БТС на всех поверхностях

- Скажи это ещё раз, - серьёзно пробасил Юнги, и лицо его приняло слишком недоброжелательный вид. - Прости, я виноват, мне жаль, - бормотал себе под нос Чимин, сминая пальцы под широкими вязаными рукавами. Грудь его была прижата к стене, сзади напирал Мин. Он так опасно горячо дышал в затылок, что становилось не по себе. Юнги мог стерпеть всё, но не предательство. Некий Пак Чимин месяц назад устроился на работу в поместье Мин Юнги. Его задачей было ухаживать за растениями в этом доме, и он свою работу выполнял исправно, однако вдруг оказалось, что никакой он не специалист по растениям, а простой вор, что жаждал обобрать Мина и сбежать с деньгами, однако тянул со своей аферой он долго, и хозяин дома быстро раскусил его. Сбежать Чимин так и не смог, ведь его поймали прямо на месте преступления. Поймали и зажали у стенки. Костлявые бледные пальцы прижимали чужие запястья к стене, немного больно сдавливая те. Чимин еле слышно постанывал, ощущая спиной жар чужого тела. - Мне жаль, - шептал Пак. - Я тебе не верю, Чимини, - прохрипел на ухо Юнги, и одна из бледных ладоней разжалась. Та самая ладонь вдруг легла на накачанную, обтянутую джинсами задницу, скользнув ещё ниже, надавив. Пак тоненько простонал и плотнее вжался в стену в попытке увернуться от такого жеста, однако у Мина были сильные руки, одна из которых всё ещё крепко держала запястье вора у стены. – Что делают с плохими мальчиками? - Наказывают... - прошептал Чим. - Жёстко. *** Руки Чимина были туго перетянуты. Прикреплённые к потолку, они затекали и ныли от обилия верёвок. Он теперь полностью обнажён и обречён. Он словно в камере пыток: ведь в комнате, в которую его привели, столько опасных игрушек, однако самая опасная бродит сейчас где-то сзади и чем-то звенит. Чимину страшно и волнительно. Не успел парень додумать, как со спины вдруг так близко подобрались, уложив широкие ладони на округлые бёдра. Человек сзади прижался всем телом, он маняще водил носом по его шее, уходя аж в макушку, и втягивал чужой приятный аромат. Пальцы пробирались вперёд, спускались по бёдрам, скользили между ног. Пак вздрагивал и тяжело дышал, пока его полу вставший член словно случайно задевали чужие пальцы, невесомо обхватывая, приятно натягивая на нём кожу. Длинные, немного грубые, они вдруг настойчиво сжали, а с пухлых губ Чимина сорвался шумный, пошлый вздох. Чимину только и оставалось, что закатить глаза и поддаться пугающе неустойчивому напору Юнги. Этот парень мог касаться нежно, но в следующую секунду в нём пробуждался настоящий зверь. Он причинял сладкую боль звонкими шлепками, его тяжёлая рука звенела о нежную кожу ягодиц Чимина, которому оставалось лишь губы свои шикарные кусать, да жалобно растягивать тихие, сладкие стоны. Боль его не пугала, а даже привлекала, возбуждала. Он частенько спал с красивыми мужчинами самых разных наклонностей, они были как нежны, так и грубы с ним, однако Юнги он согласен был терпеть на все сто процентов, потому что именно от него хотелось грубости больше всего. - Невероятно завораживающее зрелище, - хрипел в самое ухо низкий голос Мина. Парень властно обвёл ладонями бока красивого, накачанного, подвешенного к потолку парня, и Чимин выгнулся змеёй, словно подаваясь навстречу этим ладоням. Юнги царапал огрубевшей кожей подушечек пальцев отчетливые кубики пресса и объёмную грудь юноши. Худое тело Пака волнами удовольствия заходилось, мышцы на его спине играли, подбородок откинулся назад, обнажив длинную, изящную шею. - Твоя фигура, кожа, гибкость, голос - всё это настолько отточено, настолько идеально, что совсем не хочется ломать что-то из этого... На этой коже проступят яркие засосы, а голоса после ночи со мной не станет, - пробормотал Юнги, а Чимин лишь слышал, как растягивались чужие губы в ухмылке