Однажды в сказке

Регину вызвали к начальнику концентрационного лагеря Бэст. Высоко подняв голову, она шла вперед, мимо виллы коменданта, бараков, заключенных, мимо Эммы Свон и Джефферсона Смита, мимо первой, второй и третьей зон, к служебному автомобилю. - Можете быть свободны, я сама поведу, - сухо сказала она водителю, даже не взглянув на него. Он опасливо кивнул, коснувшись рукой фуражки. Все знали, что Регина сама садится за руль, но по закону ее обязаны были привозить, как лицо государственное и важное, и поэтому водитель откровенно трусил. Он послал умоляющий взгляд офицеру-КДСовцу, который стоял, наблюдая за отправкой Регины, и тот подошел ближе. - Полковник Миллс, может быть, это не очень хорошая идея? - В надменном тоне офицера сквозили нотки презрения - он терпеть не мог Регину, возможно, еще и потому, что однажды на приеме попытался затащить ее в кровать, а выражаясь не фигурально - в каморку, где хранили знамена. И Регина тогда, не меняя снисходительно-саркастичного тона, с которым она разговаривала с ним весь вечер, чем завела его еще больше, сказала в ответ на двусмысленный намек продолжить разговор за коричневой неприметной дверью, что она еще не настолько пьяна, да и вряд ли когда-нибудь будет. Офицер не забыл этого разговора и затаил обиду. Регина, уже собиравшаяся сесть в машину, приостановилась. Сегодня на ней была парадная форма - узкая черная юбка, серый китель с меховым воротником, блестящие начищенные сапоги и на голове - плоская фуражка, элегантно сдвинутая на правый бок. Ее карие глаза скользнули по офицеру - он стоял, скривив губы, вертя в руках свою фуражку, то и дело пожевывая, играя скулами - ждал ответа... - Если я не дала тебе однажды, это не значит, что теперь ты можешь лезть ко мне со своей фальшивой заботой всю жизнь, Август, - бросила она. - Забудь уже и живи дальше. А если в штанах печет, иди вон и трахни заключенную, их у нас миллион... По лицу Августа разлился кирпичный румянец - водитель, стоящий рядом, естественно, все слышал. Он покосился вбок, потом повернулся, хотел что-то сказать Регине - но ответом ему был взревевший мотор. Изящным движением Регина вылетела на дорожку, огромные ворота автоматически закрылись, и серая Мазда покатила вперед по абсолютно пустому шоссе. В радиусе трех миль не было никакого жилья, ни один человек не забредал в леса даже случайно - везде стояли камеры и датчики движения. Стоял такой датчик и в машине, и Регина первым делом выключила камеру, неприятно мигавшую красным глазком ей в лицо, а затем выдернула проводок у руля - Джефферсон научил ее этому трюку. Впрочем, она помнила про чип, вживленный в руку каждому гражданину С. - куда бы она ни пошла, за ней можно проследить со стационарных камер, которые были на каждом шагу. Всего-то и нужно было по GPS найти ее и найти ту камеру, рядом с которой она находится. Но Регина все равно маниакально выключала средства слежения в машине, чтобы создать некую иллюзию приватности - пусть ОНИ хотя бы ее не видят. Она с наслаждением распустила тугой пучок волос, взъерошила их рукой и почувствовала сладкий спазм внизу живота. До встречи с комендантом оставалось еще три часа, и она успеет сделать все, что нужно. Когда буферная зона кончилась, показалась первая деревенька - называлось местечко Джорди, и Регина знала один тупичок на его краю, в который и заехала, убедившись, что ее никто не видел. Она вышла из машины и направила на машину пульт - Джефферсон научил ее менять электронные номера и цвет капота, это была засекреченная технология, но для КДСовского офицера высшего ранга делали исключения, так что теперь по номерам она была Джен Хортон из Массачусетса, экономист. Затем она сняла китель, военные сапоги, переобулась, натянула на рубашку пиджак, а сверху - меховую куртку из овчины, забросила все в багажник и осмотрела себя в стекло машины. Из офицера Миллс она превратилась в женщину средних лет, хорошо и дорого одетую, и никто не заподозрит ее в том, что она причастна к правительству и тем более - что она самая известная убийца своего поколения. После этого она села в машину, ставшую черной, и на бешеной скорости укатила по безлюдному шоссе прямиком к побережью. Ее путь лежал в предместья Санта-Моники, и когда вдали показались холмы и пальмы, Регина поерзала от сладкого предвкушения и позволила себе вещь, которую делала крайне редко - помечтать. Она въехала в город, какое-то время петляла по улицам, избегая оживленных кварталов, затем поставила машину в неприметное место за мусорным баком и, оглянувшись, вошла в