БТС на всех поверхностях

Чимин метался от шкафчика к шкафчику. Кто же знал, что слух о том, что на днях его имели аж шесть парней, быстро разлетится по стенам учебного заведения. Парни зажали его в раздевалке и не давали прохода, они смеялись, били его по лицу, оставляя красные следы и неприятное жжение. С Чимина стягивали одежду, ставили на колени, заламывая за спиной руки, абсолютно игнорируя слёзы и мольбы остановиться. - Нас двадцать, - сообщил парню грубый, низкий голос одного из старшекурсников. – Семерых ты выдержал, выдержишь ли нас всех? Открывай свой прелестный ротик, - ухмыльнулся он, принявшись расстёгивать молнию на штанах. - С ума сошли! Я сейчас ректора сюда позову! – послышался знакомый голос со стороны выхода из раздевалки. Чимин отчаянно обернулся на кричащего парня, узнав в нём недавнего знакомого – Хосока, рядом стоял и Чонгук. - Да чёрт бы тебя побрал, Хосок, дай повеселиться! – возмутился парень, уже почти изъявший своё достоинство из штанов. - Веселье окончено. Толпа медленно, но верно расходилась, оставались лишь Чимин, да Хосок с Чонгуком. Чим поджимал губки и не спешил подниматься. - Вставай, - попросил Чонгук. - Зачем? Я же шлюха, - выдавил из себя больную усмешку Пак, стиснув в пальцах свои колени. Чимин конечно же так не думал, ему просто до дрожи в сердце хотелось знать, верны ли его догадки. Он лишь хотел знать… - Ты не шлюха, - еле слышно шепнул Хосок, а Чим резко поднял голову вверх. Глаза его в одну секунду налились влагой. - Это были вы, так? Вы там были, вы… Чонгук резко опал на колени, прямо перед сидящим на полу парнем, отчаянно заглянув в глаза того. - То, что там с тобой случилось, это ужасно, - шептал Гук. – Но это… Пак резко подался вперёд, коснувшись пухлыми губами губ Чона. Он так счастлив, что это именно Чонгук с Хосоком. *** Чимин покусывал нижнюю губу и стоял, опустив голову. Чонгук с Хосоком стояли по обе стороны от него, они прожигали взглядами, ждали ответа, а Паку не хотелось отвечать. Ладони Чонгука, вдруг, коснулись тёплые пальцы, то же прошло и с ладонью Хосока. Чимин взял за руки обоих, а это значит, что он принял решение. - Я не могу выбрать. Буду разрываться между двух тел, словно шлюха… Оба парня вдруг свели расстояние между ними и Чимином до минимума. Хосок запустил руку под футболку красивого юноши и огладил длинными пальцами кубики крепкого пресса. Чим еле слышно простонал и выгнулся в шее, на которую, в ту же секунду, приземлились тёплые губы Чонгука. Чон жался всем телом, целовал, а иногда и язык наружу высовывал, проходился им по нежной коже, оставляя влажную дорожку. Окружённый юноша медленно лишался футболки и разума, потому что впервые он не чувствовал дискомфорта, когда кто-то желает его прямо здесь и сейчас, ведь сейчас на его тело покушаются два прекрасных юноши, и он, кажется, любит обоих, если желание целовать и обниматься можно назвать любовью. - Люблю тебя, Чимини, - бархатно пробормотал приятным, низким голосом Хосок, зарывшись кончиком острого носа в мягких волосах Чима. - Люблю, - шепнул Чонгук, чиркнув горячим дыханием по уху Пака. Две пары рук настойчиво скользили по вздрагивающему под их напором телу. Два возбуждения потирались о бёдра сладко постанывающего Чимина. Откинутая в сторону футболка, оголённый торс, нуждающийся в заботе и ласке Чимин, млеющий под чужими поцелуями. Ладонь Хосока медленно скользнула от пупка, до резинки спортивных штанов. Пальцы Хо скользили вниз, прямо по тоненькой тёмной дорожке из волосков внизу живота Пака. Слишком изысканно, слишком внимательно, слишком головокружительно это было для Пака. Ладонь без труда проникла под резинку штанов и погрузилась прямо в боксёры. - Да… - жалобно просипел Чим и Чонгук принялся массировать округлую грудь юноши. Рука Хосока несильно, но вполне настойчиво надавливала на возбуждённый орган