Новеллы о любви ЮнМинов

Свадьба... Букет белых роз... Или другие цветы... Плавная, приятная душе музыка.... Трепещущее сердце, горящие глаза... Пак Чимин точно знал о какой свадьбе он мечтал. Мечтал о девушке в белом платье или парне в белом костюме... Точно еще не решил, но знал, что это будет потрясающе. Он ждал этого события целую жизнь. Ждал, как медленно будет приближаться к свадьбе, со своими трепетными поцелуями и нежными объятьями. Случайными касаниями и мимолетными взглядами. Тихим "доброе утро" и слишком ярким запахом кофе. Страстная брачная ночь, и еще более жаркий медовый месяц. Большие приключения на двоих после, и маленькая, но все равно милая сердцу бытовуха. Ее или его заспанное личико по утрам, чуть опухшее после недавно выпитого вина. Сладкий, опьяняющий вкус алкоголя, превратившийся в белый налет на губах, что делает их еще более желанными. Прогулки по паркам, руки сплетены в замок, глаза в глаза, и это навечно. Громкое, сказанное на весь мир: "Я люблю тебя!", и в тоже время безмолвное, незаметное, чтобы никто не услышал. Так бывает только в сказках. Так не бывает в жизни Пак Чимина. Ему было 21, когда его поставили перед фактом местные мозгоправы: - Либо замуж, либо смерть. Сказать бы, что Пак Чимин пресмыкался. Но нет, он не позволил управлять собой. Он пытался бежать. Чужие кулаки хорошо объяснили, что это не удастся сделать. Он пытался покончить жизнь самоубийством. Таблетки, легкие наркотики, стул с веревками на руках и ногах, больно натирают, режут кожу - тоже послужили отличным доводом. Его будущего мужа звали Мин Юнги. Его будущему мужу было 25 лет. Богатая семья Мин, что-то вроде местных аристократов, с огромным домом, красивыми садами и многочисленными сетями банков. Жадный, очень жадный до власти отец Мина Юнги, подыскал неплохого претендента для своего сына, просто потому, что его чадо и этот предмет для издевательств хорошо дружили в детстве. Отец Мина часто находил своего потомка играющим с этим пареньком. У Чимина были черные волосы и глубокие голубые глаза. У Мина Юнги, были пустые черные пропасти вместо глаз. В них попадаешь, словно в болото - затянут и утопят в себе, в совершенно нехорошем смысле. Зато волосы были белые, даже слишком, производящие впечатления больных, жестких и шершавых волос. Никто не знает, когда отец Юнги понял, что Чимин - идеальная женя для его сына, плевать, что парень. Наверное это произошло тогда, когда у самого мистера Мина, Пак начал вызывать сексуальное влечение. После того деревянного стула, дней со шприцами в венах, порошках в деснах и таблеток под языком, вместо еды и воды, Чимин сдался. Он согласился, но не потому что его накачали колесами, а потому что он был измучен. Дрожащей рукой в затхлой, темной комнате, когда он вконец сошел с ума от мрака, вперемешку с зеленым светом светодиодов, Чимин, в обкуренном помещении подписал бумаги. а потом удар по голове... Он бы предпочел все забыть, когда проснулся в своей комнате, жмурясь от яркого света, от боли в глазах отвыкших от него. Пак стонет, когда его рвет от недавно вколотых наркотиков, склоняясь над унитазом. Поднимаясь, в своей маленькой квартирке с бетонного пола, и больше не смотря на обколотый стульчак, парень любуется собой в зеркало. Немытые, слипшееся от обильного потоотделения волосы, красные от передозировки глаза. И Пак падает на пол. Тело бьется в конвульсии, руки сжимаются в кулаки, а сердце отдает жуткой болью, разрядами пронизывая кости и переламывая их в порошок, который еще недавно толстые пальцы грубо втирали ему в рот. Чимин тушуется, прежде, чем издать душераздирающей вопль от собственной беспомощности. Но слезы градом стекают по щекам, орошают бетон. Внезапно, Чимин затихает, погружаясь в сон. Он уже давно не спал. Ему снится, будто из мест, куда капали его слезы, сквозь бетон пробиваются зеленые бутончики. Пусть сейчас они закрыты, Чимин все равно ощущает их запах и чувствует умиротворение, глядя на них. Внезапно цветочки распускаются, Чимин узнает в них птицемлечник арабский - растение, дающее надежду. От них буквально веет ею, она проникает во все потаенные уголки души Чимина, заполняя