проем между домами по улице Страйтон. Здесь скрывалась дверь, огромная, из массивных железных листов. Регина три раза стукнула, затем подождала и стукнула еще один раз. Дверь приоткрылась, и показалась девушка, вид которой привел бы в ужас коменданта Голда: с огненно-красными волосами, на лице повсюду пирсинг, обтягивающие кожаные штаны не скрывали ни одного изгиба, а в зубах дымилась сигарета. - Пароль, - лениво сказала девица, оглядев Регину с ног до головы, что она делала каждый раз. - За магию надо платить, - тут же отреагировала та, процедив нужные слова сквозь зубы, и дверь приоткрылась шире, впустив ее внутрь. Какое-то время Регина шла за девушкой по темному коридору, который петлял то вправо, то влево, все сильнее пахло сигаретами и опиумом, затем им путь преградила занавеска - девушка отодвинула ее , и обе оказались в большом темном зале, пронизанном разноцветными лучами, исходящими от вращающихся прожекторов. В дальней стене располагался бар, где три бармена еле успевали обносить желающих - в С. был сухой закон. Справа за столиками сидели люди, орала музыка, а на сцене у пилона изгибалась обнаженная девушка - Регина вздрогнула, увидев ее - длинные белокурые волосы напомнили ей об Эмме. Она прошла вперед, села на свободное место у бара, взяла себе бурбон без льда и выпила первую порцию, не останавливаясь. Рядом с ней сел мужчина лет сорока, явно полупьяный, и, глядя, как она залпом опрокидывает стакан, протянул насмешливо: - Ого, детка, да ты сегодня в ударе. Регина повернулась к нему и приоткрыла полу пиджака, показывая пистолет. - Я из тайной полиции, урод, так что проваливай, пока не пристрелила. Он коротко хохотнул, но тут же ушел, поминутно оглядываясь - тайную полицию так боялись, что никому не хотелось рисковать. Впрочем, даже если этот мужчина сдаст ее владельцам клуба, им все равно, откуда она - здесь значение имел только цвет твоих денег, а не цвет корочки, которую ты прятал в кармане.. Выпив и вторую порцию бурбона, Регина направилась к маленькой двери слева от бара. Возле нее дежурил огромный черный мужик - он уже восемь лет не выходил на улицу, кроме как ночью, и Регина знала это. Сунув ему в руку какой-то предмет, она подождала пару секунд, потом он открыл дверь и она оказалась в еще одном коридоре - узком и пустом. В дальнем его краю горела лампочка, указывая путь, и именно туда направилась Регина. В маленькой, залитой красным светом передней, дежурила обнаженная, если не считать ремней, обвивающих ее по всему телу, лысая девушка. Она взяла у Регины куртку и сумку и положила их в ячейку с номером 2. Регина отметила, что, помимо второго, занят только еще один кабинет. - Чего вы желаете сегодня? - Интимно, вежливо, но безэмоционально спросила девушка, наклоняясь над планшетом, где у нее был список пожеланий клиента. В верхнем углу Регина увидела название своего профиля - Незнакомка №345, Злая Королева. - Почему у вас так написано? - Спросила она. Девушка подняла темные красивые глаза. - Что? - Почему я у вас Злая Королева? Смутившись, девушка улыбнулась, продолжая смотреть в планшет. - Очень много клиентов без имени, мы должны их как-то различать. Вот мы и стали им давать прозвища из детских сказок. У нас тут есть Белоснежка, Буратино, Карлсон, а вы вот - Злая Королева. Это лестно, поверьте, мы выбрали ее из-за того, как вы выглядите... В мелодичном голосе слышалось юное сексуальное восхищение, и Регина невольно посмотрела на ее обнаженную грудь - две упругие чаши, увенчанные розовыми сосками, и уловив пристальный взгляд, девушка выпрямилась, хотя ей и запрещалось флиртовать с клиентами. - Сегодня номер 14, - произнесла Регина, отводя взгляд от груди, которая призывно колыхалась перед ней. Девушка, нимало не смутившись, ввела пожелание клиента и нажала "отправить". - Пару минут придется подождать, так что пройдите в кабинет номер два и располагайтесь, - девушка улыбнулась, и Регина пошла к двери с цифрой 2, где оказался диван в форме полукруга и большое прозрачное стекло, за которым пока что было темно. __________________________________________________________________ Спустя час Регина вышла в холодный полумрак начинающегося вечера, села в машину и уехала. Теперь она была совершенно спокойна. Она любила чувство одиночества за рулем. По правде сказать, поездки к начальнику были лучшими моментами в ее жизни. Когда Регина была маленькой, ее всегда волновало, почему взрослые не пользуются тем, что у них есть. Отец усмехался и говорил, что она это перерастет. А она не понимала. У взрослых была возможность жить