Чима, заставляя того несдержанно хныкать. Чонгук опустился губами на розоватый сосок и сомкнул зубы, закусив тот. Юноша в его руках протяжно простонал и выгнулся кошкой. Крепкие руки держали его с обеих сторон, давали чувство беззащитности, но, в то же время, и безграничной защищённости, ведь сейчас, рядом с ним его мальчики, его сильные мужчины, которые не дадут его в обиду, и сами никогда не обидят. Чим обмякал, растекался по чужим, окружающим его телам, словно входил в транс, пока его так сладко ласкали. Не успел Пак заметить, как рука Хосока с его органа соскользнула вниз и прошла прямо меж двух половинок. Пальцы нащупали вход и без труда проникли внутрь. Чим лишь сдавленно простонал на это и широко распахнул губы, когда почувствовал Чонгука на своей шее. - Я растянут, - тихонечко пробормотал Чимин, и рука в его боксёрах вновь поднялась на член. Парни медленно, но верно меняли позиции, Хосок вставал сзади, притесняя Чонгука, заставляя того переместиться. Гук заскользил кончиками пальцев вниз по телу Чима, вместе с руками опускался и он сам, пока не встал на колени. Штаны были осторожно спущены, а Чим вздрогнул. Что Чонгук собирается делать? Это не правильно, так не должно быть. Чимин – не тот, кто достоин такого, Чим – тот, кто сам должен делать такие вещи. Однако губы Гука легко обхватили средних размеров член и Чим начал ощущать, как сантиметр за сантиметром теряется его орган в чужом, горячем рту. Слишком горячо, слишком приятно, и слишком жаркие губы Чон Хосока сзади, прямо на шее юноши. Эти губы сводили с ума, доводили до исступления. Чимин всё думал, на скольких раньше людях бывали эти чувственные губы, потому что ну слишком уж умело они ласкали. Чонгук туже и туже стягивал губы вокруг красивого чиминового органа, он поджимал его снизу языком, совсем немного царапал кончиками зубов и старательно вгонял в свой рот. Чимин сверху сладко ныл, поджимал пальчики рук, ног, извивался в руках крепко придерживающего его за грудь Хосока, целующего, облизывающего самые эрогенные зоны. Гуку не хотелось отставать, ему тоже хотелось быть самым приятным для Чима. - Я кончу, - слёзно прошептал Пак, пытаясь отстраниться от энергично работающего ртом Чонгука, чтобы кончить куда угодно, но не в рот парня. Однако все попытки вырваться пресекались как сжимающим сверху в крепких тисках Хосоком, так и придерживающим железной хваткой за бёдра Чонгуком. Чим тоненько стонал, иногда сжимая пухлые губы, начиная уже просто мычать. Чужие губы сжимались на основании ствола, Чонгук уже чувствовал, как горячий орган Пака пульсирует, а, в последствие, и изливается. Чимин стонал, а рот Гука заполняло густое семя. Чим краснел и жмурился. Он прекрасно понимал, что не должен был кончать сейчас, когда Чон ещё не отстранился, но тот не позволил ему вырваться, он сам заставил его кончить немедленно и именно так, как ему хотелось. Внутрь себя. - Тебе нравится? – бархатно шептал Хосок в самое ухо, ласково проходясь кончиками немного шершавых пальцев по выпирающим ключицам Чимина. – Ты ведь никогда такого не делал? Твою сперму ещё никто не глотал… - Это слишком грязно, не нужно, - сипел Пак, мотая головой из стороны в сторону. Чонгук напряг губы и вокруг Чиминового органа сжались стенки его рта. В ту самую секунду он всё проглотил и высвободил чужой член на свободу. - Ну зачем? – заныл Чим, сжав пальчиками ткань брюк стоящего позади Хосока. - Так делают шлюхи, да? Тогда я шлюха, – приподнял немного влажные губы в улыбке Чонгук. – Ты очень вкусный. Хочу тебя. Пак готов был краснеть невозможно сильно, слишком смущающе всё это было. То, что с ним делали мужчины раньше, и в подмётки не годилось тому, что он испытывал сейчас. Слишком жарко, слишком мило, нежно, и оттого ещё более развратно… Хосок не торопясь спускал вниз резинку спортивных штанов, цепляя по пути и