их своим ароматом. Чимин, лежа на полу, теперь уже средь душистого поля белых цветочков зарывается в них носиком, пачкая его в желтой пыльце, с длинных тычинок. Он чувствует свободу, или хотя бы надежду на нее. Следующий месяц, Чимин чувствовал себя самым счастливым человеком на земле. Все угрозы и скандалы внезапно прекратились. Чимин бросил работу, каждый день проводил за любимым делом: читал ли он, гулял в парке, пил кофе в уютном кафе или прыгал по лужам под дождем. Все это было содеяно со страстью, рвением к свободе, а значит с полной самоотдачей. Чимин еще в жизни не чувствовал себя столь счастливым. Но осознать, познать этот рай, ему пришлось только после того, как он прошел все круги ада. Именно тогда, он думал, что лучше чем жизнь и придумать нельзя. Мин Юнги, пришел к отцу, после очередной пьянки, с одним словом, но которое смогло выразить всю его злость: "Почему?" Их общие друзья проболтались младшему Мину о "больших" планах его предка. Юнги недомогал, когда слышал молчаливый ответ. Отец всегда обращался с ним, как обращаются с вещью. Когда он хотел, что-то сказать, он говорил. Когда его спрашивали, а вопрос был ему неинтересен, он молчал. Юнги был просто пьян. Юнги не нужен был ответ. Он итак его знал. Нет, его отец не собирался умирать в скором времени и уж тем более переписывать наследство на сына. Мину старшему просто нравилось чувствовать власть над всем живым. Он просто решил поиграть. Юнги был в ярости. Он даже не знал, кем будет его избранник. Он не хотел посвящать жизнь семье. Он хотел быть вольной птицей. И Чимин не хотел вот так вот. Они оба хотели по-другому. Но счастье Чимина и отчаяние Юнги длилось недолго. Спустя месяц, на порог Чимина заявились очаровательные шатенки и предложили устроить Чимину мальчишник. - Мне ничего не нужно от вашего заказчика. И Чимин закрыл перед хрупкими миниатюрными носиками дверь, опуская грустный взгляд в пол. Да, он проиграл, но никто не смеет забирать у него оставшееся достоинство. Никто. На следующее утро явились более объемистые девушки с гардеробом и косметикой, стали наводить на Чимине марафет. Пак стоит в своей ванной, пока милые дамы ждут вердикта. Черный, ручной работы пиджак, сверкающий, с блестками, пусть и брутальными, но блестками. Золотые, очень дорогие запонки на рукавах и такая же дорогая цепочка на шее. Отлакированные туфли, черные, блестящие. Брюки, тоже черные. Волосы уложены умелыми ручками, а на лице легкий макияж, что делает щеки более румяными, а глаза выразительными. Одинокая слеза катится по щеке Чимина, он ждал этого события всю жизнь, а теперь, то, чего он ждал, во что верил, что вожделел оказалось бомбой замедленного действия. Холод бетонной плитки парень чувствует даже через подошву ботинок, а кончики пальцев немеют, от внезапного холода. Пак дрожит. Ему сейчас не бывало холодно и страшно. Он сжимает кулаки и выходит. Белый снег шуршит под ногами, давно он улыбался этому звуку и белым хлопьям с неба. Город окутан заледенелым туманом, когда Паку кажется, что вместо замершей воды под ногам, хрустит его судьба, его жизнь, рассеянно растоптанная им самим же. Черный лимузин. Любимая музыка Чимина. Несколько девушек в дорогих платьях звонко смеются и чокаются, шампанское брызгает через края фужеров, когда они лезут друг к другу обниматься. - Чимин~на- без капли уважения, говорит одна из девиц, та, что в фиолетовом платье. От нее слишком сильно пахнет туалетной водой. В машине душно, так что Чимину блевать хочется от этого тошнотного запаха- Ты рад, что выходишь замуж, за самого перспективного холостяка нашего города? Дамы замолкают и внимательно слушают ответ, глупо улыбаясь Чимину своими надутыми губами, обнажая белые зубки. Их напыщенные груди потрясываются, когда машина попадает на неровности дороги. А Чимин молчит, смотрит на нее, взглядом, полным непонимания. Чимин вспоминает снег, вспоминает, что сам искалечил себе судьбу и не находит реплики лучше чем: - А я, оказывается, сам себе виселицу сплел. Это так жестоко, заставлять человека, самому себе организовывать казнь. Девушки перестают смеяться, замолкаю. А Чимин самодовольно улыбается.