человеческие репродуктивные органы, — сказал Меттатон с необычайной серьезностью. Санс даже на секунду взглянул на него. — Я могу узнать зачем? — Нет. Просто будь солнышком и сделай это, — приказал Меттатон. — Я дам тебе всё, что ты захочешь. — Один миллион золотых. — Имей совесть! — Ладно, неделю перерыва и мешок картошки фри из «У Гриллби». — Ты просто прелесть и поэтому я люблю тебя, — защебетал Меттатон, снова ущипнув скелета за скулу. Это становилось новой раздражающей привычкой короля.

***

Санс был повсеместно известен как чемпион бездельников, но если он хотел, чтобы задание было выполнено, то удивительно оказывался эффективным работником. Меттатон всегда подозревал, что у Санса большой потенциал, безжалостно подавляемый ленью. Робот думал об этом, сидя на диване, расставив ноги, без одежды перед Сансом, который объяснял проделанную им работу. Это так чертовски неуместно и возбуждающе слушать его техническую болтовню. — Дело вот в чём. Я провел здесь трубку, — Санс указал на таз. — Она мягкая, эластичная и производит смазку, так что не беспокойся. Она связана с твоей душой и передает ощущения точно так же, как и при её стимуляции. Смазка также подводится из души, которая должна оставаться внутри контейнера, если ты захочешь развлечься. — Что это за кнопка? — Меттатон с любопытством прикоснулся к своим новым частям тела. — Это «клитор». Говорят, просто приятно нажимать на него, так что считай это бонусом. Если честно, я в основном разместил его здесь, чтобы пошутить «он знает толк в нажатии на кнопки». Санс обратился к другой детали. — Теперь ты можешь прикрепить пенис отдельно от вагины или просто объединить их. Они тоже весьма мягкие, — он сжал член, как резиновую уточку. — Принцип такой же, привязанный к душе. Единственная разница в том, что в пенисе хранится смазка, поэтому, когда он заполнится, происходит так называемое «извержение» и все выбрасывается наружу. Теперь всё, я думаю. — Отлично, отлично, просто отлично, — пробормотал Меттатон, пытаясь подключить устройство. — Фантастическая работа, огромное спасибо. Знаешь, я бы никогда не попросил об этом Альфис. Она, наверное, утонула бы в собственном поте при одной мысли о таком. Санс кивнул и помог ему прикрепить орган правильно. — Мне все еще интересно зачем они тебе нужны. Меттатон прищурился. — Обещай, что не будешь подшучивать? — Конечно. — Они заводят меня больше, чем секс с душой. Я люблю человеческие тела, ясно? Я хочу развлекаться их способом. Санс пожал плечами. — Ладно, если тебе так нравится. Неловкое молчание. — Эй, я на самом деле еще не тестировал их. Хочешь попробовать? — внезапно сказал Санс. Меттатон моргнул, затем хитро улыбнулся. — Так, так, разве это не бесстыдное предложение? — Приятель, я просто не хочу, чтобы твой драгоценный человеческий член упал посреди романтической ночи, — усмехнулся Санс. — Лучше проверить сейчас. — Да ладно, не говори мне, что ты ни капли не заинтересован в возбуждении своего босса, — заворковал Меттатон, притягивая Санса ближе. — Я сделаю это для науки, — однако скелет не сопротивлялся. Меттатон попытался проделать тот же трюк, что и с Папирусом, погладив по скуле и скользнув вниз пальцами под воротник Санса, но скелет схватил МТТ за руку. — Хорошо, правило номер один: не трогать, — сказал он, прижимая Меттатона к дивану. — Можешь кончить на меня сколько хочешь, но я не займусь с тобой сексом. — Как хочешь, Санси, — прошептал Меттатон и закусил губу. Санс понял, что это только распалило «лжевысочество»* еще больше. Неважно. Он схватил член и начал бесцеремонно поглаживать. Меттатон радостно фыркнул, покачивая бедрами. Санс не солгал, это действительно ощущалось приятно, как если бы к душе прикоснулись. Меттатон уперся руками выше головы и попытался позировать самым соблазнительным способом. Король жадно глядел на скелета, про себя благодаря судьбу в виде такого благословения как братья-скелеты. Санс не надел пиджак, но рубашка с закатанными рукавами смотрелась на нем небрежно большой. — Сколько это займет времени? — осторожно начал Меттатон. — Не мог бы ты помочь мне ускорить процесс? — Например? — Ты можешь снять рубашку? Для науки? — мягко пробормотал МТТ. Санс закатил глазницы, но начал расстёгивать пуговицы. — Это всё, что ты получишь, — ответил он, открывая вид на грудную клетку и голубую душу внутри. Меттатон облизнул губы и сжал кулаки, чтобы подавить желание провести пальцами по рёбрам. Да чёрт возьми, да. Его член медленно, но верно наполнялся розовой эктоплазмой и набухал. Меттатон не мог сдержать стона, когда Санс погладил самый кончик, вытерев ускользающую каплю. Он был так чертовски рад, что, наконец, решился попросить о таких органах. Люди определённо умели развлекаться. Санс засунул палец