край боксёров. Под гнёт ладоней сразу же попались округлые ягодицы. Кожа Чимина была такая гладкая, что не трогать, не массировать было невозможно. Чонгук вплотную прижался к парню и Чимин, внезапно плотно зажатый между двух тел, шумно выдохнул и опустил затуманенный взгляд вниз. К этому времени, штаны с боксёрами с парня уже спустили. Чон в пару движений приподнял придерживаемого Хосоком парня и закинул чужие ноги себе на бёдра, и, крепко обхватив парня под коленками, подался вперёд, коснувшись губами виска Чима. - Вдвоём или по отдельности? – поинтересовался Хосок. - Вдвоём, - тихо ответил Чимин и к отверстию сзади вдруг приставили горячий возбуждённый орган. Хосок осторожно толкнулся вперёд и без труда прошёл внутрь на внушительную длину. Чонгук не заставил себя долго ждать и подставил головку к уже занятому проходу. Крупная, объёмная, она шла слишком туго, слишком болезненно для Пака, который лишь морщился, но ничего вроде криков и недовольств себе не позволял. Чон приспособился и начал погружаться. Сантиметр за сантиметром его член проникал в размыкающего в немом стоне губы юношу, пока, как показалось Гуку, владелец органа не достиг предела. С губ Чима сорвался сладкий высокий стон. - Ты молодец, - пробормотал Хосок, целомудренно поцеловав куда-то в шею, и принялся делать тесные, поступательные движения. Внутри Чимина вдруг заходило сразу два полноценных, немаленьких органа. Гибкость позволяла ему сгибаться почти пополам, чтобы оба парня могли более-менее с комфортом проникать внутрь плотно зажатого между двух тел парня. Он крепко держался за мускулистые плечи расположившегося спереди Чонгука. Чимин откинул голову назад, на плечо Хосока, обнажая длинную шею с ярко выраженным кадыком. Он протяжно постанывал, еле слышно мурлыча сладким голосом. Неприлично пухлые губы были искусаны. - Какой хороший, словно котик, - на улыбке бормотал Чонгук. – Такой настоящий, такой нежный… Тебе нравится? Хосок сзади тяжело дышал, иногда срываясь на приятный рык. По телу Чимина беспорядочно гуляли мурашки. - Мне хорошо, - продолжал мурлыкать Чим. - Иди сюда, хочешь целоваться? – предложил Гук. Темп толчков немного возрос, насколько можно было, но двойное проникновение темп гарантировать не могло абсолютно. Двойное проникновение давало лишь нехилую заполненность, да ощущение принадлежности сразу двум людям. Чимин нагнул голову и Гук, не теряя ни секунды, накрыл чужие губы своими. Парень принялся сминать, оттягивать губы краями передних зубов, причиняя при этом совсем немного боли. Приятной боли. Хосок уложил широкую ладонь на трущийся о пресс Чонгука орган Пака и принялся водить по нему в такт толчкам. Чим мычал в поцелуй, неловко скользил языком по языку Гука, пока рука Хо доводила его до оргазма, а губы его оседали на затылке, шее, плечах. Чонгук начал ускорять толчки бёдрами, Хосок поспешил нагнать его, а Чим всё повышал децибелы голоса, тоненько постанывая при каждом толчке. Тело Чимина приятно трогали две пары рук, массируя то грудь, то ноющий от возбуждения член, а Чим краснел и сжимал пухлые губы в тоненькую полосу. Пальчики на руках и ногах поджимались, ему было так хорошо, что не было даже сил на действия или стоны, он просто мог насладиться. - Лапочка,- шепнул на ушко Чонгук, нежно коснувшись губами горячей кожи парня, в которого сейчас так интенсивно проникали сразу два человека. Темп рос, Чим тонул в вездесущих поцелуях, в жарком дыхании с обеих сторон, в крепких руках на его теле, его нежно разрывали на две части и это ему нравилось. Принадлежать сразу двум – разве не здорово? - Кончай, малыш, - прохрипел в шею юноши Хосок, впившись зубами в нежную кожу. Толчки, вдруг, с обеих сторон стали жёсткими, рваными, а губы Чимина накрыли другие, он уже и не разбирал толком какие, ему было не так важно, ведь они втроём сейчас – единое целое.