одним, а они сетовали на одиночество. Они могли вечером сесть в машину и уехать куда-то вдаль, а им это было не нужно. Они могли делать так много вещей, которые доставляли радость, а они гнались за деньгами и властью. Регина выросла и стала такой же, как они, и теперь не имела права упрекать ни одного взрослого... Она нажала на газ, и машина, взревев, прибавила ходу. Через 40 минут она будет у поворота, который не виден в темноте. Она сбавит скорость, нажмет педаль и крутанет руль, кусая губу. Она повернет вправо, не опасаясь, что встретится с машиной, выезжающей туда, откуда приехала она. Потом во тьме она проедет еще пятнадцать минут и остановится у высоких ворот с предупреждением "Посторонним не входить. Ведется огонь на поражение", она наберет комбинацию на домофоне, въедет и вернется на дорогу только утром, увозя с собой подробные указания и письмо коменданту Голду, подписанное "Маршал Джордж Спенсер". ______________________________________________________________________ - Регина, - приветствовал ее оный, протягивая руки и осклабившись. - Входите, входите! Он сжал ее ладонь двумя своими холодными сухими руками, наклонился и коснулся кожи губами. - Вы все хорошеете. Регина взглянула на его грузную фигуру и растянула губы в улыбке. Дом Спенсера - настоящий замок, спрятанный в горах, подавлял ее роскошью и пространствами. Она привыкла к минимализму Бэста - ее холодный и пустой домик, ровные линии бараков, трубы крематория, все коричневое, серое и черное. А тут блистало барокко в его худшем проявлении - похоже, что всех архитекторов и дизайнеров они уже расстреляли. - Пройдемте в гостиную, дорогуша, там нас ждет приятное общество. Регина безумно устала, ей хотелось только одного - пойти в приготовленную для нее комнату и уснуть, но пришлось следовать за Спенсером, который открыл раздвижные двери и впустил ее в жарко натопленную гостиную, где за круглым столом красного дерева был накрыт ужин и сидели и выпивали четверо мужчин. - Ба, да это же полковник Миллс! - Вскричал холеный мужчина в расстегнутой тужурке интенданта. - Добрый день, господа, - невозмутимо сказала Регина и прошла к столу. - Это, - сказал, повернувшись к соседу, невысокому чиновнику, мужчина в тужурке. - Единственная женщина, которую я уважаю. Чиновник, плотный коротышка, в великолепном костюме, окинул Регину взглядом, в котором явно читалась похоть. Она узнала его. Спенсер представил всех четырех Регине. Она улыбнулась - точнее, изобразила, что улыбнулась и села за стол. - Налегайте на Хеннесси, Регина, - улыбнулся Спенсер, подставляя ей рюмку. - Спасибо, я не пью, - сдержанно сказала она, кладя руки на стол и вскидывая на мужчин свои ясные карие глаза. Те удивленно переглянулись. Спенсер спас положение. - Да-да, как я мог забыть, конечно, - проговорил он и потер руки. - Тогда позвольте чаю? - Конечно, - кивнула Регина надменно и вспомнила ту обнаженную девушку в клубе и ее слова о Злой Королеве. Когда принесли чай - превосходный, крепкий, с молоком и лимоном, Спенсер спросил, отпив из бокала: - Что нового в Бэсте, полковник? Регина откинулась на спинку стула, слегка вздохнув. - Все как обычно, генерал приехал четыре дня назад и спрашивал о вас. Спенсер сунул в рот кусок осетрины, которую незадолго до этого принес раб из бывших заключенных Бэста. - Да ну? - удивился он. Регина продолжала говорить, говорить, хотя мысли ее были далеки от этого места. Она думала о тех людях, которые сидели в тесной сырой камере. Те, кого она назвала из списка... Она даже не помнила номеров. Она их погубила. Взяла и отправила на смерть. Вот так просто. И никто не остановил ее. Почему? - Регина? - Да? - Встрепенулась она. - В библиотеке на севере штата обнаружены старинные инкунабулы. Мы их изъяли. Я специально привез их Голду. Захватите? Но придется взять сопровождение. Лицо Регины, видимо, отразило неудовольствие, потому что Спенсер погрозил ей пальцем. - Ну-ну, не стоит так на меня смотреть. Вот возьмите Дэвида, он вам поможет, заодно и Бэст посмотрит. Регина мельком взглянула на крупного блондина напротив. - Что за инкунабулы? Ответил тот самый блондин. - Раритеты, полковник Миллс, - лениво сказал он, вертя в пальцах ножку бокала. - Аврелий Августин, Боэций, Павел Диакон... - В переводе? - Глядя ему в глаза, спросила Регина. Он коротко хохотнул. - Оригиналы, в том и дело. - Откуда они появились? - Недоуменно спросила Регина. Дэвид опустил глаза в бокал, а Спенсер прочистил горло, и воцарилось молчание. Ясно. Украли. Они украли все. Саму жизнь. - Конечно, я отвезу их Голду.