в вагину, которая тоже сильно выделяла смазку. Меттатон прошипел от удовольствия. — Ты можешь… использовать больше пальцев? — попросил он, тяжело охнув и блаженно улыбаясь. Санс растянул отверстие вторым пальцем, заставив робота снова застонать. Меттатон никогда не был так возбуждён из-за желания прикоснуться к своему партнеру. Обычно все умоляли доставить им удовольствие, но теперь роботу пришлось сдерживаться и довольствоваться видом поднимающейся и опускающейся грудной клетки Санса. Это… действительно заводило. Внезапно Санс остановился. — Эй! — запричитал Меттатон, жаждавший большего возбуждения. — Мои руки устали, чел, — Санс соврал в ответ. Меттатон слегка пихнул его ногой в таз. — Что ты имеешь в виду?! Верни кисть сюда и продолжай! — Где волшебное слово? — Пожалуйста? — прошипел Меттатон, отчаянно касаясь себя и пытаясь повторить движения Санса. — Всего лишь пожалуйста? — Всего лишь ДА, послушай, умник, не притворяйся, что ты совсем не возбуждён, — Меттатон указал на голубую душу, которая сильно размокла. — Нет, я ничего не вижу. МТТ сел. — Ты боишься со мной развлечься? — Я не занимаюсь с тобой сексом, — повторил Санс, но с гораздо меньшим энтузиазмом. — Занимаешься, и тебе это нравится, — ухмыльнулся Меттатон, подползая к нему. Санс не сказал ничего. МТТ обнял его и зашептал самым сладким, самым жарким голосом, которым умел: — Ты заставляешь меня чувствовать себя так хорошо… Пожалуйста, позволь мне вернуть должок… Робот услышал, как Санс глубоко охнул с покорностью, и почувствовал, как чужие руки сжали его задницу. — Если ты кому-нибудь расскажешь об этом, тебя ждёт плохое времечко, — пробормотал скелет. Меттатон заглушил конец предложения поцелуем. Одежда Санса оказалась на полу в долю секунды. Меттатон сел сверху, устроившись напротив таза Санса и стал его страстно целовать. Агент полностью перестал сопротивляться, только ворчал и охал под прикосновениями. — Итак, теперь твоя очередь, потому что я действительно устал, — сказал скелет, глядя на Меттатона с самодовольной ухмылкой. МТТ проник рукой в грудную клетку Санса и сжал душу, совсем размякшую на вид, и с дрожью подумал, что так прекрасно, когда они оба двигались и стонали одинаково, или когда робот гладил позвонки, лизал и кусал шею и ключицы. — Посмотри, какой ты мягкий и мокрый, — пробормотал Меттатон, сжимая и дразня душу в своей руке. — Тебя, наверное, так возбудило то, что твой босс ласкает тебя прямо сейчас. Санс закрыл глаза, чувствуя жар металлического тела между ног. Ему сложно отрицать, что сейчас он тает быстрее снежинки в камине, и такие слова, сколь бы банальными они ни были, на удивление не помогут. — Ты, наверное, всегда хотел, чтобы я прижался и лизнул твои кости, не так ли? Даже если ты не признаешься. Меттатон начал целовать позвонки. Вот чёрт. Санс застонал и немного выгнулся назад. — Знаешь, тебя не нужно оставлять в стороне, — продолжал Меттатон между поцелуями. — Я могу удовлетворить вас обоих с братом. И я хочу удовлетворить вас. Санс в этот момент почти не слушал, но кивнул в ответ. — Вы оба сидите у меня на коленях, требуете любви и внимания, целуетесь и обожаете меня… — Меттатон, казалось, погрузился в царство собственных фантазий. — Никто не чувствует грусти или зависти… Удвоится секс, удвоится удовольствие… В отчаянном поиске дополнительной стимуляции он прижал душу Санса к своей вагине. Оба вздрогнули от ощущение горячей, пульсирующей и размокшей души, скользящей между гладкими краями. — Чувак, это не «человеческий способ», — просипел Санс. — Какая разница, — затаив дыхание, ответил Меттатон, сжимая бедра вместе и субстанция брызнула на его бёдра. Душа была слишком велика, чтобы поместиться внутри, но даже такого было достаточно. Меттатон, находясь опасно близко, начал тереться голубой душой о свой набухший член. Когда он достиг конца, то прижал к нему душу, заставив его немного пронзить мягкую синюю сущность и погрузиться в горячую вязкую жидкость, это ощущение заставило что-то внутри него щёлкнуть, и МТТ ахнул, чувствуя волну оргазма, когда поток розовой эктоплазмы брызнул в душу Санса, смешиваясь с голубой. Судя по ворчанию Санса и тому, как его душа дрогнула в руке МТТ, это вышло отлично. — Поздравляю, всё работает как надо, — пробормотал совершенно измученный Санс. — Тестовое задание завершенно. — Я был бы не против проходить техобслуживание каждый день для подобных тестов, — сказал Меттатон, пройдя нежными поцелуями по всей его душе. Санс закрыл глазницы, всё ещё невольно вздрагивая, когда чувствовал, что губы касаются такой сверхчувствительной души. — Хорошо, было весело. Меттатон прижался к нему. — Так ты передумал и хочешь присоединиться к нам? — Может быть. — Может быть? — Может быть, — они снова поцеловались.