и вздрагивал. Юнги вдруг отстранился. По телу Пака прошёлся холодок, он размял затёкшие запястья и прислушался. Мин подходил ближе. - Тебе понравится, - шепнул Юнги, вплотную прижавшись к Чимину сзади. В ту же секунду на правое бедро парня с размаху опустилась плеть. Пак вздрогнул и тихо зашипел, Юнги впился губами в шею юноши, со всей страстью втянув кожу. Чимин застонал и получил ещё один удар, этот был сильнее. Чем сильнее был удар, тем острее укус, краснее засос. Юнги властно обхватывал сильной рукой парня на уровне груди, целовал его со всей жестокостью, со всей страстью, и нещадно стегал, оставляя красные полосы на нежной коже, заставляя всё сильнее шипеть, всё протяжнее стонать. Юнги откровенно тёрся оттягивающим брючную ткань возбуждённым органом о пятую точку парня, он невыносимо сильно хотел его сейчас, когда прекрасный Чимин так шикарно царапал его слух своими хриплыми вздохами, бархатными высокими стонами... Чимин из тех, кто будет просить больше, а Юнги просто не сможет остановиться. Удар. Вскрик. Поцелуй. - Ты восхитителен, - шептал Юнги, лаская пальцами покорное тело, спускаясь по животу вниз, прямо к стоящему колом органу. - Как долго тебе нужно причинять боль, чтобы ты кончил лишь от этого, м? - носом втянул запах кожи парня Мин. - Я кончу... Если будешь бить сильнее, - усмехнулся Чимин, примяв под ряд верхних зубов пухлую алую губу. *** Всё ныло, красные полосы на бёдрах горели, давали о себе знать тянущей болью. Чимин лежал на широкой холодной кровати. Тело его перетягивали чёрные ремни, Юнги стянул их крепко так, что при каждой попытке движения парня, ограничители его свободы скрипели и, казалось, ещё сильнее впивались в кожу, натирали. Руки же Чимина теперь были стянуты всё теми же ремнями, но за спиной. Он сейчас смотрелся словно прекрасная жертва в логове паука, обвившего своими сетями. Юнги был обнажён, тело его было не таким хилым и худым, как считали многие, у него была неплохо развита мускулатура, широкая спина и плечи, крепкие руки. Именно такому парню хотелось подчиняться. Юнги подцепил пальцами ремни и, приподняв Чимина за спину, ловко перевернул того на живот, надавив на область лопаток ладонью. Чимин упирался коленями в покрывало, большие округлые ягодицы его приподнимались, и Юнги хватило лишь секунды, чтобы его член с легкостью сумел затеряться меж двух аппетитных половинок. Орган туго толкнулся в узкое колечко мышц, головка проехалась внутрь, а бёдра Юнги звонко шлёпнулись о препятствие. Чимин от неожиданности вскрикнул и тут же задушил стон в покрывале. Член внутри него был такой большой, ему казалось, что он вообще не должен помещаться в нём, однако Юнги проникал под таким углом, что в Чимине, каким-то чудесным образом, терялась вся длина органа. Целиком. Парень реагировал на каждый толчок ненормально, всегда тихий и сдержанный, он откровенно кричал и душил свой звонкий голос в постельном белье Юнги. Мин жёстко толкался внутрь, он наблюдал за тем, как содрогаются ягодицы трахаемого им парня, как напрягаются пальцы на его связанных за спиной руках, он рассматривал красные полосы от порки, любовался всё ещё прекрасным, беззащитным телом. Юнги сцепил пальцы в волосах на затылке Чимина и высоко поднял голову того, сильно натянув. Чимин широко распахивал алые губы, жмурился и безумно громко стонал. - Жёстче! - требовательно просил парень. Шлепки звенели на всю комнату, Юнги покрывался испариной, рвано дышал и чуть было не рычал. - Бл**ь, грубее! - вскрикнул Чимин, а Юнги поймал себя на мысли, что впервые слышит от этого вечно сдержанного парня мат. - Ты не можешь делать это сильнее!? - до хрипа в голосе крикнул Пак, а Мин аж растерялся. У Чимина наверное смелости вагон, раз он позволяет себе так разговаривать с ним. Мальчишку хотелось проучить. (продолжение следует)